Глава 18

Наруто сидел перед огромным свитком, развёрнутым на полу. На свитке, поверх замысловатых символов, лежали результаты поисков последних шести месяцев — маски демонов. Только с их помощью можно открыть свиток, найденный им при первом его визите в Скрытый Водоворот. Лики демонов были сложены кругом, так, что каждый из них направлен в одном из направлений. Наруто не понимал значения этих масок, не знал, почему именно пять, или что они символизируют. Только подсказка на то, что с их помощью можно узнать, какие секреты прятал Водоворот в этом свитке. На желтой бумаге пустовало еще одно место. Овал, наверняка бы поместивший в себя маску, был предназначен не для нее. Узумаки догадался, для чего он, и потянулся до лежащего рядом куная. — Ты уверен, что всё верно? — спросила его девушка, что, сложив на груди руки, внимательно наблюдала за действиями джинчурики. — Нет, — полушутливым тоном ответил парень. — Но стоит проверить. Девушка нахмурила брови. В последнее время такой тон Узумаки, да еще при его различных проделках, ее порядком бесил. Особенно после случая в доме, в котором они жили до сих пор. Джинчурики, от не фиг делать в дождливую погоду, задумал немножко изменить свою печать. Забыв, однако, какими могли быть результаты ошибки. Ту часть домика, где экспериментировал Наруто, разнесло в щепки. Тогда Карин, благо пребывающая в другом конце строения, чуть удар не схватил. В общем, результатом стал поиск покалеченным взрывом и девушкой Наруто нового пригодного для жизни дома. — Только осторожней… — вполголоса молвила она. Узумаки, стоявший на коленях перед свитком, полоснул кунаем по ладони правой руки и приложил ее к пустующему месту. Кровь заполнила круг, но не вытекла за него. Знакомое чувство охватило Наруто. Он почувствовал, как из него вытекло немного чакры. Инстинктивно стараясь убрать руку, он понял, что это невозможно. Несколько секунд прошло, пока свиток «заработал». Чакра Наруто прошла по символам, повторяя весь рисунок, который заканчивался спиралью ровно посередине — как раз между масками. За миг они начали излучать тусклый свет, и от них к рисунку начала течь чакра, от каждой разного цвета. Свечение масок прекратилось, когда вся чакра из них вытекла. Смешавшись посередине с чакрой Наруто, она стала возвращаться назад по тем самым рисункам. Узумаки понял, что сейчас его будет ждать, поэтому мысленно приготовился. В один миг чужеродная чакра залпом хлынула в него. Тело онемело. Наруто поневоле сморщился от боли, что начинала пульсировать в ритм его сердца, и каждый раз увеличивалась. Тело Узумаки выгнулось дугой назад, заставляя его чуть ли не кричать от боли. Взгляду стоящей за ним девушки предстало искажённое болью лицо джинчурики. Из уголков открытых глаз и из носа потекли багровые ручейки крови. Девушка ринулась к парню, стараясь убрать его от свитка, но тщетно. Несколько секунд он находился в таком состоянии. Когда вся чакра из свитка перешла в него, он обмяк и без сознания упал на пол. Красноволосая упала на колени перед ним, стараясь понять, что случилось. Привести его в сознание обычными путями не удавалось. Девушка было подумала, что он умирает, хотя признаки жизни были, хоть и не сильно успокаивающие. Дыхание стало неглубоким и прерывчатым, сердце билось медленнее, чем у спящего человека, пульс едва прощупывался. Девушка схватила его под руки и кое-как потянула вон из комнаты. В соседней комнате лежал их футон. Она дотащила Наруто до него, уложила там. Вышла. Вернулась с небольшой посудиной с водой и куском ткани. Стерев с лица парня кровь, она накрыла его одеялом и осталась рядом ждать. Ждать и надеяться, что он очнется. *** Бескрайнее пространство со всех сторон давило на, словно висящего в воздухе, блондина. Тот только успел очнуться и, как оказалось, не совсем понимал, где находится. Он осторожно оглянулся, но не увидел ничего того, что могло бы идентифицировать