Часть 3

      Казанцев сделал глоток алкоголя и поискал в списке контактов нужный. Несколько гудков и ему ответили.       - Андрей Петрович, добрый вечер.       - ...       - Все отлично. Слышали уже? Да, снова встал у руля!       - ...       - Андрей Петрович, я об одной услуге хотел Вас попросить. Помните, Вы говорили, что у Вас супруга в опеке работает?       Когда он попрощался со старым знакомым, залез в интернет узнать результат крайней игры «Медведей». Зубы заныли, словно он напился ледяной колодезной воды.       - 3:1, значит?! Сергей Петрович, а мог бы работать со мной…Не обессудь, бизнес есть бизнес.       Подумав, Вадим Юрьевич достал из сейфа копию договора между БК и «Витриумом», а также копию платежки с подписью Каштановой.       - Я тоже не верю в эту историю, Сергей Петрович, но подстраховаться обязан!

***

      Макеев завершил тренировку, забрал купленный заранее пакет с фруктами и вышел из Ледового. До больницы было не так и далеко прогулочным шагом, и мужчина решил дойти пешком. Погода позволяла, да и голову проветрить.       - Сергей Петрович, добрый день. Вы не к Виктории Михайловне часом? Давайте подвезу Вас, заодно и поговорим.       - Добрый день, Вадим Юрьевич. Спасибо. Не стоит.       - Сергей Петрович, я настаиваю. – он открыл перед тренером дверь. – Есть разговор.       Водитель плавно тронулся с места.       - …Вот так, Сергей Петрович, пока ты когтями лед скребешь, за твоей спиной бабки пилят. И еще как продумали. Ни ее подписи, ни ее мужа. Она в отпуске, и на всех документах подпись «Вр.И.О.». Со стороны компании, открытой ее супругом, подставной человечек, работающий по доверенности. Денежки улетели, и Виктория Михайловна переходит в новый клуб. Схема рабочая. Осталось только взять отпуск. Или попасть в больницу. Чтобы подпись на договоре не ставить. А после у нее новый контракт, а клуб в финансовой жжжжжж…В жалком положении клуб.       Казанцев скрутил копию договора между БК и «Витриумом» в трубочку и постучал по ладони.       -Баскетбольную команду развалила, чтобы на фоне общего бардака не выделяться. Самые сильные игроки в другие команды разбежались.       Он засунул копию договора в тренерский пакет с фруктами.       -А главное, какая великолепная актриса! Ее муж деньги со счета на счет переводит, пряча концы в воду, а она крутит роман с юристом команды, чтобы он закрывал глаза на происходящее. Такая любовь, искры летели. Правда, женат был, там дело даже до развода дошло. Семья разрушена, но тут не до предрассудков, когда на кону миллионы.       Машина уже пять минут стояла у центрального входа в больницу.       - Ладно, Сергей Петрович, не буду тебя отвлекать. Иди к спортивному директору, яблочки ей отнеси. Пусть скорее поправляется, а то мало ли, какие в ее отсутствие документы подпишут и как это потом аукнется клубу. Не то, что на нового игрока денежек не хватит, но и за свет платить будет нечем. Финал скоро, а у вас темно!       Пакет с фруктами полетел в урну.       Макеев сел на лавочку и выдохнул воздух сквозь стиснутые зубы. Ведь если взглянуть на ситуацию безо всех сторонних примесей в виде эмоций, то ее поведение резко изменилось и с поцелуями и чувствами Каштанова обрушилась на него практически сразу после вопроса о переводе денег со счета клуба.

