Часть 1

Древнейшее Чистилище, построенное в самом начале времен, было разрушено. И никем иным, как Лилит Морнингстар. С такой яростью она крушила всё на своем пути что сотрясались все кольца ада. И непонятно совершенно, что послужило началом такой ненависти. Нет, ну про ненависть-то может и понятно: Лилит всегда была бунтаркой, что отрицала любые существующие правила. Но до этого ее бунтарство было более организованным, а что заставило ее пойти против собственного народа, лишив его возможности попадания в рай.... Для Чарли это оставалось загадкой. Жители ада и армия рая низвергнули Лилит за то, что она лишила грешников искупления. И то и другое стало тяжелейшим ударом для Чарли. Несколько месяцев она не выходила из дома, пребывая в глубокой депрессии. Благо Люцифер постарался и окружил ее заботой, параллельно пытаясь успокоить бунтующих и беснующихся граждан. Наконец, после долгого и мучительного восстановления, Чарли собралась с мыслями. Она — принцесса ада. Теперь, с уходом матери, на нее возложена огромная гора обязанностей. Нужно как-то решать вопрос с искуплением. Чарли искренне верила, что право на искупление есть у каждого. Но это не было просто наивной верой. Наблюдая за бесконечными толпами у входа в Чистилище, она сделала вывод, что ради попадания в рай люди могут искренне раскаиваться. Сама возможность искупления казалась ей логичной и совершенно понятной. Напакостил при жизни, признаёшь свою вину - отправляйся в рай. Лишь одно было недоступно ей — как добиться этого самого искупления. Даже при статусе принцессы ада, Чарли не была посвящена в таинство Чистилища. Ей неизвестно было, что грешникам предстоит пройти для того, чтобы врата рая открылись перед ними. И ей нужно было уточнить это у представителей рая, на встречу с которыми она сейчас и направлялась. Идя по адским улицам, Чарли лишь вздыхала. Депрессия выбила ее из колеи на целых три года. И все это время праведность и надежда в грешниках угасала с каждым днём. Люцифер не владел ораторским искусством, и тем более не умел петь волшебные песни, как Лилит. Чарли тем более было до неё далеко. Сейчас она об этом жалела: ей казалось, что у неё могло что-то получиться. Не умели они толкать вдохновляющие речи, в общем. И теперь в аду было значительно больше крови, убийств и разврата. Нет, это не плохо, вроде как даже привычно, просто... Грешники ведь прибывают каждый день, и ад не может вместить их всех, как бы обширен он не был. Получается перенаселение. Рай же бесконечен в своих благах и ресурсах. По сути, для этого и была определена возможность искупления. Чтобы грешников не было слишком много Божественный дар для грязных нечестивцев. Этакая милостыня. Взбежав по широкой лестнице, Чарли оказалась у огромной витражной двери стеклянного здания, раскрашенного в райские нежные цвета. Она ужасно нервничала: об этом говорили обкусанные губы, слегка дрожащие пальцы, вечно поправляющие прическу, тяжелое и сбитое дыхание, которое она пыталась восстановить. — Ладно, – пробормотала девушка сама себе, – ты со всем справишься... Ты со всем справишься. – она сказала это уже чуть увереннее и распрямилась. Сделав глубокий вдох и немножко себя успокоив, Чарли наконец открыла гигантскую стеклянную дверь. Она оказалась в недлинном, но широком светлом коридоре, состоящим как бы из множества арок. На окнах и стенах в нём были райские фрески, изображающие древние сюжеты, сквозь разноцветные стекла слегка пробивался красный свет, а каждый шаг в нем отдавался гулким эхом. От такого величия Чарли стало немного боязно, но тем не менее она достаточно уверенно шагала вперед. Коридор привел девушку к небольшой круглой комнате, в которой ее уже ждали. Мужчина и женщина, оба в зловещей райской армейской маске. Мужчина был явно выше по рангу. Он расслабленно сидел в кресле, закинув ноги на стол. Он постукивал пальцами по ручке кресла и насвистывал какую-то мелодию . Женщина же была собрана. Видно было, что она из солдат, потому что стояла она как по струнке. Завидев Чарли, мужчина аж просиял. Поспешно убрав ноги со стола, он полувозмущённо-полурадостно заорал: — Ну наконец-то, рай тебя подери, мы заждались уже!! — Эм, здравствуйте, – Чарли нерешительно присела