04. Второй этаж

=*= Дочитав книгу, я вложил её обратно в сумку и сверился с диспозицией. К моей великой удаче, я не просто успел дочитать её до того, как закончился воздух, — я ещё и не вылетел из тени корабля под лучи местного светила, чего опасался куда больше, чем тривиального и в чём-то даже гуманного удушения. Примерно через минуту после того, как я застегнул сумку, мы наконец-то влетели в тень, которую отбрасывала сама планета. Не зря, значит, пропустил описание последних двух сцен. Если бы не пропустил — так бы и не узнал, чем же там дело в итоге закончилось. Остался бы без освещения и alles. Выставив перед собой руку, отогнул большой палец и визуально попытался закрыть им пролом на корабле. Точнее, с помощью «подручных» средств я определил примерное расстояние до остова корабля. На максимальном удалении ноготь большого пальца закрывал и пролом, и даже двигательный отсек. А сейчас края пролома были видны по бокам от пальца. Учитывая, что время я отмерял главами книги, которую читал, по моим расчётам, примерно через главу-две (уж не знаю, сколько это в минутах) наступит момент полуоборота… Эм… В общем, по законам орбитальной механики — раз меня выбросило из корабля взрывом, а после этого ни он, ни я активных манёвров не совершали — будучи законопослушными космическими телами, мы скоро снова встретимся. Как говорится: закон суров, но он — закон. Причём он строго физический, а значит взяткой дело «не порешать». Понятное дело, что из-за истечения остатков атмосферы в поражённых взрывом отсеках и прочих независящих от нас обстоятельств встреча будет достаточно приблизительной — плюс-минус сколько-то метров. Но учитывая размеры корпуса, я даже без области, в которой способен воздействовать на материальные предметы, так или иначе, вернусь на борт. — Как же в космосе не хватает рассеянного освещения, — пробурчал я, ориентируясь теперь уже не зрительно — сам корпус было видно отвратительно — а скорее по тому чёрному пятну, которое закрывало собой звёзды. — Чёрт, неужели меня в сторону оттягивает? Зараза! А затем я просто почувствовал, что в области моего воздействия появляются множественные предметы — типа обшивки, элементов декора, мяса… Сосредоточившись, выбрал несколько кусков покрупнее и принялся тащить их на себя Силой с таким усилием, чтобы моё тело ускорилось в желаемом направлении. Так гораздо удобнее действовать, чем от себя что-то отшвыривать. В разы удобнее, прямо скажем. Но тот факт, что корпус уводит куда-то в сторону — это не гуд. — Маневровые движки, что ли, работают? — пугаю сам себя. — Не попаду на борт в ближайшие полчаса, мне кранты. Но как же это всё медленно… Просто ждать. Я не могу ждать. Они же явно ускоряются. — Вечность тянется очень долго, особенно под конец, — вновь бурчу себе под нос, стараясь не сорваться и не ускоряться больше, чем нужно. Но это чертовски сложно, потому что я вообще не очень понимаю, что происходит. Возможно, мне и в самом деле надо ускоряться посильнее. Вообще-то, по здравому размышлению, стоило бы дисциплинированно висеть в пустоте и ждать. Но терпение — ресурс невосполнимый… Особенно для ситхов, даже если они попаданцы. — Быстрее-быстрее, не успеваю же! — впадаю я в ажиотаж и тяну не только выбранные предметы, а вообще всё, до чего могу дотянуться. Строго по закону подлости чёрная область, закрывавшая собой звёзды, стала увеличиваться неожиданно и очень быстро. Говоря по-простому, я ошибся. И сейчас меня разм… =*= Как странно… Видимо, на миг я потерял сознание. Пытаюсь понять, где нахожусь, и даже икаю от неожиданности. Судя по всему, перед самым касанием я успел завернуться в силу, как в одеялко, — поэтому меня и не разметало фаршем