***

      Лечащий врач настаивал, чтобы она еще хоть недельку находилась на стационарном лечении, но Вика уверила его, что снизит нагрузку на работе и будет предельно внимательно следить за собственным самочувствием, пообещала принимать все назначенные лекарства и упорхнула в свободную жизнь.       Любимица-машина так и осталась припаркованной у ее дома, и женщина вынуждена была вызвать такси. Оказавшись в родных стенах, она с наслаждением приняла душ и, заварив большую чашку черного сладкого чая, поставила разрядившийся телефон на зарядку.       Первый вызов раздался уже спустя 3 минуты. Еще до того, как посмотреть на экран, у женщины мелькнула мысль, что это звонит тренер, но она тут же отмела ее. За все время, которое она провела в больнице, Макеев приходил к ней дважды, в самом начале госпитализации, один из которых в компании Фролова. У Вики даже закрались подозрения, что он избегал оставаться с ней наедине.       Телефон разрывался трелью, давая понять хозяйке, что номер абонента ей незнаком. На основные контакты она специально установила отдельные мелодии, чтобы знать, как быстро нужно отреагировать на звонок.       - Слушаю, - нехотя произнесла Виктория Михайловна.       - Вика, как это понимать? - даже не поздоровавшись с ней надрывался в трубку какой-то мужик.       - А с кем я говорю? – голова начала ныть от этого крика, да и реакция у нее была еще не такой быстрой, к какой она привыкла. Доктор предупреждал ее, но к таким последствиям травмы она не была готова.       - Ты издеваешься, что ли???       ОООО, это фразу и интонацию она узнала, а по ним и звонившего. Бывший муж объявился.       - Виктор, ты зачем звонишь? Соскучился?       - Вика, мне пришел иск. Судебное заседание через два дня. Как это понимать?       - А я тут при чем?        Она переключила динамик на громкую связь, чтобы освободить руки. Сладкий чай немного скрашивал этот диалог.       - Взыскание долга, Вика! Какого долга? Я все тогда вернул!       Вика постучала ноготком по стенке чашки, надеясь, что ее бывший муженёк поморщился от этого звука. Сделала глоток.       - Ты что-то путаешь, Виктор. Ты не вернул. Ты просто не успел забрать украденные деньги. Мужчина замолчал. Вика тоже не торопилась возобновлять беседу.       - Вика, будь человеком, забери иск.       Она чуть чаем не подавилась от такой просьбы.       - Виктор, я уже не имею отношения к БК, который и подал на твою компанию в суд. Ты взял на себя обязательства и ты не выполнил их. Напомнить, какая пеня предусмотрена в договоре?       - Ты не понимаешь! За мной такие люди стояли! Я квартиру продал, чтобы расплатиться по долгам с ними. Я не смогу оплатить штраф!       Прежде чем звонить ей её бывший наверняка проконсультировался с юристами. И в перспективе ему светит уголовная ответственность. Он перевел дыхание, и продолжил с таким же напором.       - Я неделю назад заключил договор с новым клубом. Средства уже получены и переведены мною на левый счет. Я не имею к нему доступа, я на проценте. Информация о поданном на «Витриум» иске скоро появится на инфоресурсах. Они же разорвут договор и потребуют возврата средств! Вика, я всего лишь пешка в этом деле. Я понимаю, ты мстишь мне…       - Виктор, кто-то же помог тебе организовать эту схему. Вот и обращайся к ним за помощью, а мне больше звонить не нужно.       Почему она раньше не замечала, что ее муж настолько недалекий человек? У него было достаточно времени, чтобы объявить компанию банкротом, ликвидировать. Но нет. Этот идиот мало того, что не озаботился тем, чтобы элементарно обезопасить себя от возможных последствий, но и радостно прыгнул на те же грабли.       Мстила Вика не ему, но инструментом для ее мести он был. Виктор не из тех людей, которые будут покрывать других, слишком труслив, чтобы нести ответственность за собственные поступки. И не настолько дурак, чтобы не понимать разницу между организатором и исполнителем.

***

      Бакин положил трубку и зачем-то отчитался перед женщиной, хотя весь их разговор с тренером она слышала. Значит, ей действительно не показалось, и Макеев оборвал с ней контакты еще когда она лежала в больнице. И никаких обстоятельств, которые мешали бы ему к ней зайти, или элементарно позвонить, коими она объясняла себе подобное поведение, не существовало.       - Он говорит, что в курсе, что Вы уже командуете. Просто позвонил по инерции.       Бодрый голос Бакина бил по ушам и приступ головной боли уже маячил на горизонте.       - Понятно. Как вообще у него дела? – переиграла с равнодушием в голосе, но человек перед ней не был способен обращать внимание на такие тонкости.       - В каком смысле? - глупо переспросил он и продолжил таращиться.       - Ну, во всех смыслах. – пришлось подтолкнуть его в нужном направлении. - Ну, Вы же сами мне говорили, что он расклеился. Я смотрю, сейчас взял себя в руки, да? Команда на подъёме.       - Есть такое дело, да.       - Вопрос с супругой положительно решился, правильно?

