Часть 1. Глава 27. Смерть никчёмному королю Тан! Акт второй

      Казалось, все жители королевства Тан приехали этой ночью в столицу, чтобы отдать дань уважения королю и отпраздновать его круглую дату. Центральный город всегда был густонаселён, но сейчас на его широких улицах в буквальном смысле было не протолкнуться. Столица бурлила будто стремительный поток горной реки. Голоса, звон посуды, переливы музыкальных инструментов уличных артистов и детский задорный смех. Яркие вывески, пёстрые ленты на деревьях, украшенные фонарями мостовые столбики — невзрачный город расцвёл будто чудный сад. Торговцы выкатили на улицу передвижные прилавки, предлагая неискушённому доселе горожанину отведать лучшие яства королевства и приобрести сувениры, чтобы навсегда запечатлеть в памяти этот поистине великий день.       Феличита зайцем прыгала от одного прилавка к другому, пытаясь, похоже, за ночь попробовать все блюда, которым могли похвастаться не только столица, но и всё королевство Тан.       — Ты столько съела на праздновании, неужели не наелась?       Лин заглянул в практически опустевший кожаный кошелёк и печально вздохнул.       — Тут всё так вкусно, что само в рот идёт, — проговорила Феличита, не удосужившись даже прожевать.       — Ты бы поаккуратнее с этим, а то мало ли что там ещё может в рот залезть, — усмехнулся Нин.       Феличита ударила его ногой под колено, отправляя немного полежать, и сунула в лицо генерала шпажку с цзянь дуй.       — Попробуйте.       Не успел Лин даже ничего сказать, как снизу вынырнул Нин и стянул лакомство со шпажки зубами.       — Действительно вкусно, — одобрительно закивал он.       — Злодей! — Феличита со злобы кинула в него шпажку, на неудачу попав острым концом аккурат между глаз.       Нин мигом спрятался за спину брата и состроил жалобное лицо.       — Лин, эта женщина меня обижает. Накажи её.       Генерал размял переносицу и прикрыл глаза. Усталость с новой силой навалилась на его плечи. И всё же, он не жалел, что в итоге пошёл с ними на празднование. Лин уже и не помнил, когда они с Нин последний раз куда-то выбирались вдвоём просто для того, чтобы развлечься и отдохнуть. Даже когда была жива королева, они редко покидали стены дворца. Матушка всегда пыталась уберечь их с братом, потому-то они даже за пределы внутреннего дворца почти не выходили. В то же время королева никогда не ограничивала их в развлечениях — во дворце они могли делать что угодно, если, конечно, их шалости не приводили к травмам и не мешали работе служащих при дворе, что, учитывая непоседливый характер старшего принца, редко удавалось избежать.       — О! Там какое-то представление.       Феличита схватила Нин за руку и потащила к толпе, окружившую группу уличных артистов. Под заводную песнь эрху, барабана и бубнов руки Лиса с порванным ухом ловко подкидывали вверх горящие ярким обжигающим пламенем булавы и с той же ловкостью ловили их одну за другой. Молодая девушка, будто нежная нимфа, с длинными перьями на голове показывала чудеса акробатики. Все их движения были лёгкими и непринуждёнными, будто для них сделать несколько кувырков в воздухе или проглотить по рукоять горящий кинжал было так же естественно, как дышать и ходить. Наконец-то Феличита почувствовала от праздника удовлетворение и, похоже, не она одна.       — Вот кого надо было приглашать во дворец, — хором заявили Нин с Фели, оборачиваясь к генералу и указывая на артистов пальцами.       — Игра той девицы на эрху чуть не лишила меня слуха, — поежилась Феличита.       — А эти танцы одинаковых девиц! — воскликнул Нин. — Скука смертная.       — Безвкусица! — так же хором заключили они.       Они смотрели на Лин таким взглядом, будто он был виноват во всех несчастьях мира.       — Я в подготовке не участвовал.       Все, в общем-то, понимали, что Лин максимально далёк от организации чего-либо вообще во дворце, но он счёл необходимым уточнить данный момент во избежание каких-либо недопониманий. Нин с Феличитой цыкнули и разочаровано покачали головами. Что ж, может, генералу бы и следовало в будущем пересмотреть свои должностные обязанности.       Тем временем выступление подошло к концу, и Лис, что ещё недавно мастерски совладал с горящими булавами и обручем, прошёлся по толпе, собирая в шляпу вознаграждение. Он остановился возле них и с широченной улыбкой потряс позвякивающей из-за монет шляпой. Нин заглянул в шляпу, обменялся взглядом с Феличитой, и они оба расступились, открывая артисту доступ к Лин. Генерал оглядел парочку недовольным взглядом и кинул в шляпу пару медяков.       — Храни вас прародитель, — поблагодарил его Лис и вприпрыжку вернулся к товарищам.       