Часть 1

Воздух в тренировочном зале спертый, закрытые окна не дают проникнуть даже легкому ветерочку, что создаёт эффект парилки. Райна и Ксандр сошлись в центре. Внеплановый спарринг, тренировка, которую посреди раннего утра решил организовать Хейс. — Рейн, если тебе нравятся блондины, могла просто сказать, — Ксандр ухмыляется, уклоняясь от её захвата. Глаза остекленели от ревности, кулаки сжаты. — Вкус у тебя конечно хуёвый, как по мне брюнеты намного эффектнее. Райна взрывается. Бросок через бедро — но он гасит её инерцию плечом. — Ксандр, о чём ты, мать твою, говоришь? Она теряет контроль на долю секунды. Этого достаточно. Он выворачивает ей плечо — жестко, почти до хруста, и прижимает спиной к холодной стене. Пот стекает по его виску. Ухмылка превращается в оскал. — Милая Рейн, ты думала, что можешь морочить мне голову? — Блять, ублюдок, — шипит она сквозь боль, изворачиваясь. — Ты про что сейчас вообще говоришь? Он наваливается всем весом. Жар тела сквозь мокрую ткань. — Хватит притворяться. Ты же знаешь, что я ненавижу, когда мне лгут. Теперь её очередь. Рывок — и Ксандр летит на маты, она наваливается сверху, колено на груди, кулак занесён. Ярость и ненависть кипят в крови, заставляя её говорить резко, словно выплевывая яд. — Я понятия не имею, что ты там себе придумал! Он сбивает её ударом по ногам и они меняются местами. Контроль снова у него, его горячее дыхание у её губ, едкая ухмылка адресованая подчинённой. — Ну как же, крошка, хватит притворяться. — Он проводит костяшками по её щеке, имитируя ласку. — Чего тебе не хватало? — Хейс, лучше объясни, хватит вилять. Он смеётся – зло, надрывно. После чего парирует её реплику. — Ой, милая, дорогая, виляешь задом тут только ты. — Ублюдок. Она выныривает из-под него, захватывает руку на болевой. Он не сопротивляется, а смотрит, как кот, что охотится на мышь. В груди адская сместь из ревности и желания. Желания поддаться, позволить ей победить, но ревность съедает изнутри, не оставляя шанса подыграть. — Чего тебе было мало? — голос становится тише, опаснее. — Ласки? Нежности? Мне нужно было стараться лучше? Девочка, ответь. — Да твою мать! Как ты достал, — она заламывает ему конечность, обездвиживая окончательно. Колено давит на поясницу. — Скажи уже прямо, чего ты хочешь от меня. Тишина. Слышно, как хрустят маты, прогибаясь под весом их тел, как ритмично щелкает минутная стрелка в часах на стене. — Тебя. — Ксандр выдыхает, не пытаясь вырваться. — Тебя хочу. И ни с кем не хочу делить. Чего тебе было мало, что ты начала любезничать с Максом? Райна замирает. Очередной удар не состоялся. — С какого хрена ты решил, что у меня что-то с Максом? Он выворачивается, скидывая с себя девушку, выбивая из её груди глухой стон и занимая позицию атакующего. — Я мужчина, Райна. И я прекрасно вижу, как вы воркуете. — Его пальцы сжимают её запястья. — Свернул бы шеи обоим. — Ты что, ревнуешь? — Девушка пытается отбиться, но он держит мертво. — Ебнулся? Или тебя приложили головой? — Как можно быть такой сукой? — Ксандр припечатывает её лопатками к мату. — Признайся, он уже успел залезть тебе в трусы? Как далеко вы успели зайти? Она взрывается, пользуется моментом, вырывая запястье из его хватки, оказывается сверху. Бьёт наотмашь, нанося удары по лицу, по челюсти. Он терпит каждый из них, не стараясь увернуться. — Какой же ты козёл! За кого ты меня держишь? Думаешь, я сюда развлекаться пришла? Среди сплошных тренировок, учений и инъекций нашла время трахнуть кого-то на стороне? Ксандр принимает очередной удар. Губа трескается, но он лишь слизывает кровь. Ухмылка сползает в нечто дьявольское. — Отрезвляет, но слабо. Ударь посильнее, давай, детка, не жалей сил. — С радостью. Пощёчина. Ещё. Ещё. Новый удар опять приходится на его губу и под натиском она лопается окончательно, алая струйка спускается от губы к подбородку, что заставляет Хейса прийти в себя моментально. Рывком меняет их местами. Девушка вновь жестко приземляется на маты, приоткрывая губы в рваном вздохе. Ксандр смотрит долю секунды на её алое, запыханное лицо, на светлые волосы, водопадом рассыпавшиеся по мату и целует. Райна колотит его по плечам, по груди — он хрипит, колотит по спине, пытается оттолкнуть. Каждый удар гаснет в нём, как разбиваются даже самые сильные волны о скалы. А потом руки сами обвивают шею. Губы разжимаются, девушка позволяет его языку проникнуть в её рот, разрешает вторгнуться в личное пространство. Она плавится от злости, от усталости, от невозможного желания. Её попытки оттолкнуть превратились в отчаянное желание притянуть его ближе, нежность и слабость отогнали все негативные эмоции. Хотелось остаться в этом моменте навечно. Отпуская её губы из плена своих Ксандр едва дышит. Райна, готовая секунду назад убить этого подонка заливается краской. Глупое смущение, абсолютно