Часть 1

      День был холодным. Эсме сидела в доме старости, греясь тёплым чаем. В домик тихо вошёл Адиль. Эсме поставила чашку и поднялась. — Кочари? — спросила она. — Я всё знаю. Как ты могла, Эсме?! — крикнул Адиль, приближаясь ближе. — Что ты знаешь, Кочари? — крикнула ему в ответ Эсме, делая вид, что не понимает, о чём он. — Элени — наша дочь. Я всё знаю, Эсме. И знаю, что ты всё знала. Знала и молчала! — закричал Адиль. — Кто тебе сказал? Если это Гезеп... — не договорила Эсме. — Значит, Гезеп тоже знал, — прошипел Адиль. — Если не Гезеп, то кто тебе сказал? — спросила Эсме. — Ты спрашиваешь, кто? Элени. Она сама мне сказала. Говорит: «Ты мой отец». Я сделал ДНК-тест. Представляешь, Эсме? — сказал Адиль и нервно улыбнулся. — Элени?.. Она тоже знает… — прошептала Эсме. — Знает, Эсме. Знает. Она, как и я, злится на тебя. Ладно, ты не доверяла мне… Но как ты могла не сказать своему ребёнку, а? Эсме?! — кричал Адиль. — Я не могла… Я делала это ради вас. Всё это было ради вас… — говорила Эсме, пытаясь взять его за руку. Но Адиль не позволил. — Ради нас? Ради нас, значит? — сказал Адиль и нервно засмеялся, ударив кулаком по столу, от чего чашка Эсме с чаем полетела на пол. Эсме отскочила. — Ты забрала у меня дни с дочерью. Ты знала, как страдает эта девушка, но всё равно молчала. Какая мать может так поступить?! — крикнул Адиль, и с грохотом предметы со стола полетели на пол. — Кочари, послушай… — пыталась успокоить его Эсме. — Я больше не буду слушать. Не хочу слышать твой голос. В тот день, когда ты скрыла от меня правду, ты уничтожила нашу любовь. Я отказываюсь от нашей любви, — сказал Адиль и посмотрел прямо в глаза Эсме. — Кочари, не поступай так… — шептала Эсме, пытаясь взять его за руку. Но Адиль отошёл. — Уже сделал, Эсме. Удачи тебе. С этими словами Кочари вышел из домика, громко закрыв дверь, от чего дом затрясся. Как только он ушёл, Эсме медленно опустилась на пол. Она начала собирать осколки, не сдерживая рыданий. Осколки впивались ей в кожу, но она даже не обращала внимания на боль. Кровь медленно стекала по её рукам, но ей было всё равно. Единственное, что у неё болело — это сердце. — Я потеряла… Я всё потеряла… — шептала она, рыдая. *** Вечер опустился на Фортуну и Кочари. Эсме не могла сидеть в домике и вышла оттуда подышать воздухом. Элени вышла из медпункта. Уже темнело. Подъехала машина Оруча. Как только Элени заметила его, она развернулась в другую сторону. — Элени, постой! — крикнул Оруч, догоняя её. — Что тебе нужно, Оруч Фортуна? — холодно ответила Элени. — Элени, давай поговорим, — сказал Оруч. — Нам не о чем говорить. Ты мне утром всё сказал, — ответила Элени. *** «9 часов назад» Пришёл результат ДНК-теста. Связь между Хижран и Элени — 0%. Элени не могла поверить. — Оруч… Он снова обманул меня… — прошептала она. Элени достала второй конверт. Связь между Адилем и Элени — 99,9%. — Нет… Не может быть… А Ильве ведь… — шептала Элени. — Всё было ложью… — прошептала она. Она не верила, что Оруч мог её обмануть. Но ДНК не врёт. Она всегда чувствовала, что Адиль для неё — не просто мужчина, который заботится о ней. А Эсме — не просто женщина, которая подарила ей любовь. — Я должна… узнать всё у Оруча, — сказала Элени и направилась к его дому. Она знала — он дома. Подойдя к двери, Элени постучала. Через несколько секунд дверь открылась. На пороге стояла Фадиме. — Элени? Ты что здесь делаешь? По мне соскучилась? — спросила Фадиме, улыбаясь. — Оруч дома? Мне нужно с ним поговорить, — сказала Элени. — Да, на кухне с Исо. Девочка, что-то случилось? — спросила Фадиме, заметив, что Элени чем-то расстроена. — Случилось, Фадиме. Пойдём, узнаем что, — сказала Элени и прошла внутрь. Когда она вошла на кухню, Оруч поднялся. — Элени? Что ты здесь делаешь? — спросил он. — Я задам тебе только один вопрос. Это правда? — сказала Элени и бросила на стол папку. Когда Оруч взял её в руки, его лицо сразу изменилось. — Ну же, ответь! — почти криком сказала Элени. — Что происходит, Элени? — спросила Фадиме. — Пусть Оруч скажет, как он всех нас обманул, — сказала Элени. Оруч поднялся. — Элени, послушай… — начал он. — Скажи! Это правда или нет? Скажи, что это ошибка! — сказала Элени. — Это правда. Прости, Элени… Я действительно врал тебе, — ответил Оруч. Он понял, что от ответа не уйти. — Правда… Значит, ты врал мне. Смотрел в глаза и врал. Почему, Оруч? — спросила она, глядя ему прямо в глаза. — Элени, о чём вы говорите? Объясните! — непонимающе спросила Фадиме. Элени молча передала ей папку. Фадиме пролистала её. — Нет… Не может быть… — прошептала она. Но, вспоминая мимику Элени — как у Эсме, характер — как у Адиля… всё сходилось. Элени — её племянница. Потом она перевела взгляд на мужа, который стоял молча, опустив голову. — Ты знал? — но это был не вопрос. Исо продолжал молчать. — Значит, знал… — прошептала Фадиме. Она отошла от мужа и встала рядом с племянницей. — Элени, ты спрашиваешь, почему? Потому что это была не моя тайна! — крикнул Оруч. — Не твоя тайна? Ты привёл ко мне Хижран, сказав: «Это твоя мать». Я пыталась принять женщину, которая хотела меня убить, думая, что она моя мать! — сказала Элени, едва сдерживая слёзы. — Элени… — Оруч попытался подойти к ней, но Фадиме встала перед ним. — Оруч, ты лучше скажи: Эсме знала? — спросила Элени. Оруч промолчал, опустив глаза. — Оруч, говори! — крикнула уже не Элени, а Фадиме. — Знала… — едва слышно сказал Оруч. Но Элени услышала. — Даже моя мать скрывала