///

      Казанцев, наблюдавший за игрой своей команды, к воротам которой пробивался чужой нападающий, с раздражением ответил на звонок с незнакомого номера.       Какой-то Виктор кричал про какой-то суд и деньги, которые с него требуют и которые он ему должен дать, а иначе… Он еще что-то говорил, но крики зрителей заглушили крики, доносящиеся из телефона.       - Виктор, я тебя знать не знаю, но запомни, я никому ничего не должен. Решай свои проблемы сам.       Где-то в подсознании мелькнуло это имя и сгинуло под возмущённый гул трибун. В ворота залетела шайба.

///

      - Сергей Петрович!       Это стало плохой привычкой, окликать его в коридорах Дворца и бежать следом. Символизм их отношений в этом раскрылся полностью, она с первого дня работы с ним только и делала, что пыталась успеть за его удаляющейся фигурой, а он побыстрее скрыться из-под прицела ее глаз.       Пора завязывать с этим.       - Да?       - Вот, - женщина протянула ему заранее подготовленные билеты.       - Что это?       Она и без его реакции чувствовала себя виноватой, но Макеев мог бы и выбирать тон. Он был не менее вовлечен, чтобы сейчас изображать из себя жертву.       - Это билеты в vip-ложу.       - Зачем?       - Для Вашей жены и детей!       - Спасибо, но уже не надо.       Слово «уже» трансформировалось в лезвие и больно ударило ее по горлу. Она сглотнула и тише, чем планировала, выдохнула:       - Почему?       - Потому что они не придут.       - Ну, как это они не придут поддержать Вас в такой ответственный матч?!       - Виктория Михайловна, они не придут, потому что их нет в городе. Так что извините. Спасибо.       Эти чертовы билеты не были тестом на крепкость его семьи или на то, положительно ли решился вопрос с его супругой. Она действительно хотела наладить с ним отношения, позволив Юле поддержать его, наблюдая за игрой в комфортных условиях, а на деле лишь ухудшила и так шаткое положение.       Выйдя в холл, женщина вручила их первой же встреченной ею компании. На радостный визг никак не отреагировала. Ей не было радостно

///

      Сергей Петрович шел на тренировку, наконец-то пребывая в относительно стабильном состоянии. Несколько недель назад он вынес батарею бутылок на помойку, выкинул из холодильника все продукты, не перебирая их по сроку годности. Попытался отмыть квартиру, но, плюнув, вызвал клининг. Вчера закупил продукты. Ему казалось, что если в доме будет чисто и в холодильнике будет стоять любимый сок жены и йогурты для мальчишек, то Юля с детьми вернутся.       Еще одной причиной, которая заставляла его верить в такой исход, было внезапное потепление отношений с женой.       На прошлые выходные он ездил к сыновьям т.к. «развод разводом, Сергей, но мальчишки скучают и их наши проблемы задевать не должны». Юля отказалась идти с ними в кино, но вечером накормила всех ужином и вместе с детьми проводила его до автобусной станции. Наверное, хорошо, что у него такая работа, связанная с разъездами, и его часто не бывает дома. Мальчишки пока не понимают, что их жизнь изменится.        Сегодня на повестке дня стоит вопрос с опекой, не отреагировать на запрос которой Юля не могла. Возможно, она приедет вместе с сыновьями, и ему удастся с ними увидеться.       Пока что их телефонные звонки связаны с детьми и единственное, что их объединяет, их сыновья, но тренер знал, что все исправит. Стоит только приложить усилия.

