Неужели конец?

***       В комнате стояла гробовая тишина. Томас, Минхо, Ньют и Амалия переглядывались и не знали как начать диалог. Каждое движение казалось хрупким, словно один неверный шаг и на них тут же набросятся люди из ПОРОКа, они всё ещё не могли поверить, что Галли жив, стоит рядом с ними в одной комнате, и уже тем более, спас их задницы. — Чёрт… — пробормотал Минхо, — не думал, что скажу это когда-нибудь, но я скучаю по Глэйду. — Не лучшее время для признаний. — усмехнулся Томас, пытаясь разрядить атмосферу, хотя сам напряжённо сжимал кулаки. Амалия сидела чуть позади, прислушиваясь к каждому звуку. Её глаза, лазурно-синие, сверкали на света, который был в этой комнате. Она понимала, что каждый шаг может стать последним. И всё же — идти нужно было. Ньют сидел рядом с ней. Их взгляды случайно встретились, и на мгновение между ними проскочила искра — смесь раздражения и… чего-то другого, чего они оба не хотели признавать. — Осторожно, — пробормотала Амалия, держа руку на сумке с сывороткой. — Здесь могут быть не только знакомые, чёрт знает как Галли выбрался и выжил. — Ага, враги повсюду. И кто бы мог подумать… — Ньют с едва заметной усмешкой посмотрел на неё, — что я начну доверять тебе. — Не начинай, — холодно ответила Амалия, но уголки её губ дрогнули. Девушка знала, что парень заражён, он упорно пытался скрыть это, но от любопытных глаз шатенки не укрылась резкая смена настроения и чёрные вены на руке, которые он старательно прятал за рукавом кофты. У Ами был свой план, как сберечь жизнь другу и не умереть самой. Никто не знал, что девушка всё это время носила с собой в сумке флакончик с сыровоткой, сделанной из крови Томаса. Шатенка знала, что не все из них иммуны и когда Мэри спасала Бренду, Амалия попросила сделать сыворотку и для неё.       Внезапно из-за улицы раздались крики. Томас дернул Ньюта в сторону, а Минхо мгновенно занял позицию. Но люди в чёрном одеянии появились с неожиданной стороны — их было больше, чем можно было ожидать. — Ньют, в сторону! — крикнула Амалия, вскакивая, и одной ловкой рукой вколола ему сыворотку прямо в плечо. Ньют на мгновение замер, удивлённый, ощущая, как тепло разливается по венам. Его глаза встретились с её глазами, и в этой молчаливой паузе было что-то невероятно близкое, почти уязвимое. — Ты всегда такая дерзкая? — прохрипел он, едва удерживая равновесие. — Ты всегда такой идиот? — ответила она с лёгкой усмешкой, одновременно отбивая противника. Их движения были скоординированы, будто они сражались вместе не первый день. Но за дерзкими словами скрывалась тревога: оба понимали, что если кто-то из них упадёт, это может быть навсегда. Когда Томас всё-таки убил Дженсена , группа собралась в маленьком укрытии среди развалин. Ньют, опершись на стену, едва мог стоять на ногах. Амалия присела рядом, проверяя его состояние. — Тебе лучше, да? — осторожно спросила она. — Да, благодаря тебе… — он помолчал, стараясь удержать дыхание, — …я жив. — Не «благодаря мне», — хмыкнула Амалия, но взгляд её был мягким, — благодаря тому, что ты сам ещё не сдался. И в этот момент между ними больше не было сарказма. Было молчание, полное непроизнесённых слов, но которое говорило больше, чем любой диалог. Ночь опустилась быстро, окутывая их холодным воздухом. Ребята после того как добрались в Тихую Гавань, сразу разошлись спать. Томас и Минхо уже были у себя, устроившись на гамаках, которые были их временным заменителей кроватей, но Амалия осталась на улице. наблюдая за тихим морем. Ньют сидел рядом, не смея нарушить её молчание. — Ами… — тихо начал он, используя её прозвище впервые. — Я… я никогда не думал, что скажу это кому-то… — Говори, — мягко ответила она, позволяя ему приблизиться. — Я… люблю тебя. Не просто как… союзника. — Его голос дрожал, но в глазах была правда. Амалия смотрела на него, и впервые за долгое время сердце её дрогнуло от чего-то настоящего, чего-то, что она пыталась игнорировать. — Ньют… я тоже. — Она наклонилась ближе, и между ними впервые не было преград. Лёгкая улыбка и тревога одновременно — смесь любви и страха. Утро принесло слабый свет через листья деревьев. — Мы должны двигаться, — сказала Амалия, поднимаясь. — Ещё много впереди. — Вместе, — сказал Ньют, беря её руку. Их пальцы переплелись, и этот жест был обещанием. Томас и Минхо проснулись и заметили их. Томас улыбнулся и подмигнул: — Рад, что вы не убили друг друга… пока. Амалия рассмеялась, а Ньют качнул головой с лёгким раздражением. Но внутри них обоих горело новое чувство — надежда, сильнее любого страха, который они пережили в этом ужасе. И хотя впереди ждала неизвестность, они шли дальше, вместе.