ГЛАВА 5. "ПРИМИРЕНИЕ"

Pov Т/и Прийдя домой, я плюхнулась на кровать прямо в уличной одежде и заплакала. Как же больно от такого предательства. Я уткнулась лицом в подушку. Почему они меня не позвали? Может это какая-то ошибка? А если они писали мне сообщения, но почему-то они не дошли. Нет, не может такого быть. Они специально мне ничего не сказали? Я что, для них второстепенна? Наверное, у них ещё есть общий чат без меня, где они меня обсуждают. Я же видела, как сначала они веселились, а когда увидели меня, им стало стыдно. Тише, Т/и, может у них правда есть объективная причина чтобы не звать меня? Может они забыли про меня? Да вот именно что забыли! Я настолько неинтересна? Или я веду себя по-дурацки?.. Мы ведь только-только вернули полноценное общение без беготни и поиска. А теперь это заставляет меня отдалиться от них... Кажется, я теряю что-то... Я сворачивать калачиком и ныряю под одеяло с головой. И в итоге на моей подушке оказался мокрый слезливый след. Постой, Т/и, твои слёзы в этой ситуации совершенно нормальны. Кому не было бы обидно, если бы его не пригласили? А Кадзуху же тоже приглашали, но он не пришёл. Значит он был занят. А может они подумали, что я буду занята, поэтому не позвали. Да блять, я же никому не говорила о своих планах на выходные, которых даже изначально не было! Могли бы и предложить. Слыша мои слезы, в комнату заходит моя мама. Она испугалась, видя меня плачущую. — Доченька, что случилось? — обеспокоенно спросила меня мама, присев на кровать около меня и глядя меня по волосам, чтобы успокоить. — Мама... Меня не позвали... — Куда не позвали? Захлёбываясь в собственных слезах, я рассказала ей всё: что произошло, что я чувствую по этому поводу. Мама меня выслушала и сказала: — Милая, я понимаю, что тебе больно. Но это же не конец света. В понедельник прийди и спроси, — мама прижала меня к себе и погладила меня по волосам, — Моя маленькая девочка... Такая большая, но такая ранимая... Я продолжаю плакать, но теперь не от обиды, а из благодарности к своей маме. Она такая мудрая, всегда поддержит. — Я приготовлю тебе вкусностей, — Мама поцеловала меня в лоб и ушла на кухню. Слёзы потихоньку уходят, а в голове появляются идеи, что мне сделать. Мама права: даже в свои 16 лет я плачу, как маленький ребёнок. Как меня это бесит в себе. Хочу наконец-то стать взрослее, чтобы меня воспринимали серьёзно. Я хочу, чтобы они поняли, что много для меня значат. Они для меня важны, и я хочу быть для них значимой. Может мне им всем что-то подарить? Но для начала передохну. Я открыла телефон и зашла в Инстаграм. У Аяки вышла история: на фото она с Томой и Мидзуки, они сделали смешные лица. Они выглядят такими счастливыми. Опять слезы набегают, и щиплет в глазах. Но я себя успокаиваю: "Спокойно... Вдох... Выдох... Тише, Т/и. Значит на это действительно есть причина... Мой палец тянется к кнопке лайка. Они все вместе так счастливы, наверное, эта фотография стоит того, чтобы я её лайкала. А ребята даже не представляют, как долго я смотрела на эту фотографию, желая тоже оказаться там... *** К вечеру я успокоилась, но тяжесть в груди всё равно осталась, что-то тяжёлое и утомляющее. Воскресенье я провела точно так же. Уже не плакала, но всё равно чувствовала себя погано. Постоянно хотелось спать и просто остаться одной в этом мире, даже никого не хотела видеть. Мне не хотелось, чтобы меня успокаивали... *** Понедельник, 30 сентября. Завтра начнётся октябрь, мой любимый осенний месяц, но сейчас я не особо