Глава 7

Невыносимая жара, что началась буквально через несколько часов после рассвета, делала путь парней очень тяжелым. Типичный тропический климат — так можно было охарактеризовать то, что творилось сейчас на острове. Палящее солнце вместе с пропитанной влагой землей были просто адским дуэтом. Во время пути шиноби не встретили ничего да и никого не то, что бы необычного, а вообще ничего. Всё немного изменилось, когда они дошли до большой реки, которая, если верить карте, разделяла дикую и цивилизованную части острова. Возможно, тот лес был аналогом Леса Смерти в Конохе, называемого также сорок четвертым полигоном. По другую сторону реки, которую поспешили перейти шиноби, повсюду находились развалины и обломки зданий — напоминание о последних днях существования Водоворота. О могучих многоэтажных домах, что служили жилищем для многих людей, сейчас говорили только их тени — то, что от них осталось. — И что здесь искать? — недовольно спросил Учиха. — То, что не разрушено, наверное… — чувствовалась неуверенность в голосе джинчурики. Он ожидал увидеть более светлую картину, нежели то, что они видели сейчас. — Пошли… Больше, чем полдня безуспешных поисков неизвестно чего вымотали даже шиноби. Парни бродили по развалинам, под которыми все оставалось таким же, как и в день нападения. Иногда даже на улицах встречались жуткие трупы погибших людей, с которыми время сделало свое дело. В центре Селения, точно как и в других Деревнях шиноби, находилась резиденция каге. Одно из нескольких полностью не разрушенных зданий. Отступники поспешили войти внутрь. Двери на всех трех этажах здания прятали за собой множество интересного, что именно — парни поспешили узнать. Дверь в кабинет каге, который, как и в Конохе, находился на третьем этаже, ничем не отличалась от десятков других. Медленно открыв её, Узумаки зашел внутрь сего помещения. Ветер, что забирался сюда через разбитые окна, уже давно раскидал по всей комнате папки с документами. Книжные полки, стоявшие у стен по двух сторонам от Наруто, были битком забиты книгами, обложки которых выцвели от солнца. Парень медленно пошел вглубь кабинета, рассматривая названия книг по стеллажам. Скрипящий пол делал обстановку даже немножко таинственной, несмотря на середину дня. Дойдя до стола, на котором ничего не было, кроме таблички вроде той, что стояла у Цунаде, только с надписью «Первый Узушиокаге», парень вернулся к книгам. Интересно-то, конечно, было, но с детства Наруто не соизволил прочесть ничего полезного, не считая инструкции по приготовлению рамена. Тем не менее, рука все равно потянулась к книге с громким названием «Как убить прежде, чем убьют тебя» неизвестного автора. Полистав немного, парень положил ее на свободную полку, так как на свое место он ее впихнуть уже не мог. Следующие несколько книг ничем особенным не отличались, то есть стояли они здесь скорее всего исключительно для красоты, либо имели какую-то ценность для владельца. Разные романы, исторические саги и прочую чушь, как он все это называл, Узумаки терпеть не мог. Наверное, из-за сенсея, который больше времени уделял чтению, чем тренировке учеников. Перейдя к полкам на другой стороне комнаты, шиноби продолжил просматривать остальные книги. Спустя несколько минут его внимание привлекла еще одна книга, которая была единственной без названия. Потянув ее на себя, он насторожился: книга не поддалась, а осталась на месте. Услышав несколько щелчков, парень сделал шаг назад. В ту же секунду конструкция, называемая книжными полками, двинулась на него и, остановившись перед самим носом, передвинулась в сторону. Перед шиноби показалась ещё одна комната, не намного уступающая размерами той, в которой он сейчас стоял. Только с единственным отличием — в ней не наблюдалось никаких полок или чего-нибудь похожего. На стенах висело множество разных видов оружия — от странной формы кунаев до длинных самурайских яри. На другом ее конце на небольшом помосте сидел человек. Не живой, конечно, а только то, что могло оставаться от него. Еще не сотлевшая кожа прилепилась