💋 Глава 4. Поцелуй на прощание

Сьюзен стояла на берегу, ветер трепал её волосы, а морская соль колола нос и губы. Паруса корабля мерцали в последних лучах заката, отражаясь в воде, словно маленькие огоньки, рассыпанные по поверхности моря. Каспиан стоял рядом, держа её руку, и в его взгляде светилась надежда, смешанная с лёгкой печалью. — Я понимаю, — сказала Сьюзен тихо, её голос дрожал, но был уверен. — Но… нет. Я не могу остаться. Его лицо изменилось мгновенно: сначала на нём засияла надежда, затем мгновение отчаяния, и наконец — мягкое, почти смиренное понимание. Он опустил её руку, но не отпустил взгляд. — Я понимаю, — повторил он тихо. — Но обещай мне… обещай помнить Нарнию. Сьюзен кивнула. Слёзы скатывались по её щекам, но улыбка была светлой. Она приблизилась к нему и коснулась губами его щёки, потом мягко прикоснулась к губам — короткий, тёплый поцелуй, полный благодарности и любви. — Я буду помнить, — сказала она, шёпотом, — каждое мгновение, каждое солнце, каждый ветер Нарнии. Он кивнул, стиснув кулаки у сердца. — Тогда всё будет правильно. Сьюзен сделала несколько шагов к кораблю, чувствуя, как пространство между ними растёт. Она ещё раз обернулась, их глаза встретились на мгновение, и мир казался висящим в тишине, полном света и ветра. — Прощай, Каспиан, — сказала она наконец. — Но ты всегда будешь частью меня. — Прощай, Сьюзен, — произнёс он, и его голос дрожал, но звучал как молитва. — И я буду ждать тебя здесь, на этом берегу, до конца времен. Корабль слегка покачнулся на волнах, и Сьюзен ступила на палубу. Она вдохнула солёный морской воздух ещё раз, почувствовала вкус моря на губах и дыхание Каспиана, словно оно осталось с ней на мгновение. Когда паруса поднялись и корабль начал медленно удаляться от берега, её сердце сжалось. Она держала в памяти каждое прикосновение, каждый взгляд, каждое слово. В её душе поселилась тихая, светлая печаль — печаль прощания, но не конца. На горизонте, в Нарнии, Каспиан стоял на высоких скалах, глядя на рассекающий море корабль. Его руки были опущены, плечи напряжены, но глаза сияли надеждой. Он прошептал её имя, словно молитву: — Сьюзен… И ветер донёс его слова через миллионы шагов и миль, к берегу, к палубе, к сердцу девушки, которая унесла с собой память о Нарнии, о закате, о поцелуе, о любви, которая стала светом в её жизни. Сьюзен закрыла глаза, вдохнула глубокий, влажный морской воздух и почувствовала, как в груди засиял свет Нарнии. Она знала: их пути разошлись, но память о любви, о море, о закате и о Каспиане останется с ней навсегда. И где-то там, за горизонтом, в другом мире, её имя шепталось ветром, как благословение, и кто-то слушал его с таким же трепетом, как когда-то она слушала его. Прощание не было концом. Оно было началом вечной памяти, вечной надежды и вечной связи между двумя мирами. И в этом тихом, золотом рассвете Сьюзен улыбнулась. Солёный вкус моря ещё оставался на её губах, дыхание Каспиана — в её сердце, а Нарния — в её памяти.