Глава 17: Хэллоуин

Драко не успел переварить последствия вечеринки Тео, как пришло время Хэллоуина. Всё, чего он хотел, — залечь в постель, закрыть занавески и не выходить неделю. А лучше две. Вокруг всё бурлило, как в чёртовом котле. Пэнси пришла в себя только к четвергу. Когда зелье наконец начало выветриваться, она всё ещё обнимала Драко. Но теперь — с неистовыми рыданиями, осознавая, что натворил её милый Нотт. Драко не собирался говорить, что этот спектакль был рассчитан именно на них двоих, иначе Паркинсон точно бы не поскупилась на Аваду. Так что, можно сказать, что Малфой спас жизнь Teo. А тот, как всегда, выкрутился без последствий. С Пэнси они немного сблизились на фоне её помутнения. И ситуация заставила её не только прекратить шутить про чужие отношения, но и начать хоть немного уважать Драко. Правда, ему было всё равно — мнение Паркинсон в новом мире ничего не значило, а его репутация, как была, так и осталась растоптанной. Пока он за обедом наблюдал за парящими тыквами Джека в Большом зале, Пэнси пыталась растолковать однокурсникам, что между ней и Драко ничего не было. Тео изображал настолько угрюмое лицо, что её слова просто тонули в глубинах его трагического одиночного акта. — Пэнси, дорогая, законодательство неспроста не принимает во внимание мнение супруга, — лениво обронил Забини, будто обсуждал скучнейший параграф из «Основ магического права». — Супруга, говоришь?! — она превратилась в фурию у всех на глазах. — Блейз, милый, да какое ещё законодательство! Мы тут не в суде заседаем, а ставим точку в идиотских слухах! Она раздражённо взмахнула рукой, едва не сбив ближайший бокал с тыквенным соком. — Пэнси, я тебе честно скажу. Твоё «ставим точку» выглядит как последний акт трагедии, — Тео произнес это так, будто уже видел на своей могиле надгробную плиту с датой. — Ты ведь просто не в курсе, что у нас с Драко вообще-то серьёзные отношения… Ну, почти. Почти серьёзные, если не считать того, что он решил отметить мой день рождения с тобой. Драко неотрывно смотрел на вращающиеся тыквы под потолком. «Может, мне их посчитать? А потом все парящие свечи? А потом просто прыгнуть с Астрономической башни, чтобы не слышать этот идиотизм?» — ...Как ты понимаешь, у меня, бедного, совсем нет прав, — Тео вновь утрировал драму, вздыхая так, будто его сердце сейчас разорвётся от боли. — Ну, и кто бы мог подумать, что ваш свадебный марш будет играть без меня? Он с сожалением покачал головой, обводя взглядом присутствующих, как если бы только он один мог оценить истинную цену предательства. «Малфой, просто дыши. Раз тыква, два тыква…» Он вздрогнул от грохота. Это Пэнси ударила ладонями по столу. — Драко, если ты не заботишься о своей репутации, хоть о моей подумай! — её голос звучал как укус змеи, полный раздражения. «Авроры бы оценили твоё стремление к чистоте имени. Но увы, ты всё ещё Паркинсон.» — Я готова ответить на ваши вопросы под Веритасерумом! — заявила она, будто вершила судьбы человечества, а не пыталась отмыться от слухов. Драко сбился со счёту и перевёл на неё взгляд. Рядом сидящий Тео подавился тыквенным соком и пролил его на белую рубашку. «Хоть кто-то сегодня пострадал справедливо.» Забини оживился. — Ах, какой зрелищный момент! Знаешь, я уже почти начинаю тебе верить. Но мне нужно больше доказательств. Тео, у тебя случайно не осталось сыворотки правды? — он с увлечением поинтересовался, наблюдая за бедственным состоянием друга. «Конечно, осталась, но вам он её не отдаст даже под угрозой Круциатуса.» Тео быстро схватил салфетку, пытаясь убрать излишки сока с рубашки, но получилось только хуже. Его лицо приобрело выражение глубокой обеспокоенности, словно ему только что сообщили, что мир вот-вот закончится, а он забыл дописать эссе. — Сыворотка правды? — переспросил он с таким видом, будто вообще не понял, о чём речь. — Ах да. Конечно. Сыворотка! Он закашлялся, пытаясь скрыть нервный смешок. — Ну, ты знаешь. Я… я, конечно, могу её достать, но не уверен, что это хороший план. Мне кажется, вся эта история с правдой может плохо закончиться. Как с моей рубашкой. Он бросил на пятна трагический взгляд, изображая вселенское горе, а в глазах читалась паника. Драко с лёгким раздражением наблюдал за этим цирком. Тео, конечно, был жалок, но как же искусно он изворачивался. «Сыграет на эмоциях, как всегда. Может, мне тоже сделать несчастное лицо? Вдруг кто-нибудь сжалится.» Нотт взял паузу, чтобы собраться, стараясь вернуть себе контроль над ситуацией. — Да. Сыворотка! Но я же тебе говорил, Забини, что мы должны быть осторожны с такими вещами. Особенно, когда на нас смотрит такая аудитория, — он обвёл взглядом собравшихся, изображая глубокомысленный анализ. — Может, лучше просто поговорим как взрослые люди, а? Пэнси смотрела на него так, будто вот-вот перемахнёт через стол и свернёт ему шею. — Я уверен, Пэнси всё объяснит… или нет. У нас с ней такие сложности в коммуникации! — добавил Тео с лёгким театральным вздохом. Очередной удар ладонями по столу. «Вот она нервная. Один раз столкнулась с подлостью Тео, а я с ним сколько лет живу!» — Я сама достану Веритасерум, — заявила она. — Дорогой Блейз, попрошу тебя ассистировать и подумать над списком вопросов, согласуем их заранее. Задавать мне будет их Драко. Возьмём свидетелей человек пять и заставим их молчать, пока будет идти мой допрос. После оправдательного приговора я лично придумаю наказание для Нотта. Забини хищно заулыбался, глаза сверкали зловещим интересом. Тео, который до этого играл роль трагического героя, вдруг начал выглядеть так, будто ему стало по-настоящему страшно. Он разок качнулся, собираясь с мыслями, но они, похоже, уже в панике эвакуировались из его головы. Драко закатил глаза. «Как же мне не повезло с этими идиотами.» — Дорогие студенты! — по залу прокатился голос Макгонагалл. Малфой почувствовал, как внутри что-то болезненно сжалось. — После мрачных лет войны Хогвартс нуждается в новом празднике. Хэллоуин — это не только страхи, но и смелость, остроумие, доверие. Вместо