Жалование Лин было весьма солидным даже для его должности, что, несомненно, было заслугой Нин. Лин имел казённое жильё, если тот разваливающийся Сливовый павильон вообще таковым можно было назвать, военная форма также выделялась «бесплатно» министерством военных дел. Питание, инвентарь для тренировок, книги из дворцовой библиотеки для тех, кто обладал хотя бы базовым уровнем грамотности, — за всё это служащие во дворце не платили, отчасти поэтому столько демонов так стремилось попасть во дворец даже на самую низшую должность. У Лин было достаточно средств, которые ему попросту некуда было тратить. А посему часть выплат генерал втайне от короля возвращал в королевский бюджет, часть жертвовал семьям погибших воинов, находящихся в его подчинении. Себе он оставлял лишь ту небольшую сумму, которая требовалась для поддержания его личного оружия в боевой готовности, тайных государственных дел и непредвиденных расходов, таких, как, например, сейчас.        — Смотрите! — воскликнула Феличита, указывая пальцем в небо. — Там летит что-то. О, так это же фонарики! Тысячу лет их не запускала.       — Ты такая старая? — удивился Нин, критически осматривая девушку. — А выглядишь лет на шестьсот.       — Это образное выражение, дубина.       — На фонариках пишут заветное желание, а затем отпускают в небо, — пояснил Лин. — Говорят, что в ночь белого полнолуния оно обязательно исполнится.       — Это нам надо!       Феличита схватила Нин за грудки и потащила его к телеге с фонариками. Она выбрала для себя традиционный красный. Нин же остановил выбор на вытянутом зелёном. У Фели было много желаний: от снижения цен на любимое пиво до роскошной жизни на берегу моря с красавчиком дворецким, но сейчас все они меркли на фоне одного единственного, самого желанного. Взобравшись на каменный мост, перекинутый через небольшую шуструю речушку, она старательно выцарапывала на красной бумаге иероглифы смоченной в чернилах палочкой. Из-за фактуры фонарика получалась довольно скверно, но Феличита очень надеялась, что ответственный за исполнение желаний сможет прочитать её корявый почерк.       — У тебя что, других желаний нет? — пробубнил Нин, заглядывая Фели через плечо.       — Выше крыши! — взревела та. — И я бы с огромным удовольствием расписала бы их все, если бы кое-кто наконец отправил меня домой.       Нин хмыкнул, делая вид будто не понял, что под «кое-кем» она подразумевала его.       — А у тебя что? — Феличита взглянула на фонарик Нин и сморщила нос. — Рисунок? Серьёзно? Ты писать не умеешь?       — Ты меня совсем за дурака держишь? — Феличита неоднозначно пожала плечами, король решил проигнорировать и этот жест. — Так нагляднее. Вот я, а это Лин, — указал он на две кривые фигуры, скрестившие палки-руки. — Смотри, мы счастливы.       Но смотреть на это художество ей было больно. Иногда Феличита сильно загонялась по поводу того, что её навык рисования был недостаточно высок, особенно в сравнении с топовыми художниками, но благодаря Нин её самооценка взлетела подобно ракете в космос. Что ж, какой-то толк от глупого короля всё же был.       — Ага, офигеть. А это что?       Стараясь не смотреть на две кривые фигуры с улыбками на пол-лица-кругляшка, она указала на странные треугольники чуть в стороне.       — А, это огонь.       — Типа костёр? Чтоб согреться?       Нин кивнул.       — Большой такой, размером с дворец! — радостно всплеснул он руками. — Гляди, тут даже ты есть.       Феличита прищурилась, всматриваясь в маленькую кляксу в виде ещё одного недочеловечка в самом низу фонарика. Ух ты, даже её вниманием не обделил, только вот…       — Что у меня на голове?       — Твои волосы, глупенькая, — добродушно пояснил король и добавил: — Они горят. Эх, не везёт тебе.       Феличита кинула на него тяжёлый взгляд. Она встряхнулась, аккуратно подвела горящую лучину к фитилю свечи и зажгла её. Фонарик довольно быстро наполнился горячим воздухом и медленно поплыл вверх, вознося к звёздам скромное желание юной леди. Феличита с благоговением провожала своего маленького друга в долгий путь. Теперь-то её наконец услышат, и уже совсем скоро она вернётся домой. Лёгкий порыв ветра всколыхнул фонарик, отчего тот завалился на бок, мгновение спустя вспыхнул ярким пламенем и камнем рухнул вниз, продолжая медленно тлеть на мостовой.       — А? — Феличита в недоумении захлопала глазами. — А-а-а-а?!       Нин ехидно присвистнул.       — Маленький огонёк как начало великого пожара.       — Сдохни! — прорычала Феличита, с силой ударяя его локтем в живот. — Господин, ещё один фонарик, пожалуйста!                     Лин волновался, что Феличита не сможет в полной мере расслабиться и отвлечься от своих переживаний, но глядя на то, как она с упорством драгуса в очередной раз пыталась запустить небесный фонарик, он позабыл свои тревоги. Однако вопрос с белым Дракон всё ещё оставался открытым. Нин как обычно веселился и не было никаких намёков на то, что душа Нао собирается пробуждаться. Это, с одной стороны, не могло не радовать, с другой же, заставляло находиться в постоянном напряжении неопределённости. Рассчитывать на то, что старая Ямауба ошиблась, уже не приходилось, Нао действительно был внутри Нин, но почему он за столько лет ни разу не явил себя — оставалось загадкой. Серебряный свет полной луны блеснул в тёмных глазах генерала. Слух о том, что белый Дракон возродится в юбилей короля, был порождён сплетниками и быстро разнесён по всем уголкам столицы, если не всего королевства Тан. Но коль молчала сама госпожа Го, так откуда простому народу было знать, что действительно правда?       — Господин, вы выбрали?       Лин снова прошёлся глазами по рядам небесных фонариков всевозможных форм и расцветок.       — Этот, пожалуйста, — указал он на простой белый фонарик прямоугольной формы.       — Какой необычный выбор. — Торговец принял у генерала медную монету и передал ему покупку. — Надеюсь, ваше желание сбудется.       Лин поблагодарил торговца и взял с тележки смоченную чёрной тушью бамбуковую палочку. Он никогда не верил во все эти разговоры об исполнении желаний. Ничто не давалось просто так — этот урок он запомнил на всю жизнь. Генерал лёгкой рукой вывел на фонарике послание, поджёг свечу собственным пламенем и отпустил фонарик в небо. Да, он не верил в поверья, но слова, написанные чернилами на белой бумаге, были искренними.       Лин проводил фонарик взглядом, пока тот не затерялся в облаке из ещё десятков таких же — десятков, а то и сотен желаний горячих сердец. Генерал ступил назад, развернулся и едва удержал равновесие из-за головокружения. В глазах потемнело, Лин нащупал рукой каменный свод моста и опёрся на него плечом в ожидании, когда уйдёт приступ. Это началось ещё во время последнего похода. Сначала были редкие и короткие помутнения в глазах, которые Лин порой и вовсе почти не замечал. Но с течением времени приступы становились всё чаще и тяжелее, появились головные боли и судороги в конечностях. Городские доктора разводили руками, а к королевскому он обратиться не мог, поскольку тот бы сразу доложил Его Величеству, — таков уж был приказ Нин, всё, что касалось здоровья генерала Цао, не могло быть утаено. Так что с проблемой приходилось справляться самому, как он всегда и делал.       Генерал немного подождал, пока головокружение не сошло на нет, а затем поспешил на мост к Феличите и Нин, но тех там уже не оказалось. Лин в панике оглядел толпу, пытаясь отыскать знакомые лица, но всё было тщетно. Он их потерял.                     Феличита приподнялась на носочки, вытягивая шею, вздохнула и развела руками.       — Мы потеряли генерала.       — Не заблудится, не маленький, — отмахнулся Нин, с интересом рассматривая маски, разложенные на передвижном ларьке.       — Перспектива находиться с вами наедине, господин Нин Ю, меня не прельщает, — нарочита громко заявила Феличита. — Да и бросать генерала грубо.       — С каких пор ты следишь за манерами?       Нин взял маску похожую на ту, что была у генерала Цао, только закрывала она не всё лицо, а нижнюю его часть. Он осмотрел её со всех сторон и даже примерил на себе. Затем кивнул, будто соглашаясь с собственными мыслями, и сунул её за пазуху.       — Ты меня с собой не сравнивай. Может, у меня нет дворца и сотен слуг, да и целое королевство мне не подчиняется, но в плане воспитания я всегда была близка к аристократии.       — Так ты у нас манерная аристократка, — усмехнулся Нин.       Феличита заскрежетала зубами и беззвучно выругалась.       — Да что с тобой не так? Постоянно язвишь, грубишь на ровном месте, ведёшь себя как идиот. А это извечная натянутая улыбочка на лице и наигранный смех… К чему вся эта ширма? Что ты прячешь, Нин, или от кого?       Поначалу, когда они только познакомились, Феличита действительно думала, что у него на самом деле дерьмовый характер. В человеческом мире таких, как он, было полно, и все они на самом деле были такие от природы. Фели бы и дальше продолжала так считать, если бы не видела, как тот общался с братом. Рядом с генералом Нин успокаивался, словно снимал с себя невидимую маску героя и переставал играть на публику. Феличита была уверена, что Нин мог быть серьёзным, мог быть ВЗРОСЛЫМ, но тот отчего-то упорно не хотел показывать другим свою обратную сторону.       Нин молчал, в упор смотрел на Феличиту пронзительным взглядом, но лёгкая улыбка по-прежнему сохранялась на лице, точно он из последних сил старался удержать героя на сцене.       — А ты весьма любопытная, — хмыкнул Нин. — Так интересно знать, что я прячу? Хорошо, я покажу тебе то, чего не видела ещё ни одна женщина.       Руки Нин потянулись вниз, Феличита нервно сглотнула. Она ведь наказала себе никогда больше не влезать в дела демонов, последняя тайна, которую она узнала, не принесла ей ничего хорошего. Но вот она опять стояла перед дверями, которые вот-вот откроют для неё новое невообразимое таинство.       — Узри же величайшую тайну мира!       Нин сжал чан и поднял его, выставляя на показ сшитое из полупрозрачного хлопка исподнее. Никогда ещё Феличита не видела чью-то душу настолько близко и отчётливо.       — Где твои штаны?! — заорала Феличита, краснея до кончиков ушей и беря Нин на удушающий.       — Жарко, вот и не надел, — прохрипел Нин. Он вывернулся из захвата и перевёл дух. — Беру свои слава назад, никакая ты не девушка.       Нин замер, покосился на Феличиту и бросился на утёк.       — А ну стой, ящерица недоделанная!       