Часть 1

      Алина появилась в моей жизни в сентябре, когда начался новый учебный год. Первокурсница, восемнадцать лет, стройная как тростинка — метр шестьдесят ростом, сорок килограммов веса, но при этом грудь третьего размера, которую она не особо скрывала под облегающими топами. Светлые волосы чуть ниже плеч, милая родинка под левым глазом. Обычная студентка на первый взгляд. Но я сразу заметил, как она смотрит на меня во время лекций — взгляд цепкий, заинтересованный, почти вызывающий.       Я, Максим Игоревич, тридцать восемь лет, преподаватель философии в одном из московских вузов. Харизма — моё оружие, не внешность. Обычное телосложение, короткая стрижка с хорошей укладкой, деловые костюмы или стиль олдмани. Студентки всегда обращали на меня внимание, и Алина не стала исключением.       Всё началось месяц назад, когда она задержалась после пары, чтобы спросить о курсовой работе. Разговор был невинным, но её взгляд скользил по моему телу, губы чуть приоткрыты, дыхание участилось. Я не идиот — понял, что девчонка хочет большего. И я тоже хотел. Первый раз мы трахнулись в моей машине на парковке, быстро и жадно. С тех пор встречи стали регулярными. Алина была не девственницей, но её тело реагировало на меня так, будто я первый мужчина в её жизни. А сегодня... сегодня я решил проверить, насколько далеко она готова зайти.       Утро началось с её сообщения: «Максим Игоревич, мне нужна помощь с курсовой. Можем встретиться в библиотеке?» Я усмехнулся — знал, что помощь ей нужна совсем другая. В два часа дня я зашёл в университетскую библиотеку. Огромное помещение с высокими потолками, рядами старых деревянных шкафов, расставленных так, будто кто-то специально создал лабиринт. В дальних углах почти никто не бывает — там пыльные тома, которыми никто не интересуется.       Алина ждала меня у входа. Сегодня на ней был тот самый белый топ, обтягивающий грудь, и голубые джинсы, подчёркивающие узкие бёдра. Мы молча прошли вглубь библиотеки, петляя между шкафами. Никого вокруг. Только тишина и запах старых книг. Добравшись до самого дальнего угла, я прислонился спиной к шкафу и посмотрел на неё.       — Ну, показывай, что ты умеешь, — произнёс я тихо, расстёгивая ширинку.       Алина опустилась на колени, не отрывая от меня взгляда. Её руки дрожали, когда она вытащила мой член — двадцать два сантиметра, толщиной в два пальца, уже налитый кровью. Она облизнула губы и взяла головку в рот, медленно обхватывая языком. Боже, как же хорошо. Её язык скользил по стволу, то быстро, то медленно, играя со мной. Она смотрела снизу вверх, глаза полны покорности, и это заводило ещё больше. Я положил руку ей на затылок, направляя её движения.       — Глубже, — приказал я, и она послушно взяла меня глубже, пока головка не уперлась ей в нёбо.       Её язык продолжал двигаться, массируя основание, пока губы обхватывали ствол. Я чувствовал, как возбуждение нарастает, но тут услышал шаги. Чёрт. Кто-то шёл в нашу сторону. Алина замерла, член всё ещё во рту, глаза расширились от страха. Шаги приближались. Я быстро вытащил член, заправил его обратно и застегнул ширинку. Алина вскочила на ноги, пытаясь отдышаться.       Из-за угла показалась женщина лет пятидесяти, библиотекарь. Она удивлённо посмотрела на нас, явно не ожидая кого-то увидеть в этом углу. Я моментально взял себя в руки, указал пальцем на одну из книг на полке и произнёс максимально спокойно:       — Вот эта работа отлично подойдёт для вашей курсовой, Алина. Обратите внимание на третью главу — там развёрнутый анализ проблемы.       Алина кивнула, пытаясь скрыть румянец на щеках. Библиотекарь что-то пробормотала, взяла нужную ей книгу с соседней полки и ушла. Как только её шаги стихли, я усмехнулся.       — Чуть не попались. Но это только разогрев. Вечером жду тебя в кабинете. В шесть. И не опаздывай.       