///

      Оля пропустила свекровь в квартиру и закрыла за собой дверь. За Тоней идти еще рано, и девушка предложила женщине пока что-нибудь приготовить, и та это восприняла, как ей показалось, с воодушевлением. Приподнятое настроение испортил Антон, решивший выяснить отношения именно этим вечером.       - Я так понимаю, Вы опять в ссоре?       - …Так что не хотим мы эти грабли выбрасывать. Очень нам нравится на них наступать.       - Понятно…       - А, главное, меня поражает всегда, с каким азартом он делает из мухи слона. Да, я согласна, формально повод для ревности есть. Но если ты любишь женщину, подойди, спроси, а у него сразу наезд, сразу атака, причем такая, что через 5 секунд ты начинаешь чувствовать себя виноватой. Юлия Борисовна, я понимаю, он Ваш сын, я правда очень его люблю и хочу, чтобы он поменялся. На него ведь Тоня смотрит.       - Оль, ты меня извини, конечно, но ты же и сама понимаешь, что он вряд ли измениться.       Антипова почувствовала, насколько эта ситуация зеркалит ее собственную, и как точно Антон дублирует ее же поведение, рубанув с плеча не разобравшись. Но правду признавать горько, а делать выводы еще горше, так что она решила поступить единственно верно с ее точки зрения, а именно найти виноватого извне, а не обвинять себя.       - Оль, а скажи честно, почему ты с ним не поехала в “Металлист”?       - Юлия Борисовна, я боюсь, что то, что я Вам скажу, Вам будет неприятно.       - Ну, и всё-таки?       - Сначала мы разошлись во взглядах на ситуацию между Сергеем Петровичем и Каштановой.       - Да, ты была права, мне действительно неприятно.       Поздно вечером, когда Оля искупала Тоню и уложила ее спать, она достала бутылку красного вина, сыр и ореховое ассорти с медом, наполнила напитком два бокала и постучала в комнату к свекрови.       - Юлия Борисовна, я сегодня рано все равно не засну. Вы, думаю, тоже. Пойдемте посидим на кухне? Я открыла Ваше любимое вино.       Белова не рассчитывала на скорое согласие, но свекровь согласилась сразу. Видимо, их последний разговор и у нее оставил неприятное послевкусие. Болтали о детях. Садике. Школе. Переездах. Плавно тема перешла на новую работу Антона и, по касательной, на Сергея Петровича.       - Вы меня извините, Юлия Борисовна, но Антон и тут сделал из мухи слона, придумал уйму просто смехотворных доводов “за”, обвинил Сергея Петровича в измене, и еще и Вас в этом убедил. С такой лёгкостью разрушает две семьи и даже не понимает этого!       - Оля…- попыталась остановить ее Антипова, но невестка под влиянием вина и момента не хотела ее услышать       - Что он видел? Как Каштанова вечером выходила из номера Сергея Петровича? Как у него так был к нему рабочий вопрос, а у Виктории Михайловны их быть не могло? Время детское. Он не в постели в его номере ее обнаружил. Не выходящей в халате из душа. Не крадущейся в пять утра из его номера в свой. Нет!       - Оля, я бы не хотела с тобой об этом говорить.       - Хорошо. Услышал ты обрывок разговора. Обрывок! Вырванный из контекста обрывок! И тут же сделал выводы!       Юля хотела встать и выйти из кухни, но вместо этого допила залпом остаток вина из бокала и налила себе еще. Подумав, налила и невестке. Пусть хоть она выскажется этим вечером.       - Юля Борисовна, раз уж Антон не в состоянии услышать меня, хоть Вы услышьте! Я была у Каштановой в больнице. Мы говорили с ней о ситуации с Антоном. О том, что она не расторгала с ним контракт. Что виделась с ним и пыталась все ему объяснить, вернуть его в команду. О том, что Антон все неправильно понял и между ней и Сергеем Петровичем ничего не было и быть не может.       Юля молча уставилась на свои руки, на правой поблескивало обручальное кольцо.       - Юлия Борисовна, как хотите называйте это чувство, женским чутьем, интуицией, но я верю ей. Просто…она не выглядела как счастливая соперница, мужчина которой на грани развода…

///

      С момента ее выписки встречи с тренером можно было посчитать на пальцах одной руки. Домашние игры. Случайное столкновение в коридоре. И на парковке.       Точкой в этой истории стал звонок Макееву, а перезвонил ей Андрей. Как-то глупо оправдываясь тем, что у Сергея Петровича сел телефон.       С тех пор она напрямую звонила Андрею Викторовичу, работавшему в их треугольнике испорченным телефоном. Но это уже проблемы Макеева, в каком искаженном виде он получает информацию.       Плюнув на субординацию, Вика пресекла все попытки со своей стороны выйти на контакт с главным тренером. Никаких звонков. Никаких визитов в тренерскую. Если была необходимость зайти в раздевалку, то вся коммуникация велась с Кисляком, который зачастую находился с парнями.

