Часть 1

– Можешь входить!– Мартин перелистывает очередную стопку документов. Рабочий день вот-вот закончится, а он ещё не собирается домой. Оставаться в архивах допоздна, иногда и на ночь, давно вошло в привычку. И у Джона тоже, так что Мартин не ожидал, что тот к нему зайдёт, но больше некому: остальные работники предпочитают иногда бывать дома, Тим вообще сегодня не приходил. Дверь открывается медленно, о чём оповещает неприятно протяжный скрип петель, но входить или подавать голос никто не торопиться. – Ты что-то хотел?– Мартин наконец поднимает голову. Встречаться глазами не самое его любимое занятие. Вместо Джона в дверном проёме стоит что-то, что Мартин сначала принял за солнечный зайчик на линзе своих очков. – Привет, помощник архивиста.– Он морщится почти рефлекторно, а Майкл, опираясь плечом на стенку, делает странное движение пальцами, будто паук перебирает лапками. – Как проводишь время?– На неуловимых чертах лица различима острая, как лезвие, улыбка. Секунду Мартин колеблется между страхом и агрессией. Майкл абсолютно застал его врасплох. – Ч-что тебе нужно?– По лицу Майкла проходит что-то похожее на рябь воды, что должно быть было сменой выражения. Он наклоняет голову под неестественным углом. – Я не могу просто зайти в гости? Узнать, как у тебя дела?– Мартин недоверчиво хмурит брови, принимая оборонительную позицию, когда костлявые пальцы двигаются ближе. – Не пудри мне мозги. Зачем ты появился?– Вопрос остаётся проигнорированным. К облегчению Мартина, заострённые пальцы тянутся мимо него и останавливаются на чашке остывшего чая, про которую он уже забыл. – Эта чашка была не для тебя, не так ли?– Мартину требуется пара лишних секунд чтобы найтись с ответом. Он пытается разгадать, в какие игры Майкл играет на этот раз, к чему он клонит. Маловероятно, что Искажение действительно хоть сколько-то интересует чай или даже сам Мартин Блэквуд. Что он хочет на этот раз? – Какая разница? Что тебе от меня нужно?– Лицо Майкла складывается в досаду или даже раздражение. – От тебя – ничего. Я просто навещаю. Так чай был для архивиста?– Мартин ощущает почти физический дискомфорт от того, как вкратчиво Майкл произносит слова, как плывёт в глазах его тень и как он упоминает Джона. Как бы монстр из Спирали ни был опасен, иногда ощущения от его присутствия сравнимо с мельтишением назойливой мухи – так же отвлекающе маячит на периферии и так же вызывает головную боль. – Да, был.– Мартин отчасти сдаётся, позволяя диалогу произойти. Если Майкл хочет обмануть его, то пусть попробует. Мартин не поведётся так просто. – Мир перевернулся и наш архивист внезапно разлюбил чай?– Если Майкл хотел, чтобы с анализа его мотивов, Мартин переключил интерес на тему обсуждения, то у него получилось. – Нет, просто он отказался.– Теперь эти вопросы становятся раздражающими по другой причине. – Отказался? Возможно я чего-то не понимаю в человеческих взаимоотношениях, но мне показалось, это было больше похоже на то, что он выставил тебя за дверь даже не послушав.– На секунду в комнате воцаряется гробовая тишина. Мартин не предполагал, что Майкл мог засвидетельствовать и такое. И как много из их повседневной жизни он подглядел? – Он был занят работой. – Получается он всегда занят работой, да так, что даже внимания не может на тебя обратить?– Майкл щурится и его оскал, вкупе со словами, колют, словно иглы. В его цветастых глазах нет ожидаемой насмешки или издёвки, по крайней мере видимых. А может всё это тоже очередная уловка? – Заваривать и носить кому-то чай, надеясь вызвать радость или благодарность. Как мило.