к костям, создавая жуткое зрелище. Человек был одет в белые доспехи, выглядевшие довольно потрёпанным, но не временем, как те, что запечатал Узумаки, а битвами. С чела мертвого шиноби сползла повязка с протектором Скрытого Водоворота, но зажатый правой рукой огромный свиток казался неподвижным. Слева от него лежала маска, подобная тем, что носят АНБУ страны Лесов, изображавшая демона, видимо, она выпала из руки умершего шиноби. Наруто медленно вошел внутрь и, стараясь держаться начеку, пошел к трупу. Как можно было подумать, первым делом тот должен был потянуться к свитку. Но Узумаки удивил и самого себя — он подошел и поднял маску. Холодный, словно лед, фарфор приятно щекотал руку. Парень, не думая, потянул ее к лицу, желая примерить эту загадочную вещь. Как только маска коснулась кожи, он почувствовал, как чужая чакра, правда, в небольшом количестве, влилась в него. Парень хотел отдернуть руку, но было уже поздно, мир залился белыми красками. В то время как он, не чувствуя своего тела, упал, у него в подсознании творилось что-то странное, либо сейчас он пребывал совсем не там. Не было клетки с Кьюби, даже залитого водой пола не было. Он стоял в полностью белом помещении, где не видно было ни стен, ни пола, ни потолка. Яркий свет, берущийся непонятно откуда, неприятно резал глаза, заставляя шиноби прикрывать их рукой. Пока джинчурики пробовал оглядеться, перед ним, в точности как когда-то Четвертый, появился старик. Узумаки, краем глаза заметив его, обернулся, но не спешил удивляться. Шиноби с появившимися от старости морщинами под глазами и длинными седыми волосами, что спадали на снежно-белые доспехи, одетые поверх черной одежды, не напоминал ему никого, но тем не менее сейчас находился в его голове. — Ты кто? — спросил Наруто старика. Тот слегка нахмурился, сложил руки перед собой, засунув их в рукава своей одежды, и молвил в ответ: — Если хочешь получить ответы, молодой человек, соизволь проявить уважение. — Простите, пожалуйста, — извинился шиноби, — кто вы, и почему я вижу Вас? — добавил парень. — Ты надел мою маску. Перед смертью я запечатал в неё остатки своей чакры. — Для чего? — перебил его джинчурики. — Для того, чтобы наш клан помнил о том, кто мы есть. — Узумаки? — переспросил парень. — Да, ты разве не Узумаки? — удивился старик. — Узумаки, Узумаки Наруто… Это фамилия моей матери, о которой, к сожалению, я ничего не знаю. — Откуда ты, Узумаки Наруто? — Из Скрытого Листа. Но… — запнулся парень, вызвав удивление у своего собеседника. — Что-то не так? — Я ушел из Листа… — Зачем? — посуровел старик. — Меня предали, хотели убить… «Нельзя давать Кьюби свободу», — перекривил Хокаге Узумаки. — Кьюби? Ты носитель Лиса? Что случилось с Кушиной? — С кем? — переспросил Наруто, услышав незнакомое ему имя. — С Кушиной, мы отправили её в Коноху, чтобы сделать джинчурики Лиса. — Не слышал о такой, простите…. И да — я сосуд Лиса. Наверное, ещё от рождения. Мой отец, Четвертый Хокаге, запечатал его в меня ценой своей жизни. — Уже Четвертый?.. Сколько же времени прошло… Задавай вопросы, Узумаки Наруто, время на исходе. — Кто Вы? — повторил свой первый вопрос Наруто. — Узумаки Фумо. Первый и последний Узушиокаге, — с грустью в голосе ответил тот. — Деревня просуществовала так мало? — удивился парнишка. — Нет, — улыбнулся старик, — Водоворот намного старше Листа. Именно здесь, а не в Конохе, как думают многие, начали собираться вместе кланы. Малыш Хаширама, не зная о существовании Узушио, объединил враждующие кланы так, как когда-то сделал я. — Малыш Хаширама? — переспросил Наруто. — Постойте, Водоворот был уничтожен около сорока лет назад, со времен Первого прошло больше сотни лет… Сколько же тогда Вам лет? Простите, то есть, было лет? — Хмм… И этого тоже не знаешь… Тогда слушай, ты ведь тоже Узумаки. Селения Водоворота в мире называли деревней долгожителей благодаря нашему клану. Для нас сотня прожитых лет не была пределом. На момент нападения мне было сто пятьдесят три года и, как видишь, своей смертью я ещё не собирался умирать. — Ходят легенды, что