Феличита кинула торговцу с масками на прилавок несколько медных монет и погналась за Драконом.                     Лин дважды прошёлся по центральной улице и осмотрел практически все прилегающие к ней. Он посетил каждый развлекательный уголок столицы, осмотрел все ресторанчики и лавки с едой, но те двое словно сквозь землю провалились. Генерал в любых, даже самых сложных ситуациях старался оставаться хладнокровным, но сейчас его буквально поглотила волна паники. Он метался по городу, словно слепой котёнок, и чем больше времени проходило в безуспешных поисках, тем сильнее Лин ощущал беспомощность. Обстановка на фронте накалялась, положение королевства Тан теряло стабильность. Нин всеми силами старался сохранить положительный настрой внутри страны, но конфликт с империей Хаён длился уже третье поколение королевского рода, и за всё это время они так и не сдвинулись с мёртвой точки его урегулирования. Жители Тан начинали уставать, волнения усиливались с каждым годом. Не раз генерал слышал в мимолётных разговорах торговцев и завсегдатаев местных питейных критику в отношении Нин. Покушения на убийства Его Величества, коих в последнее время становилось всё больше, давали понять, что не все в королевстве были настроены лояльно по отношению к нему, и многие не прочь были замарать руки кровью, продвигая свою позицию. Да, Нин мог за себя постоять в открытом противостоянии, но…       — Проклятье! — в сердцах крикнул генерал.       …Лин сам буквально связал брату руки.       — Господин, эй, сюда-сюда! — торговец лавки со сластями махал рукой, настойчиво призывая Лин к себе. — Вы ведь друг господина Нин Ю, господин Лин?       — Вы знаете его? — с надеждой воскликнул Лин. — Видели его?       — Этот славный господин заходил совсем недавно со своей спутницей. Представляете, выкупил у меня все коробки с засахаренной сливой и три дюжины цзинь леденцов. — Торговец расплылся в улыбке. — Он предупредил, что ко мне придёт его друг по имени Лин в чёрных одеждах и… — торговец замялся, — оплатит покупки и заберёт их.       — Что? — Лин на секунду опешил. — Так, хорошо, вы не знаете, куда они отправились потом?       — Видел издалека, как они бежали в сторону западной стены, в направлении жилых бараков.       — Бежали? Их кто-то преследовал?       Сердце генерала забилось сильнее.       — Кажется, у них со спутницей возник какой-то конфликт. — Торговец заискивающе улыбнулся и, придвинувшись к генералу ближе, зашептал. — Она гналась за господином и кричала что-то вроде «Распутник! Чёртова ящерица!» и эк… эксги… как же там было? Кажется, она поймала его на измене.       Лин даже не знал, что сказать. Он мимолётно представил себе подобную сцену, о чём довольно быстро пожалел. Генерал встряхнул головой, пытаясь отогнать навязчивые образы, и достал из кармана мешочек с монетами.       — Сколько я должен?       — Шесть серебряников, господин.       Лин округлил глаза и протянул золотую монету.       — Сдачу оставьте себе, сласти заберу чуть позже.       Он спешно поблагодарил торговца и направился к жилым баракам.                     Фасад здания слева, фасад здания справа, высокая городская стена позади, а впереди лабиринт из длинных одинаковых жилых одноэтажных бараков, и не видно этому всему ни конца, ни края.       — Неужто наш малыш заблудился? — съехидничала Феличита.       — Помолчи, женщина, я думаю. — Нин нахмурил брови и пробежался глазами по местности.       — А есть чем?       Эту колкость Нин решил пропустить мимо ушей. Феличита вздохнула и упёрла руки в бока. И, как назло, в округе не было ни души, даже звуков города не было слышно. Стало быть, они забрели в такие глубокие дебри, что до дворца и до утра не доберутся.       — Может, попробуем вернуться тем же путём? — предположила Феличита. — Кажется мы пришли оттуда… или оттуда? Нет-нет, точно оттуда!       Она закружилась на месте показывая то на один уходящий в глубь мрачный проход между зданий, но на другой. Да кого она обманывала — топографический кретинизм был у неё в крови. Нин обернулся к ней и многозначительно выгнул брови.       — Я хотя бы что-то предлагаю, — ощетинилась Феличита и закатила глаза.       И вообще, это же был город Нин, вот то, что он в собственной столице не ориентировался, вообще было безобразием. Камни зашуршали под подошвой, одинокая тёмная фигура возникла позади них.       — Наконец-то живая душа! — радостно воскликнула Фели. — Господин, прошу прощения, не подскажете, как нам пройти ко дворцу?       Тяжёлый взгляд, брошенный из-под капюшона облачённым во всё чёрное незнакомцем, заставил невольно напрячься. Демон потянулся за пояс, острое чёрное лезвие кинжала отбросило едва заметный блик.       — Сдаётся мне, дорогу он нам не подскажет, — сказал Нин.       Феличита сглотнула и отступила назад. За незнакомцем появился ещё один силуэт, затем третий, и вот их двоих уже окружило с десяток демонов, одетых в чёрное и с оружием в руках. Феличита спряталась за спину Нин и подтолкнула его вперёд.       — Давай, разберись с ними, — шепнула она.       — С какой стати? — также шёпотом возмутился Нин, увлекая девушку за собой. — Ты же у нас здесь самая умная, вот и придумай что-нибудь.       — Но ты же высший демон, — парировала Феличита и совсем тихо добавила: — Они, вообще-то, твои подданые. Выслушай свой народ, реши вопрос дипломатически.       — Сдурела?! Они же бандиты! — заорал Нин указывая пальцем на незнакомцев.       Незнакомцы в недоумении переглянулись между собой. Тот, что стоял ближе всех, в раздражении цыкнул и бросился вперёд. Феличита завизжала от страха и стиснула Нин в объятиях. Лезвие кинжала засвистело в воздухе, и когда казалось, что смерть холодом задышала в затылок, с бескрайних небес окутанный мягким лунным сиянием спустился чёрный «ангел-хранитель». Генерал спрыгнул с крыши ближайшего к ним барака и на лету сшиб нападавшего с ног.       — Помнится, я говорил вам держаться подле меня. Куда вас черти понесли? Я полстолицы обошёл в поисках вас.       — Генерал, — захныкала Феличита, глотая слёзы. — Как же я рада вас видеть.       — Вы не ранены? — поинтересовался Лин, стараясь скрыть своё беспокойство.       — Нет, ты успел как раз вовремя, — улыбнулся Нин.       Лин прищурился и оглядел бандитов.       — С дурной компанией ты водишься.       — Тяжело быть популярным, — вздёрнул нос Нин.       — Спрячьтесь где-нибудь.       — Ладушки!       Нин сжал запястье Феличиты и потащил её в один из закоулков за спиной. Бандиты бросились за ними, но Лин мгновенно перекрыл им дорогу, не позволяя их преследовать. Сердце наконец успокоилось. На какое-то время его выбили из колеи, но Лин вернулся в строй с ясной головой и чётким пониманием своей миссии. Он — меч в руках Его Величества, у которого была лишь одна цель — карать врагов королевства Тан, даже если враги — бывшие соратники.       — Кому вы служите? — спросил генерал, но те не собирались отвечать на его вопросы. — Понятно, не хотите выдавать своего господина. Значит, кто-то из столоначальников?       Генерал хотел понять по их реакции, верны ли его предположения, но лица демонов оставались абсолютно непроницаемы. Стало быть, они были не просто группой мелких разбойников, а организованной группировкой, прошедшей не одну тренировку. Это сильно усложняло дело, но и он был не так прост. Лин вынул кинжал из ножен и принял боевую стойку. Неважно, кто стоял перед ним, пока он жив, никто не смел нарушать покой в его королевстве.       Головорезы бросились на генерала будто разъярённая стая диких собак. Никакой чести, никаких правил, лишь зверское желание растерзать своего врага. Лин увернулся от клинка и нанёс первый удар кулаком в грудь. Наклон вперёд — лезвие прошло над головой, подсечка ногой — второй демон на земле. Лин перехватил руку очередного неприятеля и всадил клинок в горло, пуская первую кровь. Ему нужно было узнать имя заказчика, а для это достаточно оставить в живых одного.       Серые облака, неспешно проплывающие по небу, скрыли луну, погружая местность в непроглядную темень. Генерал крепче сжал кинжал в руке. Драконы достаточно хорошо видели в темноте, но нападавшие продумали свой план до мелочей: из-за чёрного цвета их оружия и облегающих одежд, полностью скрывающих тела, не только было достаточно сложно заметить их в темноте, но и рассчитать точное расстояние до противника. Жар плотным шаром окутал свободную руку Лин. Генерал бросил быстрый взгляд на барак и расслабил ладонь — нет, если он будет использовать магию в таком плотно застроенном месте, пожара не избежать, следовало для начала выйти на открытую местность. Нин и Феличита должны были быть уже далеко, так что они вряд ли теперь так легко его отпустят. Враги закружили вокруг него, сжимая в плотное кольцо. Медлить больше было нельзя. Лин развернулся и кинулся прочь. Увернувшись от саи, он заблокировал удар справа, вывернул руку неприятеля, ломая тому предплечье, и нанёс сокрушающий локтем в нос. Краем глаза он успел заметить тень позади, но среагировал слишком поздно — вражеский кинжал прошёл по косой, разрезая одежду и плоть от правого плеча практически до самого локтя. Генерал отпрыгнул в сторону и прижал рану ладонью. Рука запульсировала болью, горячая липкая кровь потекла по пальцам. Лин заткнул оружие за пояс и бросился бежать вдоль длинного барака, как и ожидалось, неприятели последовали за ним. Запрыгнув на стоящую подле дома телегу, он оттолкнулся ногой от стены, уцепился за край черепичной крыши и, подтянувшись, в одно движение забрался наверх. Преследователи на секунду задержались внизу, а затем один за другим стали подниматься к нему. Лин шустро окинул местность взглядом, разогнался и лихо перепрыгнул на крышу соседнего здания, уводя врага дальше от центра города. Один из демонов обогнал его в параллель и прыгнул прямо перед ним, преграждая путь. Не сбавляя скорости, генерал налетел на неприятеля и сцепился в рукопашном. Тренируя курсантов, ему часто приходилось участвовать в спаррингах. У него были разные оппоненты: от неумелого молодняка, которые только начинали свой путь воина, до уже подкованных выпускников с отточенными движениями, знающих