у противоположной стороны стола, – По-моему, вы просто пришли слишком рано. — Ой, да плевать, – отозвался мужчина, – Я Адам, хотя ты наверняка обо мне слышала, да-да. — Да, припоминаю, – Чарли слегка скривилась от его громкого голоса. — Ну в общем, бусечка, ты знаешь зачем мы здесь, так ведь??? Так вот, что я тебе скажу, — протараторил мужчина, чересчур активно махая руками, – Никакого тебе искупления не будет, бейба. – в его голосе слышалась издевка. — То есть как это... – пролепетала Чарли, в край ошеломлённая громкостью и активностью Адама. Тот недовольно цокнул языком. — Заюш, ну ты же знаешь какой искупление сложный процесс, – Чарли не знала об этом ровно ничего, кроме слухов и собственных догадок, – Чистилище разрушено, кто сейчас строить новое будет, а??? Ты что ли?? — на этих словах он тыкнул указательным пальцем прямо ей в нос. Было больно, но терпимо. — Я.... — Конечно не будешь, дорогуша, у тебя на это уйдут тысячелетия! – Адам довольно захохотал. – Даже у Всевышнего это дело делалось не за один день, а ты-то знаешь что Всевышний может за день сделать. — Но как же.... — Перенаселение, дорогуша, мы берем на себя! — мужчина растянул улыбку во все зубы. Его спутница, все это время стоявшая неподвижно и не проронившая ни слова, всунула Чарли какой-то буклетик. Одуревшая и ничего не понимающая Чарли мутным взглядом пробежалась по рисункам внутри. Ангелы, демоны, убийства.... — В общем, теперь каждый год мы будем спускаться к вам, бедолагам, и выкашивать лишнее население! – хихикающий Адам трясся от смеха. Казалось, сейчас взорвётся от счастья. — В каком смысле?... — Чарли начал наполнять гнев. В груди стало жарко. Она смяла дурацкий буклет в кулаке и с вызовом взглянула на райских посланников. — С какой стати? — Не кипятись, милочка, объяснил же! – мужчина закатил глаза. — Геморно это, делать новое Чистилище, Всевышнего по этому поводу никто беспокоить не станет, и я не думаю, что кто-то из нас способен создать нечто подобное. Возможно, твой милый папочка мог бы, но.. – Адам скривился в комичной гримассе сомнения и покачал головой. Чарли вспылила. Волосы вздыбились у неё за спиной, а глаза налились красным. Она яростно вскочила со стула. — Мы с Эмили говорили совсем про другое! — Что поделаешь, крошка, уж извини что расстроил! – Адам явно ощущал свое превосходство. Неожиданно он взвился под потолок на своих огромных крыльях, своим размахом занимающих половину комнаты. Он явно был готов сматываться. Безмолвная девушка-солдат последовала за ним. – Ну, ты всё поняла, я думаю, так что.. Жди через год! Прячьтесь, грешники, жаль только что вам это не поможет! – Разразившись дурацким смехом, Адам вместе со своей спутницей испарились в воздухе. Чарли была шокирована. Отчаяние ударило ее прямо под коленями, и она опустилась на пол. То есть вместо нормального решения проблемы рай решил просто устраивать кровавую баню каждый год? Этого просто.. Просто не может быть...? Виновата ли она в этом? Конечно нет. Но теперь у её народа есть повод в ней сомневаться. — Доченька, не расстраивайся так, – подбадривал её отец этим же вечером. — Адам этот то ещё мудачьё, может он самовольно решил эту резню устроить, сейчас ему сверху по шапке надают и не будет ничего... – Он прикусил губу. Люцифер мало был уверен в своих словах, но все же он старался всячески приободрить дочурку, как примерный, хороший отец! — Послушай, Чарли!! – расцепив объятия, мужчина взглянул дочери в красные, заплаканные глаза. – Я разберусь с этим. Искупление, знаешь.. Это.. Ммм.. Слишком сложный процесс, ты же знаешь ведь, да? Я могу попробовать пошурудить, поднять старые связи... А ты..! – он ласково ткнул Чарли в нос, – Ты можешь создать место, в котором грешникам будет где спрятаться! Адам ведь сказал "Прячьтесь, грешники", так?? Значит, нам точно нужно что-то, что поможет им! Золотце.. — Он ласково потрепал её по голове. — Это не твоя вина. — Знаю, — Чарли тяжело вздохнула. Её худенькие плечи опустились, выражая подавленность принцессы. — Но я всё равно.. Всё равно её чувствую. — Тогда постарайся сделать всё возможное. А я помогу. — крепко обняв дочь ещё раз, Люцифер наконец покинул принцессины покои. Он был решителен как никогда.