Часть 1.

Уединение в тихом, неприметном для прочих глаз месте, мягкое освещение, касающееся лишь книжных страниц, манящий шелест и одухотворяющий запах книг, в которые можно погрязнуть с головой, — всё это сопровождало Мелиссу в те моменты, когда она уходила в себя и искала себе утешение после утомительных дней, проведённых в условиях вынужденной социализации и контакта с окружающим миром. Истории, читаемые ею, были раскрыты перед ней и оттого казались проще всяких людей. Книги вызывали у неё искреннюю усмешку, заставляли её плакать и побуждали к философским размышлениям — в общем, книга всегда служила Мелиссе верным другом и советчиком, на которого она могла положиться и которому могла довериться. Во многом из-за этого она мечтала работать в подобном мирном и спокойном месте. Когда дело с робототехникой в гору не пошло, Мелисса незамедлительно вернулась к варианту, о котором грезила с не меньшей страстью. Поэтому, каждый день приходя в одно и то же время и место, она не чувствовала бездонной пустоты и выгорания, прячущегося где-то за углом, — казалось бы, обязательных спутников людей с таким графиком работы — напротив, она всегда с удивительным (порой даже для себя) трепетом распахивала двери библиотеки. Большая часть утренней рутины также лежала на ней: возвращала книги на полки, включала компьютер и подготавливала рабочее место. Мелисса, эта девочка, которая презирала старшую школу, никогда не воспринимала как должное и окончила её с Божьей помощью, теперь надевала белую рубашку и чёрные брюки, завязывала высокий хвост и с особой тщательностью протирала стёкла своих очков. Её коллеги отшучивались, что Мелиссе осталось недолго до перехода к длинным и нелепо цветастым платкам на плечи, но та лишь закатывала глаза и строго на них смотрела, называя это «вздорным стереотипом». Мелисса придерживалась делового этикета везде, где только можно было, — из всех сотрудниц и сотрудников она входила в группу самых правильных, — но один злополучный весенний день посмел пошатнуть всю ту систему правил, которую она кропотливо выстраивала на протяжении всего времени работы в библиотеке. Дождь за окном был беспощаден, и это стало окончательно очевидным, когда новый посетитель перешагнул порог библиотеки. Вызвавший характерный трезвон дверного колокольчика и вошедший внутрь незнакомец представлял из себя долговязого и бледного, почти как лист нетронутой бумаги, юношу, чьи тёмные пряди волос прилипли ко лбу и чьё чёрное пальто промокло до нитки. Лицо заскучавшей у стойки администратора Мелиссы озарилось ярче любого солнца, стоило ей обратить всё своё внимание на черты этого молодого человека: острый подбородок, насупившиеся несерьёзные брови и вечно прищуренные карие глаза. В тот же миг Мелисса забыла, что она библиотекарь и находилась на рабочем месте, и откровенно пялилась на парня, словно влюблённая школьница. Лишь спустя несколько секунд, которые казались бесконечными, она заметила на его возникнувшие трудности с зонтиком, отказывавшим закрываться. Мелисса, как человек ответственный (и пожелавший оставить о себе правильное первое впечатление), вскочила со своего рабочего места и подошла к гостю. — Позвольте мне помочь, — зонтик в её руках вдруг стал покладистым, и только тогда механизм сработал. Она учтиво положила зонт в специальное место, дабы тот смог высохнуть. Дюк, до сих пор испытывавший остатки злобы от того, что попал под дождь, да ещё и с полурабочим зонтом, окинул взглядом Мелиссу — её имя он узнал по бейджу на рубашке, — и исходившее от неё тепло сумело успокоить его напрасный гнев. Честно признаться, их заметный контраст в образах привлёк не мог обойти его стороной. — Спасибо, — смущённо пробормотал он, но достаточно громко, чтобы она услышала. — Что я могу предложить Вам почитать? — вежливо