неестественное, учитывая сколько раз подобное происходило между ними. – Ничего не хочешь сказать? Райна впивается вглядом в расслабленное лицо мужчины, заставляя его надеть привычную маску высокомерия. Его руки по обе стороны от её лица, упираются в маты. Её ладони всё ещё лежат на его шее, путаются в мокрых волосах на затылке, а потом бессильно падают. Ксандр усмехается одними уголками губ. – Нет, крошка. Это ты не ответила на мой вопрос. Она дёргает плечом, пытаясь сбросить наваждение. Глаза сужаются, а злость постепенно начинает возвращаться. – Я жду извинений. Ксандр лениво качает головой, не меняя позы. Носок его кроссовка касается её лодыжки. – Извинений за что? Райна, неужели ты хочешь заставить меня чувствовать себя неловко? Отвечай на вопрос. Внутри поднимается волна негодования, всё её спокойствие стёрто его надменностью и она срывается практически на крик. – Как тебе вообще пришло в голову, что между мной и Максом что-то есть? – Её пальцы впиваются в его предплечья. – Но если тебе это так важно услышать, чтобы потешить своё убогенькое эго, то нет, Ксандр, я не трахалась с Максом. Она выплёвывает это ему в лицо. В висках бьётся пульс, голова готова взорваться от напряжения и негодования. Ксандр выдерживает паузу. Внимательно всматривается в её лицо, считывая каждое изменение в мимике, после чего расплывается в нахальной улыбке, самолюбие восстановлено. Он – единственный. – Вот и замечательно, милая – выдыхает он. – Я получил то, чего хотел. Он откатывается в сторону одним плавным движением, встаёт на колени, а затем поднимается на ноги, протягиваея ей раскрытую ладонь в жесте примирения. Капитуляция? Райна машинально хватается за его руку, опирается на ноги. Он поднимает её с матов, легко ставит на ноги, совершенно не ожидая подвоха, что дорого ему обходится. Рывок. Болевой захват на запястье и Райна выворачивает его руку так, что Ксандр вынужден прогнуться и присесть, чтобы не хрустнули кости. – Я жду своих извинений. – Отчеканивает ледяным тоном девушка. – Ты должен извиниться передо мной. Он не кричит. Не вырывается. Вместо того мужчина подаётся вперёд, пользуясь промедлением девушки и ослабшей на миг хваткой. Встречает её движение своим, после чего разворачивается, ныряет под руку и в одно мгновение оказывается у неё за спиной. Железное кольцо рук смыкается на её плечах и груди. Он прижимает её спиной плотно к своему торсу, почти до хруста костей, лишая шанса на ответный удар. Извращённое объятие-удушение, сковывающее девушку и его губы у её уха. – Прости, дорогая, – шепчет он с издевкой, от которой хочется с силой ударить затылком ему в нос. – Что усомнился в твоей верности. Устраивает? Райна замирает. Дышит тяжело, не может вздохнуть полной грудью, от чего внутри слышни отголоски паники. – Нет, Ксандр. – Она откидывает голову ему на плечо, позволяя себе на секунду расслабиться, понимая всю безысходность своего положения. – Дело не в верности. А в том, что ты посчитал меня шлюхой. И о какой верности может идти речь? Мы не вместе. У нас нет официального статуса. Он молчит секунду. Затем смеётся, бархатистый хохот отдаёт вибрацией в каждой клеточке её тела. – Крошка, – его голос становится почти ласковым, от чего мурашки ползут по позвоночнику, – а ты не заметила, что я – единственный человек, с которым ты себя объединяешь в «мы», «нас»? Мы, моя маленькая мисс Рейн, вместе. Разве не ясно? Райна вырывается резким движением, разрывая его захват локтем. Отступает на шаг, пятится. – Самодовольный хорёк! Вся её нежность и возбуждение, которые секунду назад заливали лицо краской, снова заменились на ярость и обиду. Она сжимает кулаки, словно готова броситься на Ксандра. Но Ксандр не принимает бой. Он поднимает руки в жесте «сдаюсь» и делает шаг назад. Лицо делается строгим, безэмоциональным, хотя даже в этом ощущается насмешка. – Рядовая Рейн, – говорит он ровно. – Можете вернуться к своим обязанностям. Тренировка окончена. Поворачивается. Идёт к выходу из зала, даже не оглядываясь. Девушка плетется следом, в растерянности от произошедшего. У самой двери галантно пропускает её вперёд жестом показывает на проём. Райна проходит мимо него, не удостаивая Ван Хейса даже взглядом. Желания играть в эти игры больше нет. Она почти выходит в коридор, когда его рука перехватывает её запястье и резко разворачивает. Он прижимает её к косяку всего на миг, только чтобы поцеловать в щёку. Губы скользят к уху, чтобы сказать всего одну фразу. – Прости, милая, – шепчет он совсем тихо, без тени насмешки. – Я был не прав. Ксандр отпускает её так же внезапно, как схватил, быстро уходя в противоположный конец коридора, не обернувшись. Подошвы стучат по плитке всё тише, пока не затихают за поворотом. Райна остаётся стоять пораженной, с рукой, мягко прижатой к щеке — туда, где только что горели его губы.