это место. — Старик? — напугался Узумаки, когда прямо перед ним, словно из ниоткуда, возник Фумо — старик Узушиокаге, с которым, хотя не совсем на самом деле, удалось повидаться Наруто. — Нет, — последовал ответ. Старик Фумо буквально растаял на глазах, а на его месте появился мертвый Хокаге. Данзо. — Кто ты? — старался не растеряться Узумаки, глядя прямо в единственный глаз появившегося перед ним облика Шимуры. — Кто я? — захохотал Данзо, мгновенно превращаясь на более значимый Наруто образ. Йондайме Хокаге. — Сейчас — я Хокаге или — голос призрака вместе с обликом изменились на женский, — его жена. У меня много лиц, много имен. А вот кто ты? Наруто нахмурился, но старался держаться и не выражать лишних эмоций. — Я человек. — Ха-ха-ха, — залилось «это» хохотом, снова меняя свое обличье на Узушиокаге. — Правильный ответ. Кто ты, человек? — Узумаки Наруто, — все так же невозмутимо ответил парень, смотря, как старик ходит вокруг него. — Ты боишься меня? — Нет, — сделал небольшую паузу шиноби, — не боюсь. — Тогда, возможно, Узумаки Наруто, хочешь знать, кто я? — заглянул в глаза Узумаки старик. — Думаю, было бы неплохо, не человек, — подчеркнул последнее слово Узумаки. — Смело, смертный. Я это уважаю. На вашем языке мое имя Тайжин. — Свергнутый? — удивился шиноби. — Древний, один из первых. Ну и свергнут. — Древний свергнутый демон. Отличная комбинация. — Осторожней, человек, я не настолько терпелив, чтобы слушать оскорбления в свою сторону. Задавай вопросы или проваливай. — Я хочу знать. — Что? — То, что знаешь ты. Демон залился хохотом. — А не слишком много ты хочешь? — Я проделал всю эту затею не просто так, мне нужна информация. — Будь по-твоему, — демон щелкнул пальцами, и Наруто, до сих пор висевший в воздухе, опустился на ноги. За ним, так же, как и за стариком, появились два деревянных стула. Демон в обличье Узушиокаге уселся на один из них и, опершись на спинку, махнул Наруто, предлагая ему присесть. — Так что ты хочешь знать? — Всё, с самого начала. — Боюсь, с самого начала я тебе не смогу рассказать, но все же, с чего начать? — Люди, чакра, демоны — откуда все это? — Я немножко поправлю порядок в твоем вопросе. Демоны, люди, чакра — так будет правильней, — закинул ногу на ногу демон и посмотрел куда-то вверх. — Демоны. Мы ведь не всегда были такими. — В смысле? — удивился шиноби. — Я говорю не обо всех, только о древних. Когда мы были созданы, мы были не такими. Тот, кто нас создал, дал нам свободу. Мы могли сами выбирать между добром и злом. Часть из нас выбрала зло. Оно привлекало, не запрещало, не упрекало, не требовало от нас ничего, позволяя делать, что хотим. Из-за этого мы были изгнаны. — Кем? — Тем, кто нас создал. — А кто он? — Не знаю. Никогда не видел его, не слышал. Только из того, что говорили другие. Когда нас изгнали, я еще был зеленым, не знал ничего. Просто следовал тому, что считал нужным, смотрел, что делают остальные. Понемногу, видя, что на самом деле представляет собой зло, мы перестали замечать, что сами стали его воплощением. — Что на счет людей? — Люди? Я помню, как первые из вас рылись в грязи и рисовали кровью рисунки в пещерах. Со временем некоторым из нас надоело смотреть на то, как вы ковыряетесь в своем же помете, и они научили вас кое-чему. Вы стали вставать на ноги. Несколько тысяч лет прошло, прежде чем первые из ваших достигли того же уровня в развитии, что и люди сейчас. — Я что-то не совсем понимаю, — почесал затылок Узумаки. — Так вы не знаете? — Чего именно? — Того, что случилось потом. — А что случилось? — Со временем, люди придумали средства, чтобы вести войны. Сначала обходились обычными палками и камнями, а потом — чем дальше, тем хуже. Убивали друг друга всеми возможными способами — мечи, потом ружья, яды, бомбы. Три мировых войны прошло прежде, чем они уничтожили Землю. Оружие, что использовали люди, настолько отравило все, что жизнь практически