Часть 5

Борислав Утром натруженные мышцы дали о себе знать. Болело вообще все. Хотелось зарыться поглубже в постель и никуда не выходить, но увы - такой возможности у меня не было. С самого утра весь дом был в движении: мама подготавливала наряды для себя, папы и Фима, тетя готовила завтрак, папа помогал дяде одеть Иллия. Сестер я нашел в гостиной, разговаривающих. - Все в порядке? - спросил я у близняшки, останавливаясь на входе. Та моргнула и уставилась на меня вопросительно. Я обвел пальцем вокруг своих глаз, намекая на ее синяки, отлично виднеющиеся под и без того бледной кожей. Дана растерянно посмотрела на кузину, а та прищурилась, стараясь выявить, о чем конкретно я говорю. - И вправду, выглядишь неважно, - наконец вынесла вердикт Веся. - Давай-ка я, наверное, косметику принесу, и мы это замажем. Дана поколебалась, но, бросив взгляд на меня, кивнула. Веся тотчас убежала в комнату, а мы остались вдвоем в гостиной. Ну, не считая Марсика, аккуратно вызывающего свою лапу. - Что случилось? - снова спросил я у сестры. - Плохо спала. - Это я заметил. Почему? - Ой, просто волнуюсь перед выступлением, - отмахнулась она. Я лишь усмехнулся. За всю нашу жизнь я ни разу не видел, чтобы она волновалась перед выступлениями. Куча олимпиад, конференций, выступления в группе поддержки - все это моя сестра проходила с удивительным спокойствием. Поэтому сейчас я нисколько ей не поверил и скрестил руки на груди, ожидая. Дана заметила и слегка скривилась. - Сон тревожный снился… Я напрягся. Сны Даны имели свойство сбываться, что пугало даже такого скептика, как я. - Будь осторожен сегодня. Кто-то хочет тебя обмануть… Большего она сказать не успела - вернулась Веся. Несмотря на их близкое общение, сестре свои сны Дана не доверяла. Впрочем, Весняне хватало и дурного самочувствия сестры для того, чтобы переживать за нее. – Все готовы? - спросил папа, спускаясь по лестнице. - Если да, то выходите к машинам. Дядя устанавливал автолюльку в машину, пока мамы и папа обсуждали что-то у второй. – Девочек все равно везти к берегу сразу, - донесся до меня голос тети. - Репетиции, подготовка сцены… – Мам, мы можем дойти до Миры и ее родители нас отвезут. Тетя Лил внимательно на нее посмотрела и, поджав губы, наклонила голову. – Ну нет, вы пока дойдете вся прическа растреплется… – Переплетем, - усмехнулась Веся. Однако тетя была непреклонна. – Может тогда проще мне дойти до Деяна? - подал идею я. - Тут только до пригорка подняться, а вещи нам все равно переодевать. – Тогда мы возьмем девочек и сразу завезем их к берегу, - кивнул папа. - А вы с Фимом и Иллией поедете сразу на ярмарку. Все согласно покивали и мама принялась делать нам последние наставления перед началом праздника: – Фим, пока мы с папой не приедем, далеко не убегай! Будь где-нибудь недалеко от входа или с тетей Лил. – Мааам, ну я не маленький! - брат насупился и даже руки скрестил. - К тому же меня Аннет ждет! – Аннет? - дядя усмехнулся. - Неужели у него невеста раньше, чем у Борьки, появится? Мама кинула на него угрожающий взгляд и дядя поднял руки в уступающем жесте. – К слову, я в вашем возрасте тоже уже на свидания ходила! - мама кинула на меня и девочек игривый взгляд. – Напомнить, чем это кончилось? - поддела ее тетя, за что получила от нее тот же взгляд, что и ее муж. Дядя, к слову, как и папа, едва не поперхнулись от этой сцены. – Между прочим, у него уже есть сын, всего на год старше Бори и Даны. – А ты откуда знаешь? - папа прищурился. - Следишь за бывшими? – Вот еще! Он просто ходил на занятия ко мне пару лет назад, я чисто по фамилии узнала. Так, все, по