Часть 2

- Ну что там? - Я же говорила, что не беременна. Вот, смотрите, одна полоска. - Подождём ещё немного. Она может проявиться не сразу. - Да ничего там не будет. Где, кстати, брат? - Я отправила его за лекарствами, - сказала Элени. - Какими лекарствами? - Сказала, что там нужны кое-какие тебе. Просто не хотела, чтобы он нам мешал. - Я же говорила! - воскликнула Эсме. - Смотри, вот вторая полоска! - сказала она, указывая Фадиме на неё. - Поздравляю, Фадиме! - воскликнула Акча Глаза Фадиме округлились так, что казалось, что ни выпадут из орбит. - Что случилось? - спросила Эсме, увидев, как она побледнела. - Какой ребёнок сейчас? В нашем положении? Если брат узнает... - сказала Фадиме - Причём тут твой брат? Ты взрослая, замужняя девушка, абсолютно нормально, что у тебя будет ребёнок, - пыталась вразумить её Эсме. - Но во всей этой ситуации... - Да, ситуация не из приятных, но что теперь поделать, раз так случилось, значит было суждено. - Фадиме, ты чего? Не расстраивайся так, - начала успокаивать её Элени, увидев, что у той навернулись слёзы на глазах. - Давайте оставим её одну. Ей нужно время прийти себя и привыкнуть к этой мысли, - сказала Эсме Элени и Акче. - На самом деле это дейтсвительно прекрасная новость, просто ты пока ещё этого не поняла, - сказала она Фадиме, когда они остались наедине. - Я приду и мы с тобой обязательно ещё поговорим на эту тему. Всё будет хорошо, я тебе обещаю, - добавила она напоследок и вышла из её спальни. - Как она? - спросил Адиль, вернувшись с лекарствами. - Намного лучше. Сейчас она спит, лекарства я начну давать ей вечером, - сказала Элени. - Я сейчас тоже пойду, не хочу, чтобы девочка снова стрессовала. Но наш разговор не закончен, я ещё вернусь, - сказала Эсме. - В этом нет никакой необходимости, - сказал Адиль. - Мы и без тебя справимся. - Справитесь, я знаю. Но я всё равно приду. Предупреди своих людей - если они ещё раз будут преграждать мне путь, я буду стрелять. Если хотят, пусть стреляют в ответ, но я не отступлю, - сказала Эсме и вышла из дома. - Господи упаси. Не будет нам покоя от этой женщины, - возмутился Адиль. *** - Невестка, всё в порядке? Что там с Кочари? - Зол, обижен, поставил везде своих людей. Сказал, что наше наказание обязательно нас всех настигнет, чтоб мы не расслаблялись. - Пусть не переживает, мы и так не спим спокойно, боясь его наказания, - сказала Зарифе. - Как Элени? - спросил Оруч. - Она разбита. Не хотела меня видеть. Наговорила мне кучу обидных слов. - Боюсь представить, что она сказала бы мне... - Пока ничего хорошего, но её сердце очень мягкое. Когда-нибудь она обязательно нас простит, - с надеждой в голосе сказала Эсме. - Тебя то конечно простит, ты её мать. Она и так всегда нуждалась в тебе, она не сможет долго на тебя обижаться. Но со мной она точно больше никогда ничего не захочет иметь общего, - грустно сказал Оруч. - А Фадиме? Ты её видела? - Видела. Она тоже очень переживает, исхудала совсем. - Она не отвечает ни на мои звонки, ни на сообщения, - сказал Исо, потирая свою шею. - Как мне с ней поговорить? - Поговоришь, не переживай. Вам есть о чём поговорить, - заявила Эсме. - Она... говорила о разводе, да?.. Ладно, не отвечай, я и так знал, что рано или поздно она о нём заговорит. - Тебя действительно сейчас беспокоит это? Ты не боишься того, что Кочари сделает со всеми нами и тем, что у нас есть? - возмутилась Зарифе. - Да, мама, меня беспокоит моя жена. Мне всё равно что Кочари с нами сделает, это и так было ожидаемо с самого начала. Если бы руки нашей семьи не погрязли бы по самые плечи в этом ужасном деле, то ничего бояться и не нужно было. Но расплачиваемся почему-то мы все, даже кто, кто никак не виноват во всей этой ситуации. Не имея возможности ничего сказать, чтобы защитить свою семью, мы лишаемся всего, что нам было так дорого. Поэтому да, мама, меня беспокоит моя жена. В кои-то веки я могу проживать какие-то личные переживания, а не только то, что намудрила эта поганая семья частью которой нам с братом так не повезло оказаться! - сказал Исо и поднялся наверх. - Он прав. Не сделав ничего, мы стали преступниками, и потеряли самое дорогое, что у нас было, - сказал Оруч и