Непредсказуемость

      В рождественский вечер в общежитии UA Бакуго вдруг осознал, что дальше будут каникулы и совсем другая жизнь.       И новенькая девчонка, которая училась у них по обмену, уедет на другой конец страны — продолжать и дальше учиться в своей геройской школе.       Черт побери, получается, что завтра днем Минори упакует чемоданы, весело со всеми по прощается и... он ее долго не увидит. Это мысль неприятно поразила Бакуго.       Конечно же, девчонки уже обменялись номерами телефонов, договорились друг другу писать в соцсетях, а ему-то что делать? Просить потом ее номер у Урараки?       Стоп, зачем ему вообще это надо? Девиц нам тут еще не хватало! Да пусть валит ко всем чертям, задрала уже своей мимишностью и дружелюбием! Подлиза хренова! Ко всем нашла подход, ко всем прицепилась, каждому отвесила комплиментов, все, блядь, у нее молодцы.       Как же бесит, что за шлюховской подход?! Ведь молодцом для нее должен быть только он, Бакуго! * * *       Парень вспомнил их первую встречу. Она шла навстречу по коридору, видимо, запуталась в этажах. Тогда она очень мягко и робко попросила его помочь найти комнату. Он молча с мрачным видом проводил ее, успев заглянуть в комнату, когда она открыла дверь.       На прощание она мило улыбнулась, протянула ему свою крошечную ручку и сказала:       — Меня зовут Минори. Давай дружить?       Он зачем-то взял ее руку в свою, сразу же подумал "Нахрена?", рассердился на себя и тут же выдал сквозь зубы:       — Я Бакуго. Не мельтеши.       Ага, не мельтеши. Просто ходи мимо всегда такая классненькая, привлекай всеобщее внимание, хохочи на всю общагу, будь одной из лучших в учебе, получай каждодневно похвалы учителей!       Это реально было так. Кто бы мог подумать, что ее все так начнут обожать уже через неделю пребывания!       Все это дико злило Бакуго, но и привлекало тоже. Он не раз ловил себя на том, что перед сном думает о ней. И да, не как о той, с кем надо соперничать.       Вспоминал это ощущение маленькой прохладной ручки в своей лапище. Или то, как они однажды столкнулись в коридоре, потому что она слишком резко вырулила из-за поворота и врезалась в него.       Черт, черт, черт! Опять это наваждение! Она тогда была так близко, как не был к нему никто. Ее грудь коснулась его груди, а руками она уперлась в его мощные плечи, чтоб не упасть на него окончательно.       И поскольку он был в своей извечной черной майке, это был контакт "кожа к коже". Киришима, который шел за ним и все видел, потом ржал, что она облапала Бакуго, но не там, где надо было.       Тогда он за секунду считал все параметры: от нее офигенно прекрасно пахнет, у нее мягкие волосы, ему нравятся ее прикосновения, а ее грудь такая классная и упругая. И вообще, валяйся на мне всегда, девчуля, я весь к твоим услугам. Можешь и подо мной, я был бы только ЗА.       Конечно же, он тут же впал в отрицание, что она ему понравилась, но тело помнило все. И оно хотело Минори. Весь ебучий месяц это желание только нарастало.       Когда Бакуго представлял, что это было бы не столкновение в вертикальной плоскости, а происходило бы в горизонтальном положении, у него моментально случался дикий стояк.       Эх, чтоб тебя, гормоны! Шестнадцать лет — это вам не шутки, тестостерон играет на полную, появляются грязные пошлые мысли, а ты пытаешься себя убедить, что тебе нужно только геройство. Тяжело. Реально тяжело. И самое тяжелое — не само желание, а свое же баранье упрямство.       Бакуго уже подумывал сдать позиции и пойти на сближение, на нормальный полноценный контакт, пока он тут окончательно не свихнулся. Он готовился к этому как к общению с другой цивилизацией или с инопланетянами. Миллион раз обдумывал, что сказать, как начать, куда девать свое смущение, как не опозориться.       