Часть 7

Тропинка, освещаемая сияющей формой Лаумы, вывела их из прибрежных скал в уединённую долину, скрытую в глубине острова. В центре долины, отражаясь в зеркальной глади небольшого озера, стояло древнее, величественное здание из светлого камня — Великое Хранилище, библиотека острова Хийси. Воздух здесь был напоён тишиной и запахом старых книг. Лаума остановилась у резной каменной арки, ведущей ко входу. «Они внутри. Мой долг выполнен. Да обретёте вы здесь исцеление, что ищете», — прозвучал в их сознании её прощальный голос, и её сияющая фигура растворилась в солнечных лучах, будто её и не было. Они остались одни перед массивными деревянными дверями библиотеки. Предвкушение витало в воздухе, густое, как мёд. — Здесь... так спокойно, — прошептала Ягода, оглядывая долину. — После Туманной лощины и города... кажется, будто мы попали в другой мир. Здесь даже воздух на вкус другой. — — Да, — согласился Дурин, его собственный внутренний огонь, казалось, притих в этом месте умиротворения. — Здесь нет шепота Бездны. Только... знание. — Он посмотрел на дверь, за которой, как они знали, их ждало решение всех их бед. Несмотря на всю серьёзность ситуации, углы его губ дрогнули в подобии улыбки. — Скоро всё закончится, — сказал он, и в его голосе впервые зазвучала не тревога, а облегчение. Ягода последовала за его взглядом и кивнула, не в силах сдержать ответную улыбку. Она потянулась и осторожно взяла его за руку, сжимая его тёплые пальцы. — Знаешь, — сказала она, глядя на переплетённые руки, — как ни странно, я почти рада, что всё случилось именно так. Если бы не этот проклятый разлом, мы бы, наверное, просто выпили солнечного сока, ты вернул бы мне платок, и мы бы... разошлись. Надолго. — Он посмотрел на неё, и в его глазах читалось полное понимание. — Мы не разошлись бы, — возразил он с тихой уверенностью. — Я бы нашёл повод вернуться. — Её сердце ёкнуло от этих слов. Они стояли на пороге спасения, держась за руки, и всё, что они пережили — страх, боль, отчаяние и надежду, — связало их прочнее любого крепкого узла. — Пойдём, — выдохнула Ягода, сжимая его руку. — Закончим это. — Они обменялись последним, полным решимости взглядом и толкнули массивные двери библиотеки. Пришло время встретиться с Путешественницей. Массивная дверь бесшумно поддалась, впустив их в просторный, погружённый в полумрак зал. Воздух был густым и прохладным, пахнущим старой пылью, пергаментом и чем-то ещё — озоном, словно после грозы. Высокие потолки терялись в темноте, а бесконечные стеллажи с книгами уходили вглубь, словно лабиринт из знаний. Сделали несколько шагов вперёд, и тут же, будто в ответ на их присутствие, стены между стеллажами мягко засветились. Это был не огонь и не электричество, а призрачное синее сияние, исходящее от самих камней. Оно не слепило, а мягко разливалось по залу, поглощая тьму и отбрасывая причудливые тени от корешков фолиантов. Теперь можно было разглядеть витые лестницы, ведущие на верхние ярусы, и массивные читальные столы из тёмного дерева. — Вау... — невольно вырвалось у Ягоды, её взгляд скользил по бесконечным рядам книг, подсвеченных таинственным голубоватым сиянием. — Это... волшебно. — Дурин молча кивнул, его драконья природа чутко улавливала древнюю магию, что питала это место. Это была не агрессивная энергия Бездны, а что-то спокойное, устойчивое, защищающее само знание. Их шаги эхом отдавались в тишине. Они прошли мимо нескольких поворотов, следуя по главному проходу, как вдруг из-за одного из дальних стеллажей донёсся знакомый, полный энтузиазма голос. — ...и я говорю, что в этом свитке явно ошибка в хронологии! Смотри, если сопоставить его с картой звёздного неба того периода... — — Паймон до сих пор не понимает, о чём ты! — раздался в ответ высокий, немного капризный голос. — Паймон хочет есть! Мы уже три часа читаем эти старые пыльные книги! — За следующим поворотом открылась картина: за столом, заваленном развёрнутыми свитками и фолиантами, сидела Люмин. Рядом в воздухе порхала её маленькая спутница Паймон, выразительно размахивая руками. Путешественница подняла голову на звук шагов, и её золотистые глаза широко раскрылись от удивления при виде Дурина и Ягоды. — Дурин? Ягода? — она отложила перо. — Что вы здесь делаете? И... с вами всё в порядке? — её взгляд, опытный и проницательный, сразу же заметил бледность Ягоды и то, как Дурин стоит чуть впереди, словно прикрывая её. Паймон зависла в воздухе, сложив ручки на груди. — Ой-ой-ой! Выглядите вы, как будто повидали призрака! Или снова наткнулись на какого-нибудь древнего злого бога! — Ягода попыталась улыбнуться, но улыбка вышла слабой. — Вроде того. Нам очень нужна ваша помощь. Мы столкнулись с энергией Бездны. — Люмин тут же встала, её лицо стало серьёзным, а все следы академической рассеянности исчезли. Паймон, забыв о голоде, притихла и уселась на край стола, внимательно слушая. — Расскажите всё с самого начала, — мягко, но настойчиво попросила Путешественница. И они рассказали. Двое, по очереди и перебивая друг