от меня… Почему всё так? Почему мир такой жестокий?.. — говорила Элени, не сдерживая слёз. — Ах, моя девочка… — прошептала Фадиме и обняла её. Элени отстранилась. — Мне… мне нужно подышать воздухом, — сказала она, забрала папку и сумку и выбежала из дома Оруча. — Элени, постой! — крикнул Оруч и хотел побежать за ней, но Фадиме остановила его. — Не смей, — сказала она. Потом подошла к Исо. — А с тобой, Исмаил Фортуна, меня больше ничего не связывает, — сказала Фадиме. — Фадиме, но… — Исо не договорил, она перебила его: — Мы разводимся. Ждите своего наказания, когда мой брат узнает обо всём, — сказала Фадиме и вышла из дома. Исо хотел пойти за ней, но Оруч остановил его. — Не надо. Мы сейчас ничего не можем сделать, — сказал Оруч. — Она сказала про наказание… Но я уже получил его… Потерял её… — прошептал Исо. Оруч положил руку ему на плечо. — Нужно позвонить Эсме, — сказал Оруч, достал телефон и набрал номер. Но трубку никто не взял. — Наверное, не слышит… Перезвонит, — сказал Исо. Элени выбежала на улицу. За ней — Фадиме. — Малышка, стой! — крикнула Фадиме. Элени обернулась и остановилась. — Фадиме… самые родные люди врали мне. Мужчина, которого я люблю… Моя мать… Почему так? — сказала Элени и заплакала. — Они ответят, малышка. Обязательно ответят. А теперь поехали к твоему отцу — он должен узнать, — сказала Фадиме. Элени кивнула и пошла к машине. За руль села Фадиме, а Элени — рядом. *** Через 15 минут они приехали к Кочари. — Как мне сказать?.. «Привет, Адиль, я твоя дочь»… — сказала Элени. — Элени… Он всегда чувствовал. Просто поговори с ним, — сказала Фадиме и взяла племянницу за руку. Элени кивнула. Они с Фадиме поднялись в дом Кочари. Зайдя внутрь, Фадиме увидела Гезепа. — Девушки, добро пожаловать. Что с вашими лицами? — спросил он. — Спасибо, кузен. Где Адиль? — спросила Фадиме. — В своей мастерской. К добру ли? — спросил Гезеп. — Не знаю, кузен. Пойдём, Элени, — сказала Фадиме. Они вышли и направились к Адилю. Подойдя, они постучали. — Брат, можно? — спросила Фадиме. — Заходи, сестрёнка, — послышался голос Адиля. — Я не одна, я с Элени пришла, — сказала Фадиме, заходя в комнату. Следом вошла Элени. — Ох, моя девочка… — сказал Адиль и крепко обнял её. — Ты наконец-то решила зайти в гости, — сказал он с улыбкой. Но, увидев их лица, насторожился. — Что у вас с лицами? Что случилось? — спросил Адиль. Элени отстранилась от него. — Адиль, я… — начала она, но не смогла договорить. Фадиме тоже молчала. — Девочки, не сводите меня с ума. Скажите, что случилось, — попросил Адиль. Фадиме решила взять всё в свои руки. Она взяла папку из рук Элени и молча передала её Адилю. — Сестрёнка… что это? — спросил он. — Открой, брат. Адиль открыл и начал читать. И когда дошёл до того самого листа… — «Адиль и Элени — 99,9%…» — прошептал он. — Девочка, это шутка? Мы ведь уже делали тест… Скажи, что ты шутишь, — сказал Адиль. — Я проверила в трёх разных лабораториях… Я твоя дочь… — прошептала Элени. Адиль молча посмотрел на неё и крепко обнял. — Я всегда чувствовал… Всегда… Что ты моя… Моя девочка… — прошептал он ей на ухо. — Я всегда мечтала, чтобы у меня были такие родители, как вы с Эсме… — сказала Элени. Несколько минут они стояли, обнимаясь, наслаждаясь этим моментом. Фадиме смотрела на эту сцену, и её сердце сжималось. Сколько у них украли… — Адиль… есть ещё кое-что… — тихо сказала Элени. — Что ещё, малышка? — спросил Адиль. — Эсме… Она всё знала. Она знала давно, — сказала Элени. Эти слова повисли в воздухе. «Она всё знала… Знала давно…» Сердце Адиля пропустило удар. — Знала?.. Она знала и молчала? Смотрела мне в глаза и врала?! — сказал Адиль, но его голос сорвался на крик. — Адиль, успокойся… — попыталась успокоить его Элени. — Успокоиться?! Ладно, она врала мне… Но как она могла врать своему ребёнку, видя, как ему плохо?! — крикнул Адиль. — Элени, ты сейчас куда поедешь? — спросил он. — В медпункт. У меня приём, — ответила Элени. — Хорошо. Фадиме, отвези её. А я скоро приеду, — сказал Адиль, беря куртку. — Адиль, ты куда? — спросила Фадиме. — Я скоро вернусь, — ответил он и вышел из комнаты. — Он же не наделает глупостей, Фадиме? — спросила Элени. — Нет. Мой брат не глупый. Я знаю, куда он поехал, — сказала Фадиме и взяла племянницу за руку. — Фадиме, куда? — спросила Элени. — Не переживай, малышка. Всё будет хорошо. Давай я отвезу тебя в медпункт, — сказала Фадиме. Элени кивнула и пошла к машине. А Фадиме подумала: «Ты же поехал к Эсме, брат…» Фадиме села в машину, и через несколько минут они уехали. *** «Сейчас» — Элени, ну давай поговорим, — сказал Оруч. — Я не хочу с тобой говорить, Фортуна, — сказала Элени и вырвалась от него. — Элени, ну постой! — Оруч побежал за ней. Эсме заметила их издалека. — Элени… — прошептала она сама себе и быстро пошла туда. — Элени! — крикнула Эсме, подойдя ближе. Элени обернулась. — Да почему вы все меня преследуете?.. — пробормотала она себе. — Дочка, давай поговорим, — сказала Эсме. — Я не хочу с тобой говорить. Не называй меня дочкой. Ты не моя мама. Моя мама бы так не поступила, — сказала Элени, даже не глядя на неё. — Дочка, послушай меня. Ты ведь сама говорила, что хорошо, что Адиль не твой отец… Ты не хотела сделать его убийцей и снова потерять его, — сказала Эсме, подходя ближе, но Элени отступила. — Да, говорила. Но я была уверена, что Адиль не мой отец, а ты — не моя мать. Я пыталась принять чужую женщину, когда моя родная мама была рядом и смотрела на всё это! — крикнула