ему рада. То, что произошло в субботу так и не удалось отпустить полностью. К понедельнику я почти забыла, но когда Ёимия спросила меня, как я провела выходной, в груди словно что-то ёкнуло, и руки поледенели. Стараясь сохранять спокойствие, я ответила: "Нормально", но в душе у меня опять была сильная обида. Не надо было мне напоминать... На уроке опять удалось отвлечься, и в попытке полностью развеять эту горечь, я решила пройтись по коридору на перемене. Столько учеников вокруг чувствуют себя радостными, а я здесь немного лишняя. Посреди коридора я вижу свою "компанию", которую, кажется, тяжело назвать своей. Но там нет кое-кого. У окна я вижу Кадзуху, как всегда задумчивого и более отстранённого, чем раньше. Он был совершенно другим, если сравнивать с прошлыми днями: одинокий, словно лишний, такой же, как и я сейчас. Мои шаги к нему ускоряются, я прохожу мимо компании, и Кадзуха, замечая меня, словно меняет свой вид. Теперь он улыбается такое же лучезарной улыбкой, как и я. — Привет, — говорит он мне первый и касается моей холодной руки. Какая горячая рука у Кадзухи. Холод от моей ладони пробежался по его, и Кадзуха от этого слегка поджал губу, — Как дела? Как провела выходные? От вопроса создалось ощущение, что из меня высосали всю энергию. Я краем глаза смотрю на ребят, которые с весёлостью что-то обсуждают и смеются. Неразборчиво, но до меня доходит суть их разговора. Аяка и Мидзуки смеются над незнакомым мне словом, а Тома закрывает лицо руками и тоже смеётся. Скорее всего он оговорился или сказал смешную фразу, и теперь она стала их местным мемом. Скорее всего, они придумали его на той прогулке, на которую я не была приглашена, и обида опять накатила меня. Но Кадзуха ждёт, пока я отвечу. Я отвечаю: — Нормально, — немного печальным тоном сказала я. — А я все выходные был в деревне, — рассказал Кадзуха. — А над чем они смеются? — попыталась расспросить я Кадзуху, чтобы узнать подробности. — Не знаю. Я пришёл, а они шутят об этом. Я спросил, что за новый прикол, но Тома сказал, что я не пойму. Да я и сам не понимаю, что с ними. Может они выдумали это на той встрече?.. — Постой, ты о том, что они гуляли в субботу? — Да, а что, тебя не позвали? — Лицо Кадзухи из улыбающегося стало недопонимающим, — Мне написал Тома, пригласил, но я отказался. Он даже сказал, что предложит другим. Я думал он и тебе предложит. Я ошеломлена. То есть я могла быть приглашена, но этого не случилось. Обида поглотила меня ещё больше, настолько, что я еле сдерживала слёзы. Но плакать сейчас нельзя, иначе Кадзухе может стать неудобно. Я тихо рассказываю Кадзухе, что произошло в субботу: — Я видела их в субботу в торговом центре. Они веселились, но когда увидели меня, им будто стало стыдно. Может они отдаляются от меня? — Не думаю. Потерпи немного, со временем всё встанет на свои места, — Кадзуха подошёл ко мне ближе и положил руку мне на плечо, — Время всё покажет. — Я бы не хотела, чтобы наша компания распалась... — По крайней мере я буду с тобой, — Кадзуха посмотрел на меня таким доверительным взглядом, что, кажется, время замедлилось. Он одними своими глазами говорит, что я могу на него положиться. Мои слёзы отходят, и я улыбаюсь своей фирменной улыбкой: лучезарной, яркой, самой счастливой. Смогу ли я улыбаться так же с остальными друзьями? К нам подбегает Аяка. Я не хочу на неё смотреть, и даже тошно. Поэтому я даже полностью не поворачиваюсь к ней, а стою боком. Что она мне скажет? Я знаю: вряд-ли она будет насмехаться, ей такое