И тут вдруг — бац, время пролетело, завтра она уезжает! Медлить было нельзя. И в то же время — не пошла бы она на хер? Мешает учебе только. Еще и нравится всем! Такая лапочка, что аж тошнит, покажите, куда блевать. * * *       Уже ночью Бакуго решил зайти к ней и хотя бы попросить номер телефона. Подумал, что это самое НЕ позорное, потому что всегда можно списать на дружбу. Она ж сама предлагала. Ну и вот, теперь он готов. Да и учились же вместе, вдруг пригодится? Может, понадобится ее причуда на каком-нибудь задании, мало ли что!       Темный коридор. Бакуго бесшумно подходит к ее двери и осторожно стучит, чтоб не разбудить весь этаж. Молчание, тишина. Сердце колотится так, что кажется, сейчас бомбанет само по себе. Парень стучит еще раз. Слышит неуверенные шаги за дверью и понимает, что сейчас Минори откроет, сбежать уже не получится.       Пока не поздно, он хмурит брови и делает зверское лицо. Понимает, что сейчас темно, все равно не видно, поэтому это мегатупо. Дверь открывается, и в просвете двери он видит ее — в белой майке и черных шортах. Видимо, она в этом спит.       Девушка хватает его за ворот, быстро затаскивает в комнату и бесшумно закрывает дверь. Потом отводит его подальше от двери и наконец отпускает ворот. Все это молча, в темноте, конспиративно. На секунду у Бакуго проскакивает мысль, что она опытна в таких делах, и он не первый к ней ломится в ночи. Иначе как объяснить ее умелые действия?       Черт, ну точно, Киришима тоже смотрел на нее плотоядно, прям хищно.       Да и липкие взгляды святоши Ииды он заметил! Небось, уже подкатили к девчонке. Ублюдки, я вам еще покажу! * * *       Минори включает небольшой ночник, мягкий свет разливается по комнате. Теперь видно, что девушка ужасно сонная. Минуту они молчат и смотрят друг на друга, она изо всех сил таращит глазки, трет их руками.       Потом сонно спрашивает:       — Бакуго, ты совсем спятил? Почему ночью? Можно же было утром прийти?       — Нет, нельзя, утром к тебе прилипнет весь класс. Я не смогу поговорить с тобой, просто не успею.       — Ты хочешь поговорить?       — Да, это очень важно.       — Ну хорошо, ладно. Дай мне минутку, я проснусь хоть.       Она жестом показывает ему сесть на диван. Сама садится в кресло напротив и закрывает глаза. Спит сидя, дурашка.       Но зато она пока не поняла, что практически не одета, и Бакуго впервые может пялиться на нее так жадно и открыто.       Блядь, пожалуйста, только не убегай переодеваться! Твоя грудь в этой белой майке такая сочная, она так нежно колышется, что это сводит с ума.       Еще эти шортики. Черт. До чего соблазнительные ножки! Бакуго нервно облизывает губы.       — Ты украл мой мелатонин, Бакуго, — говорит она сонно и тягуче, но совсем не сердито. Наоборот, как бы флиртуя, по-кошачьи.       — Прости, я все верну, — хрипло отвечает он.       — Ловлю на слове, ты мой должник.       Интересно, она осознает, что делает? Или просто пока не просекла, потому что слишком сонная? Она же соблазняет, но при этом ты охреневаешь от невинности происходящего.       Минори потягивается руками вверх, выгибается в спине и издает звук, похожий на стон. Грудь аппетитно и мягко вздымается, так и хочется ее облапать или поцеловать.       Блядь! Бакуго тяжело смотреть на это бесстыдство, он почти на пределе.       Хватит, девочка, у меня дымится тестостерон, не будь такой соблазнительной!       Минори сидит с закрытыми глазами, шатаясь и бормоча:       — Я почти проснулась. Сори, из меня плохой собеседник сейчас. Дай еще минутку, пожалуйста.       Вот же ж. Не торопись, но и не засыпай. Нам надо поговорить. Пока я могу вообще говорить с тобой и хоть что-то соображаю. Кацуки поймал себя на мысли, что хотел бы овладеть ею самым бесстыдным образом, прямо здесь и сейчас, на полу или на диване. Но он вспомнил навыки самоконтроля.       Не хочется ее напугать и потерять.       Не хочу брать ее силой.       Хочу, чтоб она сама меня желала, тянулась ко мне.       Может, я вовсе не в ее вкусе? Что она скажет в ответ? Хотя... она же не гонит и не против поговорить.       С трудом взяв себя в руки, Бакуго нарочно подумал о Мидории и его последних успехах. Это немного охладило алоглазого парня, но вид этой девчонки все равно возбуждал. Ха, Мидория, ты даже здесь слабак! Против моего огненного либидо у тебя ничего нет.       