Глава 12

Одинокий путник шел по небольшой деревушке к ее главной достопримечательности — старой корчме, как ее тут называли, ибо собственного имени та не имела. Вечерело, так что все простые люди уже давно отдыхали. Погода оставляла желать лучшего: холодная осень сменилась суровой зимой, и поэтому тяжелый плащ, накинутый на плечи мужчины, приходился весьма кстати. Он остановился у трактира. Посмотрев по сторонам, вошел. Внутри было шумно, все тутошние и нездешние собирались как обычно в такую пору. Трактирщик посмотрел на незнакомца, который стоял с гордым видом у импровизированной стойки, так и не снимая плаща с капюшоном, скрывавшим половину лица. — Чего желаете? — Выпить, — не очень дружелюбно ответил незнакомец. Корчмарь вытер руки об первое попавшееся далеко не чистое полотенце и взялся наливать жидкость в стакан. Незнакомец тем временем скинул свой плащ. Под ним скрывался большой меч, висящий на спине в неестественном положении: рукоятью вниз, и непонятно как не вываливался. Ничего странного в том, что он явился туда с катаной, не было: множество народа приходило сюда с оружием, так что местный люд привык к этому. Незнакомец не пошел за стол к многочисленным гостям, а остался у стойки, глядя на трактирщика. Тот, подняв голову, спросил: — Ещё чего-нибудь? — Я кое-кого ищу. — Ничем не могу помочь, — отвел свой взгляд вниз корчмарь. — Я заплачу, — неуверенно продолжил незнакомец. — Не занимаюсь слухами. Не был бы этот трактир настоящим, если в нем не было бы кого-то, кто любить лезть к людям без причины. Верзила с изрытой оспинами рожей подошел к незнакомцу, оставив своих дружков. Прислонившись к стойке, он обратился к чужаку: — Отстань от старика, бродяга! — рявкнул тот. Жуткий запах пота и перегара доносился от него. — Ходят тут всякие, не дают честному люду жить спокойно. Незнакомец лишь хмыкнул, но не стал даже смотреть на громилу. Молча взяв свой стакан, он отодвинулся подальше, посмотрев на трактирщика, который мгновенно спрятал взгляд, не желая защищать незнакомца. — Наплодилось разбойников! Молодой, а работать не хочет! — снова начал тот. — Слышишь ты, урод! Незнакомец не обращал внимания и спокойно пил напиток, наслаждаясь им. — Да не слышит он, навоз из ушей не вынимал! — подхватил кто-то из народа. — Плати и вон отсюда! — снова начал рябой. — Допью, тогда пойду, — спокойно ответил чужак. — А я помогу тебе! Верзила схватил руку мужчины, выбив при этом стакан. Быстрое движение рукой и нападающий, потеряв равновесие, лежит на полу. Подоспевший дружок громилы, выхватив кинжал, кинулся на незнакомца. Блеск стали рассек воздух. Вопль. Люди кинулись к двери, переворачивая деревянную мебель. Двое лежали на полу: один без сознания, другой с рассечённой грудной клеткой. Третий стоял с ржавым мечем в секундном замешательстве — нападать или нет. Незнакомец повертел оружие, будто предупреждая противника. Плюнув на все, тот ринулся на чужака, подняв руками меч над головой. Сталь брякнула прежде, чем недруг сделал первый замах. Внутренности начали вылезать из рассечённого брюха, приводя его в состояние шока. Тот начал оседать вниз, стараясь руками удержать смешавшиеся с кровью потроха. Пригнувшегося за стойкой трактирщика вырвало от вида всего этого. В дверь кабака ввалился короткостриженый красноволосый мужчина. Лицо покрыто множеством шрамов. В руках у него красовался большой меч, который чуть не доставал до потолка заведения. Одет тот был по-домашнему: в простые штаны и рубашку с закатанными рукавами. — Брось оружие! — крикнул он. — Брось оружие, я сказал! А то башку снесу! — В этом нет нужды, — ответил незнакомец гостю, пряча меч обратно. Услышав знакомый голос, мужчина слегка расслабился, опустив свое оружие. — Это ты? — спросил он, не называя имени. — Я, — коротко ответил незнакомец. — Три месяца тебя искал. Мужчина встал как вкопанный, глядя на до неузнаваемости изменившегося соклановца, который сделал шаг вперед, давая разглядеть свое лицо. Внешне он практически не изменился. Холодный голос пробирал до мозга костей. — А что