машинам! *** Шум голосов и песнопения горожан доносились со всех сторон. Пестрые народные наряды, платки, жемчужные и янтарные украшения, в которые были одеты все жители Залеска, смешивались в единый колорит, придавая и без того яркой поляне дополнительных красок. Ремесленники расставляли лавки и всякие товары, баба Зина ставила чугунки с щами в печь, а дед Дмитрко выбивал ажурную решетку на другом конце поляны. Казалось, даже воздух готовился к празднеству, заботливо принизив скорость ветра до легкого, но освежающего. Деян аккуратно расставлял глиняные горшки и свиристели на нашем столе, пока я настраивал круг и подключал портативный муфель. В рамках фестиваля правильнее было бы использовать горн, но такую конструкцию ставить намного дольше. В любом случае, большая часть заготовок, изготовленных мною на фестивале сегодня, отправятся сырыми в мамину школу искусств и покупатель сможет забрать товар только в конце недели. Так что муфель был скорее для виду, чем для полноценной работы. Ровно в десять у входа начала звучать музыка, и простой народ повалил на поляну. Все ремесленники тут же засуетились, громко подзывая зевак и рекламируя товары. Деян не стал от них отставать и тоже воскликнул: – Подходите, гости дорогие! Глиняная работа, руками сделана, с душою! Парочка прохожих с интересом подошла и стала разглядывать самый большой кувшин, стоящий на земле. Еще бы, я на него больше недели потратил: слепить, обжечь, расписать… – Не высока ли цена, внучок? – спросил один из них и я чуть не поперхнулся от его наглости. Друг, однако, заметив мое лицо, тут же оставил меня и лучезарно улыбнулся старцу. – Обижаете, батенька! Это же все руками сделано: и сам кувшин, и роспись. В Велеславле такой в три раза дороже возьмете. Старец, важно кивнув, протянул моему другу деньги и, совместно с товарищем, поднял кувшин и унес в неизвестном направлении. – Ловко ты это, – сказал я другу, а сам взял в руки одну из свиристелей в форме птицы. Дунул, и пространство вокруг наполнилось переливающимися звуками, привлекая внимание детей. Ребята помладше хватали матерей за юбки и тащили в сторону нашего прилавка, а те, что постарше, подходили сами. Свиристели стали заканчиваться, и Деян отошел за новой коробкой. – Почем отдашь? – подошедший Фим крутил в руках маленькую синичку. – Фим, я тебе дома таких штук 5 сделаю. – А я сейчас хочу! Я махнул рукой на брата, позволяя забрать птичку просто так, а сам отвернулся к другим покупателям. Когда я вновь обернулся, Фима и след простыл, зато на месте птички лежала купюра. Я ухмыльнулся и решил, что за эти деньги куплю Фиму еще чего-нибудь с ярмарки. – Деян, постоишь тут один? Хочу брату подарок купить. Друг кивнул, не отвлекаясь от покупателя, торговавшегося с ним за набор горшочков для запекания. Ремесленников в этом году стало будто бы больше, выбор был немаленький. Всевозможные леденцы, кованые мечи и шпаги, деревянные игрушки, обереги… В глазах рябило от разнообразия. В конце концов я остановился у лавки плотника. Мой взгляд упал на небольшую лодку, красиво расписанную под теплоход. – Бери, бери, не пожалеешь! На воде хорошо держится, а если нить привязать, то и ходить сможет! – вещал продавец. Цена немного выходила за рамки бюджета, поэтому я добавил немного из своих, все равно ведь собирался купить что-то. – А есть что-нибудь для младенцев? – спросил я, подумав и об Иллии. Продавец указал мне на небольшой поднос с детскими кубиками и пирамидками. С девочками было проще: они заранее дали мне список, что им купить. - Слыхала, - донесся до меня голос одной из двух проходящих мимо женщин. - В