свои слабые и сильные стороны и умеющих правильно их использовать. Те, кто напал на Его Величество и с кем Цао пришлось вступить в ожесточённую схватку, стояли на голову выше даже самого превзойдённого и искусного выпускника. Не просто бандиты, пугающие богатеньких простофиль на дорогах, а настоящие натренированные убийцы. Лин зажмурился, когда мощный удар ногой пришёлся аккурат по ране, сделал шаг в сторону, стараясь удержать равновесие, но нога скользнула по неустойчивой черепице, и он упал навзничь. По спине и затылку прошла волна тупой боли, Лин сжал челюсти и едва успел вскинуть руки, не давая короткому мечу вонзиться в горло. Тяжесть чужого тела сдавила грудь. Демон склонил скрытое за маской лицо, внимательно всматриваясь в него налитыми кровью мутными серыми глазами. В нос ударил запах сырости и болота. Принадлежность низших демонов к тому или иному клану было достаточно легко определить по внешнему виду, так что не удивительно, что все нападавшие были облачены в одинаковую форму, максимально скрывающую видовую принадлежность. Но они допустили весьма сильный просчёт — не скрыли свой запах.       — С каких пор клан Жэньюй стал частью преступного сговора? — процедил Лин.       Демон округлил от удивления глаза, на долю секунды ослабил хватку, и этого оказалось достаточно. Генерал нащупал ладонью кусок черепицы и ударил его по виску. Меч выпал из рук, соскользнул с крыши и упал на землю, нарушив тишину коротким лязгом. Всего пару секунд спустя, Лин уже держал врага в захвате, не позволяя тому двигаться.       — Кто вас послал? — ноги генерала сильнее сжали тонкую шею Жэньюй. — Это был Цзи Вэн или кто-то из семьи Оно?       — Нет, — прохрипел демон, не оставляя попыток вырваться из захвата.       — Работаете на имперцев? Отвечай!       — Дурак. Думаешь, только имперцы жаждут расправы над никчёмным королём Тан? — Демон из клана Жэньюй усмехнулся. — Новая эра настанет с приходом истинного короля. Они, — он закашлялся и впился ногтями в ногу генерала. — Они вознесут его имя, и справедливость наконец восторжествует.       — О ком речь? Кто «они»?       Демон рассмеялся и в то же мгновение длинная игла вонзилась в его лоб. Жэньюй истошно захрипел и тотчас издох в жуткой агонии. Лин вскинул голову, мигом отпрыгнул назад, уворачиваясь от выпущенных в него новых игл. Бедро пронзила острая боль, генерал попытался встать, но тут же рухнул на колено, потеряв чувствительность в ноге. Знакомые ощущения — такие же парализующие иглы использовали демоны, напавшие на его отряд в бамбуковом лесу. Всё встало на свои места. Раскалив свою кровь, генерал превратил её в обжигающее пламя, пожирающее проникнувший в тело яд. Лин выдернул иглу из бедра и швырнул её в сторону. Лёгкий смешок вырвался наружу.       — Так, значит, вы действуете сообща с Вороном? Не ожидал, что он падёт так низко.       Мало того, что Ворон помогал алчным чиновникам, распространявшим смертельный опиат и связавшимся с подлыми разбойниками из группировки Йелан, так ещё и смел покуситься на жизнь Его Величества. Ради самого же Ворона генерал терпел его выходки, но тот в своих действиях зашёл слишком далеко и более не заслуживал ни жалости, ни пощады. Клинок вновь занял место в руке генерала. Черепица под ногой хрустнула, Лин оттолкнулся и стремительно бросился на врага. Он набегу увернулся от двух игл, отразил кинжалом третью, приблизился к демону и взмахнул клинком, но тот смог вовремя отпрыгнуть назад и одновременно достать из-за пояса два стилета. Генерал размял шею и поманил противника к себе. При каждом движении рана на плече отдавала острой болью. Лин уже давно должен был привыкнуть к ней, боль стала неотъемлемой частью его жизни, но она сводила его с ума каждый чёртов раз. Враг оказался очень искусным во владении холодным оружием, потребовалось немало времени и усилий, чтобы взять инициативу в свои руки и оттеснить его к краю крыши. Увернувшись от колющего удара стилетом, Лин захватил руку демона и поднял кинжал над головой, но враг оказался чуть быстрее — тонкое лезвие второго стилета наполовину вошло справа между рёбер. Генерал застонал и всадил кинжал неприятелю чуть выше лопаток. Быстрый разворот и удар ногой в живот — враг отлетел назад, мешком свалился на землю и затих. Лин закашлялся, зажмурился и с трудом вытащил окровавленный стилет из тела. За несколько минут сражения он получил две серьёзных раны и раз даже оказался на грани. У генерала более не было прав на ошибки.       — Чёрт! — в сердцах выругался он.       Лин запрокинул голову и попытался успокоиться. Следовало найти Нин с Феличитой, они всё ещё могли быть в опасности. Тёплый ветер принёс едва уловимый лязг цепей. Лин развернулся полубоком и сделал шаг назад за секунду, как острое лезвие серпа вонзилось в крышу, ломая черепицу и пробивая деревянные перекрытия насквозь. Высокий худощавый демон, одетый в ту же чёрную форму, взмахнул цепью, и прикреплённый к ней серп с лёгкостью вернулся ему в руку. Облака на небе расступились, и мир снова наполнился холодным белым светом.       — Кусаригама? — вскинул бровь Лин, смотря на остро заточенный серп, прикреплённый к длинной цепи с увесистым грузом на конце.       Демон ехидно прищурил тёмные глаза, раскрутил серп и поднял его над головой. Чувствительность к поражённой ядовитой иглой ноге полностью не вернулась, порез на плече хоть и перестал кровоточить, всё ещё саднила, но больший дискомфорт доставляла рана в боку. Из-за неё сделать глубокий вдох не предоставлялось возможным, оттого дышать приходилось поверхностно и рывками, что не могло не сказаться на общем самочувствии. Очертания предметов перед глазами начали терять резкостью. Лин перехватил в руке стилет и сосредоточил всё своё внимание на враге. Не время придаваться жалости к себе. Серп сделал очередной круг в воздухе и по дуге полетел в Лин. Генерал сократил расстояние, подпрыгнул и перевернулся в воздухе, уходя от атаки. Только его мысок снова коснулся твёрдой поверхности, как цепь обвила его лодыжку и потянула в сторону, лишая опоры и сбрасывая с крыши здания. Генерал чертыхнулся, попытался ухватиться за край, но лишь разодрал кожу на пальцах. Он пролетел несколько метров, а затем с силой ударился спиной о землю. Оставшийся воздух выбило из лёгких, Лин закряхтел и закашлялся. Сквозь пелену в глазах он заметил приближающийся к нему тусклый блик и перевернулся на бок — остриё серпа взбороздило землю в том самом месте, где только что была его голова. Противник не давал ни мельчайшей крупицы времени на передышку. Натянув цепь, он стремительно помчался по крышам бараков, волоком утаскивая за собой. Лин ухватился за цепь, обвитую вокруг его лодыжки и разжёг пламя в руке до такой температуры, что металлические звенья оплавились, истончились и цепь в конечном итоге порвалась, освобождая своего пленника. Генерал мигом схватил груз и швырнул его в демона, сбивая с ног. И вот они уже стояли друг напротив друга: Лин — с вражеским стилетом, который чудом остался в его руке, противник — с повреждённой кусаригамой. Преимущество всё ещё было не на стороне генерала. Кусаригама — оружие среднего и ближнего боя, даже если он сократит расстояние между ними, колющий стилет всё ещё не лучшее оружие против столь многофункциональной вещи. Было бы у него что-то более полезное…       — Эй! Ты хоть знаешь кто перед тобой? — крикнул Лин демону.       — Мерзкую Змею, вроде тебя, знает каждая собака в королевстве, проклятый генерал Цао Цилин, — прошипели ему в ответ.       Лин хмыкнул и не смог сдержать радостного оскала, который, в общем-то, всё равно скрыла тканевая маска.       — Как же я рад! — воскликнул он, едва не рассмеявшись. — Как же я рад быть знаменитым! — Лин заткнул стилет за пояс и призвал генеральское призрачное копьё. — Защищайся, подонок!       С рёвом он кинулся на врага, вкладывая в удар всю ярость и силы, что хранились в его израненном теле. Лин взбороздил землю и взмахнул копьём, нанося рубящий удар. Неприятель в последний момент отпрыгнул в сторону, так что лезвие оставило на его теле лишь небольшой порез. Генерал мгновенно перехватил копьё в руках и нанёс новый поперечный удар. Благодаря копью, Лин смог сократить между ними расстояние до оптимального, чтобы демон не смог воспользоваться цепью и при этом самому не попасть под серп. Но и здесь были свои минусы. Несмотря на высокий рост и несуразное, худощавое, будто жердь, телосложение, противник оказался очень прытким, потому их сражение больше стало напоминать игру «в догонялки», где время играло не на стороне генерала. Копьё — не самое простое оружие в плане владения, оно затрачивало огромное количество сил, коих в теле Лин оставалось всё меньше. Да, он изматывал противника, заставляя его постоянно двигаться, уворачиваясь от ударов, но и сам он при этом сильно уставал, а учитывая хоть и небольшую, но глубокую рану в груди и ноющее плечо, отдающее покалыванием в пальцах и лёгким онемением, в скором времени его преимущество могло сойти на нет. Лишь благодаря небольшой удаче, в одном из следующих движений враг оступился, и генерал смог приблизиться к нему вплотную. Лезвие копья со скрежетом прошлось по лезвию серпа, высекая яркие оранжевые искры, и, будто нож по маслу, резануло по боку противника. Тёмно-коричневая кровь стекла по острому лезвию копья и закапала на землю. Демон застонал, крепко перехватил руку Лин и придвинулся к нему лицом.       — Ты — предатель своего клана, — прошипел он. — Тысячелетиями Чёрные Змеи подвергались беспочвенным гонениям, были вынуждены влачить своё жалкое существование в Туманных горах. Ты же продался никчёмному Дракону за жалкие гроши, которые он кинул тебе в ноги, как обглоданную кость собаке. — Демон надавил ладонью на руку генерала и навалился всем тело сверху. — Меня тошнит от таких, как ты.       — Оу, так ты у нас поборник чести Чёрных Змей? — усмехнулся Лин. — Я польщён.       Одним резким движением он вырвался из захвата и с размаха ударил противника рукоятью копья, отбрасывая его в сторону.       — Я поборник чести тех, с кем обращаются как с мусором только лишь потому, что они стоят на пару ступеней ниже в клановой системе. — Демон закряхтел и закрутил цепь кусаригамы в кольцо. — Высшие демоны — язва, пожирающая королевство Тан уже долгие годы, и породили её потомки белого Дракона Нао. Пока они не издохнут, пока они продолжают плодить себе подобных и оставаться у власти, королевство никогда не выберется из болота, в котором оно погрязло.       — Так это ваша цель? Свергнуть короля? Закончить наследственную систему власти?       — Наша цель куда более благородна и высока, но ты, безмозглая крыса, никогда этого не поймёшь.       Генерал вздохнул. Каких только прозвищ он в свой адрес не слышал и всегда удивлялся тому, сколь творчески некоторые подходили к этому делу. И хоть «безмозглая крыса» звучало довольно просто и банально, было что-то эдакое в том, чтобы назвать представителя змеиного клана крысой. Демон стянул капюшон и маску и сплюнул. Лин в отвращении сморщился — он всегда знал, что клан Маогуй, коим представителем и являлся демон напротив, имел самые низкие моральные принципы. Это он усвоил ещё в детстве.       — Что толку тебе объяснять, ты всё равно скоро сдохнешь!       Маогуй бросил цепь вперёд, вновь пытаясь связать своего врага и ограничить в движении. Лин раскрутил копьё, подцепил налету рукоятью цепь, намотал её на древко и воткнул остриё в землю, блокируя дальнейшее движение кусаригамы. Пора было закончить их муторное сражение. Генерал мигом кинулся на сбитого с толку врага и выхватил из-за пояса припрятанный стилет. Маогуй в спешке отстегнул серп от цепи и поставил блок, но Лин оказался быстрее — стилет насквозь прошёл через предплечье врага и вонзился в грудь чуть ниже ключицы.       — Благородная цель не строится на трупах невиновных, — прорычал Лин.       — Невиновных? — усмехнулся Маогуй и тут же хрипло закашлялся кровью. — Ты о том, кто истребил целый клан?       Лин вздрогнул и ослабил хватку. Сердце всегда чувствовало, что та ошибка, — именно ошибка! — будет преследовать его до тех пор, пока он не сделает свой последний вдох, но разум всячески старался выжечь из памяти тот роковой день точно так же, как жаркое пламя пожирало демонические жизни. Он — виновник той трагедии, он — причина, по которой друг обернулся врагом. Маогуй скривил рот в кривой улыбке, отпустил серп, поймал его другой рукой и вонзил Лин в спину, одним движением разрезая плоть от позвоночника до самого бока. Лин пошатнулся и рухнул на землю. Бордовая кровь россыпью гранатовых зёрен заблестела в ярком свете полной луны. Дыхание сбилось окончательно, в глазах поплыло.       — Ты действительно проклят. — Маогуй вытер кровь с губ, расправил плечи и сжал в руке серп. — Проклят умереть жалкой смертью ради никчёмного короля. Но не переживай, твой господин отправится следом за тобой.       Демон оскалился и замахнулся. Генерал не мог умереть. Он — меч в руках Его Величества, он — лишь оружие. Оружие ломается, но его можно восстановить, оружие тупится, но его можно вновь заточить. Оружие вечно, если оно находится в правильных и заботливых руках. А Лин никогда не сомневался, что Тан Нин — лучший владелец, который у него только мог быть. Призрачное копьё растворилось в чёрной дымке, тут же оказалось в руках генерала и стремительно проткнуло насквозь грудь врага. Маогуй захрипел, отошёл назад и свалился замертво.       — Ты прав, я проклят. — Лин приподнялся на локтях. — Проклят зачищать королевство от вредителей.       Он медленно отполз к стене дома и прислонился спиной к её шершавой холодной поверхности. Небо совсем прояснилось, и к белому диску луны присоединились серебряные точки-звёзды. Лёгкий тёплый ветерок взъерошил мокрые от пота иссиня-чёрные волосы. Лин сплюнул кровавую слюну, зачесал слипшуюся чёлку назад и запрокинул голову. Он по-прежнему был рад, что выбрался с Нин в город. Он был рад видеть его улыбку и горящие живым задором глаза, был рад знать, что брат счастлив, хотя бы этим вечером. Усталость волной прокатилась по телу, боль и чувства притупились. Лин вдохнул насколько мог глубоко. Он немного отдохнёт, затем найдёт Нин с Читой, и уже все вместе вернутся во дворец. Они выпьют чай со сластями за шесть серебряников, возможно, проговорят до самого утра и лягут спать с рассветом. Завтра его первый официальный выходной, так что можно было позволить себе немного вольности. Земля под Лин намокла от крови, генерал прикрыл глаза и расслабился. Камни и песок зашуршали под подошвой пыльных сапог. Лин склонил голову и глянул исподлобья на расплывающиеся чёрные фигуры в нескольких шагах перед ним. Генерал усмехнулся и покачала головой.       — Да что ж вы всё никак не успокоитесь. Понабежали как тараканы. — Навалившись всем телом на копьё, он с трудом поднялся на ноги и вышел вперёд. С отдыхом придётся повременить. — Ну, давайте.       Лин поманил врагов к себе. Демоны молча переглянулись, затем стоявший ближе всех вскинул руку. Лин успел увидеть только оранжевые искры, исходящие от гладкого маленького чёрного шара слева от себя. Тихий жилой квартал погрузился в гулкий рокот мощного взрыва.