они? — красноволосый кивнул на три тела на полу. — Я защищался. — Ладно, пошли. Мужчина повернулся и скрылся за дверью. Блондин, переступив через тела убитых, подошел к стойке и взял плащ. Накинув его, он направился вслед за мужчиной. Снег приятно хрустел под ногами. Мороз начал браться за дело. Пройдя мимо нескольких домов, в окна которых смотрели перепуганные люди, шиноби остановились у небольшого здания. Из дымохода валил дым. В доме явно кто-то остался. Вошли внутрь. «Уютный домик», — подумал блондин, осматриваясь по сторонам. Домашняя обстановка, повсюду порядок. Чувствовалась рука женщины, без вариантов. Парень не ошибался, пройдя на кухню. Темноволосая женщина стояла спиной к вошедшим, что-то готовя. — Опять подрались? — спросила она, не оборачиваясь. — Как всегда… — протянул мужчина. — У нас гость. Женщина резко обернулась, услышав о госте. — … Чего же ты раньше не предупредил? — вытерла руки брюнетка о подол фартука. — Как зовут твоего друга? — Наруто, — посмотрев на женщину, ответил тот, потом, переведя взгляд на шиноби, продолжил: — Наруто, это моя жена — Хитоми. Имя не врало, восхитительные глаза женщины действительно завораживали. Парень кивнул посмотревшей на него брюнетке, которая сразу же спрятала свой взор, вернувшись к готовке. — Садись, — указал мужчина на стул, стоящий у небольшого столика. — Не просто так ты меня искал? — Нет. Я нашел. И, кроме того, мне нужна твоя помощь. — Нашел? На самом деле? — мужчина внимательно посмотрел на старого знакомого. — И где она? — Твои отметки были лишь лазейками через сложнейший барьер. Ты не наткнёшься на неё, даже если подойдешь вплотную. Просто обойдешь её. Если захочешь, я проведу тебя туда. Но сразу разочарую — там только сплошные руины и трупы. Расуто задумался. — Так чем я могу помочь? Ты говорил, что в чем-то нуждаешься? Наруто поднял голову. — Печати. — Печати? — переспросил Расуто. — Да. Пока ничего о них не знал, всё было намного проще — нарисовал, пустил чакру и как-то получалось. Одним словом — делаю всё вроде и правильно, а разобраться не могу как. Мне нужно научиться этому. Прости, но обратиться больше не к кому. Красноволосый сцепил руки в замке перед собой, выставив их на стол. — Хм, всё намного проще, чем тебе кажется. То, что я сейчас скажу, является всем смыслом печатей. Так что послушай хорошенько. Печать — это, по сути, такая же техника ниндзютсу, как и все остальные. Ее особенность лишь в том, что она оставлена на бумаге, ну или куда нанесёшь, даже на свое тело. Те знаки, которые ты наносил, добавляя в них чакру — обозначения двенадцати ручных печатей. Иногда могут быть иные, но это скорее отклонения от нормы. Ты спросишь, на каком языке? На древнем. Его не использовали со времен Рикудо. Каждая из них требует особой концентрации и количества чакры. Добавишь мало или слишком много — либо не получится, либо взорвется покруче взрывных. — Научишь? — А выбор-то у меня есть? — ухмыльнулся красноволосый и поднялся со стула, помогая жене поставить на стол ужин. — Лучше перекуси. Моя женушка восхитительно готовит. — Не сомневаюсь, — как можно теплее сказал Наруто. *** Шумел ветер, раскидывая только выпавший снег по всему полю, на котором было двое мужчин. Один стоял, другой сидел на корточках и что-то упорно вычерчивал на поверхности огромного, изрытого небольшими ямками бревна. — Слишком много! — рявкнул тот, который стоял, и отдернул сидящего. На том месте прогудел небольшой взрыв, оставив на бревне еще одну вмятину. — Черт! Ещё раз! — Нет, хватит, — запротестовал тот, что со шрамами. — Мне нужно идти. — Я останусь. — Покалечишься, лучше завтра продолжим. — Нет, — холодно ответил младший. — Как хочешь. Я пошел. Старший развернулся и удалился, оставляя за собой только следы на снегу. Тот, что остался, завалился прямо на землю, не боясь холода. — Каге Буншин, но Дзютсу. — и ровно пятьдесят клонов появились около блондина. Тот старался не использовать слишком много клонов. Кьюби только и ждет малейшей возможности рвануть на волю, когда его тюремщик ослабит бдительность. Копии, чтобы