Часть 4 Начало дружбы🪽

Для Драко, однако, ситуация только ухудшилась. Когда он вернулся в свою спальню после ужина в день распределения Чуи, он обнаружил, что его кровать, обычно аккуратная, слегка сдвинута. А на соседней кровати, которая принадлежала одному из его однокурсников, спавших в одной комнате с ним, уютно развалился... Осаму Дазай. "О, привет, Драко-кун!" — Дазай поднял голову с книги (вероятно, той же самой, о самоубийствах), с очаровательной улыбкой. "Мне сказали, что у меня теперь нет собственной комнаты, так как я ученик по обмену и все остальные заняты. А в этой комнате, оказывается, одно место освободилось. Удача! Хотя я предпочитаю, чтобы мои соседи были более... общительными. В идеале – готовыми к двойному самоубийству. Но ты тоже сойдешь." Драко чувствовал, как у него дергается глаз. "Что?! Почему ты здесь? Где Забини?" "Блейз? А, он решил переехать в комнату к Крэббу и Гойлу," — беззаботно ответил Дазай. "Сказал, ему нужно больше пространства для... размышлений. Ну, или он просто не выдержал моего очарования. В любом случае, теперь мы соседи по комнате, Драко-кун. Разве это не прекрасно?" Дазай протянул ему свою книгу. "Не хочешь почитать о японских методах? У нас есть такие экзотические способы, которые тебе и не снились!" Драко ничего не ответил. Он просто стоял посреди комнаты, сжимая кулаки. Дазай в его спальне. Дазай везде. Это был уже не кошмар, это была реальность, от которой не было спасения. И Чуя, этот рыжий бес, теперь тусуется с Поттером! Мир перевернулся с ног на голову. Дазай, заметив молчание Драко, лишь пожал плечами. "Как знаешь," — пробормотал он и вернулся к своей книге. Вскоре в комнате воцарилась тишина, нарушаемая лишь шорохом переворачиваемых страниц и легким храпом Крэбба и Гойла из соседней комнаты. Драко улегся в свою кровать, отвернувшись от Дазая. Он пытался заснуть, но слова Дазая, его странные ухмылки и даже та книга о самоубийствах крутились в голове. Он злился на Дазая, на Дамблдора, на Поттера, на весь мир, который, казалось, сговорился против него. Но, помимо злости, было еще какое-то необъяснимое любопытство. Почему Дазай так спокойно говорит о смерти? Что это за книга, которую он читает с таким увлечением? Драко всегда учили, что смерть – это трагедия, ужас, то, чего нужно избегать любой ценой. А этот японец относился к ней, как к увлекательному хобби. Часы тикали, отсчитывая минуты. За окном шелестел ветер, а внизу, в Большом зале, часы пробили полночь. Драко ворочался, не в силах уснуть. Он чувствовал спиной ровное дыхание Дазая. Кажется, тот заснул. Медленно, стараясь не издать ни звука, Драко приподнялся на локтях. Лунный свет, пробивавшийся сквозь окна, освещал комнату. Дазай лежал на спине, его книга, та самая, лежала на груди, открытая на одной из страниц. Бинты на его запястьях казались еще более загадочными в этом призрачном свете. Недолго думая, поддавшись импульсу, который он не мог объяснить, Драко осторожно вытянул руку и, как можно аккуратнее, чтобы не разбудить Дазая, стянул книгу с его груди. Она была тяжелой и старой, ее обложка была из истертой кожи, а страницы пахли пылью и чем-то, что Драко не мог определить – возможно, чем-то очень далеким и восточным. Он пополз обратно к своей подушке, прислонившись к спинке кровати, и открыл книгу. Шрифт был старомодным, а иллюстрации – зачастую весьма графичными и пугающими. Это не были обычные Хогвартские учебники. Драко начал читать. Он ожидал найти описания каких-нибудь жутких магических ритуалов или проклятий, но вместо этого наткнулся на... весьма подробные, почти научные описания способов самоубийства. Утопление в различных жидкостях, прыжки с высоты, удушение, отравление экзотическими ядами, самосожжение. Каждый метод был описан с удивительной дотошностью, с указанием потенциальных рисков, преимуществ и... "эстетической привлекательности". Он перелистывал страницы, его глаза бегали по строчкам. "Удушение с помощью собственной галстучной петли – классика, но не всегда эффективна, часто приводит к длительным мучениям. Эстетика: 3/10." "Прыжок с обрыва, особенно живописного, предпочтительнее в ясный день. Эстетика: 7/10." "Утопление в бочке с саке – оригинально, но малодоступно и весьма расточительно. Эстетика: 6/10." Драко почувствовал себя странно. Это было не то, что он ожидал. Не было никакой магии, никаких заклинаний, только холодный, почти циничный взгляд на самые мрачные аспекты человеческого существования. И вдруг его взгляд остановился на одной главе: "Очарование двойного самоубийства". Он начал читать, и его сердце на мгновение сжалось. Глава описывала, как два человека, связанные глубокой эмоциональной связью или общим стремлением к искуплению, могут вместе уйти из жизни, обретая покой в единении. Там были цитаты из старинных японских пьес, философские рассуждения о совместном преодолении страданий и обретении гармонии в смерти. Драко почувствовал, как к горлу подступил ком. Это было не просто описание, это было... почти романтизирование. И он вспомнил слова Дазая: "Я ищу идеальное место для двойного самоубийства". Или: "Хотя я предпочитаю, чтобы мои соседи были более... общительными. В идеале – готовыми к двойному самоубийству." Что это значит? Дазай действительно ищет кого-то для этого? И почему он так безразличен ко всему? Почему он вообще в Хогвартсе? Драко почувствовал, как в его голове смешиваются отвращение, любопытство и что-то похожее на... беспокойство. Он взглянул на спящего Дазая. Под бледным лунным светом, парень выглядел почти невинно, но бинты на его запястьях казались зловещими. Он отложил книгу, закрыл глаза и попытался уснуть. Но образы из книги и загадочные слова Дазая теперь прочно засели в его мыслях.