жители Водоворота научились запечатывать время, это и было причиной их долголетия. Старик улыбнулся, но возразил: — Да, наши техники запечатывания чрезвычайно мощны… Но нет, проделки со временем могли стоить очень дорого. — Собственно говоря, я пришел сюда в поисках чего-то, что могло бы помочь мне с моей печатью… — Наруто поднял подол футболки, открыв взгляду каге свою печать, в зону которой пустил немного чакры, чтобы ту можно было увидеть. — Сработано довольно грубо, но тем не менее надежно, — дал свою оценку Фумо. — Моей чакры должно хватить, чтобы укрепить её, но… — Что «но»? — перебил его Наруто. — Но будет лучше, если ты сразишься со своим биджу. — Сразиться с биджу? При всем уважении, Вы точно в своем уме? — Не дерзи мне, зеленый мальчишка! — крикнул старик. — Рано или поздно тебе придётся сделать это, зверь не сможет вечно сидеть в клетке! — Извините, Вы правы… Но у меня недостаточно сил, чтобы сделать такое. — Мы Узумаки! Сдаваться не в наших правилах! — морщинистое лицо растянусь в фирменной улыбке Наруто. Лицо парня тоже расплылось в улыбке, после чего оба начали хохотать друг с друга, как малые дети. — Э-э-э, старик, ты исчезаешь… — мгновенно посерьезнев, показал пальцем на ноги Фумо Наруто. — Похоже, моя чакра на исходе. Так что теперь серьезно. Когда ты вошел, видел большой свиток? — Да. — Забери его и храни как зеницу ока. Там наследство нашего клана, всё, что я смог оставить следующим поколениям. — Спасибо, для меня будет честью хранить его. — И, Наруто, последняя просьба к тебя, — Узушиокаге почти полностью стал прозрачным, — сожги мое тело, и развей пепел над деревней. Хочу всегда оставаться со своими собратьями…. — Фумо исчез, и вместе с ним стало меркнуть ярко белое пространство, которое вскоре уступило место непроглядной тьме. — Наруто! — словно сквозь сон услышал свое имя джинчурики. Осознав, что он лежит на полу, парень поспешил подняться. Чувствовал он себя так, словно его ударили чем-то тяжелым по голове: все вертелось, не давая шиноби твердо встать на ноги. Взявшись рукой за голову, он старался прийти в себя. На входе в комнату стоял Саске, словно его удерживал невидимый барьер. Он попытался просунуть руку в проход, но она наткнулась на невидимую стену. Учиха попробовал ударить ее кулаком, но тоже безуспешно. Тихонько выругавшись, он обратился к Наруто. — Наруто, что случилось? — Ничего, просто потерял сознание… — решил скрыть правду Узумаки. — Просто отключился? — удивлено переспросил Учиха, чувствуя подвох. — Или что-то всё-таки случилось? — Я просто надел маску, — парень указал на белую маску демона, — И всё, дальше ничего не помню. — Можешь выйти оттуда? — стукнув нижней частью кулака по невидимой стене, спросил брюнет. — Сейчас, только кое-что сделаю, — Узумаки потянулся за большим свитком, крепко зажатым рукой мертвеца. Он был достаточно тяжелым, чтобы держать его в руке, но, заметив на нем кожаный ремень, парень закинул его себе за спину, расположив горизонтально, подобно свитку с горы Мебокузан, который он носил всего лишь однажды. Достав из подсумка свои свитки, он проделал те же манипуляции, как и при запечатывании доспеха в теперь уже разрушенном домике. Только на этот раз он взялся запечатывать останки покойника, что был там. Учиха, хоть и не понимал, зачем его напарник делает это, продолжал молчать. Закончив с запечатыванием, Узумаки спрятал все обратно и, захватив с собой маску, направился к выходу. Оружие, висящее на стенах, конечно, так и влекло взять его, но парень почему-то не сделал этого. Он просто оглянулся, еще раз пробежавшись взглядом по стенам, и спокойно вышел, заставив Учиху застыть в немом вопросе: «Так просто?». Пока Узумаки лежал в отключке, его напарник успел пошастать по остальным помещениях здания. В основном ничего интересного для них он не нашел. Самой величайшей его находкой была комната с архивами, но чтобы разобраться в них, нужно было немало времени, которого у парней никак не было. Три дня оставалось до встречи с командой Саске, но до места сбора ещё нужно было добраться. Трое