Элени. — Элени… Мне тоже было больно… — сказала Эсме. — Больно? А мне не больно?! Ты смотрела мне в глаза и молчала! Ты знала, как я нуждаюсь в правде! — прокричала Элени. — Девочка моя, послушай меня… — тихо сказала Эсме. — Не буду слушать, Эсме. Я не хочу сейчас тебя ни видеть, ни слышать. Оставь меня сейчас. Возможно, придёт время, и я прощу тебя… но не сейчас, — сказала Элени. — А тебя… — она обратилась к Оручу, — я не прощу никогда. В этот момент подъехала машина Фадиме. Фадиме выбежала из машины. — Что вы делаете рядом с моей племянницей?! — прокричала она. — Элени — моя дочь, — сказала Эсме. — Дочь? — Фадиме нервно засмеялась. — Элени, красавица моя, иди в машину, — мягко сказала Фадиме. — Фадиме, но… — попыталась возразить Элени. — Давай, моя дорогая. Элени наконец кивнула и пошла к машине. — Ты говоришь, что это твоя дочь? Ни одна мать так не поступит с дочерью. Не будет смотреть ей в глаза и врать. Ты знаешь, что чувствовала эта девочка? Она пыталась принять чужую женщину! Ладно, может, ты не хотела говорить моему брату… но ты могла сказать своей дочери! — прокричала Фадиме. — Фадиме, ты ничего не знаешь… — попыталась успокоить её Эсме. — Всё я знаю. Я пыталась принять тебя. Мой брат готов был простить тебе всё… но не это. Больше не приходи на нашу землю. На землю моего брата! — прокричала Фадиме. Эти слова ранили Эсме. — Хорошо… Не приду. Если вам так будет лучше — хорошо… — сказала Эсме, сдерживая слёзы. Фадиме ещё раз посмотрела на неё и быстро пошла к машине. Через пять минут машина уехала. Эсме подошла к Оручу. — Это ты всё рассказал Элени, да? — спросила она. — Да, сестра, рассказал. Потому что я устал от этих тайн. Это была не моя тайна, а твоя. У меня не было выбора. Я потерял любимую из-за этой тайны, — сказал Оруч. — Моя тайна? Ты хочешь сказать, что это всё из-за меня? — переспросила Эсме. — Нет, сестра, я не это имел в виду… — сказал Оруч, поняв, что обидел её. — Я поняла, что ты имел в виду. Что это я виновата. Что втянула вас во всё это… — сказала Эсме. — Сестра… — начал Оруч. — Ничего больше не говори, Оруч. Я пойду, — сказала Эсме и ушла. — Куда ты, сестра?! — крикнул ей вслед Оруч, но она уже не слышала. Эсме шла, не замечая ничего вокруг. Она дошла до дома старости и оглянулась. — Ведь даже это не мой дом… У меня нет дома… — сказала Эсме сама себе. Она зашла в дом, осмотрелась и, оставив там телефон, вышла. Она не знала, куда пойдёт, но пошла, куда глаза глядят. Когда она дошла до дороги, начался сильный дождь. За несколько минут Эсме полностью промокла, но продолжала идти, сама не понимая куда, прокручивая в голове слова: «Я больше не хочу слышать твой голос… Ты не моя мать… Больше не приходи на нашу землю…» Сзади подъехала машина. Через секунду из неё вышла прокурор Фериде. — Эсме? Боже, что ты делаешь здесь одна в такой ливень?! — крикнула Фериде. Но Эсме будто не слышала её. — Эсме? Давай я отвезу тебя домой или в Кочари, — сказала Фериде. — У меня нет дома… — прошептала Эсме, её голос дрожал от холода. — Ты вся промокла и дрожишь. Поехали ко мне домой, — сказала Фериде. — Не… не нужно… — прошептала Эсме. — Нужно, Эсме. Садись в машину, — сказала прокурор и открыла для неё дверь. Эсме благодарно кивнула и молча села в машину, вся дрожа от холода. — Возьми мою куртку, накинь, — сказала Фериде и передала ей её. — Спасибо… — прошептала Эсме. Фериде улыбнулась. Машина тронулась. *** В доме прокурора было тепло и уютно. Эсме сидела в кресле, укутавшись в плед, с чашкой горячего чая. Фериде принесла ей свою одежду. — Возьми, сходи в душ, переоденься, — сказала Фериде. — Спасибо, госпожа прокурор, — сказала Эсме. — Просто Фериде, — спокойно ответила она. — Хорошо, Фериде. Покажешь, где душ? — спросила Эсме. — Конечно, пойдём, — сказала Фериде и повела её. — Вот, смотри, там есть всё необходимое. Если что-то ещё нужно — зови, — сказала Фериде. — Спасибо, — ответила Эсме и зашла внутрь, закрыв дверь. Сняв с себя одежду, она зашла под душ. Горячая вода сразу обожгла кожу, но Эсме становилось легче. Под струями горячей воды она не смогла сдержать слёз. Они лились рекой. Все эмоции накрыли её. «Может, я правда плохая мать… Может, я правда сделала ошибку… И из-за моей тайны пострадали люди… Но больше никто не пострадает…» — подумала Эсме. Через полчаса она вышла из душа. Её глаза и лицо были красными. Её встретила Фериде. — Ты плакала? — спросила она. — Нет… Просто вода была слишком горячая, — ответила Эсме. — Ну хорошо. Я постелила тебе в гостевой комнате, иди отдохни, — сказала Фериде. — Спасибо тебе большое, Фериде. За всё… — сказала Эсме. — Не за что. Знаешь фразу: «Женщина женщине — друг»? — сказала прокурор. — Не все женщины — друзья… — тихо ответила Эсме. — Это правда. Иди отдыхай. Потом поговорим. Ты можешь жить у меня сколько хочешь, — сказала Фериде. Эсме едва улыбнулась и пошла в комнату. Кочари Адиль сидел в своей комнате и крутил в руках браслет — подарок Эсме. Он хранил его 20 лет как память о том, что не всё ещё потеряно. Но сейчас он задумался: «Это конец? Смогу ли я простить обман? И смогу ли я отпустить её?..» Его мысли прервал стук в дверь. В проёме появилась Элени. — Адиль, можно? — спросила девочка. — Конечно, дочка, заходи, — мягко ответил Адиль. Девочка забежала в комнату и села рядом с ним. — Ты думаешь о Эсме? — спросила Элени. — Как ты догадалась? — удивился Адиль. — Когда ты думаешь о ней, у тебя меняется взгляд. Ты становишься нежным… Но сейчас ты