традиционного бала ученики седьмого и восьмого курсов будут участвовать в мистических испытаниях, созданных силами профессоров, старост и волшебных существ. «Очередная попытка заставить нас всех сплотиться. Как мило. Можно я просто посплю?» Он мечтал о том, как вернётся в спальню, завернётся в одеяло и проигнорирует весь этот цирк. В конце концов, он заслужил вечер тишины. — Явка обязательна! — продолжила директор. Драко скривился. «Конечно. Конечно. Какой же это праздник, если нельзя в нём не участвовать?» — За это будет достойная награда, — голос Макгонагалл прозвучал слишком радостно. — Наши старосты школы решили предоставить свои комнаты двум победителям сегодняшнего соревнования. Конечно, на вас не повесят обязанности старост, — она улыбнулась. Драко вдруг словно пробудился от оцепенения. «Своя. Отдельная. Комната.» Он почувствовал, как внутри что-то стремительно меняется. Апатия испарилась, а рассудок кричит одно: «Я должен победить. На кону моя личная жизнь!» По залу пронёсся шум и исходящая от студентов аура конкуренции. Он решительно встал и вышел из-за стола, оставив обед недоеденным. Пэнси тут же догнала. — Вот он урод! Ты вообще его видел?! — кипятилась она, буквально повисая у него на руке. Драко перевёл на неё ленивый взгляд. — Мы знакомы с ним с детства. Как ты думаешь, я успел его изучить? — процедил он. Он шёл широкими шагами и Пэнси приходилось практически бежать рядом, чтобы поспевать. — Он отвратительно с тобой обращается! Почему ты вообще стал с ним встречаться?! Драко резко остановился. Медленно повернулся к Пэнси, выражая всю глубину своей усталости. Она моргнула. — Oу… Это тоже неправда, да? — дошло наконец до неё. — Нет, Пэнси. Правда. Мы уже обручены. Свадьба весной. Ты приглашаешь гостей. Она в ужасе распахнула глаза. — Что?! Драко закатил глаза и пошёл дальше. — Это сарказм, Пэнси. Сарказм. Она нахмурилась. — Почему ты не сказал? — не унималась она. — Я бы поверила! — Я, кажется, кричал об этом. Но кто мне верил? Пэнси задумалась. — В мою защиту — иногда ты выглядишь так, будто реально можешь встречаться с кем угодно, если это избавит тебя от разговоров. Он провёл рукой по лицу. — Умоляю, Пэнси, не начинай. Она усмехнулась и подтянулась к нему ближе. — Ладно, но если победишь, не забудь про свою пострадавшую лучшую подругу. Я ведь идеально впишусь в твою роскошную уединенную комнату. Драко еле сдержал рычание. Она шутила. Просто шутила. — Я лучше переселюсь в подземелье к слизням, чем добровольно впущу тебя туда, — признался он. — Ах, так вот ты как со своими будущими соседями! — воскликнула Паркинсон. Драко завис. — Какими соседями? — Ну, слизнями. Он понял, что разговор идёт в каком-то пугающем направлении, и сделал вид, что просто её не слышит. В этот момент из-за поворота буквально вылетел Нотт. — Мои дорогие голубки, я вас везде ищу! — взволнованно выпалил он, одарив их нервной улыбкой. — Давайте договоримся! Пэнси тут же набросилась на него с кулаками. Стоило отметить, что её боевые навыки оставляли желать лучшего. Нотт легко поймал её запястья, но ведьма не сдавалась: брыкалась, извивалась, пыталась укусить его за руку. В общем, напоминала атакующую белку. Драко, втянув щёку, молча наблюдал за этим шоу. — Паркинсон, ты не можешь отрицать, что тебя тянет к Малфою, — возвестил Тео, одной рукой удерживая её, а второй живо жестикулируя, словно актёр театра. — Почему бы не расслабиться и не поддаться потоку чувств? Драко вздрогнул. «Какому ещё потоку?!» — У меня, кстати, ещё немного осталось. Если вам это может помочь. — Я сама в твою глотку вылью это зелье!!! — завизжала Пэнси. Драко всё больше ужасался. «Нет-нет-нет. Мне не нужны любовные признания от Нотта. Не в этот вечер. Не в этой жизни.» — Паркинсон! Думай, что говоришь! — он резко вдохнул, собираясь с мыслями. — Нотт, ты отдашь мне всё, что у тебя есть. Это моё зелье. — Отдам, если мы договоримся! — радостно поддержал Нотт. Драко прищурился. — О чём? Тео пытался выглядеть уверенно, но его нервный взгляд говорил об обратном. Он отпустил Пэнси. — Ну, понимаешь… О счастье! О свободе! О том, как мы все будем жить без беспокойных слухов! — он развёл руками, будто изображая голубя мира. — Ну, или… вы понимаете, о чём я. Он нервно рассмеялся, в голосе звучала паника. — Драко, ты ведь не против? Ты просто останешься в стороне, а Пэнси… Ты ведь не особо страдаешь, да? Пэнси, полыхая яростью, попыталась с ноги врезать ему по голени. Тео быстро увернулся, но его решимость дала трещину. — Пэнси, прошу тебя… Ты же не хочешь разрушить мой имидж хорошего человека? — трагично простонал он. — Если ты скажешь правду под сывороткой, мне будет больно! Ты же не хочешь, чтобы мне было больно? Он трагически закатил глаза, прижимая её руки к своей груди. Драко настолько устал, что даже не смог изобразить эмоции. — Оставь, Тео. Ты уже окончательно похоронил свою репутацию. Тот дёрнулся, будто его ударили по голове. — Ты перестанешь строить из себя жертву. Не будешь больше шантажировать Пэнси. И отдашь мне зелье. Это для твоего же блага, поверь, — продолжил Драко. Тео заметно поник. — Ладно! Только не приближайся ко мне с этим зельем! — он вскинул руки. — Всё, Пэнси. Говори, что хочешь, но не называй меня лжецом! Я отдам всё под твою ответственность. Пэнси, наконец, успокоилась. — Ты больше никогда не втягиваешь меня в свои авантюры. Тео кивнул. — Отдаёшь мне все запасы Крыльев феникса. Тео задумался, но снова кивнул. — И никогда больше со мной не разговариваешь. Тео нахмурился. — Нет, подожди... — Никогда. Больше. Со мной. Не разговариваешь, — прорычала она. Тео закатил глаза. — Ничего не знаю, сегодня я умею считать только до двух. Он демонстративно поднял согнутую в локте руку, развернулся на каблуках, и в пафосной тишине удалился. Пэнси тяжело выдохнула. Драко сложил руки на груди и с идеально серьёзным лицом передразнил: — Он такой милый. Пэнси метнула в него уставший взгляд. — Ой, да заткнись. Драко ухмыльнулся. «И как только Лавгуд удаётся держать его в узде?»

