Часть 1

      — Они опаздывают, — вздохнула Кагами, глянув на часы.       — Ума не приложу, как я на это согласился? — ворчал Феликс, стоя рядом с ней. Он был мрачнее тучи: не хватало только, чтобы молнии искрились вокруг, — Надеюсь, нам не придётся одновременно целоваться? Я этого не вынесу. Кагами усмехнулась и положила руку ему на плечо.       — Я понимаю, для тебя это личное; но они так просили,— сказала она,— Вспомни только радость Адриана.       — Ладно, — проворчал Феликс, — Все ради Адриана.       — И Маринетт, — добавила Кагами.       — И Маринетт.       — А вот и мы! — воскликнули Адриан и Маринетт, запрыгивая со спины на шеи Феликса и Кагами.       — Надеюсь, вы не сильно заскучали без нас, — говорила Маринетт, вручая Кагами пакет из крафтовой бумаги, — Шукеты для лучшей подруги на свете и ее парня!       — Нет, было чудесно, — бросил Феликс.       — Узнаю Феликса! — рассмеялся Адриан, хлопая его по плечу, — А то я уж думал, Кагами точно тебя кем-то подменила!       — А теперь, мороженое Андре! —воскликнула Маринетт, и они потащили Кагами и Феликса за собой. Закатное золото разлилось над Парижем, крупными огнями засверкало по водяным складкам Сены, вспышками пламени отразилось в окнах старинных домов. Теплый летний вечер; его тихое спокойствие нарушал только нежный ветерок. И бурная радость Маринетт и Адриана.       — Андре! — воскликнула Маринетт, когда они подошли к прилавку с мороженым, — Давно не виделись!       — Надеюсь, ваши дела идут хорошо! — добавил Адриан.       — Лучше некуда! — воскликнул Андре в ответ, — Кого вы сегодня с собой привели? Ого, Кагами! Представишь мне своего нового друга? — Андре вперил в Феликса взгляд, полный любопытства.       — Здравствуй, Андре! Это Феликс, — сказала Кагами, улыбаясь, и щеки ее слегка подрумянились.       Феликс стоял, как на иголках, медленно краснея.       — Здравствуйте.       — Я ждал этого дня! — горячо воскликнул Андре, — Отныне никаких разбитых сердец! Посмотрим, каким бы вкусом закрепить вашу любовь? Андре обратил взгляд к прилавку, к коробкам самого разного мороженого. В одну руку он взял стаканчик, в другую- большую ложку. Еще раз мороженщик бросил намётанный взгляд на ребят.       — Для вас двоих- ежевика и мята! Взрывоопасная вещь, как нарочно! Но противоположности сходятся, это уж точно! — он вручил Адриану и Маринетт мороженое, и те его поблагодарили, — А для вас…       Он остановил испытующий взгляд на Кагами и Феликсе, держа ложку над мороженым. Тут лицо его осенилось мыслью.       — А для вас: апельсин и пломбир с шоколадной крошкой- ягода сверху и корицы немножко! — заговорил мороженщик, работая ложкой, — Сочетания вкусов терпкие, зато узы любви крепкие! — он протянул им стаканчик с воткнутыми ложечками для каждого. Кагами и Феликс вместе взяли его.       — И знайте, молодые люди, мое мороженое творит чудеса! — добавил Андре, — Веришь ли ты в чудеса, избранник Кагами? Без веры ничего не получиться!       — Чудеса меня прямо-таки преследуют, — усмехнулся Феликс. Андре проводил компанию взглядом и утер слезы умиления.       — То есть он даже не дает выбрать, какое мороженое хочешь, — размышлял Феликс вслух, — Это какое-то насилие.       —Феликс, он подбирает мороженое, опираясь на характеры. Представляешь, как он хорошо знает людей! — отвечал Адриан. Феликс только глаза закатывал.       — Давайте сядем здесь! — сказала Маринетт, указывая на берег Сены, но вдруг брови ее подскочили. Над Парижем раздался рев и показалась огромная фигура акуматизированного злодея.       — Подождите, мне нужно купит салфетки! — воскликнула Маринетт, вручила Адриану мороженое и убежала.       — А я… Пойду куплю воды! — Адриан спихнул мороженое на Феликса и исчез. Злодей пускал огненные сгустки. Дом на другой стороне Сены вспыхнул, раздались крики, люди бросились прочь в разные стороны. Кагами и Феликс стояли с мороженым, не шелохнувшись, и смотрели, как Леди Баг и Кот Нуар прыгают по крышам.       — Тебе никогда не приходила мысль, что Адриан- это Кот Нуар? — задумчиво сказал Феликс, — Понимаю, звучит глупо, но что Адриан, что Маринетт так плохи в хранении тайны личности, что я не удивлюсь…       — Не знаю, кто он,— воскликнула Кагами, почувствовал электрический укол камня чудес,      — А вот я- Рюко, и меня зовут,— она вручила мороженое Феликсу и исчезла.       — Серьезно!? —воскликнул Феликс, оставшись один на пустой улице с двумя мороженными. Он вздохнул и сел на край берега, свесив ноги над водой. Ему открылся отличный вид на битву супергероев.       — Интересно, какое мороженое вкуснее? — сказал он сам себе и тайком откусил немного от чужого. Вокруг летали осколки, огненные шары, все гремело и кричало, — Нет, наше с Кагами определённо лучше, — заключил он и откусил своего мороженого. Наконец над Парижем пронеслись божьи коровки, и чудесная Леди Баг вернула все на круги своя.       — Ты не скучал? — спросила Кагами, появившись над Феликсом из неоткуда.       — Нет, мы с мороженым отлично проводим время, — ответил он, кусая пломбир, — Присоединяйся. Кагами опустилась рядом с Феликсом и взяла ложечку.       — Я никогда не пробывал волшебное морожено, сидя с кем-то на берегу Сены, — сказал Феликс, глядя в воду, и тихо улыбнулся. В эти мгновенья он становился самим собой; сбрасывал непроницаемую маску и открывался- ей, Кагами! Ей одной.       Его душа, чувства, мысли, надежды, радости, горести, прошлое, настоящее, будущее- под замком. И только у нее есть ключ.       В эти его тихие мгновенья, когда он открывался весь, со всей уязвимостью, Кагами понимала, как сильно, безмерно, бесконечно любит его! И как должен любить такой человек, как Феликс, доверяясь настолько, что готов сбросить броню.       — У тебя лицо в шоколаде, — искристо улыбнулась она и потянулась стереть след.       Она столкнулась с теплым взглядом, пронизывающим ее до глубины души, взглядом, от которого у нее побежали мурашки по коже. Она стерла след, но не отстранилась. Они вглядывались в лица друг друга. Слова им вовсе не были нужны, чтобы сказать, как они любят. Их лица притягивались.       — Они такие милашки!.. — донесся откуда-то шепот, и влюбленные испуганно огляделись.       — Тише!.. — но уже было поздно. Кагами и Феликс вперили разгневанные красные лица в говорящий куст. Из-за него вышли Адриан и Маринетт.       — Салфеток не оказалось! — сказала Маринетт, уводя взгляд.       — Воды тоже, — подхватил Адриан.       — Какое совпадение, — буркнул Феликс и отвернулся.       Адриан забрал у него мятно-ежевичное мороженое (тактично не заметив отсутствие ягодки сверху), и они с Маринетт устроились рядом. * * *      — Свидание в клубе фехтования? — задавался вопросами без ответов Феликс, стоя посреди зала со шпагой и рассматривая шлем, — Серьезно?       — А что, испугался? — весело воскликнула Кагами, пробегая мимо и становясь напротив него. Глаза ее хитро блеснули.       — Ничуть, — Феликс нацепил шлем и выставил шпагу.       Схватку Маринетт и Адриана едва ли можно было назвать схваткой; оба они несмело делали выпады, отступали, краснели, чесали затылки и извинялись, стоило шпаге слегка коснуться противника.       Кагами же обрушила на Феликса поток молниеносных ударов. Шпага его вылетела из рук, сам он повалился на пол и теперь умолял о пощаде. * * *      — Каток? — задавался новыми вопросами Феликс, рассматривая открывшуюся перед ним гладь льда, — В июле? Серьезно?       — Ты знаешь Маринетт, — сказал Кагами, вручая ему пару коньков.       Адриан и Маринетт катались так, будто были одни. Они краснели от холода и движения, от столкновения взглядами и от переплетённых рук. Не хватало только романтической музыки, кода они замерли посреди катка и лица их потянулись друг к другу.       