Часть 1

Джеймс Поттер, уже переодевшись в пижаму, сидел на расправленной кровати, прислонившись спиной к стене, и что-то увлечённо писал. Кончик его пера быстро носился по листу, опахало задевало лицо, от чего парень иногда морщился. На его коленях лежал учебник, которому сегодня не суждено уже открыться, а сверху — пожелтевший пергамент, исписанный наполовину. За окном медленно чернело осеннее небо. Сириус, поверх открытой книги, поднятой неестественно высоко, напряжённо смотрел на друга из своего конца комнаты. Ремус и Питер сидели на нижней кровати, принадлежащей Петтигрю, и вместе повторяли материал к завтрашнему тесту по чарам. Мягкий, монотонный голос Ремуса и редкие вопросы Питера усыпляли, но Блэк продолжал вглядываться в лицо Джеймса. Поттер, наконец, перестал строчить — очевидно, места на пергаменте не осталось — задумчиво перечитал написанное; его взгляд потерял осмысленность. Сириус догадался, что текст с листа пропал — он уже видел это, когда косился в конспект Джеймса на одной из пар по трансфигурации. Через некоторое время Сириус заметил, что глаза Джеймса медленно блуждают по листу — это означало, что на письмо ответили. Сириус решительно отложил книгу, спустил босые ноги с кровати и прошёл к Джеймсу, который не обратил на него никакого внимания, в это время ухмыляясь чему-то, что ему написал собеседник. Блэк с ногами забрался на кровать Джеймса и навис над ним, опустив взгляд на лист, но успел разобрать только несколько слов, написанных мелким плотным почерком: «… почти ужасно, но знаешь, кое-что меня сегодня…». Джеймс прижал лист — вместе с учебником — к груди. — Что? — Поттер поднял голову и оказался почти нос к носу с Сириусом. — Слушай, Джим, что бы ты там не задумал, перестань, — Сириус склонился к уху Джеймса и понизил голос до шепота. — Не понимаю, о чём ты. — Джеймс же говорить тише не удосужился. Сириус закатил глаза. — Слушай, я… — Он оглянулся и вопросительно вскинул брови, потому что Ремус и Питер внезапно оба замолчали и уставились на них, спрятавшись, однако, обратно за книгами, как только Сириус на них посмотрел. — Так уж вышло, не обессудь, но я знаю, кому ты строчишь, и я тебя уверяю, ничего хорошего из этой затеи не выйдет, Джим. — Это просто дружеская переписка. — Джеймс опустил взгляд на лист, всё ещё прижатый к его груди, а потом поднял глаза на Сириуса. — И ты мне мешаешь. — Джим! — Сириус потряс его за плечо, больше не волнуясь за громкость голоса. — Тебя отчислят, если… — Сириус выразительно посмотрел на лист, — если что-то произойдёт. Ты же слышал директора! — Это дружеская переписка. Но если ты хочешь обсудить это подробнее, то давай сделаем это наедине. — Джеймс уставился на Люпина с Петтигрю через плечо Сириуса. Блэк развернулся к ним лицом. — Вы слышали? Наедине. — Сириус, у нас завтра тест. Не могли бы вы поговорить в другом месте? — Ремус хмурился, зажимая пальцами то место в книге, где остановился. — Рем, не будь занудой, а? Вам что, сложно? — Сириус смерил взглядом друзей. Оба опустили головы. — Ладно, — Ремус, вздохнув, встал. — Пойдём, Питер, мы можем позаниматься в общей комнате. Когда парни вышли, Сириус сел рядом с Джеймсом так, чтобы если что можно было смотреть в пергамент не вверх ногами, но Поттер спрятал книгу и лист под подушку. — На самом деле, обсуждать нечего. Мы просто разговариваем. Я ничего не задумал. Разве что подружиться с ним. — Джеймс повернул голову к Сириусу. — Подружиться, а потом как-то особенно мерзотно поступить, типа выдать его секрет или что-то такое? — Сириус покачал головой. — Тебя точно выгонят. — Я просто хочу с ним… дружить, — последнее слово он произнёс после некоторой паузы. — Ври больше, — Сириус вытянул ноги, так что они свесились с кровати, — с чего бы тебе с ним дружить? — Ну, — казалось, Джеймс замялся, — мне хочется с ним говорить. Я много думал о нём летом. — Нашёл о ком думать, — Сириус скорчил страшную гримасу, — такое только в кошмарах приходит. — Сириус, что ты чувствуешь, когда влюбляешься в девушку? — Ээ, — Сириус непонимающе моргнул, а потом рассмеялся, — знаешь, я на секунду подумал, что ты… — К его ужасу, Джеймс пожал плечами. — Джим, ты чего? Мы точно об одном человеке? — Блэк ткнул его пальцем в плечо, но Джеймс продолжал смотреть прямо перед собой. — Мы же до сих пор о Снейпе? — Знаешь, я читал. Даже эти отвратительные романы. Я всё, что нашёл дома, прочёл, и даже спросил у матери с отцом, что они чувствуют. Хотел разобраться. Я думаю, это и правда что-то вроде влюблённости, хотя я сам бы так это не называл. Сириус выглядел потрясённым. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но медленно закрыл его, не проронив ни слова. Джеймс оглядел его и нахмурился. — В любом случае, это моё дело. Но не волнуйся, я не собираюсь его обижать. Я не хочу раньше времени вылететь из школы и потерять возможность его видеть. — Хватит! Ты несёшь какую-то чушь, Поттер. Тебя оглушили? На тренировке бладжер в голову влетел? Или тебе подсыпали что-то? Давай сходим в медицинское крыло? — Сириус встревоженно встал и прошёлся по комнате. — Я здоров. Я думал об этом всё лето, Сириус. Я уверен. И хватит. — Джим, — начал было Сириус, но Джеймс взял свой лист, книгу, перо и, опять прислонившись к стене, принялся читать. Это означало, что разговор окончен, и что пытаться его завязать вновь могло дорогого стоить.