злишься, — сказала Элени. — Злюсь… Не знаю, на кого больше — на себя или на неё. Я обидел её, наговорил лишнего… вместо того чтобы выслушать, — сказал Адиль и опустил голову. — Я тоже… Я видела её. Я так хотела обнять её, как дочь — мать… Но почему-то разозлилась, накричала на неё, обидела… И сказала, что она не моя мать… Она не простит меня? — сказала девочка, и по её щекам потекли слёзы. — Мама всегда прощает… Но нам нужно научиться прощать друг друга. Нам всем нужно время, доченька, — сказал Адиль и прижал её к себе. — Я звонила ей… Хотела извиниться… Но она не ответила… Она так сильно злится на меня? — спросила Элени. — Может, просто не слышит… У нас ещё есть время. Мы всё скажем друг другу, — сказал Адиль. — Давай спать, уже поздно. Элени кивнула. — Давай… — Ложись со мной. Будем спать как отец с дочкой, — сказал Адиль. — Правда? — радостно спросила девочка. — Правда, моя малышка, — ответил он. Элени удобно устроилась на кровати, а Адиль лёг рядом, обняв дочь. — Эсме не хватает… — грустно сказала девочка. — Всё ещё будет, дочка… Нужно время, — ответил Адиль. — Спокойной ночи. — Спокойной… Где-то в старом складе, далеко от Кочари и Фортуны, Шериф сидел за столом, пересматривая документы. — Значит, Кочари узнал о дочери… — сказал он, поворачиваясь в кресле. Перед ним стоял Гекхан. — Узнал, господин Шериф, — ответил он. Шериф злобно улыбнулся. — Ну что ж, Кочари… Недолго тебе осталось наслаждаться дочерью… — сказал он. — Господин, что мы будем делать? — спросил Гекхан. — У меня есть план… Но дочь Кочари умрёт от моих рук, — холодно сказал Шериф. — А что будет с госпожой Эсме? — спросил Гекхан. — Эсме сейчас не в Кочари. Да, ей будет больно потерять ребёнка… но она справится, — сказал Шериф и сделал глоток только что принесённого виски. *** Спустя 3 дня "Элени была в лесу. Она была не одна — рядом была Эсме. Они смеялись, бегали друг за другом. — Мама, догоняй! — кричала Элени. — Догоню, дочка, догоню! — слышался голос Эсме. Они веселились, как мама с дочкой. Из темноты появилась тень. Она протянула руки к Элени и хотела забрать её. — Нет, отпусти меня! — кричала Элени. — Не трогай мою дочь, забери меня! — уверенно сказала Эсме. — Мамочка, нет! Пусть он уйдёт! — кричала Элени. — Кто из нас должен уйти, девочка моя?.. — сказала Эсме. — Мама, нет!.. — закричала Элени. — Ты будешь жить, девочка моя… — сказала Эсме, погладила дочь по волосам и пошла за тенью, пока не исчезла в темноте. — Мама, нет… Мамааа, пожалуйста… Мама, не бросай меня… мама…" Элени резко проснулась в холодном поту. Дыхание было тяжёлым. — Мама… — прошептала она. В комнату забежала Фадиме. — Элени? Девочка моя, что случилось? Ты кричала? — спросила она и села рядом. — Мама… она… Тень… забрала её… Она ушла… вместо меня… — сказала Элени дрожащим голосом. — Тише… тише… Это всего лишь сон, — сказала Фадиме и погладила её по голове. — А если нет?.. Эсме уже три дня нигде нет… А если… — не договорила Элени. — Нет. Ничего не будет. Она просто устала от нас и решила где-то отдохнуть, — сказала Фадиме. — Почему она не взяла с собой телефон?.. — спросила Элени. — Не знаю… Может, забыла. Бывает всякое. Не накручивай себя, девочка. Я уверена, она в порядке, — сказала Фадиме. — Ещё рано… Тебе нужно ещё поспать. Тебе завтра в медпункт, — сказала Фадиме. — Я не засну теперь… — сказала Элени. — Я побуду рядом, моя девочка, — сказала Фадиме. — Хорошо… — прошептала Элени. Она снова легла в постель, а Фадиме легла рядом. Элени быстро заснула, а Фадиме гладила её волосы. Утро Эсме все эти три дня жила у Фериде. За это время они стали близкими. Оказалось, у них много общего. Фериде — единственный человек, которому Эсме смогла всё рассказать и довериться. Эсме зашла на кухню. Там уже пахло кофе. — Доброе утро, — сказала Фериде, заметив, что она проснулась. — Доброе, — ответила Эсме. Этой ночью Эсме плохо спала. Ей снилось, что она уходит от Элени, что тень забирает её… Но Эсме думала, что это всё из-за разлуки с дочерью. Она очень скучала по ней. И именно сегодня Эсме очень хотела её увидеть. В сердце было странное чувство — то ли тревога, то ли предчувствие, что что-то может случиться. Фериде спешила, потому что опаздывала на работу. — Ты так спешишь… У тебя же ещё есть время до работы? — спросила Эсме. — Мне ещё нужно заехать в Кочари, передать документы Адилю Кочари, — сказала Фериде. Адиль… Родное до боли имя. Она очень скучала по нему. — Фериде, давай я отвезу, — сказала Эсме. Она чувствовала, что ей нужно сегодня быть в Кочари. — Ты отвезёшь? Ты же не хотела туда возвращаться? — удивилась Фериде. — Я не могу вечно прятаться. И я очень соскучилась по дочери… — Ну ладно. Сейчас дам документы, — сказала Фериде и пошла за папкой. Через несколько минут она вернулась. — Вот. Отдашь Адилю Кочари. Скажешь, прокурор Фериде передала. У него приём, — сказала она. — Хорошо, я поняла, — ответила Эсме. Перед тем как выйти, Эсме обняла Фериде. — Спасибо тебе за всё. Ты стала мне очень близка, — сказала Эсме. — Это тебе спасибо, что избавила меня от одиночества. Вечером расскажешь, как прошла встреча с Кочари, — сказала Фериде. Эсме улыбнулась. — Конечно, расскажу… — сказала она и вышла из дома. Эсме уже вышла во двор, но услышала голос Фериде. — Эсме! — Фериде… Я ещё не успела уйти, — сказала Эсме. — Я забыла тебе отдать… Нашла в ванной вчера, — сказала Фериде. Эсме посмотрела на кольцо в руке Фериде. — Да, это моё. Я три дня его искала, — сказала Эсме. — Тогда держи. И