Позади Феликс нес Кагами, обвившую руками его шею. Возвращалась Кагами, уже неся Феликса, растопырившего руки в позе ласточки. Они пытались повторить какой-то номер из олимпийских игр. Поцелуй же Адриана и Маринетт закончился тем, что в них влетели потерявшие равновесие Кагами и Феликс. Кстати, ужасно довольные собой. * * *      — Боюсь представить, Маринетт, сколько у тебя еще идей, — сказал Феликс, принимая в руки пачку карандашей.       — Ты совершенно прав! — Маринетт отметила в блокноте галочкой пункт «Клуб по рисованию».       Каждая пара должна была вместе нарисовать рисунок. Адриан и Маринетт бурно принялись за дело; с их половины стола доносились восклицания, восторги, смех; цветные карандаши летали по бумаге, вырисовывая хомячков, дом на берегу моря, трех младенцев и свадебные наряды. Лица светились от счастья.       Кагами и Феликс рисовали почти молча. Видимо, понимали друг друга без слов. Маринетт не сдержала любопытства, глянула через плечо Кагами на листок и изменилась в лице.       — Вы с Феликсом получились очень хорошо, но… почему мадам Цуруги лежит на земле?.. — несмело сказала она, — Что-то подсказывает мне, что она не загорает. И Кагами все устраивает?       — Да, — сказала Кагами, — Мне нравится, — и продолжила рисовать улыбающееся солнце в углу листа.       — Ладно, — сказала Маринетт и отошла, — Понимаю, вы на своей волне… * * *      Темнело. Звезды робко загорались на бархатном парижском небе. Ребята стояли на улице, только Адриан отошел на несколько метров дальше к автобусной остановке, чтобы посмотреть расписание. Компании хотелось посмотреть салют с Эйфелевой башни, но они боялись, что не успеют.       — Такси не вызвать- везде пробки, — задумчиво сказала Маринетт, глядя в телефон.       — Не понимаю, у нас у всех есть камни чудес, — говорил Феликс, — давайте просто доберемся по крышам.       — У Адриана нет, — сказала Кагами, — И он не должен знать, кто такая Леди Баг.       — Ну так дайте ему камень чудес, — воскликнул Феликс, — Я бы на его месте обиделся. У всех есть, а него нет. Это несправедливо.       — Автобусы ходят, — подошел Адриан, — Но редко.       — Адриан, — сказал Феликс, кладя ему руки на плечи, — Ты ведь прекрасно знаешь, что у меня есть камень чудес павлина, да?       — Да, — согласился Адриан, недоумевая, — И кстати, то, как ты его получил…       — А у Кагами- дракона?       — Ну да, — пожал он плечами, — Но вообще-то вы должны были хранить это в тайне…       — Отлично! — воскликнул Феликс, — Тогда мы с Кагами подбросим нас до башни.       — Но Феликс, — возмутился Адриан, — Нельзя использовать камни чудес в личных целях!       — Да брось, — усмехнулся Феликс, — Леди Баг даже не узнает! — он заговорщически подмигнул ему. Маринетт поджала губы, глядя на все это, но согласилась- только если Леди Баг не узнает!       Вскоре Рюко уже несла Маринетт, а Аргос- Адриана. Ночной Париж расстилался перед ними: загорались окошки, гудели машины, блестели в золотом свете фонарей каналы. Ребята забрались на самую вершину башни, мерцающей золотыми огоньками.       — Элитные места, — сказал Феликс, отпуская Адриана на пол.       — И незаконные, — добавил Адриан, — Хотя кому я это говорю.       Но тут раздался хлопок. Сгусток света, свистя и шипя, взвился в небо. Хлопок побольше- и он рассыпался на множество крошечных мерцающих осколков. Начался салют. Ребята завороженно смотрели на россыпь разноцветных огоньков в ночном небе. Сердца их замирали от грохота и восторга. Руки Кагами и Феликса соединились. Соединились руки и Адриана и Маринетт. Этот вечер они запомнят на долго. * * *      — Ну как тебе, мой милый? — сказал Кагами, прощаясь с Феликсом. Он в образе Аргоса отнес ее домой и отпустил на балконе.       — Милый? — воскликнул Феликс, залившись румянцем, — Ты назвала меня милым? Кагами улыбнулась и поцеловала его в щеку.       — Возможно, двойные свидания- это не так уж и плохо, — сказал сияющий от восторга Феликс.