Часть 8

Не придумав ничего лучше, чем ещё раз поговорить с Мариной, мужчина направился к палате дочери, полагая, что она находится там. Но подойдя к окну не смог сдвинуться с места. На небольшой кровати, на боку, лежала его любимая, поглаживая рукой голову малышки рядом. Они выглядели настолько уютно, что никак не хотелось их тревожить. Неожиданно, Брагин почувствовал на своём плече чью-то руку и резко обернулся. — Нин, ты чего пугаешь? — Женщина ничего не ответила, а лишь стала рядом с ним, смотря туда же, куда и он секундами ранее. — Ты знала? — Спросил тихо, не отрывая взгляда от Марины. — Случайно узнала. Через несколько недель, как она вернулась сюда. Няня позвонила на пост, не могла дозвониться до Марины и вот, пришлось ей расколоться. Ты только не обижайся, сам понимаешь, я никак не могла тебе сказать, Марина моя подруга. — А я твой друг вообще-то. — Если бы я знала, почему она тогда уехала, ты бы больше не был моим другом, дорогой. — Нина говорила без злости или упрёка, однако по её голосу было понятно, что Олег конкретно облажался. — И что мне теперь делать? Она никогда меня не простит... — Простит, поверь мне. Как бы она не отрицала, она тебя любит. И я готова тебе помочь, но если ты ещё раз причинишь ей хоть малейшую боль, больше никогда в жизни не увидишь ни её, ни Катю, ни меня. Я понятно объясняю? — Она обернулась и посмотрела ему в глаза, ожидая ответа. — Вполне. Сверля друг друга взглядом они не заметили, как атмосфера в палате значительно оживилась и сейчас на них смотрели две пары глаз, а хозяйка одной из них указывала на Олега крохотным пальчиком и что-то лепетала. Дождавшись, когда Олег посмотрит на них, Марина кивнула ему, приглашая войти. — Иди, они тебя ждут. — Подтолкнула его Нина и отправилась обратно на пост, слегка улыбаясь. Недолго думая, мужчина открыл дверь палаты и прошёл внутрь, не отрывая взгляд от двух самых близких людей в его жизни. — Папа! — Радостный детский крик заставил Олега застыть на месте, смотря на Нарочинскую. — Она знает? — Шёпотом спросил, боясь подойти ближе. Марина лишь кивнула, переводя взгляд на Катю. Отойдя от лёгкого шока, мужчина подошёл к кровати и присел на корточки, наблюдая, как крошечные ручки обхватывают его ладонь. — Привет. — С улыбкой сказал Олег, не смея оторвать глаз от малышки. — Как ты? — Всё хорошо. — Ответила за неё Марина. — Она пока не говорит сложных предложений, но всё понимает. — Она вновь подняла на него глаза и дотронулась рукой до красного следа на щеке. — Извини, эмоции. Очень больно? — В её глазах читалось искреннее волнение. — Жить буду. Сам виноват, нужно было думать, что говорю. Прости. — Дотронулся свободной рукой до её ладони, всё ещё лежащей на его щеке. Катюша заинтересованно переводила взгляд с одного родителя, на другого и счастливо улыбалась. Всё-таки впервые увидела папу вживую, а не на фотографии. — Что произошло? — Спросил Олег, намекая на ситуацию с Катей. — Аллергия. На что конкретно, пока не знаю, анализы должны скоро прийти, я попросила по срочной сделать. — Тяжело вздохнув проговорила блондинка. — А варианты какие-то есть? Её няня привезла? Может она что-то не то ей дала? — Об этом вообще беспокоится не стоит. Эта няня лучшее, что могло с нами случится. Вина тут больше моя. — Увидев непонимающий взгляд Олега, она продолжила: — Я купила ей новую смесь. После работы зашла в магазин у дома и той, что я брала всегда не было, а ездить искать именно её сил совсем не было, вот я и взяла другую с похожим составом. Даже не подумала, что такая мелочь может так обернуться. — Эй, посмотри на меня. — Установив твёрдый зрительный контакт он продолжил: — Ты не виновата, поняла? Катюше сейчас нужна твоя поддержка, а не слезы и чувство вины. Всё будет хорошо. — Тебе наверное пора, работа всё-таки. — Будто опомнившись, проговорила Марина, убирая свою руку из его. — Скажешь мне результаты анализов, когда придут? — Если ты хочешь, то... — Хочу. — Ответил твёрдо, не дав ей договорить. — Хорошо, скажу. — Ну, пока малыш, я зайду позже, хорошо? — Проговорил посмотрев на Катюшу, борясь с желанием остаться здесь с ними. После утвердительного кивка со стороны дочери он встал на ноги и покинул палату. Всё-таки пациенты ждать не будут. Стоило ему подойти к посту, как в двери влетели врачи скорой с каталкой. — Женщина, 28 лет, попытка суицида. — Быстро проговорил мужчина, подходя к Нине. — Как давно её обнаружили? — Спросил Олег, забирая карту пациентки. — Примерно час назад. Обнаружила подруга, та на звонки её не отвечала, она и решила приехать, проверить, вот результат. — Так, ладно. Нин, какая операционная свободна? — Вторая. — Проверив бумаги, ответила Нина. — Отлично, тогда во вторую, бригаду позови, пожалуйста. Не долго думая, Дубровская сделала то, о чем её попросили. Олег шёл к операционной с