ещё раз удачи, — сказала Фериде. — И ещё раз спасибо, — сказала Эсме, посмотрела на Фериде с улыбкой и пошла к машине. Через несколько минут машина уехала. Кочари За столом сидели все Кочари: Адиль, Фадиме, Элени, Ильве и Гезеп. Адиль даже не смотрел в их сторону. Он злился. Очень злился. Он смотрел только на своих девочек — на свою дочь, на свою сестру. Но ему не хватало ещё одной части его жизни — его любимой… Эсме. Из раздумий его вывел голос дочери. — Адиль, я поеду в медпункт. У меня приём, — сказала Элени. — Хорошо, дочка. Я тоже поеду. Я завезу тебя в медпункт, а потом мы с Фадиме поедем на чайную фабрику, — сказал Адиль. — Хорошо, — ответила Элени. — Элени, ты в порядке? Ты какая-то грустная, — спросил Адиль. — В порядке… Просто кошмар приснился, — сказала Элени. — Кошмар? Ну ладно, допрашивать не буду. Идите собирайтесь, — сказал Адиль. — Хорошо, брат, — ответила Фадиме и пошла в комнату. Элени пошла за ней. Через 10 минут девочки были готовы. — Брат, мы готовы, можем ехать, — сказала Фадиме. — Девочки, вы прекрасно выглядите. Пойдём, — сказал Адиль и приобнял их. Они вышли из дома и направились к стоянке машин. В этот момент к дому резко подъехала машина. И через минуту из неё вышла Эсме. Адиль застыл, увидев её. Элени вздохнула с облегчением. — Видишь, я же говорила, Эсме в порядке, — прошептала Фадиме ей на ухо. Адиль первым подошёл к Эсме. — Эсме, где ты была три дня? Мы переживали, — сказал он. — Ты же сказал, что не хочешь ни видеть, ни слышать меня. Почему переживаешь? — спросила Эсме. — Потому что не могу не переживать, Эсме. Ты мать моей дочери, — сказал Адиль. — И всё? — спросила Эсме. — Да. А что ещё должно быть? Почему ты здесь? — спросил он. — Прокурор попросила передать тебе документы. Сказала, ты знаешь, — ответила Эсме. — Знаю. Значит, ты была у прокурора всё это время, — сказал Адиль. — Тебе какое дело, где я была, Кочари? — холодно ответила Эсме. — Никакого, Эсме Ейр, — сказал Адиль и повернулся к стоящим сзади Элени и Фадиме. — Девочки мои, я сейчас отнесу документы в дом и вернусь, хорошо? — Хорошо, — одновременно ответили они. Адиль улыбнулся и ушёл. Элени подошла ближе… — Эсме… Ты в порядке? — спросила Элени. — В порядке, Элени, — ответила женщина. — Я… я боялась, что с тобой что-то случится, — сказала Элени. — Видишь, девочка… Я в порядке, — сказала Эсме и дотронулась до щеки дочери. А Элени нежно положила свою руку на её. — Я скучала… Как бы я ни злилась, я скучала, — прошептала Элени. — Я тоже, малышка… Прости меня… — прошептала Эсме и посмотрела дочери в глаза. В сердце всё ещё оставалось чувство, что что-то произойдёт… Эсме подошла ближе к дочери и нежно притянула её к себе в объятия. Она ожидала, что девочка отстранится, оттолкнёт её, но Элени прижалась к матери, будто пыталась запомнить каждую секунду, каждый миг… Эсме вдыхала запах волос дочери, целуя её в плечо. Даже Фадиме не подходила ближе, наблюдая за сценой матери и дочери. Она знала, как Элени скучала по матери. Несмотря на всё… Эсме отстранилась, погладила дочь по лицу и уже собиралась уйти, но вдруг обернулась… Из ниоткуда, как тень, появился Шериф. Он был весь в чёрном. — Элени Кочари! — крикнул Шериф. — Думаешь, сможешь наслаждаться своей семьёй?.. — Нет… Шериф… — прошептала Эсме сама себе. Фадиме замерла. Растерялась. Не сразу вспомнила, что у неё есть пистолет. Шериф подходил ближе. Элени стояла не двигаясь, будто была готова принять свою участь. Шериф направил пистолет на Элени. Эсме не могла этого допустить. «Она слишком молода… Моя дочь не пострадает… Она будет жить… несмотря ни на что…» — подумала Эсме. — Ну что, прощай… докторша Элени, — с гордостью произнёс Шериф и положил палец на курок. Эсме закрыла глаза. «Ты будешь жить…» — подумала она и сделала шаг вперёд. Выстрел… ещё один… Фадиме слишком поздно вспомнила про пистолет. Раздался ещё один выстрел. Шериф с болью упал на землю. Но он успел… Элени не сразу поняла, что произошло. Тело Эсме вздрогнуло. Она тихо вскрикнула. — Э… Эсме… — испуганно прошептала Элени. — Эсме!!! — закричала Фадиме и кинулась к ней. Тело Эсме ослабло. Она упала на руки своей дочери. — Эсме… нет, пожалуйста… Ты не можешь… — шептала Элени, прижимая руку к ране. — Фадиме, вызывай скорую! — закричала Элени. Фадиме дрожащими руками набрала номер. Белая рубашка Эсме за секунду пропиталась багряной кровью. Выстрелы… Сердце Адиля дрогнуло. Первая мысль, которая пришла ему в голову: «Элени…» Адиль выбежал. Но то, что он увидел, заставило его застыть. Его любовь лежала на руках его дочери. Рядом сидела дрожащая сестра. — Эсме!!! — закричал Адиль и в секунду оказался рядом с любимой. — Эсме… Эсме, смотри на меня… — прошептал Адиль и упал на колени перед ней. Эсме повернула голову. — Кочари… — прошептала она. — Я здесь… я рядом… Ты только держись, — шептал Адиль. — Элени… доченька… — прошептала Эсме, посмотрев на дочь, у которой текли слёзы. — Не плачь, доченька… Я не хочу видеть твоих слёз… — прошептала Эсме. — Хорошо… Смотри, я не плачу, — Элени вытерла слёзы. — Ты поправишься… Твои раны не серьёзные, — сказала Элени. Шериф лежал в стороне, держась за ногу. — Не ты… не ты должна пострадать… — бормотал Шериф. Адиль не обращал на него внимания — сейчас его взгляд был только на Эсме. Возле Кочари затормозила машина. Оттуда выбежали братья Фортуна. — Сестра! — в один голос крикнули Исо и Оруч и кинулись туда. — Исо, возьми аптечку из машины! — крикнул ему Оруч. Исо кивнул. Оруч