спросила Мелисса, возвращая себе лицо библиотекаря, однако блеск воодушевления в её глазах выдавал её нетерпение. Девушка сложила руки спереди и, сама того не заметив, наклонила голову набок, точно любопытный щенок, преданно ждущий ответа хозяина. Ощутив медленно розовеющие щёки, Дюк неловко откашлялся в ладонь: — Вообще-то я хотел найти что-нибудь из готической литера— — Второй этаж, тринадцатый стеллаж слева, — не дав ему договорить, сразу объяснила дотошная Мелисса. Сказать, что Дюк опешил, — это ничего не сказать. Позабыв про надоедливые влажные волосы, он задумчиво почесал затылок. — А у Вас есть анатомические атласы? — спросил он её из чистого любопытства и скрытого желания проверить, действительно ли она прошерстила всю библиотеку. Мелисса призадумалась и поправила оправу очков, но всё-таки ответила: — Второй этаж, стеллаж у левой стены, но под них выделено лишь пару полок… Между парнем и девушкой возникла неловкая тишина, нарушаемая разве что каплями дождевой воды, всё ещё капавшей с верхней одежды Дюка. Тогда Мелисса опомнилась. — Ой, да что же это я! Давайте я проведу Вас в гардероб, покажу Вам тут всё и проведу к нужным книгам, — девушка начала приближаться к ступенькам вниз, безмолвно указывая ему следовать за ней. * * * После проведённой экскурсии по библиотеке Мелисса оставила Дюка наедине со стопкой книг, которые он увлечённо просматривал. По крайней мере, Дюк думал, что он один. Мелисса же на самом деле находила себе «очень нужные» занятия: сортировала книги по алфавиту, демонстративно, но всё ещё негромко — библиотека всё-таки — жалуясь на недобросовестных посетителей, которые не удосуживаются возвращать книги на свои места, несмотря на то, что сортировкой она занималась и без этого каждый день; протирала пыль на полках, причём очень, очень неспешно; а порой брала лестницу и совершала либо первое, либо второе, либо всё вместе. Пока Дюк, совершенно не замечая (или делал вид, что не замечал), какие операции ради него проводились, высох, Мелисса конкретно взмокла. В конце концов она сдалась и продолжила наблюдать за ним, сменив работницу на абонементе. Ныне Мелисса уже не скрывала своей влюблённости перед коллегами, откровенно восхищалась и витала в облаках, подперев щёки обеими ладонями. По неизведанной причине она была одержима видом его, сосредоточенного на чём-то, что заставляло его взгляд заостряться; его, трепетно касающегося страниц книги и аккуратно перелистывающего их… От той строгой и педантичной Мелиссы, которой она являлась ровно до сегодняшнего дня, явно осталось ничего. Мелисса могла бы так таращиться на него до самого закрытия библиотеки, если бы не сам объект её новообретённого обожания, который обратился к абонементу, чтобы взять несколько приглянувшихся ему книг. Девушка мгновенно упала с облаков на землю пятым местом и растерянно спохватилась за сканер штрихкодов, не смея поднять на парня своих глаз. Она решила отвлечь себя книгами, в которые профессионально быстро вложила чеки и протараторила срок сдачи книг, однако это слабо помогло. Когда Дюк отстранился от абонемента, Мелисса всерьёз глубоко задумалась о своём до ужаса неловком поведении и заволновалась, не отпугнула ли она потенциально постоянного посетителя библиотеки. «Запиши это в свой личный дневник, Дюмариас: "25 апреля — первый убежавший в страхе посетитель"», — наверняка всплыло в её голове. Печалилась Мелисса ровно до тех пор, пока не заметила странную бумажку на краю стола. Рука неуверенно взяла записку, и девушка пробежалась по ней взглядом. На бумажке было выведено имя Дюка и его номер телефона. Лицо Мелиссы озарилось радостью вновь, и она в щекочущем предвкушении ярко покраснела. Сегодня вечером, впервые за вечность, библиотеку закрывать будет уж точно не Мелисса. Её дома ожидали дела куда важнее…