///

      Андрей взял выходной и теперь ему необходимо подняться в кабинет спортивного директора. Кисляк так и сказал:       - Сергей Петрович, мне Каштанова позвонила. Попросила подойти к ней. Что-то с переносом тренировок, нужно поставить подпись в измененном графике.       На стук в дверь привычное:       - Войдите!       Женщина стояла спиной к двери и наблюдала за процессом полирования льда, прижав к уху трубку.       - Андрей, присядь пока, пожалуйста, я сейчас закончу разговор…- спортивный директор даже не повернулась к посетителю.       Хотя Сергей Петрович и не был никаким Андреем, он принял предложение и сел за стол.       - Александр Иванович, ну, что, могу нас поздравить. Дело по "Витриуму" сдвинулось с мертвой точки!       - ...       - Да, Виктор мне звонил. Вам, я полагаю, тоже?       -…       - Нет. Средства он перевести не сможет. Да, я в этом уверена.       -…       - Нет. Нет, Александр Иванович, никаких уступок. Свое он должен получить! -…       - А тут я соглашусь с Вами!       -…       - Да, большое спасибо Вам. Держите меня в курсе, пожалуйста.

*Схема наработана. Осталось только взять отпуск. Или попасть в больницу. Чтобы подпись на договоре не ставить. А после у нее новый контракт, а клуб в финансовой жжжжжж…в жалком положении клуб *

       Вика обернулась.       - Андрей, спасибо, что подо...

////

      - Сергей Петрович, - Колюня говорил на бегу, в голосе слышалась отдышка.- Сергей Петрович, пока Виктория Михайловна находилась в больнице, я провел внутренний аудит, как Вы и просили Олега Ивановича, поверьте, что в делах все прозрачно. Я не обнаружил ничего подозрительного. Я и Олегу Ивановичу уже это передал! Работайте спокойно!       Макеев нажал на сброс.       - Чем же она тебя купила?

////

      - Оля, зайди ко мне, пожалуйста.       - Да, конечно, Виктория Михайловна. Через десять минут за ее столом сидела Антипова. Девушка переживала, но причина была спортивному директору непонятна. К ее работе претензий у нее не было. Как и к ней, как к сотруднику.       - Я Вас слушаю, Виктория Михайловна, - первой не выдержала девушка.       - Оля…- спортивный директор слегка растягивала гласные, что было ей несвойственно. – Оля, у меня есть к тебе просьба. Она покажется тебе странной, но...       - Я слушаю Вас…       - Я прошу тебя назначить встречу с Юлией Борисовной. Лучше в каком-нибудь ресторане. Скажем, пригласи ее на обед. Причину поправдоподобней придумай, пожалуйста.       - От Вашего имени? - зачем-то спросила Оля, проводив взглядом чашку с кофе, которую перед ней поставила Каштанова.       Виктория Михайловна посмотрела на нее так выразительно, что девушка стушевалась.Ну, да, конечно, на встречу с Каштановой ее свекровь не придёт.       - Виктория Михайловна, я подумаю.