друга, чтобы добавить детали. Ягода начала с пропавшей экспедиции и аномального тумана в лощине. Дурин добавил о своём прибытии и их встрече у Куратории. Они описали, как туман обманывал чувства, как тень копалась в их самых тёмных страхах, разлучив их. — Она показывала мне... меня самого, — голос Дурина на мгновение дрогнул, когда он говорил о видениях своего прошлого облика. — Но Ягода... она не испугалась. Она нашла меня. — Ягода, в свою очередь, рассказала, как открыла новый способ использования Анемо, чтобы протянуть к нему энергетическую нить, и как они, объединившись, смогли противостоять тени, приняв себя и друг друга. — Мы закрыли разлом, — заключил Дурин, его взгляд тёмным пятном на плече Ягоды. — Но её заразили. Энергия Бездны... она внутри. — — И мы знаем, что только вы можете помочь, — добавила Ягода, глядя на Люмин с надеждой. — Мы слышали, как вы очистили Двалина. Флинс сказал, что вы здесь... мы летели так быстро, как только могли. Когда их рассказ закончился, в библиотеке повисла тишина, нарушаемая лишь мягким гулом синих фонарей. Люмин внимательно смотрела на них, и в её золотых глазах читалось нечто большее, чем просто сочувствие — понимание и уважение. — Вы двое... проделали невероятный путь, — наконец сказала она, и её голос был тёплым и твёрдым. — И не только физически. Противостоять своим демонам и выйти из этой битвы, став сильнее... это требует огромной силы духа. Она подошла ближе и мягко, но уверенно протянула руку к плечу Ягоды. — Позвольте мне посмотреть. — Люмин мягко положила ладонь на тёмное пятно. Её рука начала излучать тёплый, золотистый свет, который, казалось, исходил из самой её сущности. Ягода вздрогнула, почувствовав, как внутри неё что-то отзывается на этот свет — холодный, вязкий узел, засевший глубоко в тканях. — Расслабься, — тихо сказала Люмин. — Это не будет больно. — Золотой свет сгустился, и из пятна на плече Ягоды потянулись тонкие, почти невидимые фиолетовые нити. Они извивались, словно живые, сопротивляясь, но неуклонно притягиваясь к ладони Путешественницы. Ягода закрыла глаза, чувствуя, как ледяная тяжесть, которую она почти перестала замечать, начинает растворяться, уступая место давно забытому ощущению лёгкости и тепла. Дурин не сводил с них взгляда, его крылья были напряжены, а кулаки сжаты. Он видел, как тёмные прожилки на протезе окончательно блёкли и исчезали, а неестественная бледность сменялась здоровым румянцем на щеках Ягоды. Через несколько мгновений Люмин отняла руку. На её ладони лежал маленький, тёмный сгусток энергии, который тут же рассыпался в прах и исчез в воздухе. От пятна на плече Ягоды не осталось и следа, лишь чистая, неповреждённая кожа. Ягода медленно открыла глаза и сделала глубокий вдох, как будто впервые за долгое время. Она повертела рукой, сжала и разжала пальцы. — Всё... прошло, — прошептала она с изумлением. — Ни тяжести, ни холода... Словно и не было ничего. — Она посмотрела на Люмин, и её глаза наполнились слезами облегчения. — Спасибо. Огромное спасибо! — Люмин улыбнулась. — Вы сами проделали большую часть работы. Выдержать контакт с энергией Бездны и не сломаться — это уже подвиг. Я лишь помогла твоему телу окончательно изгнать её. — Дурин подошёл ближе. Напряжение окончательно покинуло его плечи. Он не сказал ни слова, просто встретился взглядом с Ягодой, и в его глазах читалось такое глубокое, безмолвное облегчение, что его не нужно было выражать словами. Самая страшная часть их испытания была позади. Они достигли цели. Ягода была спасена. Люмин улыбнулась, наблюдая за их безмолвным общением, но идиллическую тишину внезапно нарушил громкий урчащий звук. Все взгляды упали на Паймон, которая смущённо обхватила свой живот. — Э-э-э... это Паймон! — воскликнула она, покраснев. — И Паймон напоминает всем, что мы три часа читали пыльные книги, а потом занимались... изгнанием скверны! Героям нужно подкрепление! Паймон умрёт с голоду, если сейчас же не съест тарелку тёплого супа! — Нелепость ситуации и комичное отчаяние Паймон разрядили остаточное напряжение. Сначала Ягода тихо рассмеялась, затем к ней присоединился низкий, сдержанный смех Дурина. Даже на лице Люмин появилась широкая, беззаботная улыбка. — Кажется, наш маленький гид абсолютно права, — сказала Путешественница, собирая разбросанные по столу записи. — Самое время для настоящего, спокойного ужина. Без призраков, бездны и тумана. — Они дружной группой направились к выходу из Великого Хранилища. Синие огни мягко освещали им путь, словно провожая. Ягода шла, легко переставляя ноги, без намёка на недавнюю слабость, а Дурин шагал рядом, его крылья наконец-то были полностью расслаблены. Выйдя на свежий воздух, они вдохнули полной грудью. Остров Хийси встретил их ласковым вечерним солнцем и шумом прибоя. Кризис миновал, и впереди их ждала простая, земная радость — тёплая еда и спокойная беседа в хорошей компании. С тяжёлым грузом прошлого они распрощались, оставив его среди пыльных фолиантов, и смотрели в будущее с лёгкими сердцами и чистыми мыслями.