☾☾☾

Луна с нетерпением ждала Хэллоуина, надеясь, что праздник поможет отвлечься. После всего, что произошло между ней и Тео, она не находила себе места. За завтраками она всегда садилась лицом к слизеринскому столу, и взгляд сам собой находил Тео. А когда он смотрел в ответ… Он не отводил глаз. Никогда. В эти моменты Луна чувствовала этот странный, горячий отклик внутри него. Но всё было каким-то сложным, неестественным. В реальной жизни они почти не разговаривали. А когда говорили, слова застревали в воздухе. Становились чужими, натянутыми, ненастоящими. Но во сне… Во сне Тео был другим. Он не прятался, не отступал. Там его руки смело удерживали её, а его губы… «Мерлин…» Луна всё ещё чувствовала их. Всё ещё вспоминала, как он целовал её, как горячие пальцы крепко сжимали её тело, не давая вырваться, не давая исчезнуть. Но что теперь? Он больше не звал её в сон. Они вообще ничего не обсуждали. Остатки гордости подсказывали стойко ждать, пока Тео сделает следующий шаг. Но все остальные чувства, настойчивые и отчаянные, умоляли её вернуться самой. Она пыталась отвлечься учёбой, но мысли пробирались сквозь страницы учебников, сквозь лекции, сквозь всё. Может, праздник действительно поможет? На одной из встреч группы поддержки обсуждали, как многим студентам после войны нужно уединение, а не жизнь с весёлыми соседями. После этого старосты школы, Финбар и Лавиния, решили переселиться в общие комнаты, чтобы освободить личные спальни для тех, кому они действительно нужны. Луна физически ощущала, как ей неуютно в общей спальне. В собственной комнате она могла бы сделать всё так, как хотелось бы ей. «А ещё туда можно было бы пригласить Тео.» Эта мысль вспыхнула неожиданно, как взорвавшийся фейерверк. Луна резко покраснела, по телу прошлась дрожь. К счастью, на улице было холодно — никто не мог понять, от чего пылают её щёки. Они уже собрались у поля для квиддича. Оно тонуло в густой темноте, местами — в тумане, местами — в мерцающих огоньках. Это был волшебный и жутковатый пейзаж. — Вот бы нам выиграть, да, Луна? — неожиданно раздался голос Невилла. Она вздрогнула. «Но если мы выиграем, то как мне незаметно пригласить Тео, чтобы Невилл об этом не узнал?» Её глаза расширились. С каких пор она вообще думает о таких вещах?! «С другой стороны, не договаривать — это не значит лгать. Ведь правда?» — Дорогие друзья! — голос Финбара вырвал Луну из потока мыслей, и она моргнула, пытаясь вернуться в реальность. — Мы рады поприветствовать вас на сегодняшнем празднике! Вам предстоит пройти грандиозное испытание. Он сделал паузу, улыбаясь, будто ему доставляло удовольствие держать всех в напряжении. — Правила просты. Вы заходите парой и выходите парой. Победу засчитаем только тем, кто выйдет первыми. Вместе. Лавиния нетерпеливо переступила с ноги на ногу и перебила его: — Но если вам станет совсем тяжело и вы вдруг захотите прибить друг друга, то всегда можно предать напарника. — Она кокетливо цокнула языком. —Лабиринт покажет предателям короткий выход, но индивидуальных апартаментов вам тогда не видать. Она покачала головой с преувеличенной грустью, и среди студентов прокатился нервный смешок. — Совсем скоро жеребьёвкой мы разобьём вас по парам, — продолжил Финбар, хмурясь. — И не удивляйтесь, если ваш напарник окажется кем-то, с кем вы никогда не общались. Испытание проверит не магию, а ум, ловкость и силу духа. — И, конечно же, доверие! — вставила Лавиния. — Во имя дружбы факультетов! Начнём! Она шагнула к большой чаше и взмахнула палочкой. Чаша засветилась изнутри, и два имени всплыло в воздухе. — Первая пара — Астория Гринграсс и Эрни Макмиллан! — прочитал Финбар. — Слизерин и Хаффлпафф. Оба из Священных двадцативосьми. Ай! — Лавиния вскрикнула, когда Финбар пихнул её локтем. — Но последний факт никому не интересен! — быстро поправился он. — Прошу вас, встаньте сюда. Следующие пары назывались одна за другой. — Джинни Уизли и Блейз Забини! — Король и королева своих факультетов! — восторженно добавил Финбар, но тут же получил легкий удар от Лавинии. Луна заметила, как Тео, стоявший рядом с Блейзом, развёл руками, будто его только что лишили законного титула. — Порви его там, — Невилл хлопнул Джинни по плечу, и та, прищурившись, двинулась вперёд с гордо поднятой головой. — Парвати Патил и Теодор Нотт! — объявила Лавиния. — Эти двое скорее всего останутся внутри и устроят собственную вечеринку, — прокомментировал Финбар. Толпа зашлась свистом и смехом. — Слизеринцы ведь никогда нас не зовут на свои закрытые мероприятия, так что я ставлю на крутость Парвати! — Лавиния! — возмущённо шикнул Финбар. — Что? Про Нотта ходят легенды, но доказательств никаких! Тео закатил глаза, но Луна видела, как уголок его губ дёрнулся. — Невилл Лонгботтом и Пэнси Паркинсон! — Горячая пара! — Финбар драматично всплеснул руками. — Рыцарь Гриффиндора и принцесса Слизерина. Луна улыбнулась. Ей было любопытно, как они справятся. — Драко Малфой и… — Лавиния внезапно замолчала. Студенты заволновались, некоторые подошли ближе, чтобы получше расслышать. Финбар тоже посмотрел в жребий и резко побледнел. — Мы же не можем перетасовать заново? — пробормотал он, забыв, что его голос усилен заклинанием. — Кхм. Луна Лавгуд. Имя зазвенело в воздухе. Луна распахнула глаза. «Это же будет так здорово!» Но прежде чем мысль оформилась окончательно, тишина вокруг стала ощутимой, словно кто-то наложил заглушающее заклинание. Все смотрели на них. — Дракон и его ужин! — крикнул Симус. Обычно за его комментариями всегда следовал взрыв смеха, но в этот раз никто не поддержал. Даже ветер, кажется, затих. Луна перевела взгляд на Драко. Он смотрел прямо на неё. Не торопясь, она шагнула к месту, где уже собрались пары. Чужие взгляды, от любопытных до откровенно осуждающих, жгли ей спину. Но особенно сильно ощущался один. Teo. Луна мягко улыбнулась. — Привет, Драко! Он едва кивнул, сохраняя свою обычную отстранённость. — Слушай, если он