не терять времени, пошли к ближайшим деревьям проделывать то, для чего и были призваны. Несколько тут же исчезли, потеряв нужную концентрацию. Задача была не из простых. Даже из техники уровня генина можно сделать сложнейшее занятие для более опытных шиноби. Гравировка чакрой. Но только не простая — пальцем с сосредоточенной в нем чакрой, а далеко другая — сочетание нескольких знаков и их наложение на поверхность. Неправильная концентрация равна взрыву. Для ее полноценного использования нужно довести прием до автоматизма. Можно делать и проще, сформировать нужные печати руками, а потом наложить их на нужный предмет. Но, как говорил Расуто, вся суть фуиндзютсу в минимальном количестве ручных печатей. Все должно быть заранее подготовлено к использованию в нужный момент. Цель Наруто в последние два дня: оставить метку из шести знаков, используя только чакру. Концентрация прерывалась на четвертом знаке, количество энергии для которого парень не мог угадать. Миллиметр за миллиметром, клон за клоном, приближали шиноби к завершению этого нудного, но никак не ненужного процесса. Очередные пятьдесят клонов заняли места предыдущих, которым не посчастливилось продвинуться дальше в этом деле. Сам Узумаки не принимал участия в тренировке, так как покалечиться ему не хотелось. Он просто наблюдал не очень-то интересный процесс, иногда ощущая как новый клон исчезает. — Получилось! — услышал он крик с другой стороны площадки. Один клон радостно показывал другим свой успех. Наруто развеял оставшиеся копии, получив полезную для него информацию. Следующая партия копий должна была закрепить успех удачливого клона. На этот раз получилось у четырех. Мало. Новая попытка. Теперь более удачно, но все еще далеко до идеала. День, полностью посвященный тренировке, прошел довольно быстро. Усталость, которая передалась от клонов, к закату взяла свое. Шиноби поплелся назад к дому старого знакомого. — Ну и как? — спросил вошедшего парня красноволосый мужчина. Тот, ничего не говоря, отпустил дверную ручку и передвинул руку чуть выше. За секунду на том месте вспыхнули синим свечением шесть символов, стоящих рядом двумя столбцами. — Отлично, — оценил Расуто. — Скоро перейдем к печатям. — Хай, — пробормотал парень и пошел к небольшой комнате, которую любезные хозяева дома выделили ему, пока он находится у них в гостях. Скинув с себя насквозь промокшую от снега одежду, парень улегся на футон. Сон почти мгновенно охватил его, унося в мир Морфея. *** Было холодно. Даже слишком. Два человека каждый день приходят в одно и то же место. Один дает указания, второй делает. Или пытается делать. Новый день только начинался, а они снова были на месте. Оба закутаны в толстые плащи, скрывающие их от ледяного дыхания ветра. — Последнее, чему могу тебя научить — запечатывание техники, — сказал красноволосый, когда они остановились. — Ты о чем? — переспросил Наруто, обернувшись к нему, заодно вставая спиной к воющему холодом ветру. — Смотри, — Расуто выхватил небольшой свиток, который непонятным образом прятался у него в рукаве. Дернув за край свитка, мужчина мгновенно развернул его. Пока тот был еще в полете, свободной рукой сложил печать и молвил: «Кай!». В тот же миг из символов на бумаге ринулось вперед огромное количество воды, которое не расплылось в стороны, а стало набирать очертания знакомой Узумаки техники Суйтона: Великого Водяного Дракона. Наруто поспешил уйти с зоны поражения, встав рядом с Расуто. Дракон прекратил свое существование, разбившись о землю. — Ничего себе… — прошептал парень. — Как ты это сделал? — Фуиндзютсу забавная штука, правда? — обернулся Расуто, сворачивая свиток. — То, что показал тебе, изобрел сам. Я покажу тебе еще несколько примеров, чтобы ты смог понять принцип работы. На счет всего остального можно сказать, что ты практически все делаешь правильно. Тебе нужны практика и немного терпения. Так что сегодня увидишь последнее, что я могу тебе показать. — Тогда приступим, — повеселел Узумаки. — Хай! Смотри внимательно. Всё я тебе объяснял раньше