несвойственно. А сзади неё идут Тома и Мидзуки, будто стыдливо смотря в пол. Они пришли извиниться? — Слушай, Т/и, я заметила твой лайк на последней истории, но... — Аяка сделала паузу между словами и спрятала взгляд за чёлкой, — Мы все пришли извиниться. Неловко получилось, что ты не была приглашена. Я думала, что Тома тебе напишет, но он, наверно, забыл. Но уверяю, ты ничего не пропустила. Ага, я же слышала как вы прикалывались над новой шуткой, которую тогда же и придумали. Или правда вышло недоразумение? А в следующий раз они меня пригласят искренне или из-за чувства долга? Или не позовут вовсе и будут трястись, чтобы не узнала об этом? Остальные ребята со стороны Аяки и ещё Кадзуха слушают наш разговор. Должно быть, они переживали, чтобы не стало хуже. Мне нужно искренне признаться, что случившееся меня беспокоит. — Слушай, это было обидно с вашей стороны. Я не думала что вы забудете, — сказала я, продолжая стоять к Аяке полубоком. — Правда, вышло недоразумение. В следующий раз, когда соберёмся компанией тебя тоже позовём, — Аяка улыбнулась и подошла ко мне. А может она честно от всего сердца извиняется. Не думаю, что Аяка хотела бы разрушать со мной дружбу, мы ведь дружим с первого класса. Я поворачиваюсь к ней и обнимаю. — Хорошо, больше не поступайте так. Я очень дорожу нашей дружбой... Аяка отвечает на моё объятие взаимно, и все остальные тоже обняли нас, собираясь в кучку. Так тепло в общих объятиях. Приятно и легко, словно я сняла со спины тяжелую ношу. Я чувствую, как наши сердца бьются в унисон. Как хорошо, что теперь мы вновь воссоединены. Да, я люблю своих друзей и сделаю многое, чтобы сохранить дружбу. Я хочу сделать им сюрприз. *** Прошло около двух недель. Я всё отпустила, и мне намного легче. Мы общаемся так же хорошо, как и раньше до этого. Обида исчезла без следа. И всё таки, мне и Кадзухе объяснили значение этой шутки, которую придумали на прогулке. Ох, ну и поржали мы с этого, а Томе опять стало стыдно до смеха. Однако Кадзуха был насторожен. После примирения парень несколько дней спрашивал о моём эмоциональном состоянии. Я говорила ему, что он слишком накручивает себя, но Кадзуха только мне ответил: "Думаю, ты сильно переживала из-за случившегося, а я просто спрашиваю, всё ли в порядке. Я просто проявляю осторожность". Но теперь я чувствую к нему нереальное тепло. Меня словно тянет к нему ближе и ближе. И сам Кадзуха не против быть рядом. Он много интересуется моей жизнью, спрашивает советы по играм и учёбе. Кажется, что я готова говорить с ним вечно. *** Однажды я возвращалась домой со школы, холодный ветер срывал с деревьев листья и дул в лицо. Мои волосы развивались на ветру, попадая то в рот, то в глаза. Учебный день выдался трудноватым: сегодня была контрольная по русскому и тест по истории. После такого тяжёлого дня было трудно думать о чём-то, кроме отдыха. Идя домой, я думала, как мне максимально эффективно распорядиться свободным временем: "Поем, поиграю немного, может порисую. Точно, нужно отправить Кадзухе ссылку на видео, — накануне он спросил меня о сборке персонажа в той игре, которой мы вдвоём увлекаемся, и я сказала, что отправлю ему ссылку на видеоролик, ведь все нюансы этого персонажа я за короткую перемену не успею рассказать, — да, отправлю. Может Кадзуха захочет спросить меня ещё о чем то? Я бы болтала с ним часами. И он так ценит меня, и я так рада этому. Таких людей как Кадзуха нужно ценить. Мой самый лучший школьный друг... ...Стоп, я думаю о нём?" End pov Т/и