тебя хоть пальцем тронет… — начал Невилл, напряжённо глядя на Драко. Луна повернулась к нему и, не моргнув, ответила: — Возможно, тронет, Невилл. В воздухе повисла пауза. Брови Драко взлетели вверх. Пэнси замерла, как будто Луна объявила, что вышла замуж за грифонью тень. А Невилл просто открыл рот. — Там же испытания на доверие, так что, конечно, тронет, — рассудительно добавила Луна. — Но если ты переживаешь, навредит ли он мне… Нет. Не навредит. Невилл выдохнул, но выглядел не слишком убеждённым. — Мне бы твою веру в людей… Луна пожала плечами. — Тогда бы мир точно стал чуточку лучше. Она не хотела, чтобы это прозвучало снисходительно, но, кажется, именно так и вышло. Пэнси фыркнула и закатила глаза, а Невилл нахмурился. Тем временем объявили последнюю пару, и студентов направили в первую комнату. Помещение оказалось мрачным и холодным, стены были сложены из грубого камня, а воздух пропитан сыростью, как в подземелье. Повсюду располагались массивные деревянные двери, и у каждой из них остановилась одна из пар. Шёпот перетекал по комнате, напряжение висело в воздухе. Некоторые были готовы отказаться от участия, лишь бы не связываться со случайным напарником. Драко и Луна заняли место у одной из дверей. Никто из них не произнёс ни слова, но в этом молчании не было ни неловкости, ни враждебности. Просто ожидание. Щелчок — и дверь распахнулась. За ней было… ещё темнее. Луна и Драко переглянулись. Ни тени сомнения не мелькнуло на его лице. Помещение, в которое они попали, казалось продолжением предыдущего зала, но освещение здесь было ещё более приглушённым. На стенах лениво горели несколько факелов, бросая мерцающие тени на каменный пол. Прямо перед ними возвышалась массивная каменная стена с деревянной дверью, которая выглядела так, будто ей уже несколько веков. Но самое странное — это приличного размера дыра под потолком. «Почему мне кажется, что она смотрит на меня?» Оттуда пробивался яркий свет, тонким столбом разрезая полумрак. — Так, давай сразу кое-что уясним, — начал Драко. Его голос был твёрд, как камень. — Мне очень нужна своя комната. Мне наплевать, нужна ли она тебе. Если что, отдашь Паркинсон. Луна слегка наклонила голову, внимательно следя за пылинками, которые кружились в свете факела. Их танец на мгновение поглотил её внимание. — Мне бы тоже хотелось стены, которые помнили только мои сны, — Луна сказала это тихо. Почти как признание, не предназначенное для чужих ушей. Он бросил на неё озадаченный взгляд. — Зачем тебе спать одной, ты же и так дружишь со всеми? Луна не захотела отвечать. Вместо этого её взгляд снова вернулся к тяжёлой деревянной двери, которая вела к следующему этапу. Она сделала шаг в её сторону и потянулась к ручке. — Нам нужно попасть внутрь, — озвучила она мысль. — Лавгуд, я с тобой разговариваю, — выразил недовольство Драко. — Правильно я понимаю, ты разучилась и патронуса вызывать и с соседками общаться? Луна проигнорировала его насмешки. Попыталась использовать Алохомору. Но заклинание не сработало. — Здесь магия палочек не работает, Драко, — сказала она спокойно, оборачиваясь к нему. Он смотрел на неё, и в глазах промелькнула вспышка раздражения. — Ответы на вопросы: да и да. Давай думать, как нам пройти дальше, — сказала она, стараясь перевести разговор на более приятную тему. Она заметила, как его взгляд стал мягче, но он всё равно продолжал смотреть на стены, выискивая что-то невидимое. — А ты куда более нормальная, чем я думал. В моём окружении эти два пункта тоже почти недостижимы. Луна задумалась, а затем тихо произнесла: — У тебя хотя бы Тео есть. А я даже среди своих… совсем одна. — Ой, даже не произноси это имя, — вспылил Драко. — Оно у меня вызывает головную боль и мотивирует выбраться отсюда первым в охапку с тобой, чтобы получить свою комнату. Луна осматривала каменные стены, пока он изучал камни на полу, надеясь, что они могут быть ключом к разгадке. — Вы поругались? — Можно и так сказать. Он просто ведёт себя как придурок. Нет, правда. Лавгуд, как ты его терпишь? «Вне сна мне с ним тоже нелегко.» Она лишь пожала плечами. — Можешь меня подсадить? — спросила она. — Я посмотрю, что там наверху. Драко нахмурился. — Давай мы будем искать решение, а не заниматься глупостями. «Да он серьёзно что ли?» — Драко, — устало обратилась Луна. — Ты хотел свою личную комнату. Я тоже. Он замолчал. Затем, не сказав ни слова, подошёл к ней. Аккуратно поднял Луну, и она, ухватившись за проём в стене, подтянулась, чтобы увидеть, что скрывается выше. — Тут на стене ключ! Я сейчас тебе открою! — радостно крикнула она. — Стой! Драко без раздумий потянул её обратно. — Ты меня не кинешь тут одного. Луна почувствовала, как его слова коснулись её. В них было нечто большее, чем просто недовольство. Это настоящее отчаяние, которое он старался скрыть за своим привычным высокомерием. — Драко, у нас одна цель. Я тебя не брошу тут. Помоги лучше мне залезть. И он подтолкнул её так высоко, как смог. — Не сломай себе ничего, Лавгуд! — крикнул он напутствие. — Тут есть лестница. Но спасибо, что переживаешь за меня! Луна быстро спустилась и почти добежала до ключа, как чьи-то слова проникли прямо в разум. «Этот ключ можно использовать только один раз. Он откроет или дверь назад или дверь в новое испытание. Мой тебе совет: никогда не оборачивайся.» Сердце застучало быстрее. Она почувствовала, как невидимая сила пыталась овладеть её мыслями. — Лавгуд? — голос Драко звучал приглушённо. Он пытался выломать дверь. — Я… По-моему, я не могу открыть. — ЧТО?! Лавгуд, ты обещала! — Драко сорвался на крик так быстро, будто за дверью была не Луна, а его единственная связь с реальностью. Она задумчиво смотрела в стену. — Мне голос говорит, что я должна открыть дверь в новую комнату, а не к тебе, — пояснила она. — Тебе надо как-нибудь самому подняться. — МОЙ голос, — взвыл Драко, — говорит открыть ЭТУ дверь! Луна моргнула. На миг она вспомнила, что за дверью стоит