поднялся вслед за братом. - Да эти Кочари вашего отца и деда убили, а вы ради их девчонок от собственной семьи готовы отказаться, бесстыжие! Лучше бы о нас так думали, как о них! - Хоть бы грамм сострадания к боли своих сыновей проявила, хоть бы грамм, - сказала Эсме, с презрением посмотрев на Зарифе и ушла из дома. - Я в отличии от них думаю о всей семье, а не только о себе! - разнервничалась Зарифе. *** - Фадиме, если ты сейчас это не съешь сама, я в тебя силой это впихну! - возмущался Адиль. - Да не могу я это есть, не могу, чего ты пристал! - выкрикнула Фадиме и, не сдержав слёзы, начала плакать. - Девочка, ты чего? - удивился Адиль. - Ладно, не ешь, плакать то зачем? - сказал он, обняв сестру, которая расплакалась ещё больше. - Аллах-Аллах, что с тобой? Но Фадиме не могла выговорить ни слова, продолжая плакать. - Сестрёнка, посмотри на меня, - сказал Адиль, взяв её лицо в свои руки. - Почему ты так переживаешь? Если ты так боишься, что я сделаю что-то плохое, не нужно. Ты же знаешь, я не убийца. И я ни за что не пойду в тюрьму, оставив вас одних. Пожалуйста, перестань уже так нервничать, хорошо? Фадиме немного успокоилась. - Брат, я хочу спать. Можно я пойду? - спросила она, так и не притронувшись к еде. - Конечно, ложись. Только выпей это лекарство, - сказал он, протянув ей таблетку с водой. Затем, поцеловав её в лоб, отправил спать. - Спасибо, - сказала она и ушла к себе. - Аллах-Аллах, что с ней происходит? - не понимал Адиль. - Что случилось? - спросила Элени, зашедшая на кухню с пакетами продуктов. Следом за ней зашла Акча. - Дочка, твои лекарства совсем не помогают. Фадиме как тошнило, так и тошнит. Ещё и разревелась от того, что не хочет кушать. Может отвезём её в город к врачу? Я уже начинаю переживать за её психическое состояние. - Это просто гормоны, - сказала Акча. Элени с ужасом посмотрела на неё, и та поняла, что проболталась. - Какие ещё гормоны? - удивился Адиль. - А, нет, я просто ляпнула, - начала оправдываться Акча. - Я хотела сказать от стресса. - Я сразу вижу, когда вы мне начинаете врать, так что не надо. О каких гормонах идёт речь? Поняв, что смысла скрывать что-то от Адиля уже нет, Элени взяла его за руку и села рядом. - Адиль, ты только не переживай, хорошо? - Дочка, что за слова такие? Как после них можно не переживать? Что с Фадиме? У неё какая-то болезнь? Элени не знала, как сказать Адилю правду. Она понимала, что это должна была сделать не она, и говорить сейчас об этом ей очень не хотелось - Говори же, не тяни! - Болезни никакой нет. Она... беременна... Глаза Адиля налились кровью. Казалось, что если к нему сейчас приблизиться, он просто взорвётся. - Адиль, дыши глубже, пожалуйста, - начала успокаивать его Элени. - Элени, скажи, что мне это только послышалось, иначе я точно стану убийцей! - Оп-оп, никаких убийств! Кого ты собирался убивать? - Я этого Исо закопаю голыми руками! - С чего это вдруг? Он вообще-то не какой-то проходимец, а муж Фадиме! - пыталась вразумить его Элени. - Уже не муж! Я их разведу сразу же, как появится возможность. - Как ты можешь их развести? Фадиме ждёт от него ребёнка! - Элени, если ты ещё хоть раз об этом упомянешь, я точно не сдержусь. - Хорошо, я молчу. Я понимаю, для тебя это шок. Мы сами узнали только позавчера. Фадиме в полной растерянности. Не усложняй всё ещё больше, прошу. - Не могу обещать, - сказал Адиль, резко сорвавшись со своего места. - Эй, куда? Я тебя не отпущу в таком состоянии! - сказала Элени, оббежав его и закрыв собой дверь. - Элени, уйди! - Не уйду! Ты никуда не поедешь в таком состоянии! Адиль глубоко вздохнул, и, немного успокоившись, сказал: - Я никуда не поеду. Я пойду в сарай делать ножи. - Хорошо, это можно. Только пообещай, что никуда не поедешь, пожалуйста. - Обещаю. Иначе точно кого-нибудь убью, - сказал он и вышел из дома. - Прости пожалуйста, Элени, я сказала не подумав... - извинялась Акча. - Ничего страшного, он бы всё равно рано или поздно узнал. Теперь главное, чтобы он не натворил глупостей. Надо позвонить Эсме. - Она достала телефон и набрала её. - Алло, Эсме? Адиль узнал о ребёнке, я боюсь, что он может сделать что-то плохое. Приезжай, пожалуйста, и как можно скорее.