суток парни потратили, чтобы добраться сюда. Дорогу назад, если верить картам, можно пройти за такое же время, если сократить путь. Для этого придется не менее суток провести в море, а затем еще двое пройти сушей. Саске нашел карты в одной из комнат, наперед разметив путь, который лежал через Страну Ветра. Придётся, правда, проделать путь и Страной Огня, но благо, недолгий. Когда шиноби вышли из здания, Наруто остановился. Он достал только что спрятанный свиток и, раскрыв его, распечатал покойника. Обернувшись к Саске, сказал: — Саске, будь любезен. Тот, не поняв, что от него хочет Узумаки, только пожал плечами и развел руками. — Что? — Сожги, пожалуйста, — объяснил ему друг. — Отойди, — с ноткой презрения сказал брюнет, складывая печати. Узумаки отпрыгнул в сторону, захватив с собой свой свиток. Спустя несколько секунд после названия техники изо рта Учихи вырвалась струя огня, которая мгновенно сожгла до пепла тело мертвеца. — Всё? — закончив, спросил брюнет. — Нет, — подходя к нему, сказал Узумаки. — Не всё. Теперь моя очередь. Учиха снова уставился на Наруто, не понимая, что тот опять хочет делать. Джинчурики встал перед Саске и, сложив серию печатей, молвил название техники: «Фуутон: Атсуриоку». После чего, присев на одно колено, с размаху хлопнул ладонью по земле. Техника при недостаточном количестве чакры получилась довольно слабой. Ветер, сорвавшись из-под ладони Узумаки, снес весь пепел вместе с пылью, что была на улице, поднимая их высоко в небо над разрушенными домами когда-то великого Селения Водоворота. Так Наруто исполнил последнюю волю старика, навеки оставляя его вместе со своей деревней. — Ну что, теперь обратно? — спросил Узумаки своего друга, что так и оставался стоять позади него. — Вперед, — скомандовал тот и рванул в сторону моря. Наруто, не теряя времени, последовал за ним. Парни были уже в море, когда ночь начала приходить в свои владения. Несмотря на все опасения Саске, выйти из барьера оказалось просто: никакой преграды не было. Но как только парни оказались за его пределами, за спинами они не увидели ничего того, что было там секундой раньше. Там словно ничего и не было, только открытое море, которое отражало на своей поверхности тысячи звезд, висящих на небе. — Шаринган ничего не видит… — пробормотал Саске, впившись взглядом в сторону исчезнувшей деревни. — Что-то должно оставаться тайной даже для Шарингана… — услышав слова друга, сказал Узумаки. Он не пробовал задумываться о том, почему деревня скрыта от глаз людей. Закрыта — значит, есть на то причина, и все. — Пошли, у нас и так мало времени, — добавил он спустя секунду и продолжил путь. Учиха, некоторое время глядя в ту сторону, откуда они пришли, отправился за Узумаки. Парни бежали вот уже несколько часов. Холодная ночь прекрасно бодрила и заодно давала стимул двигаться, чтобы не замерзнуть. Бежать уже обоим порядком надоело, но по дороге они не встретили ни одного судна. Ещё пара часов бега окончательно достали Узумаки. Он резко остановился и с воплем «Все, задолбало!» сложил несколько печатей и надкусил палец. Ударив по воде, на которой в шесть сторон пошли характерные полосы из знаков, шиноби крикнул: «Призыв!». Через мгновение на месте, где он стоял, появилась большая сонная жаба, если «сонная» можно сказать о жабе. — Чего тебе? — протянул он, зная, кто её вызвал. — Гамакичи, подбрось к берегу, пожалуйста, — ответил Узумаки, усевшись у него на голове. — А то уже выматываться начинаю… — Я тебе повозка что ли? — нервно возмутился сын жабьего босса. — Не поможешь? — немножко разочаровано спросил парень, спрыгнув с него и встав рядом с Саске, который с ухмылкой наблюдал за всем этим действием. — Полезай обратно… — вздохнув, сказал Гамакичи и, ожидая, пока парни заберутся на него, бормотал ещё что-то вроде «Подкинь туда, донеси сюда, принеси то, позови того…». — Куда? — добавил он, когда парни уже стояли на его голове. — Саске? — вопросительно обратился к другу Узумаки. — Северо-запад… — ответил тот, стараясь удержаться на жабе, которая уже делала первый прыжок