Драко. И что они здесь ради чего-то важного. Но этот момент был коротким, и разум вновь начал затмеваться магией комнаты. Луна ринулась к двери и быстро вставила ключ в замок, пока не потеряла контроль над собой. Дверь открылась. Первое, что Луна увидела, — его глаза. В них вспыхнуло что-то острое: страх, злость, облегчение. Всё сразу. И он мгновенно спрятал всё это за привычной маской. — Ты чуть всё не запорола нам! Драко выхватил из замочной скважины ключ и схватился за голову. — Салазар! От такого помогает окклюменция. Надо было мне идти сюда. — И как бы я тебя подняла?.. — Луна подняла брови. Драко посмотрел на неё, и выражение его лица напомнило кота, который только что наступил в тарелку с грибным супом. Очевидно, он осознал, что сказал нечто глупое. И с лёгким раздражением направился к новой двери. Их встретил такой же коридор — каменный, длинный, немного угрюмый. Они шли по нему осторожно, но быстро, пока не упёрлись в тупик с очень узким дверным проёмом. — И это всё? — разочарованно спросил Драко. Он сделал шаг вперёд, но Луна вдруг почувствовала странное покалывание. — Стой! — Это ты уже меня цитируешь? — он усмехнулся, но послушно остановился. — Здесь что-то не так, — серьёзно сказала Луна. — Как будто коридор сам ждёт, когда мы оступимся. Драко на мгновенье задумался. — Вполне возможно. Иначе какой смысл в этой прогулке? Они сделали паузу, чтобы подумать. — Нам говорили, что мы должны идти вместе. Возможно, дело в этом, — предположила Луна. Драко указал рукой на узкую дверь и покачал головой. — Дело в этом. Вдвоём одновременно мы не пролезем. Они прошли обратно по коридору, в надежде найти что-то, что могли пропустить, но ничего не изменилось. — Так и почему вы поругались? — вдруг вспомнила Луна. Тео у неё не выходил из головы даже сейчас. Драко тяжело вздохнул. — Сначала он при всех в гостиной, без предупреждения, объявил меня своим парнем. Луна резко остановилась, будто её щиколотки оплели дьявольские силки. — А вы… в отношениях? — в любой другой ситуации она бы выбрала более деликатный способ спросить об этом. Драко бросил на неё быстрый взгляд, полный усталой обречённости. — Мерлин, и ты туда же. Нет! Но на публике Нотт играет роль с таким рвением, что я начинаю сомневаться. Луна догнала его, пытаясь переварить услышанное. — Потом он притащил пятнадцать нелегальных зелий затуманивания разума и щедро угостил ими нашу компанию. Луна заморгала. — Он… что сделал?! — растерянно переспросила она. — Да, Лавгуд. Поэтому я предпочёл бы сдать его в Мунго, а не отправлять к тебе на сеансы самопознания, — вздохнул Драко. Луна задумалась. — И ты это пил? — Меня Мерлин миловал, но Тео подсунул Пэнси Амортенцию… Ту самую, что я варил на шестом курсе. Её глаза расширились. — …Поэтому я был слегка занят тем, что связывал Пэнси, пока она не успела раздеться догола. А потом увидел Нотта, который выпил Эхо прошлого. Луна вдруг почувствовала, что её интерес к истории резко вырос. — И о чём он говорил? Драко покосился на неё. — Болтал о ваших встречах с таким видом, будто это был роман века. И на утро меня дружно обвинили в том, что я изменил своему парню с Пэнси. Хотя, сюрприз- сюрприз, ни один из этих пунктов не является правдой. Луна открыла рот, но тут же его закрыла. Всё это было… неожиданно. Она представила себе Тео, который пьёт запрещённое зелье и бормочет её имя. Тео, который так нелепо, но так смело объявляет Драко своим парнем. Тео, который… о чём вообще он говорил? Луна посмотрела на Драко. — А что именно он сказал? Он скептически прищурился. — И вот этого вопроса ты не избежишь, да? Луна улыбнулась. — В конце концов, ты же сам сказал, что он говорил про меня. Я имею право знать, — она постаралась, чтобы её голос звучал беззаботно. Драко закатил глаза. — Нет, Лавгуд, — выдохнул он. — Ты имеешь право жить в счастливом неведении. И, клянусь, я не собираюсь разрушать твои иллюзии. Луна задумалась. Она не была уверена. Ни в чём. — Если нам достанутся комнаты старост… Боюсь, тебе будет невыносимо тоскливо жить со мной, — мягко заметила она. — Если «невыносимо тоскливо» означает тишину и отсутствие хаоса, то, боюсь, я даже начну наслаждаться этим, — сказал Драко и посмотрел на дверь. — И я уже так размечтался, что давай попробуем пройти вместе? Луна не возражала. Они подошли вплотную к дверному проёму, и дверь, словно вдохнув, расширилась, пропуская их обоих. На лице Драко засияла искренняя улыбка, на которую Луна ответила тем же. Они одновременно зашли в новую комнату. И, как только дверь закрылась, их окутала абсолютная тьма. — И что нам тут делать? — спросила Луна, пытаясь всмотреться в темноту. Она попыталась использовать Люмос, но магия не работала. Затем она вытянула руки, чтобы на ощупь найти Драко, но его рядом не оказалось. — Драко? Тишина. Луна почувствовала, как её начинает охватывать паника. — Драко? Ты здесь? Тишина. Она попыталась вернуться или хотя бы найти стену, но казалось, что они исчезли. И вдруг из темноты раздался голос: — Луна! Он… назвал её по имени? «Это что, комната, где мы можем слышать только имена друг друга и ничего больше?» Они повторяли имена друг друга, словно заклинания, и схватились за руки. В этот момент комната озарилась вспышками факелов. Перед ними открылось маленькое помещение с одной единственной дверью. Красивое, заострённое лицо Драко было щедро залито румянцем. Так часто Луну по имени он никогда не звал. — Это было… жестоко, — выдавил он сквозь смущение. Луна сама находилась в лёгком потрясении от задания. — Не думаю, что много кто прошёл это испытание… — пробормотала она. Новую дверь открывать совсем не хотелось. — Как думаешь, мы тут давно? — спросила Луна, пытаясь перевести мысли на что-то более спокойное. — Достаточно, чтобы я успел перехотеть личную комнату. Давай, Лавгуд, наверняка осталось совсем немного. «Опять Лавгуд? Кто-то не вынес урока из этой комнаты.» Они зашли в новое помещение и оказались по щиколотку в воде.