по окрестностям. А так — да, я на борту. Как подсказывает мне моё чутьё, я удачно влетел в один из их гигантских иллюминаторов. Из плюсов — я жив, в меру здоров и на борту. Из минусов… В общем, бывшие владельцы каюты — не живы, совсем даже не здоровы, и да, на борту они теперь лишь фрагментами. Прислушиваюсь к себе, к окружающему пространству — и чувствую, как меня наполняет удивительно яркое чувство: стыд. — Так корабль не маневрировал… — запоздало понимаю я. Я просто потерял ориентацию, испугался, понапридумывал себе глупостей — и, судя по всему, с разгона протаранил собою стоящий колом корпус. Мало того что сам чуть не угробился — ещё и ни в чём неповинных обывателей прикончил. — Надеюсь, это были пираты, — шепчу я, стараясь не смотреть на насквозь гражданские останки. — Да-да, это точно были пираты. Просто эти сволочи, зачем-то, переоделись. Убедившись, что выбитый мною иллюминатор закрыт аварийной перегородкой, я позволил себе немного расслабиться. И да, судя по ощущениям, корабль восстановил атмосферу в каюте. Сбросив удерживаемый мною объём воздуха, я вдохнул куда более свежую дыхательную смесь. — А зачем мне куда-то идти? — спросил я сам себя, но, покосившись на останки, понял: нет, я не настолько отмороженный, чтобы спать в этом месте. Встав с пола, я покайфовал какое-то время, привыкая к гравитации. После нескольких часов добротной невесомости ощущения были странные — и в целом прикольные. Впрочем, прикольными они стали только после того, как перестало подташнивать и укачивать. Акклиматизировавшись, я решил покинуть место несчастного случая и, так как дверь была явно заперта, был вынужден выбить её при помощи своих столь удобно работающих сил. Волшебство же — не иначе. Представил себе, как одна часть силы упирается в переборку, а другая — в дверь каюты, и хоп-хны — преграда вылетает, словно пробка из бутылки. — Да твою же мать… Опять! — простонал я, обнаружив чью-то конечность. Но, к моему душевному равновесию, конечность сжимала уже знакомую модель бластера, и я успокоено выдохнул, пробормотав: — Два несчастных случая за пять неполных минут. И куда контролирующие органы смотрят? Бардак! =* Лэр Этьен Диодис *= Не самый молодой представитель вида иктотчи открыл глаза и с омерзением убрал с головы один из пластырей, пропитанных бактой. Первичный захват лайнера обернулся контузией. Пара каких-то щенков хуманского вида мало того что чуть не убила его, так ведь они ещё и любимый и довольно дорогой бластер с бессознательного тела сняли, что взбесило заместителя капитана даже сильнее, чем столь постыдное ранение. Осмотревшись, мужчина обнаружил некоторый некомплект бойцов и явную нервозность тех, кто всё-таки присутствовал. — Какого хрена? — рявкнул пират, выбравшись из капсулы, в которой проходил лечение. — Я же, б*ядь, приказывал оставить на нашем корабле больше бойцов. Это что, старшой дурить начал? — Капитан, не гневайтесь, — подбежал к пирату щуплый ящер. — Да я ещё и не начинал злиться, — начал разнос пират, но неожиданно даже для самого себя остановился и с подозрением переспросил: — Капитан? Я? В каком, б*ядь, смысле?! — Мой капитан, у меня тяжелые вести… — зачастил ящер, но был перебит… ну, в смысле, бедолагу просто оглушило ударом кулака в голову, и его бессознательное тело завалилось под ноги разъярённому иктотчу. — Всё хорошо! Я успокоился, — выдохнув, прорычал пират и указал пальцем на первого попавшегося бойца. — Ты! Рассказывай, что здесь произошло… =*= — Стыдно. Очень стыдно. Если бы мы знали, что будет так стыдно… но мы не знали, — бормочу буквально со слезами на глазах. — А куда идти-то? Где я вообще?! То, что лайнер — судно крупное, это я понял ещё тогда, когда