Глава - 1.

— Хватит, хватит, хватит. Пожалуйста, ХВАТИТ! — Драко Малфой резко подскочил с постели от боли, резанувшей его спину. Мышцы болели от бега на много километров, а сердце колотилось, как у колибри. Он выглянул в окно, где тонкий месяц смотрел прямо ему в лицо, как бы говоря: «Мы оба знаем правду, от неё не убежишь». Малфой со всей силы захлопнул окно и лёг в постель, силясь снова заснуть. *** — Грязнокровка! — рявкнул он, когда Золотое трио прошло мимо него. — Хорёк! — фыркнула в ответ девушка, и даже не обернулась. Как же его бесило это! Уже которую неделю, она, впрочем как и все, делала вид, что его не существует. И он не мог ничего с этим сделать. Просто терпел, старался не сильно нарываться и пытался избегать всех. Зачем? Чтобы поддержать свою репутацию. Пусть и покалеченную из-за этого времени. Из-за войны. Из-за отца. Из-за всего подряд. Но война закончилась. Как бы странно это не было, но даже Поттер, кажется, простил его, и поэтому спас Малфоев от Азкабана. Но не Люциуса. Он гниет в этой тюрьме, где ему и самое место, Драко чувствовал мерзкий привкус злорадствуя в душе, будто он не его отец. Нарциссу выслали во Францию, в живописный особняк в Бордо, где такие же подбитые люди проживали свои долгоидущие жизни, а Малфоя младшего снова закинули в Хогвартс, где он терпел всю ненависть, злобу, и обиды, направленные на него. Он это заслужил. И сам это понимал. Но ведь все так несправедливо. Или справедливо? Справедливо, Драко знал. Но не желал принимать. — Драко, — позвал знакомый голос из другого конца коридора, перекрикивая малышню вокруг и отражаясь от каменных стен. Зажмурившись, он сжал челюсть и повернулся. К нему шёл Блейз Забини. Его лучший друг. Но сейчас Малфою надо побыть одному. Темнокожий Слизеринец поравнявшись с Драко, начал что-то ему рассказывать, заставляя голову блондина гудеть от боли. -…И Грейнджер сказала, чтобы тебе дали шанс. — Услышав заветную фамилию грязнокровки, Драко посмотрел на Блейза и уже хотел прислушаться к теме, но тот закончил. — Ты не слушал, да? — Прости, — выдохнул парень. — Сегодня, на собрание старост, МакГонаглл сообщила нам, что Криви не сможет занять место старосты школы, и она попросила выдвинуть кандидатуры. Ну, я и выдвинул тебя. Старуха запротестовала, и они, представь себе, поцапались с Грейнджер. Заучка так злилась на неё, и выдвигала такие аргументы в твою защиту, что Макгонагалл отступилась. И думаю, что она скоро сообщит тебе радостную новость. — Ты ахринел? — воскликнул Драко. — Какой, к черту, староста?! — Эй, ты чего? Это только поможет тебе. — Да меня все на дух не переносят, делают вид, будто меня не существует вовсе. Какой из меня староста?! Да и я… ты же знаешь, — они зашли в полупустой класс Нумерологии. — Ты совсем придурок, да? Если ты станешь старостой, то это будет намёк, что все идёт в гору, что раз тебя назначили старостой, ты это заслужил. И да, я уверен ты справишься, — он помедлил, глядя на однокурсников, — справишься со своей проблемой. Это шанс, Малфой. И если сама Грейнджер решила за тебя заступиться, это не просто так. — Закройся, Забини. Мне плевать на эту чёртову заучку, с её чертовеми тараканами, в её чертовой лохматой голове! — как по свистку, в класс зашла смеющаяся Грейнджер, под руку с рыжим Вислым и вечно растрепанным Поттером. Они сели на соседний ряд, и девушка тут же начала копаться в своей сумке, доставая учебники, пергамент и чернильницу. На ее длинной юбке красовалось пятно от джема, но ей не было и дела до этого. Вислый отвернулся к Поттеру и они весело говорили о квиддиче. — Ой, я забыла свиток! — воскликнула она и вылетела из класса. Проводив её восторженным взглядом, Уизли слегка повернул голову в сторону гриффиндорок и улыбнувшись, снова вернулся в разговор Поттера. Браун и Паттил тихо захихикали. В класс уже начали заходить ученики, а за ними, впорхнула Грейнджер с гребаным свитком в руке. Новый профессор Силенсия Уинфрид зашла в класс, и