прибежал первым. — Сестра… Что случилось… — тихо сказал Оруч. Его взгляд опустился на рану Эсме, которую прижимала Элени. Оттуда струёй текла багряная кровь. — Оруч… Она будет в порядке? — спросила Элени. — Конечно будет… А как иначе… — пытался успокоить её Оруч. Исо прибежал и передал аптечку Оручу. — Сейчас я измерю давление, — сказал Оруч и надел прибор на руку Эсме. — Ты будешь в порядке… Будешь… — прошептал Адиль. Лицо Оруча изменилось. Когда он снял прибор, он прошептал: — Слишком низкое… — Кочари… — прошептала Эсме. — Говори, я слушаю, — сказал Адиль. — Защищай девочек всегда… Они твоя опора, — прошептала Эсме. Дрожащей рукой она потянулась в карман и достала кольцо, протянув его Адилю. — Пусть оно будет у тебя… Как память о том, что было между нами… — прошептала она. Адиль застыл. — Не говори так… Ты всегда будешь с нами. Это твоё кольцо. Ты будешь его носить. Ты поправишься, — сказал Адиль. Он перевёл взгляд на Оруча, но тот отвёл глаза. — Доченька… — прошептала Эсме. — Я слушаю… — прошептала Элени. — Живи дальше… Несмотря на то, что меня не будет… Ни за что не сдавайся… И вот… — прошептала Эсме и достала кулон. — Это… я хотела подарить тебе, когда ты родилась. Но мне сказали, что ты умерла. Он был со мной 20 лет. Я передаю его тебе как память о том, что я тебя очень любила… — прошептала Эсме. — Не говори так… Ты же не оставишь меня, мама… — прошептала Элени. Она сама не заметила, как назвала Эсме мамой. — Мама… ты назвала меня мамой… — прошептала Эсме, пытаясь улыбнуться. — Ты же моя мама. Я всегда буду так тебя называть. Только не уходи от меня… — сказала Элени. — Оруч… Мой дорогой… — прошептала Эсме. — Говори, сестра… — сказал Оруч, наклонившись к ней. — Моя дочь доверена тебе. Несмотря ни на что, будь рядом. Стань опорой. И занимайся тем делом, к которому у тебя душа… — прошептала Эсме. — Обещаю, сестра… Я буду с Элени всегда, — сказал Оруч, взяв её за руку. Он посмотрел на Элени. — Фадиме… Я знаю, ты злишься на меня… Но сможешь ли когда-нибудь простить меня?.. — прошептала Эсме. — Я уже простила… Но если ты уйдёшь и оставишь нас — не прощу. Поэтому не смей закрывать глаза. Смотри на нас, — сказала Фадиме дрожащим голосом. Она смотрела на этого подонка — Шерифа, которого подстрелилила… Но уже было поздно… Она жалела, что не убила его . — Исо, моя душа… Не оставляй эту несносную бунтарку одну. Вы очень хорошая пара. Вы напоминаете мне меня и Адиля… — прошептала Эсме. Исо вытер слёзы, которые текли по его лицу. — Обещаю, дорогая сестра… Никогда не оставлю её. Она под моей защитой, — сказал Исо. Эсме закашлялась. Оруч проверил дыхание. — Дыхание замедляется… — прошептал он. — Значит, моя история подошла к концу… Но я рада, что не умерла женой этого шерифа… — прошептала Эсме и даже улыбнулась. — Эсме, пожалуйста… Не говори так… — шептал Адиль. — Я очень любила тебя, Адиль… — голос Эсме стал едва слышен. «Адиль…» Эсме уже 20 лет не называла его так. Адиль застыл. Но сразу наклонился к ней. — И я тебя очень люблю… И всегда буду любить… всегда… Эсме перевела взгляд на дочь. — Малышка моя… Береги себя… Она посмотрела на всех. — Берегите их… Эсме осмотрела всех вокруг, внимательно глядя на лица своих любимых, будто пыталась запомнить каждую деталь. — Я немного посплю… я очень устала… — прошептала Эсме. — Нет… Эсме… нет… Не сдавайся… — почти закричал Адиль. Мир Эсме медленно уплыл. Она сделала последний вдох и её мир погрузился в вечную тьму. Рука медленно опустилась. — Нет… Нет, нет… Она же просто заснула… правда? — прошептал Адиль, смотря на Оруча с надеждой. Но тот опустил глаза, в которых уже собирались слёзы. Фадиме села на холодную землю, смотря на бездыханное тело Эсме. Исо обхватил голову руками и опустился на землю. — Сестра… — прошептал он. Элени уже не сдерживала слёз. — Нет… Моя мама не умерла… Мы должны что-то сделать… должны… — Элени поднялась и пошла в неизвестную сторону. — Мы должны что-то сделать… Мы же врачи, должны… — повторяла она. — Элени… — пытался вернуть её Оруч. — Мы должны что-то сделать… — продолжала она повторять. — Элени… Это конец… — прошептал Оруч. Элени покачала головой. — Нет… И упала на колени. — Мама!!! — её крик разорвал воздух. Оруч подошёл, не в силах смотреть на страдания любимой, и крепко обнял её. Элени прижалась к нему. — Моя мама не может умереть, Оруч… — Тише, моя девочка… тише… — успокаивал он её. Фадиме, глядя на племянницу и брата, заплакала ещё сильнее. Исо поднялся и обнял Фадиме за плечи, как и обещал Эсме — быть рядом с ней всегда. Фадиме прижалась к нему и тихо плакала у него на плече. — Эсме… Проснись… Не нужно спать… — шептал Адиль, гладя волосы Эсме. Скорая приехала. Но… было уже поздно. Элени медленно поднялась с земли с помощью Оруча и пошла к Фадиме. Оруч и Исо попытались помочь Адилю поднять Эсме, но он остановил их. — Я сам, — сказал Адиль. И поднял любимую на руки. Принеся к скорой, он положил Эсме на кушетку. Врачи сразу проверили пульс и дыхание. Один из врачей опустил руки. — Мои соболезнования… Эти слова прозвучали как приговор. Для всех. Но больше всего — для Адиля. Вся надежда на жизнь в нём погасла. — Нет… — прошептал он. Врач достал белую простыню и медленно накрыл тело Эсме. Сердце Адиля разлетелось на части. — Мы повезём её в третью больницу. Потом приезжайте подписать документы, — сказал врач. Дверь скорой закрылась. Машина медленно уехала. Всё живое в Адиле умерло вместе с Эсме. Он побежал к Шерифу, который всё это время молча