Ровно в шесть Алина постучала в дверь моего кабинета. Я сидел за столом, просматривая какие-то бумаги, но в голове уже был готов план на вечер. Она вошла, закрыла дверь и неуверенно встала у порога.       — Подойди, — приказал я, не отрывая взгляда от бумаг.       Она послушно подошла. Я встал, обошёл стол и остановился перед ней. Взгляд её был напряжённым, она чувствовала, что сегодня будет что-то особенное.       — Ты провинилась, — начал я, медленно снимая пиджак и вешая его на спинку кресла. — Сегодня утром ты чуть не подставила нас обоих. Из-за твоей неосторожности нас могли застукать. Это недопустимо.       — Максим Игоревич, я... — начала она, но я оборвал её.       — Молчать. Ты будешь наказана. И будешь звать меня папочкой. Понятно?       Она кивнула, глаза расширились.       — Раздевайся.       Алина медленно стянула топ через голову, обнажив грудь в классическом белом лифчике. Затем расстегнула джинсы, спустила их вместе с трусиками-танга. Стояла передо мной голая, только лифчик прикрывал грудь. Я подошёл, расстегнул застёжку на спине, и лифчик упал на пол. Её соски уже затвердели от возбуждения.       — Руки за спину, — скомандовал я.       Она послушно завела руки назад. Я снял свой галстук и крепко связал её запястья. Теперь она была полностью в моей власти. Я взял её за плечи и развернул к столу. Она наклонилась над столешницей, её тело вытянулось, и её попа оказалась на идеальной высоте для моих целей. Я провёл рукой по её ягодицам, нежно, почти ласково. Кожа тёплая, упругая. А между ног уже влажно — её киска с большими половыми губками блестела от возбуждения.       — Считай удары, — приказал я и снял с себя ремень.       Первый удар был не сильным, скорее предупреждением. Она вздрогнула.       — Один, папочка, — прошептала она.       Второй удар — сильнее. Её тело дёрнулось вперёд.       — Два, папочка!       Я продолжал. Каждый удар оставлял красную полоску на её белой коже. Она кричала, считала, умоляла, но я не останавливался. Десять, одиннадцать, двенадцать... Её задница пылала, а я наслаждался видом.       — Пятнадцать, папочка! Прости меня, пожалуйста, я так больше не буду! — её голос срывался на всхлипы.       Я отбросил ремень и расстегнул ширинку. Член стоял колом, пульсировал, требовал войти в неё. Я раздвинул её ноги шире, провёл головкой по её мокрой киске и резко вошёл до упора. Боже, как же она горячая и тесная внутри. Алина застонала, её тело задрожало.       — Ты моя, — прорычал я, начиная двигаться.       Я трахал её жёстко, быстро, без жалости. Одной рукой держался за её связанные запястья, другой шлёпал по покрасневшей заднице. Каждый шлепок заставлял её стонать громче. Стол скрипел под нами, бумаги падали на пол. Мне было всё равно. Я чувствовал, как её стенки сжимаются вокруг моего члена, как она приближается к оргазму.       — Папочка, я кончаю! — выкрикнула она, и её тело содрогнулось в конвульсиях.       Я не остановился, продолжая долбить её, пока сам не почувствовал приближение. Но останавливаться было рано. Я вышел из неё, развернул её к себе. Алина еле стояла на ногах, лицо красное, дыхание рваное. Я надавил ей на плечи, заставляя опуститься на колени.       — Соси, — приказал я.       Она послушно открыла рот, взяла мой член, покрытый её соками. Руки связаны за спиной, она могла пользоваться только ртом. Язык скользил по стволу, губы обхватывали головку. Но мне было мало. Я взял её за волосы и начал жёстко трахать её рот. Головка проникала глубоко, до самой глотки, она кашляла, задыхалась, слёзы текли по её щекам. И это только заводило меня ещё больше. Я смотрел, как её лицо искажается от усилий, как она старается угодить мне, несмотря на дискомфорт.       — Вот так, принимай всё, — прорычал я, продолжая движения.       Её слюна стекала по подбородку, глаза были красными от слёз, но она не сопротивлялась. Покорность в чистом виде. Я вытащил член из её рта, давая ей отдышаться. Она закашлялась, судорожно вдыхая воздух. Но у меня были другие планы.       — Встань. На стол. Раком, — приказал я.       Алина с трудом поднялась, её ноги дрожали. Я помог ей забраться на стол, положил грудью на холодную поверхность, задница торчала вверх. Мой член всё ещё был в её слюне, скользкий и готовый. Я раздвинул её ягодицы и приставил головку к её узкому анальному колечку. Алина напряглась.       — Папочка, нет, пожалуйста, не туда! — взмолилась она.       Но я был непреклонен. Сегодня она станет полностью моей, я заберу её последнюю невинность. Я надавил, головка начала входить, растягивая тугое отверстие. Алина вскрикнула, её тело задрожало.       — Папочка, больно! Пожалуйста, остановись! — она плакала, но я продолжал.       Сантиметр за сантиметром, я входил в неё. Её анус сжимал мой член так сильно, что было трудно двигаться. Боже, какое наслаждение. Я полностью вошёл, остановился, давая ей привыкнуть. Чувствовал, как её попка пульсирует, сжимает меня в тисках. Алина рыдала, её слёзы капали на стол.       — Ш-ш-ш, потерпи, — прошептал я, медленно начиная двигаться.       Сначала плавно, осторожно, но постепенно ускорялся. Её тело приспосабливалось, боль сменялась странным удовольствием. Я держался за её связанные руки, используя их как рычаг, вбиваясь в неё всё сильнее и быстрее. Стол снова скрипел, а её стоны становились громче. Я долбил её попку на сверхзвуковой скорости, чувствуя, как приближается мой оргазм.       — Папочка! — кричала она, уже не от боли, а от переполняющих её ощущений.       Я резко вышел из неё, не желая кончать внутрь. Алина сползла со стола, упала на колени. Я сел в своё кресло, раздвинул ноги.       — Ползи ко мне, — приказал я.       Она ползла на коленях, медленно, тело дрожало от усталости и боли. Добравшись до меня, она остановилась между моих ног. Я взял свой член в руку, направил её лицо ниже.       — Облизывай мои яйца. Хочу чувствовать твой язык, — скомандовал я.       Алина послушно наклонилась, её язык коснулся моей мошонки. Она лизала, нежно, осторожно, покрывая поверхность слюной. Я откинулся на спинку кресла, наслаждаясь. Одной рукой я начал мастурбировать, дрочить свой член прямо перед её лицом. Она продолжала вылизывать яйца, смотрела снизу вверх, её глаза были полны покорности и усталости.       — Теперь ствол. Облизывай, — приказал я.       Она переключилась на мой член, язык скользил по стволу, от основания до головки. Медленно, методично, покрывая каждый сантиметр слюной. Я чувствовал, как оргазм приближается, мышцы напрягались.       — Открой рот. Широко, — прорычал я.       Алина послушно открыла рот, высунула язык. Я схватил свой член, сделал несколько быстрых движений и кончил. Струи спермы попали ей на язык, в рот, на губы. Она не отстранилась, приняла всё, что я ей дал. Я откинулся на кресло, тяжело дыша, наслаждаясь послевкусием оргазма.       Алина всё ещё стояла на коленях, лицо в моей сперме, руки связаны за спиной. Она тихо плакала, но сквозь слёзы прошептала:       — Я заслужила наказание, папочка. Спасибо.       Я развязал её руки, помог подняться. Алина едва стояла, всё её тело дрожало от пережитого. Я обнял её, прижал к себе, погладил по голове.       — Ты молодец. Ты приняла наказание, — сказал я тихо. — Теперь одевайся.       Она молча оделась, избегая моего взгляда. Я видел, что ей больно и стыдно, но в то же время в её глазах читалось что-то ещё — удовлетворение. Она получила то, чего хотела, даже если не осознавала этого полностью.       — Завтра после пары жду тебя здесь снова, — произнёс я, застёгивая рубашку. — И надеюсь, ты усвоила урок.       Алина кивнула, взяла сумку и направилась к двери. Перед выходом обернулась, посмотрела на меня и тихо сказала:       — Да, папочка. Усвоила.       Дверь закрылась за ней, и я остался один в кабинете. Усмехнулся. Эта девчонка была готова на всё ради меня. И я знал, что это только начало наших «уроков». Впереди ещё много возможностей проверить пределы её покорности. И я собирался использовать каждую из них.