      ///

      Как бы он не убеждал ее и себя, но во всем произошедшем была и его вина, так что все приходилось делить на два и избегать встречи с этой женщиной, чтобы не сорваться. Он смог простить ей слишком многое. Уход Точилина. Ослабление команды. Гнусные сплетни.       Но семью...Позавчерашний звонок от жены и ее истерика стали последней каплей.       - Виктория Михайловна, я просил Вас не вмешиваться в вопросы моей семьи?       - И Вам добрый вечер, Сергей Петрович. Присаживайтесь. Чаю хотите?       Он ни сдвинулся с места.       - Зачем Вы впутываете в наши отношения Олю?       Она встала и подошла к кофемашине.       - В наши отношения - это в наши с Вами или в Ваши с Вашей женой?       - Вика, ты издеваешься?       - Видишь, ты все же способен переходить со мной на ТЫ. И просить не пришлось.       После того, как она вчера покаталась на эмоциональных горках с его женой, успокаивая ту, кричащую на весь зал, а после выскочившую из ресторана, Вика с радостью покатала бы на этих же горках Макеева, и сама бы впала в истерику. Можно с Макеевым. Можно без Макеева.       Она тоже человек. Она тоже устала от унижений перед его женой. Она устала от бессонной ночи, проведенной за рулем. Она устала ловить на себе злой взгляд тренера и постоянно быть во всем виноватой! У нее тоже есть чувства, пусть Сергей и отрицает их наличие.       Осталось лишь понять точку отчета. Оля обвиняется в обмане, т.к. Юлия Борисовна ждала в том ресторане невестку, и следующим пунктом обсуждения будет вчерашний забег от ресторана до парковки, или…        - Вика, почему мне в воскресенье звонит жена и…       Опа, новые вводные. Значит, Макеев пока не в курсе. - ...и утверждает, что…       Она честно держалась. Держалась, пока крик тренера перекрывал гул работающей кофемашины. Держалась, пока делала первый глоток. Держалась, пройдя мимо тренера и ставя чашку на стол. Держалась, подойдя к темному окну и прижавшись к нему горячечным лбом. Закрыла глаза, отрезая себя от происходящего. Стоя спиной к тренеру это было сделать легче.       Радовало одно, в это время в Ледовом уже нет сотрудников, на ее административном этаже уж точно.       И крики тренера сейчас выслушивала только она.       Не сдержалась, когда Сергей выплюнул ей в спину слова:        - Ты же ради цели ни перед чем не остановишься! Люди вокруг тебя лишь ступени для её достижения. Растоптала и пошла дальше! Я. Юля. Точилин. Антон. Оля. Кто следующий? Кого ты пустишь на размен?       - Да пошел ты к черту! Пошел ты к черту вместе со своей женой!       Кофейная чашка полетела в направлении двери, у которой стоял тренер, оставляя за собой безобразные пятна на полу. Чашка раскололась на несколько неравных осколков, а по его рубашке и стене за ним темными разводами стекали остатки напитка.       Один из осколков, отрикошетив, пролетел рядом со скулой тренера, напомнив о себе кровавым росчерком.       Макеев, все ещё не веря, что всегда такая уравновешенная спортивный директор швырнула в него чашку с только что приготовленным кофе, провел ладонью по щеке. Та окрасилась красным.       Липкая капля скатилась по шее и впиталась в стойку белоснежного воротника. Еще одна капля следом за первой.       Вика с ужасом следила за действиями тренера. Яростный, переполненный злобой и еще каким-то глубинно-чёрным чувством, название которого женщина не знала, взгляд остановился на ней.       Она инстинктивно отступила назад, четко понимая, что тот, кого она должна была уничтожить, сейчас уничтожит ее. Он сделал шаг к ней. Все, происходящее между ними сейчас, подчинялось своим законам, и вело к своему завершению, не оставляя даже шанса на завтра. Ни после его слов до. Ни после ее разговора с Юлей, когда она буквально умоляла эту женщину сохранить семью, уверяя её в верности мужа. Вчера она ей не солгала...       Руки, с силой сжавшие ее плечи. Руки, заставившие ее сделать несколько шагов назад, в направлении стола.        Будь на ней брюки, а не юбка с чулками, ему бы хватило этих нескольких секунд для того, чтобы одуматься. Но этих секунд у нее не было.       Холодная стеклянная поверхность стола под ее бедрами. Холод его взгляда.        Первый болезненный толчок.       Прокушенная до крови губа, лишь бы сдержать вскрик.       Мужской кулак, намотавший ее волосы и с силой рванувший вниз, заставляя еще больше прогнуться и открыться ему. Укус в шею.       И, несмотря на жесткость, даже жестокость, с которой этот мужчина брал ее, сквозь так и не стихающую боль волнами накатывало возбуждение, потому что чувства, свернувшиеся клубком у ее сердца и не дающие нормально вдохнуть, черт возьми, были и она ничего не могла с этим поделать.       Чувства, диаметрально разные по спектру, закипали слезами в глазах, и пролились, когда он, положив руку под ее лопатки, притянул женщину к себе для поцелуя.       Женские пальцы заскользили по ставшей колючей к вечеру щеке, на которой все еще виднелся след от недавней пощечины, и спустились к шее, взывая к нежности. Показывая, как может быть. Ладонь на его груди ловит бешеный ритм сердца, успокаивая и подсказывая, как нужно действовать.       В зеленых глазах, всматривающихся в его глаза, искрится страх, боль и...любовь? Теплые губы накрыли его губы, едва двигаясь.       Металлический привкус крови. От нее пахнет кофе.       Кончиками пальцев по её скуле, ключице, по хрупким позвонкам. Пальцы, легонько массирующие кожу её головы. Кудри, текущие меж его пальцев.        Пальцы сжимаются в кулак. Рывок. Блузка, полетевшая на пол. Следом за ней бюстгальтер. Его руки заставляют ее лечь всем корпусом на стол. Вместо горячих мужских ладоней спину обжигает лед стекла.