наблюдал за происходящим, держась за ногу. Он хотел убить его за Эсме. Он накинулся на Шерифа. Удар… ещё удар… — Ты забрал её… Ты… Ты доволен?.. Ты этого хотел?! — кричал Адиль. — Я… не хотел её… я хотел… — не закончил Шериф. Элени подошла сзади. — Он хотел меня… Но моя мама… защитила меня… Она ушла вместо меня, — сказала Элени, и слёзы снова потекли по её лицу. — Ты… хотел навредить моей дочери… но забрал часть моей жизни… Ты не имеешь права дышать! — прокричал Адиль и ударил его снова. — Адиль, успокойся! — кричал Оруч, пытаясь оттащить его. — Папа… — прошептала Элени. И это заставило его обернуться. Он посмотрел на заплаканное лицо дочери. — Я потеряла маму… Не дай мне потерять и тебя… — сказала она. Адиль отступил от Шерифа. Приехала полиция. Шериф уже смирился со своей участью. Ему было всё равно. Он делал всё, чтобы получить Эсме… но теперь всё кончено. Его увели в машину. Элени посмотрела на него взглядом человека, который ненавидит больше всего на свете. Оруч и Исо даже не смотрели на дядю — он перестал существовать для них. Он убил их старшую сестру… их опору… их поддержку… Как это можно простить? Машина с Шерифом уехала. Адиль прошёл несколько шагов и рухнул на колени. Будто ноги больше не держали его. Ещё полчаса назад Эсме стояла перед ним… говорила с ним… Он смотрел на неё и думал: «У нас ещё много времени…» Но теперь… этого времени нет. Она ушла. Сердце уже приняло удар, но разум отказывался верить. Элени подошла и опустилась рядом с ним, прижавшись к нему с одной стороны, сотрясаясь от рыданий. Она потеряла мать, о которой только узнала… Она злилась на неё… да… но теперь злилась на себя — за то, что не поняла, оттолкнула и так рано потеряла. Она защитила её, чтобы Элени жила дальше. С другой стороны к Адилю прижалась сломленная изнутри Фадиме. Какими бы ни были их отношения с Эсме… Фадиме по-своему любила её и в душе называла невесткой. Её смерть сильно сломила её. «Если бы я вовремя выстрелила… возможно, всё было бы по-другому…» — думала Фадиме. Она видела боль племянницы и брата и пыталась казаться сильной. Адиль прижал их к себе, пытаясь держаться ради них. Эсме бы этого хотела… Немного дальше стояли братья Фортуна. Положив руки друг другу на плечи, они оба были сломлены. Эсме была их старшей сестрой, их опорой, всегда рядом. А они не смогли защитить её. Но они дали обещание: девочки Кочари теперь под их защитой. Даже если они сами не захотят — они станут их опорой, их тенью. Так хотела Эсме. Адиль медленно шёл по коридору. Ноги сами вели его, но разум отказывался верить. Рядом шла Элени, с другой стороны — Фадиме, держась за руку Адиля. У двери Адиль остановился и поднял глаза на надпись: «Морг» Сердце замерло. Ноги отказывались идти дальше. Разум не верил. Но Адиль нашёл в себе силы и приоткрыл дверь. Холодный воздух сразу обжёг кожу. В этом помещении не было жизни — только смерть и тишина. Адиль вошёл, почти не чувствуя земли под ногами. Сотрудник спросил: — Вы родственники? Элени кивнула. Врач вышел, оставив их троих одних. Адиль подошёл к кушетке, накрытой белой простынёй. Он медленно поднял её. — Эсме… — прошептал он. Она лежала бледная и холодная. Её лицо сливалось с простынёй. Адиль сел рядом и наклонился к ней. — Прости меня… моя девочка… За всё прости… — он погладил её по волосам. — Я никогда тебя не забуду… Ты моя единственная… посланная Богом… моя Эсме… — прошептал он. — Почему ты ушла… почему оставила нас… Он не сдержался. Слёзы потекли по его лицу. — Но я обещаю тебе — я не сдамся. Я буду жить ради девочек. Обещаю… Он поцеловал любимую в лоб и поднялся. — Доченька… я подожду в коридоре, — сказал Адиль и быстро вышел. Выйдя за дверь, он медленно сполз по стене. — Я справлюсь, Эсме… Ради тебя… Адиль достал кольцо и сжал его в руке. Элени медленно, будто боясь увидеть что-то страшное, подошла к кушетке. Слёзы начали литься рекой. Сзади стояла Фадиме, поддерживая племянницу за плечи. — Мамочка… Ты говорила мне не плакать… но я не могу… Я уже скучаю по тебе… Я жалею, что не провела с тобой больше времени… Но я обещаю — я буду жить дальше. Ради тебя, ради Фадиме, ради папы… Но сейчас я хочу погрустить по тебе… — сказала Элени. Она наклонилась к матери и погладила её лицо. — Я всегда буду помнить тебя… спасибо за любовь, которую ты мне дала… Я очень люблю тебя… И вышла. Фадиме осталась одна. Она подошла и посмотрела на бледное лицо близкого человека. — Ты всегда будешь моей невесткой… Не переживай, я не дам сдаться ни Элени, ни брату… Прости меня за всё… — сказала Фадиме и легко коснулась руки Эсме. Перед тем как накрыть тело простынёй и выйти. ***Кладбище. День похорон. День был пасмурный. Шёл небольшой дождь. Будто небо тоже плакало. Пока тело Эсме опускали в землю, Адиль сидел неподвижно. Он молчал. Не плакал. Он дрожал весь внутри. В его душе каждую секунду разрывали на тысячи мелких кусочков. Будто сейчас его сердце находилось вместе с ней. Элени едва держалась на ногах. Фадиме поддерживала её. Рядом с Адилем находились Исо и Оруч — те дети, которых Эсме воспитала. Она вложила в них душу. Парни не плакали, но внутри их души выли от боли. Гезеп стояла рядом с Адилем, готовая в любой момент подать ему руку. Прокурор Фериде стояла недалеко от Гезеп, плача. Она винила себя в смерти Эсме. «Если бы тогда она пошла отнести те документы… возможно, всё сложилось бы по-другому…» Ильве приобняла прокурора. Женщины поддерживали друг друга, как могли. Зарифе стояла в стороне, почти