очень странным ощущением внутри. Что-то было не так, он чувствовал это, но никак не мог понять, что именно. — План операции крайне прост. Дезинфицируем раны, зашиваем. Думаю за 2 часа управимся. — Войдя в операционную, тут же парировал Брагин. — Принято. Пациентка спит, можешь начинать. — Ну и прекрасно, значит начинаем. — Марина, можно? — Не прошло и часа, как в палате вновь показался гость. — Конечно, Вера Георгиевна, проходите. — Не буду скрывать, ты меня здорово удивила. Почему не сказала хотя бы мне? Я, всё-таки, как твой начальник, имею право знать и уж точно не стала бы кому-то говорить. — Женщина села на стул рядом с кроватью, осматривая подчиненную с малышкой. — Я теперь уже сама не особо понимаю, зачем всё это было. Тогда банально боялась утечки информации. Не хотела, чтобы кто-то знал про Катю, а тем более о том, кто её отец. Тут, я думаю, вы уже в курсе, верно? — Не трудно было догадаться. Не хочу тебя расстраивать, но как минимум всё отделение теперь в курсе вашей ситуации. — Ну вот, зря только скрывала. — Усмехнулась Марина, опуская взгляд на дочь, которая заинтересованно рассматривала Зименскую. — Вера Георгиевна, я хотела попросить у вас несколько дней больничного, за свой счёт. Я понимаю, что только вернулась, но... — Марина, успокойся, конечно я дам тебе выходные. Я тоже мать и всё прекрасно понимаю. Но только три дня. Пойми, больше никак нельзя, работать совсем некому. — Конечно, я всё понимаю, спасибо. — Ну что ж, я пойду. Выздоравливай, Катерина. — Улыбнувшись, женщина покинула палату, оставляя Нарочинскую наедине со своими мыслями. Закончив долгую операцию, Брагин расписался в журнале лишь с одной мыслью: поскорее вновь оказаться рядом с дочерью. На пути к нужной палате его не покидало странное чувство, и как позже оказалось, вовсе не зря. Палата была пуста. — Где они? — Слегка грубо поинтересовался мужчина, подойдя к посту. — Уехали домой. И даже не думай ехать к ней, у тебя дежурство. — Напомнила Нина, когда заметила, что друг находится на низком старте. — На, возьми, Марина попросила тебе передать. — Протянула сложенный вдвое лист бумаги. — Боже... — Протянул Олег, дочитав написанное. — Чего там? — Анализы Кати. Она аллергик оказывается. Тут список аллергенов на целый лист. Она больше ничего не говорила? Просто уехала? — А ты чего хотел? Не дави на неё, Михалыч. Маринка у нас женщина гордая, сам знаешь. — Да уж, знаю. — Сложив лист с анализами в несколько раз и положив в карман брюк, мужчина отправился в ординаторскую. Пациентов нет, а значит можно просто отдохнуть. Марина сидела на диване в гостиной, держа в одной руке бокал вина, а во второй телефон, на который уже третий раз звонил до безумия знакомый номер. Тот самый, что она выучила наизусть три года назад и не смогла забыть до сих пор. Почему не брала трубку? Сама не понимала. Слишком много событий за последние дни, нужно было побыть наедине с собой и просто подумать. Подумать, что делать и как быть дальше. Хотелось забить на всё и броситься в омут с головой. Вероятно, она бы так и сделала, если бы не одно НО, тихо сопящее сейчас в своей кроватке. Она может ставить эксперименты на себе, но не на дочери. Она этого явно не заслуживает. Если бы только можно было заглянуть в будущее, хотя бы на минуту и узнать, что делать, всё было бы куда проще. Назойливые мысли прервал, четвёртый по счёту, телефонный звонок. Тяжело вздохнув, палец скользнул к кнопке "принять". — Привет. — Голос вышел слегка измученным. — Привет. Как вы? — Беспокоится, слышно по интонации. — Всё хорошо. Катюха спит, сегодня как-то по-особенному быстро уснула, я даже не ожидала, если честно. Ты как? Как дежурство? — На удивление тихо. Почему ты уехала ничего не сказав? — Ты был на операции, не хотела отвлекать. — Врёшь и не краснеешь, Марина Владимировна. — Понятно. Ладно, спокойной ночи тогда. — Улыбнулся, как будто думал, что она сможет это увидеть или почувствовать. — Спокойной. — Инстинктивно улыбнулась, будто в ответ. Ещё минуту никто не клал трубку, просто слушая размеренное дыхание друг друга. Было максимально спокойно и уютно. Хотелось, чтобы он сейчас был рядом. Обнимал, шептал, что всё будет хорошо, как он всегда это делает, шутил, чтобы разрядить обстановку. — Слушай, Брагин... — Запнулась, не зная, что именно хочет ему сказать. — Давай, я когда выйду на работу, мы с тобой всё обсудим, хорошо? — Конечно. Обязательно обсудим. И снова тишина. На этот раз она сбросила вызов и откинула голову на спинку дивана, облегчённо выдыхая. Мыслей в голове было слишком много и что делать с ними она понятия не имела. Оставив бокал на столе, Марина ушла в спальню, по пути проверив малышку. Стоило голове коснуться подушки, она тут же погрузилась в глубокий, но очень беспокойный сон. Обязательно придумает, как быть дальше, но завтра.