☾☾☾

Драко стоял по щиколотку в воде, с отвращением наблюдая, как его любимые ботинки обречённо тонут в этом подземном болоте. Каждая капля, что падала с потолка, приносила только раздражение. Всё это было настолько типично для его жизни — очередной издевательский подарок судьбы, который, казалось, наслаждается его страданиями. Он не мог отделаться от мысли, что полоса препятствий — это очередной крючок, на который он попался. Если бы ботинки могли говорить, они бы, наверное, прокляли его за то, что он вообще открыл рот перед Лавгуд. Надо было оставить всё при себе. Малфой не мог понять, почему позволил себе почувствовать свободу хоть на секунду. И почему эта свобода оказалась иллюзией, как и всё остальное в его жизни. «Зачем я ей всё это выложил? Она же не понимает, что её слизеринская кухня вообще не касается.» С другой стороны, Лавгуд имеет право знать, что её идеальный Тео вовсе не такой уж и принц. «Вот и всё, Тео. Не будет смотреть на тебя Лавгуд так, как раньше.» Тем временем её взгляд был привязан к углу комнаты. Как всегда. Потеряна в собственных мыслях, как чудо-загадка, не имеющая ответа. Драко не отпускала мысль, что Лавгуд может поверить в «доброго» Тео. Или, что ещё хуже, — что Нотт снова включит своё очарование, соврёт, и Лавгуд предпочтёт не замечать правды. Он тяжело вздохнул, едва сдерживая желание размахнуться и что-нибудь разрушить. Но, вместо этого, сосредоточился на загадке. — Ты займёшься чем-нибудь полезным или продолжишь пялиться в стену? — огрызнулся он. Усталость легла на плечи. Драко смотрел на ведьму. Анализировал. Потому что на этом мечтательном кукольном лице так и было написано, что она не отвернётся от Нотта. Она ведь будет пытаться его понять. И это бесило ещё сильнее. Лавгуд наконец оторвалась от своей молчаливой созерцательной тирании и в ожидании перевела взгляд на Драко. Будто он сейчас скажет что-то, что спасёт их утопленнические души. — Здесь где-то должна быть дверь, — произнесла она. Драко едва сдержался от смеха, но в этот раз это был смех не от облегчения, а от сарказма. — О, откровение века! А я-то думал, мы просто выйдем сквозь стену. Он едва удерживался, чтобы не сорваться на мат. Всё вокруг его доводило — и Лавгуд, и эти стены, и сама ситуация. Ведьма слегка приподняла брови, удивлённая его тону. «Да, Лавгуд сочувствую тебе. Мы оба заперты вместе. Ты со своей потрясающей интуицией, а я — с непрекращающимся плохим настроением. Если мы отсюда выберемся первыми, ты будешь вынуждена это видеть каждый день.» Вода под ногами продолжала прибывать. — Великолепно! — воскликнул он с фальшивым восторгом. — Значит, либо мы найдём выход, либо сыграем в «Кто продержится под водой дольше». Лавгуд начала ходить вдоль стен. Как сумасшедшая, прикасалась к каждой плитке. Драко тем временем плескался в воде. Он размахивал ногами, создавая волны, и мечтал о том, чтобы вся эта ситуация закончилась. Вода поднималась всё выше, когда он заметил в отражении… огромную красную дверь. — Лавгуд! Дверь! — заорал он, забыв про сарказм. Луна сразу оказалась рядом. Они оба смотрели в отражение, хотя на реальной стене не было ни малейшего намёка на выход. И она должна была находиться именно в том самом месте, где Лавгуд так усердно трогала стену. — Revelio! — произнёс Драко с яростью, надеясь, что заклинание сработает. Но, конечно, ничего не произошло. Это было бы слишком просто. Лавгуд прислонилась ухом к стене и начала стучать. Наверное ждала, что стены ей ответят. Драко стиснул зубы. — Я чувствую металл… — пробормотала она. Малфой дважды стукнул кончиком палочки по этому месту, чтобы убедиться, что там находится дверная ручка. Дверь появилась перед их глазами. Вода, которая уже почти достигла уровня колен, вдруг отступила. И ботинки, которые он был готов похоронить под водами лабиринта, остались абсолютно сухими. Но Драко не почувствовал облегчения. Он чувствовал только пустоту. Ту самую, что всегда приходила после победы, которую он не просил. Новое пространство представляло собой то же подземелье с каменным полом и факелами, которые, казалось, были там, чтобы не дать Малфою забыть, что каждый шаг — это ещё один шаг в никуда. Его взгляд зацепился за пламя. «Тео точно не выиграет. Он так и будет торчать в первой же комнате, пялясь на огонь, как полный идиот.» Коридор был коротким, и он заканчивался глухой стеной. Драко ощутил, как накатывает головная боль. Он устал от загадок. Они осматривали пол, стены, но подсказок не было. Потеряв счёт времени, они просто начали ходить туда- сюда, пока Драко не заметил: когда он делал шаг спиной вперёд, каменный пол выглядел иначе. Лавгуд это тоже просекла. И, глядя под ноги, пошла назад. — Это глупо, — бурчал Драко. — Как идти спиной, если ты не знаешь, куда идёшь? — Это про доверие, Драко, — тихо произнесла она, вытягивая руку. — Пойдём. Тяжело вздохнув в очередной раз за этот день, он с досадой принял жест. Её горячая ладонь встретила его. Должно быть, её кожа была такой, потому что Луна никогда не пыталась сдержать свои чувства. Он чувствовал её тепло, но не успел как следует подумать об этом, как стена вдруг исчезла, и они шагнули в новое пространство. Новое помещение оказалось ярче предыдущего. Настолько, что у Драко задёргался глаз. И, разумеется, никаких дверей не было видно. Он протяжно застонал. «Дерьмо, ещё один тупик.» Они молча осмотрели стены и пол. Никаких подсказок. Никакой логики. — Давай попробуем Ревелио? — предложила Лавгуд. Драко хмыкнул. «О, конечно. Давай попробуем одно из самых очевидных заклинаний. Возможно, мы шокируем магическую комнату своим гениальным ходом.» Он инстинктивно потянулся к палочке. Но когда она коснулось ладони, Драко что-то почувствовал. Это была не