Внезапно она открыла глаза. Поежилась от прохладного воздуха, повела плечами, мурашки табунами пробежали по ее коже, соски напряглись и бросили вызов внимательному взгляду Бакуго.       Ее грудь словно флиртует со мной, пока она молчит.       Парень буквально пожирал девушку глазами. Минори внезапно почувствовала себя неловко, смутилась и опустила глаза. Похоже, она поняла, в каком виде находится перед Бакуго, и вдруг заторопилась:       — Мне надо одеться, извини. Я на минутку, ладно?       Черт, она пошла одеваться. Милая, спасибо за шикарные виды, я их "сфоткал" глазами, не мечтай, что я забуду о твоих сладких флиртующих сисечках.       Девушка ушла в ванную, прошумела водой, копошилась там минут пять, пока Бакуго думал, что ей скажет.       Если бы была возможность, он бы сказал прямо:       — Минори, ты мне очень нравишься. Я тебя уважаю как героя и как умницу-одноклассницу, но больше всего я сейчас хочу выебать тебя, как последнюю шлюху. Как, блядь, это уживается одно с другим, я хз, честно. Но ты у меня вызываешь и нежность, и желание оттрахать тебя до потери пульса. Как бы уважаю, но хочу послушать, как ты стонешь, и увидеть твой оргазм.       Но такая прямота вряд ли понравится, спугну еще.       Придется вспомнить эти долбаные романтические романы, что я читал.       Как там обычно признаются в чувствах?       Девушка выходит из ванной. Теперь поверх майки накинута рубашка и завязана спереди узлом, а вместо шорт спортивные брюки, но все мило подчеркивает ее стройную фигурку. А сама такая серьезная, вмиг проснулась. И капли воды стекают по лицу и шее, так как она не любит вытираться.       — Кацуки, хочешь пить? Колы там, или воды? У меня есть.       — Тащи колу, — парень старается казаться непринужденным.       Она налила два больших бокала и несет их в обеих руках.       Вот сейчас. Надо ее поймать. Пока у нее заняты руки. Она не захочет разлить колу.       Бакуго резко подошел, но не взял бокал, а крепко порывисто обнял Минори за талию. Обнял так, словно в ней была вся его надежда. Она распахнула глаза и тихо пролепетала:       — Кацуки, ты чего? Ты же... пить хотел?       Парень, приобнимая девушку одной рукой и глядя ей в глаза, другой забирает бокал и ставит на полку рядом. Затем проделывает то же со вторым бокалом. Она не вырывается, но замерла и смотрит на него серьезно. Ее руки опустились на его плечи.       — Ты мне безумно нравишься, Минори, — хрипло проговорил Бакуго.       Чтобы не дать ей опомниться, он быстро прильнул к ее губам и начал осторожно целовать. Его сильные руки прижали ее так крепко, что она не может пошевелиться, но никаких поползновений дальше нет.       Его поцелуи словно говорят: "Я не обижу тебя. Я жду твоего решения. Жду ответа". Очень легко и нежно, почти невесомо, его губы касаются ее губ. Никакого насилия и взрывов, тотальный самоконтроль!       Но почему... она не отвечает?       Его осторожные поцелуи остаются безответными, и парень уже начинает падать духом: нет, она не хочет этого.       Черт, я конченный идиот! Я должен был хотя бы узнать, есть ли у тебя интерес ко мне.       Но девушка просто растерялась, он застал ее врасплох этими поцелуями и жаркими объятиями.       Минори чувствовала, что Кацуки сдерживает свою страсть, и это было приятно. Ох, этот парень ей понравился с самого начала, только вот она не знала, как к нему подступиться! Думала, придется так и уехать, забыть о нем. Единственный, с кем у нее не получилось наладить общение.       И вдруг он целует ее? Это точно тот вечно орущий и рычащий на всех вокруг парень? Это ей он пару часов назад сказал на рождественской вечеринке: "Захлопнись уже, тебе лишь бы ржать"? Это с ней отказался танцевать вокруг елки? Но как же так?       Бакуго, ты же всегда был максимально отстраненным! Что происходит? Почему я не могу думать, а хочу только чувствовать тебя?       Боже, твои губы такие мягкие и приятные, я хочу узнать их получше!       