      Макеев мылся в душевой       Ледового. Ему не хотелось принести на себе запах другой женщины, пусть и в пустующую сейчас квартиру.       Он ей поверил! Когда посмотрел в ее глаза, полные слез, он на несколько минут ей поверил!       Прав был Казанцев, она великолепная актриса, ломающая чужие жизни ради достижения собственной цели.       Она сломала его, забирая то, что пожелала она. Он сломал её, взяв то, что пожелал он.        И ему, как и ей, не до предрассудков.

      Красная машина притормозила у круглосуточной аптеки. Женщина, надевшая плащ прямо поверх нижнего белья, шагнула в помещение. Молоденькая девушка положила перед ней запрашиваемый препарат. Вика, сидя на диване в темной гостинной, неотрывно смотрела на распечатаную пачку и стакан воды.             Поднявшись, босиком прошла на кухню и выплеснула воду в раковину, медикаменты полетели в мусорное ведро.       После, прогнав даже мысль о душе, на который не оставалось сил, отключила будильник и упала на кровать.

///

      Зайдя домой, Сергей уловил забытый аромат любимого рассольника. — Юль... — Сереж, не надо ничего говорить. Давай просто забудем про эти недели, как будто их вообще не было. Согласен?

///

      "Четыре игры", - шептала, как мантру, женщина, входя в Ледовый.       Четыре игры, и она свободна. При условии, если они дойдут до финала.       Четыре игры...       В ее кабинете вновь появился Андрей Кисляк. Новый рабочий стол. И звонки без ответа.

///

      Вчера, сидя с Калининым в vip-ложе, она, проследив за взглядом улыбающегося тренера, заметила на зрительских трибунах Юлию Борисовну в компании Антиповой и двух мальчишек.       Пробил озноб. Захотелось встать с холодного сиденья, подняться в свой кабинет, закрыться в нем и не выходить, пока в Ледовом, кроме нее, не останется ни души.        Но рядом был Олег Иванович, что сводило на нет все ее желания. - Красивая игра, да, Виктория Михайловна?

///

      Оранжевый раритет, подгоняемый толпой крепкий парней, скрылся за поворотом.

///

      - Вадим Юрьевич, - в его кабинет зашли двое мужчин в форме.       - Я, - зачем-то встал Казанцев.

///

      Вика, закрыв уже не свой кабинет в последний раз, спустилась на парковку. Ее красная любимица ждала хозяйку, зная, что у нее впереди новая работа и жизнь.        Политех...они долго искали практикующего специалиста ее уровня. Жизнь бывает весьма непредсказуема. А спорта с нее достаточно!       ...Красная машина, мигнув габаритными огнями, резко сбавила скорость и притормозила у обочины. Женщина в легком брючном костюме цвета кирпича, посмотрев в боковое зеркало, выскочила из авто.       Спазм, прошедший от желудка к горлу, заставил брюнетку сложиться пополам. Ее стошнило.