его палочка. Он сразу понял это. Лёгкий холодок пробежал по спине. Он медленно вытащил её из рукава. Слишком тяжёлая. Не та балансировка. Чужая магия, которая буквально давила на кожу. Драко опасливо опустил глаза. Красное дерево. Изящная резьба с какими-то листьями по древку и… неестественно чёткое ощущение чужой силы. Он почувствовал на себе взгляд. «Это её палочка?» — Лавгуд, ты её купила в Косом переулке? — Нет, — её голос звучал так же спокойно, как всегда. — Она у меня с детства. Это подарок от мамы. «Значит, её семья могла позволить себе редкую палочку, но не может позволить нормальную одежду? Я ничего не понимаю.» Он ещё раз посмотрел на артефакт в своей руке. Значит, его палочка… Лавгуд уже вытянула её из рукава. Её тонкие пальцы легко обвили рукоять, словно так и должно было быть. Драко дёрнулся. Это было… не тревожно, нет. Это было неправильно. Она держала палочку так, как он всегда держал. И в этом было что-то возмутительное. Внутри зашевелилось странное, первобытное желание отнять свою палочку. Ощутить её привычный вес, вернуть привычную магию. Он понимал, что так было задумано, но... — Это уже чересчур! — взорвался он. — Называть друг друга по именам, держаться за руки — ладно! Но это! Он резко указал на их палочки. — У них хоть немного уважения к границам есть?! В следующей комнате нам что, детей заделать предложат?! Лавгуд, судя по её виду, это тоже не особо радовало. Она держалась спокойно, но пальцы чуть дрогнули на его палочке. — Думаешь, они хотят, чтобы мы что-то наколдовали ими? — тихо спросила она, пристально глядя ему в глаза. Он вскинул руки. — Ты у меня спрашиваешь?! Меня все эти игры до нервного срыва доводят. Я не хочу продолжать! В этот момент стены пошли рябью, расплываясь. Лавгуд смотрела на него совершенно безэмоционально. — Ты думаешь, что дело в играх. — Что?! — Драко взвился. Щёки вспыхнули. — Это всего лишь головоломки, — её голос был неприятно ровным. — Тебя бесят не они. — Тогда просвети меня, Лавгуд! Что же меня так бесит?! — То, из-за чего ты хочешь выиграть. Она смотрела на него так, как если бы объясняла что-то очевидное. — Мне тоже нужна комната, — устало сказала Лавгуд. — Мы неплохо справлялись, так что давай постараемся ещё немного. Драко осёкся. Он только сейчас заметил, что Лавгуд тоже выглядела вымотанной. «С чего я вообще решил, что замкнутое пространство сводит с ума только меня?» — Ладно, — выдохнул он, успокаиваясь. — Попробуем? Лавгуд первой взмахнула палочкой. — Accio! Факел со стены пронёсся по воздуху ей в руку. В тот же миг на стене проступили очертания массивной двери. Драко поджал губы. «У Лавгуд всегда всё просто. Надеюсь, что жить с ней тоже просто.» Он закрыл глаза, сделал глубокий вдох и сосредоточился. Синхронизироваться с чужой палочкой было всегда непросто. Ощущение были такие, будто он пытался писать правой рукой. — Reducto! Другой факел разлетелся в щепки, и в комнате вдруг стало легче дышать. «Отлично. Возможно, если разнести к троллям эту комнату, она просто сдастся.» Дверь появилась. И они, обмениваясь палочками, направились к ней. Шагнув в тёмный дверной проём, они оказались… в библиотеке. Летающие книги носились в воздухе, хлопая обложками и шепча что-то непонятное. — Нам нужна какая-то одна?.. Их тут сотни, — голос Луны звучал задумчиво, но Драко всё равно уловил в нём лёгкое беспокойство. «Если в ужасе Лавгуд, то мне и подавно стоит опустить руки.» Он обернулся и увидел светящийся золотой текст на стене: Я — тень того, что в сердце живет, Но путь мой скрыт за страницами всех. Не верь мне, если я молчу в ответ, Только тот, кто слушает, меня найдет. «Загадки? Только не это.» Драко застонал. — Лавгуд, иди-ка сюда. — Он ткнул пальцем в стену. — Ты разберёшься вот с этим, а я постою тут с закрытыми глазами и попытаюсь забыть о своём существовании. Хорошо? Луна склонила голову, вчитываясь в буквы так, будто пыталась найти в них смысл жизни. Затем внезапно обернулась к нему. — Нам нужна книга, что говорит правду! Не теряя ни секунды, она направилась вглубь комнаты, запрокинул голову и… закрыла глаза. — Ну, конечно, — пробормотал Драко. — Какой же поиск без мистического транса? Она что-то шептала, прислушивалась. Затем одна из книг, покачиваясь в воздухе, заговорила. Лавгуд мгновенно схватила. Книги начали падать на пол, лишённые магии. Библиотека исчезла. Драко подошёл к Лавгуд. — Что ты спросила их? — поинтересовался он. — Как зовут бабушку Мерлина. Он моргнул. — Чего?.. Луна с невозмутимым выражением лица повернула к нему книгу. — Она ответила: «Тот, кто знает, тот не говорит». — И?.. Почему ты взяла эту? — Драко прищурился. — Разговаривает только правильная книга, Драко. Он уставился на неё с выражением искреннего восхищения. Салазар подери, без неё он бы в жизни не догадался. Когда он снова огляделся, то понял, что они вновь оказались в подземелье. Только теперь в конце коридора виднелся яркий свет. — Неужели мы это смогли? — шёпотом вымолвил он. И тут его взгляд упал вниз. Часть пола исчезла, образовав пропасть. На их стороне коридора красовались два рунических круга. Ведьма тут же подбежала к одному из них, села на пол и принялась листать книгу, водя пальцем по страницам. Драко скрестил руки. — И что там? Давай сделаем, да выберемся отсюда, — нетерпеливо бросил он. Луна подняла голову. В её глазах мелькнуло лёгкое замешательство. — Нам… Нужно сказать какой-то секрет друг о друге. Если мы не соврём, то появится мост, и мы сможем перейти. Драко застыл. — Подожди. Ты хочешь сказать, что нас не выпустят, пока мы не начнём изливать друг другу душу? «Мы должны быть соседями, а не лучшими друзьями.» — Именно. Он зажмурился, глубоко вдохнул… и медленно выдохнул. — Ну всё. Я официально