ученики, мимо которых она прошла, зажали носы от её ужасных ядерных духов с запахом яблок. Чудовищные духи! — Итак. Все успокаиваемся! — закричала она, повернувши свою массивную тушу в стороны доски. — Мистер Малфой, мистер Забини, раздайте, пожалуйста, работы. С тяжёлым вздохом, двое Слизеринцев поднялись со своих мест и начали раздавать Чертова работы. Как будто специально, Драко достались работы почти всех гриффиндорцев. И у Грейнджер, кто бы сомневался, была «П». Он едва сдержался, чтобы не фыркнуть. — Мисс Уинфрид, — позвала Грейнджер. — У меня появились вопросы в домашней работе… Дальше Драко не слушал, эти тупые грейнджеровские заморочки. Вернувшись на своё место, Драко развалился и даже не думал слушать нудного профессора, он медленно выводил ответы на контрольном задании. — Драко, — позвал шёпотом Блейз, нарушив тишину через час, после начала. — Что у тебя в третьем вопросе? Драко лениво глянул в свой законченный тест и назвал Блейзу ответ. Он мечтал, чтобы тишина никогда не заканчивалась. — Отложили перья! Мисс Грейнджер, соберите работы. Грязнокровка тут же подскочила с места и понеслась собирать работы, быстро исправив некоторые ошибки своих тупых друзей и озираясь на Уинфрид, копавшуюся в огромной уродливой сумке. С улыбкой, она прошла к Блейзу и Драко. — Седьмой вопрос неправильный, — тихо шепнула она Забини и убедившись, что профессор не видит, быстро исправила ответ, наклонившись совсем близко к Блейзу, который с удивлением глядел на нее. Слизеринцы удивленно раскрыли рты. А Грейнджер просто ушла забрав их работы. — Жизнь не перестаёт удивлять. — Ухмыльнулся Блейз. *** Блондин молча шёл по коридору, не обращая внимания на злые взгляды проходивших мимо него. Ему было плевать. Его и раньше все ненавидели. Но разница есть, тогда эта ненависть питалась страхом других. Боялись связей его отца, опасность исходила и от маленького Драко. Но отца нет. Он гниет в Азкабане. Но он точно знал: просто так, имя к Драко не вернётся, поэтому он сейчас и шёл в директорский кабинет, где его уже ждала Макгонагалл. Она сидела за столом и что-то писала на скрипучем пергаменте, хмуря лоб. — Мистер Малфой, присядьте. — Не отрывая глаз от писанины, сказала профессор. Тихо вздохнув, он опустился в неудобное жесткое кресло. — Думаю, вы удивлены моей просьбой придти сюда. — Начала она, и оторвала взгляд от работы. Ее темные глаза, окружённые глубокими морщинками, горели тёплом и усталостью. — Да, профессор. — Кивнул Драко. — На недавнем собрании старост, вашу кандидатуру выдвинули в назначение старостой школы. — Беззвучным голосом сказала она. — И подумав, я решила, что должна дать вам шанс. Учителя всегда запалили вас за отличные оценки, а лидерские качества не скрыты от меня. Новое расписание вы получите завтра, со всеми соответствующими пометами, а проконсультироваться вы всегда можете со мной. Или с мисс Грейнджер. Напоминаю, что теперь у вас будет отдельная комната. И она ваша соседка, запомните это и не смейте переходить никаких границ. — Она строго взглянула на него. — Благодарю, профессор. Это очень большая ответственность, и я не подведу вас! — Конечно, мистер Малфой. У вас не будет шанса что-то изменить. — И вглядевшись в его лицо, разрешила уйти. Тяжело вздохнув, Драко отправился на Астрономическую башню, подышать свежим воздухом. В вечерней тишине, Хогвартс казался заброшенным. На балкончике, как и обычно, никого не было, и Драко с облегчением устроился у перил и взглянул вперёд, на Чёрное озеро, в котором отражался месяц. Достав из кармана мантии магловские сигареты (глупая привычка), он закурил. Горький дым проникал в лёгкие, доставляя небывалую легкость и ясность мыслей. — Малфой?! — Раздался за спиной женский голос. Грейнджер. Медленно обернувшись, он посмотрел в её перекошенное лицо. Нахмуренные тонкие брови и сжатые губы. — И тебе, привет, Грейнджер. — Фыркнул он, кривя рот, и снова отвернулся, стряхивая пепел вниз. — Не знала, что ты куришь