И Минори отвечает. Он чувствует, как ее губы поддались ласке. Она тоже поцеловала его —робко, очень мягко, в уголок рта. Потом поочередно коснулась верхней и нижней губы. Она ответила, кайф! Она хочет этого!       Бакуго не надо дважды намекать, он буквально воспрял, дикое возбуждение пронзило его тело. Теперь, когда она подала знак, он буквально набрасывается на ее губы, целуя их жадно, нетерпеливо и властно.       Одна рука Бакуго крепко держит ее за талию, а вторая скользит к ее затылку, зарываясь в волосы. Он не дает ей вырваться, удерживая ее голову и контролируя поцелуй, как ему хочется. Его язык проникает в ее рот, и начинается какое-то безумие. Звуки пошлости и разврата смущают обоих, но и заводят.       Минори чувствует возбуждение внизу живота и в сосках, которые напряглись буквально до боли. Возбуждение доходит до кончиков пальцев, оно сводит руки и ноги судорогой. В это время он кусает и облизывает ее губы, не дает дышать, жарко и пошло целуя. Девушке невыносимо сдерживаться, просто не получается, и она стонет прямо в поцелуй, в эти жадные губы.       О боги, лучше бы она этого не делала! Потому что это заводит Бакуго так, что он буквально готов взорваться.        Она стонет, ей нравится! Стони еще, давай. Это звучит как музыка.       Бакуго чувствует, что все делает правильно, раз девчонка издает такие волшебные звуки. Но что делать ему?       Его член и так уже стал каменным, а теперь он боится, что кончит прямо так, даже не приступая к основному блюду.       Девушка тоже чувствует его возбуждение, такое не скрыть несколькими слоями ткани между ними. Теперь он прижал ее к стене, навалился на нее всем телом, и его член нагло упирается в ее животик.       Его рука скользит по талии, отыскивая хоть какую-то лазейку, чтоб подобраться к ней поближе. Ему так хочется коснуться ее обнаженной кожи. Он вытягивает майку и проникает под нее рукой, гладя спину. Кожа Минори нереально нежная и шелковистая, Бакуго даже немного неловко за свои шершавые руки, загрубевшие от бесконечных атак.       Девушка прогибается ему навстречу, прижимаясь горячей грудью к его торсу. Бакуго срывает свою футболку, ее рубашку, все летит на пол. Высвобождает ее призывно торчащую грудь, стягивая майку вниз. И останавливается, восхищенно смотря на нее.       — Бакуго, не смотри на меня так, — шепчет она и заливается краской стыда.       Минори никогда не была в такой ситуации, Бакуго первым увидел ее обнаженной, увидел ее возбуждение и страсть. Он первый ее парень!       Несмотря на то, что она со всеми парнями мило общалась, знала, что нравилась некоторым, она ведь... даже не целовалась раньше.       Ей кажется, что они слишком далеко зашли, что он сам же решит, что она шлюха, если она отдастся ему сейчас. Но желание настолько огромное, что причуда уже заставила ее тело искриться и сиять. Она так хочет этого парня, боже!       И снова сомнения. А что, если он подумает, что она слишком развратная? Что она так со всеми? Что ее достаточно разок поцеловать, чтоб переспать?       Он жадно присасывается к ее груди, не прекращая ласкать и руками. Переключается с левой на правую. Сосет и покусывает, дразнит языком соски, вылизывает нежную кожу, ставит легкие засосы. О, ее грудки такие горячие, упругие и сочные. Как же ему нравится!       — Кацуки, стой...       Он останавливается и готов выслушать. Ее грудь все еще в его ладонях, он мягко массирует ее и смотрит на девушку. Его глаза алые, горящие в полумраке, полные вожделения. Минори никогда его таким не видела.       Это "стой" смутило его, он подумал, что сделал что-то не так. Расстроил. Причинил боль. Напортачил.       Что случилось, почему мы останавливаемся?       Скажи мне, что сделать, и я сделаю все правильно, малыш. Я учусь очень быстро.       Бакуго от всех этих адских предварительных ласк уже трясет, да и Минори, видимо, не легче.       Кого только он ни вспомнил, чтоб сдержаться и не кончить просто от одних только лапаний и поцелуев! Лучше всего сработал ледяной взгляд Айзавы и воспоминания о похищении Лигой Злодеев. Но и это работает плохо, когда перед тобой любимая и желанная девушка. Ах да, которая, очевидно, тоже тебя хочет.       