впервые в себя в этом мире пришёл. Но тогда это не было проблемой, потому что у меня не было цели, только путь… А сейчас я хотел бы вернуться в ту уютную «норку», где забазировались юнлинги и были те зачётные рационы питания, но я просто не могу сориентироваться. По ощущениям, я иду в нужную сторону, но тут всё совершенно не так, как я видел по пути к логову юнлингов. — О! — обрадовался я, заметив характерный силуэт. Сорвавшись с места и даже помогая себе Силой, я почти успел догнать пирата, но меня заметили раньше, чем хотелось бы. Заградительный огонь одной длинной очередью, буквально на всю ёмкость батареи бластера. Очень неприятный и ужасающе действенный метод. Плазма — это больно, поэтому я больше не пру напролом, а этим сволочам только того и надо. Пока я прорываюсь через залипшие в воздухе бластерные болты, эти сраные кальмары успевают применить гранаты. Гранаты — ещё более поганая вещь, чем плазма, поэтому мои возможности и вообще нивелируются в ноль. — НЕ СМЕТЬ!!! — уже просто истерично ору я, но нет. Видя, что я смог избежать взрыва, пират последней гранатой подрывает сам себя… Опять неудача. Автоматическая система начинает заливать горящий коридор чем-то похожим на воду — чем-то, что при попадании на кожу не делает её влажной, да и на одежде следов не остаётся. Огонь уже знакомо тухнет. Копоть и гарь всасываются системой вентиляции, и только изуродованные стены и кое-что из амуниции напоминает, что недавно тут что-то произошло. — «Норку» юнлингов я найти не смог. В плен меня тоже не берут… делать-то что? =* Лэр Этьен Диодис *= — … а через два часа на борт десантировался ещё один. Он проник через каюту на втором ярусе. Этот гребаный джедай принялся мочить ребят с особой жестокостью. Он гоняется за ними и глумится перед смертью, утверждая, что хочет сдаться и что он не хочет ничего плохого. — Конченая мразь, — скрипнув зубами, процедил новый капитан пиратов. — Ёб*ные джедаи! Присутствующие в помещении головорезы согласно закивали. — Вот что, — осознав всю глубину проблемы, новый капитан покрутил головой и, увидев нужного разумного, поманил его пальцем. — Ходь сюды. — Слушаю вас, господин капитан, — боязливо вжав голову в плечи, неуверенно пробормотал довольно невзрачный хуман. — Вот что, ледоруб, заблокируй второй ярус по чёрному протоколу и сбрось из него атмосферу к хаттовой матери. — Слушаюсь, — взбледнув, подтвердил приказ пиратский хакер. — Остальным приказываю грузить «скот» в порядке рентабельности. — Капитан, мы бросаем «приз»? — уточнил один из уцелевших десятников. — Если этот гребаный фанатик сдохнет без воздуха, то нет, — хмуро процедил новый капитан. — А если не сдохнет, то придётся бросать… Всего четверть парней выжила. Такими силами мы разве что движки и рубку сможем контролировать. =*= — Чудно-чудно, — устало бурчу я, уже привычно обжимая остатки атмосферы вокруг себя. Нет, честно, если бы я знал, что всё так обернётся, я бы этих юнлингов отмудохал, связал, а сам бы лёг спать. К слову, пелена безразличия сменилась усталостью и раздражением. Кажется, произошедшее меня порядком взбодрило. Впрочем, это и не удивительно. За несколько часов экшена больше, чем за… впрочем, не важно. — Да уж… чтение порнушки в открытом космосе — это вам не банальное любование рукотворными звёздами, расцветающими в черте города. Отсмеявшись, я утёр скупую слезу и растерянно замер. По моим ощущениям, там, за потолком, воздух есть. И, вроде бы, жизнь тоже ощущается. — А тут что, второй этаж есть? — заинтересовался я этим феноменом и принялся прислушиваться к своим приобретённым в результате попадания в этот мир не совсем человеческим органам чувств. — Так… а как мне туда подняться?