исчезла с лица Земли. Люди стали умирать один за другим, и в конечном счете осталось буквально несколько представителей вашего рода. Все было отравлено радиацией — последствие, которое оставили им их оружия. Они называли это ядерной зимой. Со временем всю землю покрыл слой пепла, а с неба никогда не исчезали ядовитые тучи. Даже в таких обстоятельствах они размножались, собирались в группы, кланы. Тогда же они поклялись сами себе больше не использовать этого оружия. Проходили века, поколения проходили друг за другом. И вот, спустя столетия, а возможно и тысячелетия, они нашли нечто необычное — растение, что проросло из-под пепла. Оно росло, а вместе с ним возрождалась и природа. Медленно. День за днем, год за годом, столетие за столетием все восстановилось. Но это растение было совсем уж необычным. Оно излучало особую энергию… — Чакру? — перебил его Узумаки. — Слушай! — рявкнул демон и продолжил: — Некоторые из вас научились использовать эту энергию, разрушать и восстанавливать с ее помощью, но держали это в строжайшем секрете. Но люди — это люди. Со временем этот секрет узнали. Узнала одна человеческая принцесса. Ооцуцуки Кагуя. Она решила с помощью дерева прекратить идущую тогда войну. Тогда я помог ей. Она получила то, чего хотела. Силу, с помощью которой прекратила войны. После этого жить с такой мощью ей не хотелось. Она раздала эту силу людям. Всем людям, что жили на Земле. Со временем у людей стали появляться потомки. Некоторые рождались с этой энергией, которую сами еще не умели контролировать. Тогда же родился и Хагоромо, сын Кагуи. Я научил его использовать эту энергию, тем самым сделав из него того, кем вы считаете его сейчас. — Почему ты сделал это? — Потому что Хагоромо был и моим сыном. — Разве демоны могут… размножаться? — Демоны — нет. Но Кагуя была человеком, смертной. Ее сын тоже, хотя жил намного дольше, чем обычные люди. — Что на счет Десятихвостого? Откуда он взялся? — Я говорил о дереве. Так вот, как ты понимаешь, это было не совсем дерево. Вернее, совсем не дерево. Неудачная шутка или эксперимент кого-то из моих собратьев, которые бесследно исчезли. Оно и есть Десятихвостый, после того, как мы с Кагуей похитили плод, оно стало оживать. Прошло несколько десятков лет прежде, чем мы поняли, что наделали. Взбесившийся бог, как говорили тогда люди, стал уничтожать все подряд, пытаясь вернуть себе украденную энергию. Несколько десятков лет прошло прежде, чем Хагоромо научился управлять чакрой. Вместе мы придумали, как обуздать зверя, и в конечном счете появился первый джинчурики. — Что нужно, чтобы победить Десятихвостого? Как вы это сделали? — подвинулся вперед на кресле Наруто, не вставая с него. — Во-первых, нужны мозги. Никто не сможет убить его. Присмирить, усыпить, задержать, ну, или запечатать — возможно. Убить — никак. Во-вторых, чакра. Много чакры. Если же с этим все в порядке, то нужно подумать, куда деть такое количество энергии. Рано или поздно снова придется стать перед выбором, который был у Хагоромо. — Каким выбором? — посмотрел в глаза демону Узумаки. — Жить с демоном внутри вечно или умереть, выпустив его. — Но он же нашел выход? — Нашел, — демон поднялся со стула и подошел к Узумаки, что удивленно смотрел на него. Затем протянул палец, указывая на печать на животе шиноби. — Это его выход. Он разделил зверя, сделал его менее опасным. А затем умер, как обычные смертные. — Научи меня, как победить Десятихвостого. Пожалуйста. — Не могу, — просто ответил демон. — Почему? — удивился Узумаки. — Те части моей энергии, запечатанные в масках, скоро иссякнут. Мы не успеем. — Если я найду тебя в реальном мире, тогда сможешь? — Не получится. — Почему? — Потому что меня нет в этом мире, — Наруто промолчал, но удивлено посмотрел на старика. — Я покинул это место, когда умер Хагоромо — последнее, что меня держало здесь. Больше никто меня не увидит в твоем мире, Узумаки Наруто.