Энергия у обоих просто бешеная, они страстно жаждут друг друга, но не знают, как поступить дальше.       Бакуго снова растерян, но не выпускает ее из своих рук. Нет, только не сейчас, когда есть коннект и по жилам струится огонь. Нет, я не отдам тебя сомнениям. Что ты там себе удумала? Он вопросительно смотрит в ее глаза, не берет нахрапом, ждет, что она очнется от страхов.       — Не бойся меня, пожалуйста. Я не такой грубый и злой, как кажется.       — Кацуки, при чем тут...? Я никогда не считала тебя злым.       Она начинает нервно смеяться, отчего ее грудь подрагивает в его ладонях. Он видит, что ее что-то тревожит, и не знает, как это исправить, как ее успокоить.       Тогда Бакуго снова обнимает ее — очень крепко и сладко, чтоб она все-все поняла без слов. Гладит ладонями все ее тело, припадает к шее и нежно ее целует, обжигая своим дыханием. На самом деле — драконит, дразнит, снова вызывает ее тело на связь.       Господи, ну какой же он щеночек!       Вот и поговори с ним, когда вы оба дошли до животных инстинктов!       Как говорить парню "Может, не будем?", если ты сама течешь и ждешь, что он войдет в тебя? Никак, придется пасть в его глазах. Ладно, я буду шлюхой, но я тебя получу.       — Кацуки, — говорит Минори, тяжело дыша. — У меня никогда... такого не было. Ты первый. Сделай это, прошу...       У парня сносит крышу. Он будет первым и главным! А ты, Минори, запомнишь меня навсегда. Нет, ты останешься со мной навсегда, клянусь!       Остатки одежды сняты его руками молниеносно. Она лежит на постели перед ним, а он нависает над ней на вытянутых руках. Любуется ею. Замирает, как тигр перед прыжком.       — Ты такая красивая, Минори, —говорит он полушепотом. — Я дико хочу тебя.       — И я хочу тебя, Кацуки...       Он наклоняется, пошло и мокро целует ее, а рукой одновременно начинает ласкать ее клитор. Он знает много о женской физиологии, так уж вышло, начитался. И он знает, как приласкать девушку, чтоб довести ее до наслаждения.       Его пальцы поглаживают чувствительные точки, скользя и размазывая ее соки. Какая же она мокрая! А ее губки так набухли и раскрылись ему навстречу.       Его член совсем рядом с ее лоном, он касается им клитора и дразнит девушку, а она уже совершенно бесстыдно стонет и просит его:       — Кацуки, ну пожалуйста, перестань меня мучить...       — Хочешь, чтоб я был внутри?       — Да просто трахни меня наконец, — почти рычит она, и ее кожа искрится радужными бликами.       В этот момент он приподнимает девушку за попку и входит в ее лоно. Осторожно, но глубоко. Она чуть вскрикивает, потому что не ожидала, что его член будет ощущаться таким огромным... Какая она узкая, как тесно и жарко там! У Бакуго искры перед глазами, потому что это дико приятно.       Он не может вынырнуть из этих ощущений, которые усиливаются от ее стонов в тысячи раз. Пока он двигается медленно, но ему хочется ускориться и отпустить тормоза.       Что-то темное поглощает его, и он больше не в силах сдерживаться. Он неистово трахает свою любимую девочку, забывая, что их могут услышать, что он может переломать всю мебель.       Бакуго мощно и жестко вколачивает ее тело в постель, теперь не до нежностей. Ты пробудила этого монстра, получай сполна! Парень буквально пригвоздил Минори своим крепким членом и долбит ее, словно хочет разорвать на части. Девушка жалобно стонет, вскрикивает, и это сильнее разжигает его похоть. Он чувствует себя животным, почти чудовищем, но не может прекратить это делать.       В голове Бакуго проносится мысль: "Эту силу я не могу контролировать. Потом я себя не прощу, но сейчас не могу остановиться".       Внезапно в его голове взрываются тысячи маленьких взрывов и его выкидывает в какое-то белое пространство. Минори тоже доходит до какого-то предела и полностью теряет ощущение реальности.       