Глава 1. Начало истории

На кухне раздался свист чайника. Тучный мужчина с тлеющей сигаретой в зубах, выглянул в дверной проем и крикнул: «Теть Зин, а Теть Зин! Чайник!» На громкий бас прибежала щуплая невысокая женщина в халате, она быстро выключила газ и налила в принесенную с собой чашку кипяток. После чего аккуратно вернулась в свою комнату. Толстяк вновь остался один на общей кухне. Выдохнув дым, он бросил бычок в жестяную банку из-под растворимого кофе. Мужчина вышел в коридор и направился в комнату 312 прямо по этажу. Жильцы общежития номер 3 уже привыкли к громкому басу отставного моряка по утрам. Обшарпанная краска на стенах коридора, по которому шёл мужчина, слышала много всего: скандальные крики, детский плач, тихие признания в любви и клятвы в вечной верности. По старенькому паркету можно было понять, что количество недостающих половиц равнялось году его укладки. Однако все живущие здесь знали, что судьба свела их в этих стенах не от хорошей жизни. Пятиэтажное здание в спальном районе было совершенно непримечательным: кирпичная кладка, деревянные окна и металлическая дверь на входе. Перед общежитием были две небольшие клумбы, в которые, ранее упомянутая, Тётя Зина сажала цветы или рассаду, а потом заботливо поливала и отгоняла от них прохожих. Вот и сейчас входная дверь распахнулась и из неё вышел вахтёр Ефим Егорович, добрейшей души человек. Он зевнул и оглядел территорию перед домом. - О, Сеня, доброе утро, а чего ты так рано сегодня? - вахтёр обратился к мальчику десяти лет, который волочил тяжелый мешок по асфальту в нескольких метрах от входа. - Ефим Егорыч, здравствуйте! - мальчик бодро выпрямился и попытался спрятать мешок, встав перед ним. - Я куда? - Сеня почесал голову, - Да у нас дела важные... - мальчик неловко переступил с ноги на ногу. - Сильно не балуйте только, - ухмыльнулся Ефим Егорович, поправляя ус, - а то помню, как вы мне перила на лестнице второго этажа отломали! - мужчина шуточно погрозил ребёнку пальцем и скрылся за дверью. Сеньку Зеленова знало и любило все общежитие, ребёнок нелегкой судьбы: в свои неполные десять живет с матерью, отец спился, когда ему было пять, после этого они с мамой и въехали в «тройку», так это общежитие прозвали местные. Все боялись, что Сенька закроется и общаться ни с кем не будет, но мальчишка бойким оказался, друга себе нашёл со второго этажа Геру Баварова. Они всему району жара задают, но сейчас не об этом. Весеннее утро было тихим, редкое событие для тройки. Здесь обычно жизнь бьет ключом: кто-то стирает, кто-то курит, где-то между этажами в шахматы играют, на кухне суп убегает, да много всего, но сегодня было слишком спокойно. Ефим Егорович прекрасно знал, что затишье это предвещает бурю, но вида не подавал. Последний раз такое было лет пять назад, тогда тараканов ещё травили последний раз. Вахтёр весь день то выходил на порог, то вновь возвращался в свою комнатушку на первом этаже. Волнение его медленно пожирало до момента, пока во входную дверь не постучали. - Переулок Пирогова, 15? - спросила девушка, приоткрыв входную дверь. - Вот оно что, а я все гадал. - вахтёр задумчиво пробубнил себе под нос. Девушка вошла и достала из кармана мятую бумажку, которую передала Ефиму Егоровичу. Тот взял и начал читать содержимое письма. Сначала на его лице было сосредоточение и напряженность, а затем он рассмеялся и взглянул на девушку. - Мирослава, значит. - Ефим Егорович добродушно улыбнулся. - поднимайся на третий этаж, там дверь без номера будет, она тебя к пожарной лестнице и выведет. Дальше сама разберёшься. - Мира меня зовут, просто Мира. - девушка поправила рюкзак на плечах. - Спасибо Вам, Вы моей последней надеждой были. Если что-то понадобится, то обращайтесь. - Мира кивнула и направилась вглубь общежития. - Только ты это, не смотри в глаза никому, так они тебя и не заметят. Иначе вылетишь отсюда, как пробка из шампанского! - вахтёр крикнул это вслед девушке и, подмигнув, вернулся в свою каморку. Мира с интересом осматривала стены и ловко поднималась по лестницам, на ее пути никого не оказалось, поэтому совет вахтёра она сочла немного странным. Ефим Егорович же понуро сел на свою кровать и задумался. Давненько не было новых жильцов на том этаже. Вроде все тихо мирно было, а сейчас опять придётся дежурить и за жильцами следить. Вахтёр прекрасно справлялся со своими обязанностями, но сейчас возраст уже не тот, да и гонять живность по этажам не очень то и хочется, в общем работенки прибавится. - Никому в глаза не смотри, - оглядывая коридор третьего этажа повторила девушка, - да тут и нет никого, - рассуждала она - а вот и дверь без номера. Перед Мирой была деревянная дверь выкрашенная в темно-зеленый цвет. Замка в ней не было, поэтому девушка с легкостью прошла в маленькую комнатку с металлической решеткой, за которой была пожарная лестница. «Интересно, а мне вверх или вниз?» - подумала она, оглядывая лестницу. Внезапно Мирослава услышала убаюкивающий женский голос. - Трилистник, эвкалипт и пихта... - Задумчиво пробубнила девушка, мечтательно огибая Миру. - Я явно что-то упускаю... - незнакомка показалась Мирославе очень занимательной: длинное воздушное платье, струящиеся рукав, маленький зелёный венок на голове, образ так и веял весенним лесом. Таким свежим и тихим. - Извините, а Вы не подскажите, как пройти, - Мира попыталась узнать, куда ей стоит идти, но не смогла точно сформулировать конечный пункт, ведь сама не знала, куда ей нужно. - Точно! Лоза винограда. - загадочная девушка обернулась к Мире и осторожно поманила рукой за собой. Мирославе не оставалось ничего, кроме как последовать за девушкой, от которой веяло лесной свежестью. Спустя лестничный пролёт они оказались в середине коридора, которой был очень похож на те, что она уже проходила в этом здании. - Третий с половиной этаж приобрёл нового жильца, а это значит только одно... - Девушка с венком на голове скрылась за ближайшей дверью, не успев договорить фразу. «Странно, но точно не хуже, чем у тетки.» - подумала Мира и зашагала по коридору. Когда Мирослава проходила мимо одной из дверей, замок самостоятельно открылся и упал на пол, растворяясь в воздухе. Дверь приоткрылась, приглашая нового жильца общежития.