этом году шатер пустой. - Як же так? - спрашивала ее спутница. - Чай, захворала ведьмушка? - Да говорют, что так. Ну и поделом ей, чай, не первый век на свети-то. Я припомнил, о какой ведьме они говорят - каждый год на фестивале ставили небольшой шатер, где важно сидела старуха. Многие говорили, что она гадала на судьбу, снимала сглазы и проклятия, иных, наоборот, проклинала сама. Пару лет назад я и Деян сами хотели к ней сходить, чисто по приколу, но Дана не пустила нас, чуть не заревела тогда. Чем конкретно напугала ее эта бабка, мы так и не поняли. Спустя минут двадцать я вернулся к нашей лавке и застал друга за разговором с родителями. Мы обменялись новостями, и я подменил Деяна, пока тот пошел пройтись с родителями. - Простите, я только что увидела у одной женщины ваш горшочек и он мне так понравился… - произнесла подошедшая девушка. - У вас есть еще такие? На нем был красный узор из обережных рун. Я во все глаза смотрел на незнакомку. На вид она едва ли была старше меня и среди окружающих выглядела одновременно чужой и своей. Чуть сощуренные глаза словно притягивали к себе, заставляя тонуть в их голубом сиянии. Я даже не сразу понял, о чем она говорила. - Ммм, - задумчиво протянул я, пытаясь поймать ускользающую мысль. - Горшочек… а, да, горшочек… Это был последний, увы. - Печально, - девушка немного надула губки. - А я слышала, у вас можно сделать свою собственную работу на гончарном круге? Речь девушки, чистая, как горная река, явно выдавала, что она неместная. Я обвел глазами толпу на поляне и, приметив возвращающего друга, кивнул незнакомке. - Да, вы можете описать, что хотите, и мы с моим другом… - Я бы хотела сама слепить. Можно? Ее вопрос застал меня врасплох. - А… вы умеете? - Нет, но вы же обучите меня? - она слегка выгнула бровь, будто заигрывая со мной. - Мне не помешает помощь. Я сглотнул и снова кивнул. Еще раз осмотрел девушку: немного ниже меня, хрупкого телосложения… Да, такой бы я точно не отказался помочь. - Не боитесь испачкаться? Могу предложить передник, - девушка отрицательно помотала головой. - Тогда проходите, присаживайтесь. Меня Борислав зовут, можно просто Боря. - Мария, - представилась девушка, усаживаясь на стул. Я сел позади нее и аккуратно начал объяснять и показывать принцип работы гончарного круга. Сам я не прям хорошо мог им управлять, но все же какой-никакой, а навык у меня имелся. - По вашей речи слышно, что вы неместная. Откуда вы? - Давай на ты. Ты прав, я из Будиграда. - Хорошо. Ого, ничего себе! Мой отец тоже оттуда. Девушка будто напряглась. - П-правда? Вот же совпадение! - А к нам какими судьбами? - спросил я, мягко направляя ее руки по глине. - К бабушке приехала. Она приболела, вот я и решила, что буду ее лечить. - Понятно. Так ты тут на лето? Или меньше? - Пока бабушке не полегчает. Может и задержусь. - А родители? Школа? Я прикусил язык. Слишком много вопросов для совершенно незнакомого человека. Однако, кажется, Мария и сама непрочь поболтать. - Родители слишком заняты своей карьерой, так что спокойно отпустили. А школа… если бабушке не полегчает к осени, то переведусь сюда. Я кивнул. Из под наших рук вылепился небольшой горшочек и я остановил колесо. - Ну вот и все, теперь осталось расписать и в печь. Расписывали и ставили в печь мы уже молча. После я сообщил Марии условия получения ее горшочка и она оставила мне свой номер для связи. - К слову, можешь звонить не только по поводу горшочка, - подмигнула девушка. - До встречи. *** Время близилось к шести вечера, и все лавки потихоньку закрывались. Основная толпа уже направилась на берег, ожидая