Прощение - не признак слабости

Энн..милая.. очнись…прошу тебя - Билл стоял в палате, где лежала Аннабель и тихо плакал…долбаный Шоу, говорил он ему " не надо её туда отправлять" но кого Билли слушал? Теперь по его вине, Аннабель здесь в больнице. Холодные стены давили, запах медикаментов въелся в кожу, напоминая о его ошибке. Сердце разрывалось от бессилия и вины. Билл…идём - Шоу позвал Пилу, и они вышли из здания. Вечерний воздух обжигал легкие, но это не могло заглушить внутреннюю боль. Это ты виноват в том что она сейчас, на больничной палате - Пила сорвался на крик. Ярость клокотала в нем, готовая вырваться наружу. Всё…всё…Билл…ты был прав…я не должен был этого делать - Шоу смотрел в сторону палаты, где лежала "пчёлка". Он и правда не знал, что она была беременна, да и она сама попросилась на то задание, не надо было её отпускать. Тяжелые мысли терзали его, осознание содеянного давило невыносимым грузом. Ты знал, что она беременна? Ты блять отправил на опасное задание, беременную женщину, идиот - Билли чуть не убил Билла, Шоу еле отпихнул его от себя. Глаза Крамера горели ненавистью, руки тряслись от ярости. Успокойся, успокойся, они знают что делать? - Шоу взял Крамера за плечи, пытаясь угомонить. Его собственный голос звучал неуверенно, словно он сам не верил в свои слова. Успокойся? Успокойся? Чувак, ТАМ, ВНУТРИ НЕЁ…МОЙ РЕБЕНОК - "Пила" орал на Шоу благим матом. Отчаяние звучало в каждом слове, боль пронзала все его существо. Будущее казалось туманным и страшным, полное неизвестности и страха за жизнь самых дорогих ему людей. Шоу отшатнулся, словно от пощечины. Ребенок? Крамер – отец? Эта новость обрушилась на него как тонна кирпичей. Он молча смотрел на разъяренного Билли, пытаясь осознать услышанное. Вина, и без того невыносимая, теперь разрослась до космических масштабов. Он отправил на задание не просто женщину, не просто дорогую ему сотрудницу, а беременную женщину, беременную женщину от его лучшего друга. Тишина повисла в воздухе, нарушаемая только тяжелым дыханием Крамера. Шоу медленно опустился на скамейку, закрыв лицо руками. Он чувствовал себя ничтожным, сломленным. Все его рациональные доводы рассыпались в прах перед этой трагедией. Он не мог найти слов, чтобы выразить свое раскаяние. Билли опустился рядом с ним, обессиленный. Ярость постепенно уступала место отчаянию. Он положил голову на плечо Шоу, и они оба замерли в этой позе, как два израненных зверя, не зная, как жить дальше. Будущего больше не существовало, было только настоящее – боль и страх за тех, кто им дорог. Внезапно из больницы выбежала медсестра. "Кто здесь родственники Аннабель Маллинс ?" – крикнула она, оглядывая их. Крамер и Шоу подскочили, словно их ударило током. "Я..я парень", - прохрипел Билли, чувствуя, как сердце колотится в ушах. "Она пришла в себя. С ней всё порядке. С ребенком тоже". Билли рухнул на скамейку, из глаз покатились слезы облегчения. Шоу стоял, как каменный, не веря своим ушам. Надежда забрезжила в темноте. Шоу не сразу осознал смысл слов медсестры. Жива? Аннабель жива? И ребенок… с ним все в порядке? Неужели это возможно? Он словно очнулся от кошмарного сна, в котором реальность переплелась с самыми темными его страхами. Тяжесть на сердце немного отпустила, но вина никуда не делась. Он по-прежнему был виновен в том, что поставил под угрозу жизнь двух дорогих ему людей. Билли, придя в себя, поднялся и, шатаясь, направился к дверям больницы. Шоу последовал за ним, не решаясь заговорить. Он знал, что сейчас лучше просто молчать и дать Крамеру время побыть с Аннабель. Он подождет снаружи, готовый оказать любую поддержку, но не смея навязываться. Ожидание казалось вечностью. Шоу ходил взад и вперед по коридору, терзаясь мыслями. Что он скажет Аннабель, когда увидит ее? Как посмотрит в глаза Билли? Он не заслуживал их прощения, но надеялся, что когда-нибудь сможет искупить свою вину. Наконец, из палаты вышел Билли. На его лице застыла усталая, но счастливая улыбка. "Она зовет тебя", – сказал он, глядя Шоу прямо в глаза. В этот момент Шоу понял, что у него есть шанс. Шанс все исправить.