магловские сигареты. — Тихим голосом сказала девушка, подходя к нему, но держась на приличном расстоянии. Она облокотилась о перила и втянула чистый прохладный воздух сентября. — Не боишься стоять тут со мной, Грейнджер? — спросил он, вглядываясь в верхушки деревьев. — А ты? — Смешно. И они молча посмотрели вперёд. Сигарета Малфоя тлела и, вскоре, догорела до фильтра. — Ты был у профессора МакГонаглл? — Вновь раздался её голос. — Был. — Ответил он. — И она сообщила, что ты назначен… — Да, Грейнджер, — устало перебил он. — Донесёшь на меня? За курение. Этот вопрос вырвался неожиданно для них обоих. Почему-то он немного испугался. Не хотелось терять возможность искупить вину. Вина. Какое интересное слово, несущие в себе сразу все и ничего. — Нет. — Ответила она, выдёргивая его из мыслей. — Почему? — Тебе итак не очень хорошо, а это… Снова тягучее молчание. Он развернулся и зашагал в сторону лестницы, не думая оборачиваться. — Спасибо, Грейнджер. — Не за что, Малфой. — Прошептала она в темноту ночи. *** Драко проснулся в холодном поту, с беззвучным криком, застывшим на высохших губах. Ему снова снилась мать. И снова ей делали больно, снова её убивали. Босыми ногами, Драко прошлепал в ванную, даже не заботясь о соседке, и включив холодную воду, вытер мокрой рукой пот с лица и шеи. Тихий звук льющийся воды перебил короткий крик, отчего Малфой тут же насторожился, но не услышав продолжения, решил, что ему лишь предвиделось. Посмотрев на себя, злого, бледного и до безумия уставшего, он снова побрел в кровать, откидываясь на влажную от пота наволочку, и уставился в темный потолок, так разительно отличавшийся от его собственного потолка, в его собственном доме. *** Гермиона ненавидела утро с детства. Всеми силами, каждый день, она заставляла себя подняться с нагретой, за ночь постели, которая манила своим уютом и теплом. Но она не опаздывает, никогда, не в ее правилах. Девушка убедилась, что Малфой ещё не встал, и смело направилась в ванную комнату, на утренние процедуры. Стоя под горячими струями воды, девушка невольно задумалась, что же ждёт её дальше? Сейчас она по-настоящему счастлива, её друзья живи и здоровы, с семьёй все отлично, она продолжила учиться в Хогвартсе, но что-то внутри все скреблось от страха. Война прошла, бояться нечего, а страх все не покидал её. Она не знала сколько прошло времени, как вдруг, внизу послышались шаги и смех. Потом голос Забини, совсем рядом с ванной. — А где же наша хваленая заучка? — спросил он. — Судя по звукам, в ванной. — Лениво растягивая слова, ответил Малфой. Грейнджер тут же притихла, но воду не выключила. — Ох, у вас совмещённая ванная? — с явным ехидством в голосе, поинтересовался Забини. — Как видишь, — обречений голос Малфоя. — Пойдём, а то опоздаем на завтрак. И шаги удалились. Хлопнул портрет худощавой колдуньи Авроры, и её недовольный крик пронзил всю гостиную Старост. Гермиона вышла из душа и наскоро переодевшись и уложив волосы, выбежала на завтрак, где её уже ждал Гарри и Рон, быстро уплетающий омлет с беконом. — Доброе утро, мальчики. — Поздоровалась Грейнджер, чмокая Рона в щеку, а Гарри погладив по руке. — И тебе, Гермиона, — отозвался Рон. — Доброе, — быстро проговорил Гарри и продолжил читать «Квиддич сегодня». Гермиона вздохнула и принялась наливать себе чёрный кофе, ведь девушка никогда не завтракала, а существовать без любимого напитка она не могла. Она лениво окинула Большой Зал взглядом, задержавшись на новых профессорах по Нумерологии, Трансфигурации и Защите от Темных искусств. Старая женщина, новый профессор по Трансфигурации, с кучей колец на толстых руках, и обилием ожерелий на шее. Миловидный профессор лет 26, по Защите. Кудрявые черные волосы, достигающие плеч и стянутые кожаным ремешком. Яркие голубые глаза, тонкие губы и выразительные скулы. Старшеклассницы поголовно влюблялись в этого профессора. Может, курса на два меньше, Гермиона бы тоже в него влюбилась, но у неё был Рон. Их