Они бурно кончают. Их тела сотрясаются от волн каскадного оргазма, они чувствуют каждую клеточку тела и огромное удовольствие. Это очень сложно передать словами, но люди с причудами всегда ощущают свои тела иначе, и оргазмы у них в сотню раз круче.       Если же любовью занимаются люди с сочетаемыми причудами, то их секс порой напоминает фантастические аттракционы.       Но Минори и Бакуго этого не знали, их просто притянуло друг к другу, и они отважились попробовать. Постепенно они начали возвращаться оттуда.       — Мне кажется, ты расщепил меня на атомы, — тихо рассмеялась она.       — Прости, я гнусный скот! —пробормотал он, и правда чувствуя себя виноватым.       Эта девочка подарила ему столько наслаждения и счастья, сколько он не знал за всю свою жизнь, а он был грубым животным. Ну как так-то? Он же всегда неплохо контролировал свои силы, с детства научился управлять ими! А тут облажался. Закошмарил девчонку.       — Эй, не надо себя абьюзить! Все же было хорошо, — промурлыкала она.       Он приподнялся на локте и стал всматриваться в ее лицо, стараясь понять, не успокаивает ли она его просто так.       — Ты забываешь, что я крепкая и сильная, да?       — Но ты же девушка, я не должен был переезжать тебя танком! Я хотел показать тебе, что могу быть другим, что я не монстр.       Теперь уже она села на постели и уставилась на него своими огромными глазищами. Сидит такая голенькая, миленькая, уже не стесняется.       — Кацуки, не изводись ты так! Мы даже ничего не сломали — ни мебель, ни друг друга! Я никогда не думала, что мое тело такое чувствительное, ты его разбудил. Охренеть, я и не знала, что это ТАК классно!       — И я удивлен... Знаешь, я хочу делать это с тобой всегда.       — И я хочу делать это с тобой, Кацуки! Только вот... я уезжаю.       Оба вспомнили новость и расстроились. Молча выпили выдохшуюся колу. Да, если они будут далеко, то смогут ездить друг к другу только на выходных. Но часто у юных героев даже выходные бывают заняты, поэтому придется быть подолгу не вместе. Оба приуныли.       Бакуго судорожно начал искать решение, как сделать так, чтоб они могли быть вместе каждую ночь. Или почти каждую.       — Давай, ты попросишь свое руководство перевести тебя а UA? А я попрошу Айзаву, чтоб он продолжал тебя тренировать, чтоб он посодействовал со своей стороны.       — Да? И что он подумает, если ты придешь просить за меня?       — Подумает, что я влюбился, только и всего, — пробурчал Бакуго.       — А ты влюбился?       — Слушай, мы сейчас об этом трахались целый час, понимаешь?       — Ты... Серьезно?       — Минори, ну не беси меня! Я демисексуален. Трахаюсь только с тем человеком, к которому у меня есть эмоциональная привязанность, доверие и все такое... У меня тоже... все это в первый раз.       Девушка слушала парня с восхищением и каким-то восторгом. Бакуго подумал, что она чертовски милая.       Ему захотелось обнять ее и никогда не отпускать из своих объятий. Он сгреб ее в охапку и прижал к себе. Она тоже вцепилась в него лапками, закинула ногу и окутала своим теплом.       — Кацуки, я попробую перевестись, серьезно. Знаешь, а у меня влечение только к парню по имени Кацуки, никого другого я не хочу.       Он лежал и улыбался ее словам. Он — любил! И чувствовал это умом, душой и телом. Хорошо, что не струсил и пошел ней в ночи "поговорить".       — Если ты не перестанешь говорит мне такие соблазнительные вещи, я снова могу возбудиться. И тогда... малыш, я за себя не ручаюсь.       Они оба засмеялись. * * *       Позже Минори ловко напросилась в очередную программу обмена, а потом и вовсе упросила Айзаву перевести ее в UA. Бакуго очень изменился, когда смог ощутить себя внутри надежной привязанности, почувствовать, что его принимают и любят.       Он по-прежнему орал на всех, но делал это так душевно, что все только покатывались со смеху. Он стал сильнее в командной работе, научился спасать и жертвовать личными интересами, перестал бесконечно соревноваться с Мидорией. Зачем? Все встало на свои места, и любимая Минори была всегда на его стороне.