– И почему всех внезапно начало так волновать его отношение к Джону? Мартин бы предпочёл уйти от ответа, но единственная дверь выхода сейчас представляет из себя что-то странное. При всём желании, он не рискнёт проверить, что за ней. – К чему ты клонишь?– Мартин чувствует себя глупо от того, что тупая боль в районе диафрагмы внезапно стала важнее и ощутимее чем по-настоящему опасное присутствие Майкла. Кривой человеческий силуэт склоняется, кажется, принимая ответ как готовность выслушать. – У нас с тобой больше общего, чем ты думаешь.– Плывушие черты обретают ясность, будто специально, чтобы сказать эти слова. Теперь Майкл представляет из себя всего лишь высокого молодого человека с приятными даже чертами. – Прими мой небольшой совет: не доверяй архивистам. Они могут казаться умными и надёжными, но собственные цели всегда их главный приоритет. Не жертвуй собой ради этих целей. Оно того не стоит.– Взгляд нормальных, не меняющих ни цвет, ни форму, голубых глаз почему-то пробирает больше чем привычные для Майкла цветные омуты в радужках. Ощущение будто смотришь в лицо покойнику. Мартин отворачивается. Он хотел бы легко отмахнуться от этого "совета", знает же, что Майкл просто путает его, хочет рассорить или отвлечь, но эти слова слишком бредят раны и слишком напоминают много другое, что он слышал в своей жизни. Мартин уже не единожды получал похожие советы. Он пытается успокоить себя. Майкл может принимать форму обычного человека, но он не человек. Он просто притворяется. – Как будто ты можешь что-то об этом знать.– Краем глаза Мартин видит, как Майкл опирается на край стола обычной, человеческой ладонью. – Я знаю, и для этого мне не нужна помощь Ока.– Голос не звучит оскорблённо или вкратчиво, он говорит ровно, искренне. Мартин напоминает себе, что Искажение не бывает искренним. – А я знаю, что ты существуешь только тогда, когда Спирали это удобно. Уходи. – Я просто пытаюсь помочь.– Мартин чувствует себя плохо. Он и сам знает, что незначительный и ничего толком не умеет, но теперь его даже Майкл держит за идиота. – Серьёзно? Если врёшь, то хотя бы придумай что-то убедительное. Ты никому не хочешь помочь, с чего бы внезапно делать меня исключением?– Майкл молчит какое-то время, будто действительно только что вспомнил об этом факте. – Не хочешь слушать – я не могу тебя заставить. Ты просто напомнил мне одного старого знакомого.– Мартин не хочет верить ни единому слову, но на секунду задумывается, не будет ли эта информация полезна расследованию Джона. И опять всё сводится к Джону. Мартин тяжело вздыхает. – Какие у тебя могут быть знакомые? Кто-то, кого ты убил?– Форма Майкла снова рассыпается из нормальной на набор черт и пятен. – Да, в некоторой степени. Хотя, если бы у него был такой совет, то может он бы сейчас был жив, кто знает. – Мартин думает, что ему стоило бы бояться Искажения и всей этой ситуации, но он ощущает только одиночество. – Хватит твоих угроз. Что бы ты ни думал, Джон не такой, как ты говоришь. Он не пожертвует друзьями ради цели.– Эти слова Мартин может произнести уверенно и спокойно. Он в них верит. – Друзьями?– Майкл делает паузу, а потом по комнате, как эхо, разносится его звонкий смех. Этот звук вызывает боль, словно скрежет по стеклу. Мартин морщится. Майкл снова давит на больное так метко, что кажется, он может читать мысли. Мартин был уверен, что Джон не пожертвует друзьями, но действительно ли он считал Мартина своим другом? Да, они много общались, и иногда Мартину казалась, что всё идёт хорошо, а потом Джон внезапно снова начинал вести себя холоднее, будто ничего не было. Или Майкл намекал на то, что Мартин рассчитывает на что-то большее? Спросить возможности уже не было. Когда Мартин поднял глаза в комнате было пусто.