незаметно, в тёмных очках. Она не осмелилась подойти, потому что чувствовала себя частично виноватой. Ширин Фортуна, после того как узнала о смерти бывшей невестки и о том, кто это сделал, перенесла сердечный приступ. Её душа болела. Она не понимала, как могла воспитать такого сына. Шериф Фортуна был в тюрьме. Теперь ему ничего не поможет. Но ему было всё равно на всё… Похороны подходили к концу. Люди начали расходиться, принося соболезнования. Остались лишь Адиль, Элени, Фадиме, Оруч, Исо, Гезеп и Фериде. Адиль сидел молча, как и в начале, лишь смотрел на могилу любимой. — Эсме… — прошептал он. Элени присела рядом. — Мамочка… Я буду очень скучать… — Адиль… давайте пойдём, — сказал Оруч. Адиль кивнул. — Я ещё приду к тебе, моя единственная… — сказал он. Гезеп помогла Адилю подняться, а Оруч — Элени. Они медленно вышли с кладбища. Каждый из них в этот день похоронил часть себя. ***5 лет спустя Время прошло незаметно. И вот уже 5 лет, как Эсме ушла. Жизнь каждого изменилась, но старая боль всё равно осталась. Элени в прошлом году открыла свою клинику в Трабзоне при поддержке отца. Но не одна — вместе со своим мужем Оручем. Элени нашла в себе силы простить его и была благодарна за поддержку. Все эти годы он был рядом — подавал руку, поднимал, когда она падала. Элени сдержала обещание, данное матери — нашла в себе силы жить дальше. Она не сразу смогла вернуться к медицине, но спустя время решила, что хочет помогать людям. Оруч восстановил медицинскую лицензию и начал работать вместе с Элени — со своей дорогой супругой. Элени всё так же носит фамилию Кочари. Он не стал настаивать, чтобы она взяла фамилию убийцы своей матери. Свое место главы Фортуны он передал младшему брату — Исо. Адиль научился жить с болью. Он так и не женился. Не смог… Он не смог отпустить свою любовь к Эсме. Кольцо Эсме — то самое кольцо — он носит на шее как память о том, что она была единственной. Но он выполнил одно обещание — продолжил жить дальше ради своих девочек: дочери, сестры и маленькой Эсме. Да, Эсме. Трёхлетняя дочь Исо и Фадиме. С длинными волосами, как у матери, и красивыми голубыми глазами, как у отца. Характер — копия Фадиме, а иногда даже напоминает Эсме. В этой малышке Адиль находит своё утешение, свой покой. Фадиме смогла простить и принять Исо. Он был её поддержкой в тяжёлые дни, и она смогла простить. После рождения дочери Исо пришлось защищать не только свою жену-бунтарку, но и маленькую «мини-мафию». Когда она вырастет, она, как и мать, будет ходить с пистолетом. По Эсме они оба скучают. Фадиме не хватает её юмора и подколов, а Исо — её советов и любви. Но они оба держатся ради дочери, ради памяти об Эсме. Фериде и Гезеп поженились. Никто не ожидал, что два абсолютно разных человека смогут быть вместе, но они смогли. Фериде всё так же работает в прокуратуре, а Гезеп часто шутит, что теперь в доме всегда царит закон. Шериф провёл в тюрьме полгода. Ему постоянно казалось, что Эсме рядом и зовёт его. Он не выдержал и покончил с собой в тюрьме. Смерть бывшей невестки, а позже и сына сломала его мать. И менее чем через год Ширин умерла от инсульта. Зарифе после потери близких переехала на окраину Фортуны, живя в маленьком тихом доме. Иногда Исо и Фадиме привозят к Зарифе внучку — и это её единственная радость. Время лечит, но не забирает боль. 25 марта 2031 года Кладбище Дорога туда уже казалась знакомой, будто она ходила здесь каждый день. Пройдя сквозь шуршащие листья, она остановилась у могилы и подняла глаза на надпись: «Эсме Ер 25.03.2026 Любимая женщина Сестра и мать» — Привет, мама… — сказала Элени. Она опустилась на колени. — Я пришла… Сегодня 5 лет, как тебя нет с нами. Я очень соскучилась… Мне так не хватает тебя. Знаешь, говорят, время лечит… Но это неправда. Оно просто притупляет боль, но её след остаётся всегда. Мама, я сдержала обещание. Я вернулась в медицину. Оруч всегда рядом. Он моя опора. Отец старается быть сильным, но даже он становится слабым, когда разговор касается любимых. Он очень тоскует… я это вижу. Он говорит, что я, Фадиме и наша маленькая Эсме — его утешение. Ты бы видела эту малышку… Копия Фадиме, и по характеру тоже… Иногда она даже напоминает нам тебя… Фадиме… Она очень тоскует по тебе. Она говорит, что несмотря на все ссоры, ты была её сестрой. Исо теперь глава Фортуны. Он хорошо справляется с этой ролью — прекрасный глава, — сказала Элени. Слёзы начали течь по её лицу, но Элени быстро вытерла их. — Знаю, ты бы сейчас сказала: «Не смей плакать, не хочу видеть слёз». Но я не могу… я очень скучаю. Мне так не хватает твоих советов… Но ты всегда здесь, — сказала Элени. И достала кулон, который ей дала Эсме перед смертью. — Ты всегда здесь. Это моя память. Я никогда его не сниму… — сказала Элени. Элени поднялась. — Вижу, отец приходил сегодня. Наверное, опять жаловался, какие мы с Фадиме вредные… — сказала она и положила красные розы на могилу. — Я уже пойду, мамочка… Но я скоро вернусь, — сказала Элени, дотронулась до могилы матери и ушла, вытирая слёзы, которые накопились в глазах. Выйдя с кладбища, её ждала машина. Из неё вышел Оруч. — Поедем? — спросил он. Элени кивнула. Оруч открыл ей дверь машины. Элени села. Машина тронулась и через несколько минут скрылась в лесу. Она умерла, но память о ней будет жить вечно. Примечание: Я очень долго работала над этой историей. Не знаю, получилось ли мне передать все чувства и описать все сцены, но я старалась. Буду рада, если вы напишете свои отзывы.