***

Я та, чья жизнь коротка. Мы живем пока нас не оторвут от земли. Многие мои друзья говорили, что хотят жить долго и умереть собственной смертью, но я не понимала их. Из-за дня в день я наблюдала одну и ту же картину: высокая трава, кусты и деревья. Все это было таким типичным, что хотелось плакать. Нет, не плакать - рыдать! — Что ж хорошего в том, чтобы всю свою жизнь стоять в этой тоскующей тишине, наблюдая привычный и уже надоевший пейзаж? Почему такая судьба столь желанна? В ответ на мои вопросы последовали лишь насмешки и слова: — Такой как ты никогда не понять всю радость нашего бытия. Возможно, они были правы, не понять. Остается лишь плыть по течению обыденных дней, глядеть на яркое солнце и слушать звонкое жужжание насекомых. И вот снова наступило очередное утро. Птицы запели, тихо зазвенела утренняя роса, зашуршала листва на деревьях. Вчера вечером к дому нашей хозяйки приехала машина, а из нее вышел молодой человек. На вид ему было лет двадцать. Стройный, высокий, широкоплечий брюнет с серо-зелеными глазами. Он поздоровался с нашей госпожой, ласково назвав ее «бабулей». Они обнялись и зашли в дом. Все это меня сильно заинтересовало, ведь это событие стало для меня ярким пятном среди серой повседневности. Именно поэтому сегодня я встала раньше всех и, приведя себя в порядок, стала ждать. Вы наверняка спросите чего? Я и сама не знаю. Чего-то, что могло хоть немного разнообразить мою жизнь. Колокольчик входной двери звонко брякнул, а на пороге дома появился тот самый парень. Он потянулся, зевнул и быстрым движением руки смахнул волосы, упавшие на лоб. Взгляд его пробежал по всему, что окружало его, но взор остановился ни на ком-то другом, а именно на мне. От этого я встрепенулась и еще раз огляделась, пытаясь убедиться в том, что гость смотрит именно на меня. Я оказалась права. Все мои друзья еще спали, от чего выглядели вяло. Брюнет медленным шагом подошел ко мне, а черные зрачки с серо-зеленой радужкой вокруг стали бегать, очерчивая меня. Рука нежно взяла меня под самую голову, а его теплый нос ткнулся прямо мне в макушку. Я тихо хихикнула от щекотки, а затем услышала голос хозяйки. — Нравиться? — она положила руку ему на плечо. От этого он отстранился, но не отвел от меня глаз и улыбнулся. — Очень, — коротко ответил парень. В ответ на это старая женщина кивнула и достала из кармана ножницы, наклонилась ко мне и подставила острые лезвия прямо к моей тонкой ножке. «Неужели это все? Неужели я наконец-то не буду стоять на одном месте всю свою жизнь? Но я ведь умру. От чего же тогда мне не страшно?» - промелькнули мысли в моей голове и тут же пропали, оставляя звенящую тишину. Раздался щелчок, а по всему моему телу волнами пробежалась боль. Страшно не было, да и боль вскоре утихла. Госпожа взяла меня на руки, а затем протянула гостю. - Думаю ей понравиться, – тихо прошептала та и улыбнулась. «Она? Кто она?» Молодой человек кивнул, кротко поцеловал «бабулю» в щеку, и прижав меня к себе, стремглав побежал за забор. Я впервые увидела все то, что все это время таилось за высокой оградой. Солнце тут будто светило ярче, ветер дул сильнее, небо было более голубое. Мы бежали все быстрее и быстрее. Я высунула голову и увидела поля, пригорки, перелески и маленькие домики. Именно к одному из них мы и подбежали. Брюнет остановился на мгновение, а перед моими глазами предстала невысокая девушка с рыжими кудрявыми волосами и карими глазами. Черты лица были аккуратные и нежные. На щеках красовались веснушки, а по краям губ виднелись маленькие ямочки. Одета она была в белое платье с кружевными краями. Увидев парня, она раскраснелась и опустила глаза, а тот, не теряя ни секунды подбежал к ней, вложил мою тонкую ножку в ее теплую ладонь, накрыл своим руками ее кисти рук и прижался своими губами к ее. А я была единственной свидетельницей. Я слышала, как бьются их сердца, видела, как оба дрожат от происходящего, чувствовала тепло, исходящее от них. Эти мгновения я чувствовала иначе. Совсем не так как те, которые проживала каждый день. Сейчас я стою в вазе, на подоконнике той самой девушки. И пускай жить мне осталось немного, когда мои друзья проживут еще долго. Но в моей памяти есть то, чего нет у них, то, что помогло мне понять всю радость нашего бытия.