отношения были прекрасны, вот уже три месяца, и ни единой ссоры. — Грейнджер, — раздался за спиной знакомый голос, растягивающий слова. Её фамилия вышла, словно это было ругательство. — Старуха просила меня и тебя зайти к ней. И развернувшись на каблуках, он твёрдой походкой отправился вон из Большого Зала. Гермиона встала и попрощавшись с ребятами, отправилась вслед за белоснежной шевелюрой, Малфой шёл впереди, метров в пяти от неё, и девушка могла разглядеть его. Как всегда идеально сидевшая белая рубашка, прилипающие к стройным ногам черные штаны, на правой руке красуется серебряный браслет. Рукава закатаны, и видна выцветшая Метка. — Прекрати меня разглядывать, — грозно прошипел парень. Смущённая девушка тут же отвела глаза, и хотела уже сказать ему какую-нибудь колкость, как он остановился у горгулий, ведущих к кабинету МакГонаглл. — Светлый мир. — Назвал он пароль. В кабинете, сама МакГонагалл, сидела на чёрном кожаном кресле, явно ожидая гостей. — Вы пришли. — Начала она. Её взгляд упёрся в Грейнджер. — Мисс Грейнджер, мистер Малфой. — Добрый вечер, профессор. — В ответ поприветствовала девушка. Малфой лишь кивнул. — Вам, наверное интересного, зачем я вас пригласила? «Нет» — подумали оба. — Вы знаете, какое сейчас шаткое положение сложилось в Хогвартсе, межфакультетная вражда достигла пика. Никогда в моей практике подобного не было. Сегодня, буквально час назад, дуэль между двумя учениками, привела к серьезным увечьям. Ученики отправлены в Мунго, и я вынуждена просить вас, приглядывал за учениками. И вы будете дежурить по школе. Два полных дня в неделю, с одним отсыпным выходным, и дежурства до часу ночи в оставшиеся дни. — Значит, я и Грейнджер будем шататься каждый день по школе? Во время «междуфакультетеых» воин? — скептически поинтересовался Малфой. — Да, мистер Малфой. Эти меры будут приняты до Рождества. А дальше, увидим. — С дрожью в голосе, сказала МакГонаглл. Малфой сжал челюсти, и закрыл глаза. — Профессор, а как же наша учеба? Ведь, если два дня в неделю мы будем отсыпаться, то остаётся всего три учебных дня? А как же ЖАБА? — Мисс Грейнджер, вы сможете брать дополнительные занятия, я смогу договорится с преподавателями. Казалось, девушку это устроило. — Вы согласны? — Да. — Ответила Грейнджер. Взгляд Макгонагалл переместился на Малфоя. — Мистер Малфой? — обратилась к нему старуха. — У меня нет выбора. — Вздохнул он, и вышел из кабинета. — Малфой! — недовольно закричала Грейнджер, входя в гостиную Старост. Он перевёл скучающий взгляд с конспектов на девушку. — Не смей больше уходить! Держи, — она кинула ему какую-то бумажку. — Расписание дежурств. Он вздохнул и снова погрузился в домашнюю работу по Нумерологии. Ещё немного постояв, девушка ушла к себе в комнату, хлопнув входной дверью. Малфой тяжело вздохнул и уткнулся в учебник. Когда большие часы в гостиной пробили полночь, Драко ушёл к себе. Грейнджер не спала, Драко слышал её шаги по комнате. Он услышал как заскрипела её кровать, ужас какое отсутствие звукоизоляции. Парень взял со стола пачку с сигаретами и открыв окно, закурил. Тяжелый сигаретный дым вылетал на прохладный осенний воздух. Луны было не видел из-за туч, скрывающих и звезды. Он поёживался, и слава Мерлину. Он выкуривал уже четвёртую сигарету, как в комнату ворвалась гарпия-Грейнджер, в потрёпанных шортах и топе, с маской для сна на лбу и взъерошенным гнездом на голове. — С ума сошёл?! — закричала она. — Не смей курить в комнате! Всю гостиную провонял этой гадостью! Немедленно прекращай, а иначе донесу на тебя! Малфой медленно перевёл взгляд на девушку. — Агуаменти! — взмахнув палочкой, сказала девушка, и на Малфоя вылилась струйка прохладной воды, намочив его, но потушив сигарету. Победно улыбнувшись, девушка вышла из его комнаты. — Ах ты, мерзкая сучка, Грейнджер! — заорал, пришедший в себя Малфой. Но она не ответила. Взбешённый парень переодел футболку и улёгся спать, обещая, про себя, отомстить Грейнджер.