ненавижу это место. Они заняли свои позиции в рунах. Каждый какое-то время молчал, переваривая мысли. — Я начну, — сказала Луна после небольшой паузы. —Во сне у Тео есть звёздное небо. И на нём созвездие Draco. В честь тебя! Она так широко улыбалась, что Драко не выдержал и усмехнулся. — Лавгуд, меня назвали в честь созвездия, а не наоборот. — Он покачал головой. — И его всегда видно в этом полушарии. Как ты вообще доучилась до последнего курса с таким мышлением? Она переступила с одной ноги на другую. — Я имела в виду, у него своё звёздное небо, с любимыми созвездиями, — пояснила она. — Их всего несколько. И среди них есть Draco. Внутри неприятно сжалось. Несмотря на весь хаос, манипуляции и грязные игры, Тео всегда был рядом. Когда Драко было тяжело, он подставлял плечо, помогал держаться — даже если это выглядело как очередная хитрая игра. «Чёрт. Он что, и правда считал меня важным?» Он отвёл взгляд, как будто это всё чушь, не стоящая его внимания. «Какого хрена он тогда ведёт себя так мерзко?» — Драко? — Луна напомнила о своём существовании. Финальное испытание. Секрет. Правила есть правила. Он должен сказать что-то, чего Луна о себе не знает. Она очень легко выкрутилась. «Созвездие Дракона? Тоже мне, секрет.» Хотя внутренний голос уже не звучал столь уверенно. Он коротко усмехнулся. — Знаешь, в чём твоя проблема, Лавгуд? Она внимательно смотрела на него, ожидая продолжения. — Ты слишком сильно хочешь видеть хорошее даже в тех, кто этого не заслуживает. Луна не ответила, только чуть прищурилась. Сердце пропустило удар, уголки губ дёрнулись. Ему наплевать на то, что он сейчас скажет. «Дурацкий лабиринт. Идиотское испытание.» — Тео не просто тобой увлёкся, — произнёс он наконец. — Он тобой одержим. Лавгуд не моргнула. Не отвела взгляда. — Он хочет сломать тебя. — Драко чуть склонил голову, всматриваясь в неё. — Ты должна была сама догадаться. Луна смотрела слишком спокойно. — Ты ведь понимаешь, что он этого ждал? — спросила она. — Чтобы ты мне рассказал. Над провалом появился призрачный мост. Испытание засчитано. Драко только усмехнулся. «Ну да. Нотт всегда на шаг впереди. Но только на один.» Он стремительно направился в сторону света. Луна догнала его. — Нам надо идти вместе, помнишь? Он кивнул. И они пошли рядом. Свет обернулся тьмой. На улице было довольно мрачно. А потом его чуть не сбила с ног летящая в их сторону Рыжая. — Луна! — завопила она, вцепляясь в подругу с такой силой, что Малфой невольно попятился. — Хорёк тебе ничего не сделал?! Она обхватила лицо Лавгуд ладонями, пристально изучая его, словно ожидала увидеть следы пыток. Драко закатил глаза. Боковым зрением он уже чувствовал, как Тео испепеляет его взглядом. Тем временем из-за усиленного Сонорусом голоса воздух буквально задрожал: — Фух, мы уж думали, что перестарались со сложностью заданий, — выдал Уискерс. Драко скривился. «Вы перестарались!» — Но, похоже, что одна пара всё-таки справилась! — добавила Торнтон, размахивая руками. — Или они просто каким-то образом обманули лабиринт? — попытался пошутить староста мальчиков. Никто не засмеялся. Наоборот, повисло гробовое молчание, в котором только слышалось, как кто-то потрясённо выдохнул. Драко буквально физически ощутил, как в него врезается лавина эмоций — ненависть, зависть и, что самое удивительное, почти осязаемое чувство несправедливости. «Ага. Ужас. Малфой кому-то доверился и не умер. Катастрофа года.» Примерно так же было, когда все узнали, что он стал Пожирателем. Только теперь он победил в идиотском конкурсе доверия, а это почему-то возмутило людей ещё больше. Луна взяла его за руку. «Не хватало мне ещё жалости от Лавгуд!» Он злобно дёрнул запястьем, разрывая контакт. «Хотя разве не я пару дней назад мечтал, чтобы меня кто-нибудь пожалел?» Спустя секунду поймал ладонь обратно. Лавгуд и бровью не повела. А вот Уискерс и Торнтон синхронно переглянулись. Затем пожали плечами. — Ну… Мы всё-таки поздравляем наших победителей, — Торнтон произнесла это слово так, будто оно оставляло у неё во рту горький привкус. — Если что, приз можно… эээ… передать тому, кому он больше нужен. Судя по её прищуренному взгляду, вторая часть сказанного предназначалась Лавгуд. Луна в этот момент задумчиво смотрела в пасмурное небо, показательно игнорируя речь старосты. Наступила многозначительная пауза. Наверное, сейчас должны были быть овации. Но их не было. — Что же, мы даже задержались, — неловко произнёс Уискерс. — Нам всем пора на праздничный ужин! Ещё раз поздравляем победителей! — Ура-а-а... — как-то неуверенно произнесла Торнтон и слабо захлопала в ладоши. Толпа молча развернулась и начала расходиться. Драко обернулся, подумывая, куда можно сбежать подальше от этой сцены. — Это стоило того, — тихо сказала Лавгуд. Он резко на неё посмотрел. Она улыбалась. Драко помолчал пару секунд, ощущая, как внутри что-то болезненно сжимается. Потом хмыкнул. — Да. Это точно стоило того. И они пошли в замок. Вместе. Авторские заметки: 🎧 «The Fight Song» — Marilyn Manson But I'm not a slave To a god that doesn't exist And I'm not a slave To a world that doesn't give a shit (Но я не раб Бога, которого нет. И я не раб Миру, которому наплевать.) Песня идеально передаёт отвращение Драко к рутине и скуке, к пустым разговорам и «нормальной жизни», в которую он не вписывается. После войны он больше не верит ни в чистокровные идеалы, ни в справедливость. Он не хочет принадлежать ни одной стороне. А самая яркая строчка: «And when we were good, you just closed your eyes» (И когда мы постарались, вы просто закрыли глаза) — студенты не похвалили их за то, что они справились со сложными испытаниями. Зато ждут возможности осудить Малфоя, когда он вновь оступится.