Часть 1

Был зябкий март. Земля дрожала, Свинца ветрами смерть визжала, Она не с паперти, в азарт, Вбирала жатву. Экий жарт! И милуй бог, но бармалеи, В бетон зарывшись по чубы, Всё так же ловят пули в лбы, На них наш брат не оскудеет. Из-под фундамента свечу Потушит танк, огня из ДОТа. Однако ж, трудная работа, С наскока штурмом брать Гой-Чу. В горе кирпичного ломья, Роптал, как будто недовольный, ПК. За ним был своевольный, Сержант Матвеев. То есть, я. Бродячий цирк шерстистых крыс, Забился, водится как, в норы, И что-то ходят разговоры, Что у Руслана нос повис. Ну что же, родину его, С землёй сравнять — за милу душу! ОДАБ с «Грача» летит! Послушай, Бой магнум опуса его! Да, огрызается сучьë. Не им судить! Они с пелёнок всё тут росли, Но за Будённовск, Мы все-таки возьмём своё… Пятнадцать дней горнила жар, Лизал огнём ВВ и СОБР. Не весь победы клич был добр — Гелаев не достался в дар. Полсотни метров к трупу — труп: Хохлы, китайцы, нохчи, персы. Хотя уж жалости нет в сердце — Исход их краток, столь и глуп. А мы, «Старик», тебя найдём, Хоть в Дагестане. Между прочим, В сортире, может, и замочим, Верховный как сказал. Дойдем.