Часть 1

Летний день в Берлине выдался слишком солнечным, чтобы просто сидеть дома. Шу ворчал, что ультрафиолет — его заклятый враг, но всё равно волочился за Джастином, который хотел "посмотреть на немецкие парки, настоящие, а не в Гугле". Фри с Луи отстали где-то по пути — скорее всего, свернули за мороженым, или встали спорить у киоска, чьи вкусы лучше. А вот Вальт... Вальт наконец решился. После двух лет глухого исчезновения из мира блейдинга, почти полного информационного молчания, полупустого инстаграма и игнора всех интервью — он включил эфир. Просто сел на лавку под раскидистым деревом, поставил телефон на подставку, глубоко вдохнул и… пошло. — …так что, да, — говорил он, потирая затылок. — Я реально выпал. У меня было три чертовых сессии за семестр, лабораторные, стажировки… И честно, если бы я слышал слово «чемпион» хоть ещё раз — я бы швырнул Вальтриек в мясорубку. Он нервно усмехнулся. В чате уже появлялись взрывы "ВОЗВРАЩЕНИЕЕЕЕ", "БОЖЕ, ТЫ ЖИВ", и, конечно, "...а кто чемпион?👀". — Ну вот, блядь. — Он закатил глаза. — Этот новый чемпион. Который с ноября позапрошлого года каждую неделю пишет мне то в комменты, то в личку, то в фан-группы. Типа "брось вызов", "докажи, что ты легенда", "сколько можно прятаться". Серьёзно? У меня реферат по физике на 40 страниц. Какой нафиг вызов? Он уже начал злиться, но только на уровне "прибить — не сильно, просто слегка". Шу, сидящий на скамейке неподалёку с бутылкой ледяного чая, только хмыкнул. Он знал — если Вальт завёлся, сейчас будет либо взрыв, либо исповедь. — Но я вернулся, да, — Вальт усмехнулся. — И если этот выскочка появится на горизонте... я его сглажу. Прямо во время дуэли. Плашмя. Он задолбал всех. Даже Фри! А Фри, между прочим, терпит только Луи и перец халапеньо. Шу фыркнул громче, почти поперхнувшись. Вальт продолжал — об учебе, об усталости, о том, как сильно он скучал по арене, но не по драме. Он сменил ракурс камеры, чтобы показать часть парка и скамейки, расставленные вдоль аллей. На мгновение он отвлёкся и повернул экран в сторону, чтобы достать воду из рюкзака, и… На фоне попали Ван и Джастин. Целующиеся. Спокойно, искренне, как будто мир замер. Ван аккуратно держал Джастина за шею, а тот мягко улыбался сквозь поцелуй. Ни один из них даже не подозревал, что на фоне идёт прямой эфир с десятками тысяч зрителей. И в ту же секунду Шу замер, с ужасом уставившись в телефон Вальта. Его зрачки расширились. Он медленно, максимально медленно повернул голову к экрану и прошептал: — ...ты же в прямом?.. ВАЛЬТ! Эфир рванул в сторону, рука Вальта захлопнула объектив, камера тряслась, звук фонил. — БЛЯТЬ МЕНЯ ВАН ГРОХНЕТ!! — пронеслось по эфиру, прежде чем стрим окончательно отключился. Где-то за кадром громко захохотал Луи: — ДА ЭТО ЛУЧШИЙ ЭФИР В ЖИЗНИ!!

***

Через пару минут Вальт стоял, потный, трясущийся, с побелевшим лицом и телефоном в руках. — Он меня реально убьёт, Шу! — сипел он. — ВАН МЕНЯ ЗАКОПАЕТ НА ЗАДНЕМ ДВОРЕ. ПОД ДЕРЕВОМ. С МЕТКОЙ "ТУТ ЛЕЖИТ ТУПИЦА С ПРЯМЫМИ ЭФИРАМИ". Шу, пытаясь не смеяться, только похлопал его по плечу: — Может, сначала он убьёт Джастина, за то что не заметил камеру. А потом уже тебя. Так что... радуйся, ты не первый. Фри, только что подошедший с двумя рожками мороженого, остановился и вскинул бровь: — А что случилось? Луи, уже лежащий на траве от смеха, поднял руку: — Только что... вся страна узнала, что наш скромный Ван и Джастин — пара. А всё благодаря вот этому гению эфира. Фри посмотрел на Вальта. Потом на Шу. Потом на экран телефона. — Ага. Окей. Кто-нибудь скажет Вану… или мы все вместе сделаем коллективное завещание?