основного представления. Мне предстояло еще отмыться от глины и переодеться, поэтому я, взяв несколько невостребованных коробок, поспешил в дом друга, где оставалась моя одежда. Все остальное Деян вместе с его отцом привезут самостоятельно. На берегу меня уже ждали родные, выбившие себе место в первом ряду. Хотя это совсем не удивляло: отец и дядя являлись меценатами, помогали реконструировать многие местные здания, а мама - директор школы искусств. Посреди озера вновь поставили временную сцену - большую деревянную платформу. Сейчас там стоял наш градоначальник и вещал про важность традиций, о великом боге Велесе и божках поменьше. Особенно много он говорил о Купале, что в целом было неудивительно. Под оглушительный залп пушки со здания администрации и аплодисменты зрителей он объявил об официальном открытии фестиваля. Следом начались и выступления. Первыми выступали синхронистки, одетые в костюмы мавок и русалок, они танцевали буквально в воде. За ними был хор народной музыки с песней про праздник Купала. А потом на сцену вышли наши девочки. Заиграла еще одна народная песня про Купала, и девушки задвигались. Плавные движения вели их к краю платформы и я почти уверен, что в какой-то момент нога Веси буквально зависла над водой. Девочки двигались так синхронно, будто неделями оттачивали свое мастерство. Руки порхали в воздухе, как лист на ветру. Глядеть на них было одно удовольствие. Вся толпа, казалось, с придыханием наблюдала за ними, словно за колдовскими огоньками. Даже Иллий притих на руках дяди, с младенческим любопытством наблюдая за сестрой. Хотя, готов поспорить, вряд ли он понимал, что вообще происходит. Тетя, сидевшая рядом, с теплой улыбкой наблюдала за дочерью. Я вспомнил, как в нашем детстве она ставила девочкам танцы, учила Весю и, вроде бы, даже как-то выступала на этой самой сцене. Именно она привила Весе любовь к танцам и сейчас наверняка безумно гордилась дочерью. Наши с Даной и Фимом родители тоже не отрывали взгляд от сцены. Дана занималась танцами скорее из-за сестры, чем из искреннего интереса, но ее движения все равно были легкими и элегентантными. Под заключительный аккорд девушки поклонились и начали спускаться к лодке под оглушительный рев толпы. Это был настоящий фурор! *** Тетя успела приготовить нам кучу закусок, поэтому мы, даже не переодеваясь, поспешили в домик на дереве. Фим крутился с папой у бассейна,упрашивая его модернизировать его новенький теплоход, а дядя развлекал Иллия пирамидкой, пока мама и тетя накрывали им ужин. - И потом он берет и падает прям в воду! - Весяна рассказывала о том, как проходила генеральная репетиция концерта. Мы все рассмеялись, четко представляя, как наш учитель математики промахивается мимо лодки и падает прямо в воду. - Борь, а ты о чем задумался? - спросила у меня Мира, впиваясь в меня взглядом. - Я? Да так… - Давай колись, - вклинился и Деян. - Что там за девушка была, когда я подошел? - Девушка? - спросила Веся. - Так-так, а с этого места поподробнее! Я кинул на друга уничтожающий взгляд, а после, посмотрев на потолок, рассказал друзьям о Марии. - Ого, так ты говоришь, она симпатичная? - Веся повела бровями. - Ну… эм… - мои щеки запылали. Весь этот разговор казался мне очень глупым и неуместным, но отчего-то подколы друзей по поводу Марии заставляли меня улыбаться. - Я лучше пойду, - тихонько сказала Мира. - Что? - переспросил Деян. - Почему? - спросил я. Веся лишь поджала губы. Дана, до этого не участвовавшая в разговоре, поднялась вслед за Мирой и сказала: - Устала? Пойдем ко мне в комнату ночевать. И они ушли, пожелав нам спокойной ночи.