Овертайм

      Свисток на начало первого дополнительного тайма прозвучал, и трибуны снова взорвались. Стадион «The Hawthorns» жил своей жизнью — крики, барабаны, шарфы, взлетающие в воздух. Фанаты «Ястребов» скандировали, сектор «Гризли» отвечал им с удвоенной силой.       На поле игроки выглядели уставшими. Видно было, как тяжело дышат защитники, как нападающие с трудом набирают скорость. Но никто не сдавался. — Терпим! — крикнул Артур, пробегая мимо своих. — Терпим, пацаны. Осталось полчаса.       Первые десять минут прошли в осторожной борьбе. Никто не хотел рисковать — ошибка в овертайме могла стоить всего. «Ястребы» пытались давить, но «Гризли» стояли стеной.       Джеймс Смит получил мяч у штрафной, попытался пройти мимо Артура — капитан «Гризли» выбил в подкате. Смит упал, вскочил и что-то выкрикнул в сторону Артура. — Слабаки! Где ваша сталь?       Артур даже не посмотрел в его сторону. Поднялся, отряхнулся и побежал назад. — Не работают твои штучки, Смит, — бросил пробегавший мимо Мэтью Стоун, капитан «Ястребов». Он усмехнулся и покачал головой. — Никто не ведётся. Зря стараешься.       Джеймс сжал зубы, но ничего не ответил. Провокации и правда не работали. Гризли были сосредоточены на игре — на мяче, на позициях, на каждом движении.       На 13-й минуте первого овертайма Леон отдал разрезающий пас на Кибпли, но вратарь «Ястребов» сыграл на выходах. Мяч отскочил к Андре Барсу — удар! Выше ворот.       Тренер «Ястребов» заорал со скамейки, требуя концентрации.       Первые пятнадцать минут закончились без голов. Счёт остался 2:2. Команды поменялись воротами. Впереди — последние пятнадцать минут финала.       Игроки пили воду, кто-то стоял на коленях, восстанавливая дыхание. Ти Джей сидел прямо на газоне и смотрел в небо. Рафаэль массировал ногу. Марк снял перчатки, вылил на голову бутылку воды и снова надел. — Как ты? — спросил Леон, подходя. — Нормально, — ответил Марк. — Они больше ничего не забьют. Я не дам. — Смотри не надорвись. — Не надорвусь. Соуза собрал их в круг. — Пацаны, последние пятнадцать минут. Вы прошли «Лисов», прошли «Мачетэ». Ястребы — не страшнее. Верьте друг в друга. Не дайте этой игре уйти от вас.       Он отпустил их, и команда разошлась по позициям.       На трибунах Агнесс Барс сжимала руку Алекса. — Выдержат, — сказал муж. — Должны, — ответила она.       Элизабет Лайер смотрела на брата. Он стоял в воротах, широко расставив ноги, готовый к атаке. Она гордилась им.       Судья дал свисток. Второй овертайм начался.       Первые пять минут прошли в атаках «Ястребов». Они чувствовали, что «Гризли» устали, и пытались дожать. На 3-й минуте Жерсон пробил с 20 метров — Марк в прыжке перевёл мяч на угловой. На 6-й минуте Люк Вайн выскочил один на один — Марк бросился в ноги и накрыл мяч корпусом. — Давай, Лайер! — орал Дэймон с трибуны. — Вытаскивает, — прошептала Ис, не отрывая взгляда от поля.       На 10-й минуте второго овертайма случился самый опасный момент. Джеймс Смит пробил со штрафного — мяч летел в «девятку». Марк кончиками пальцев перевел его на штангу, потом добивание — и снова Марк, уже ногой, отбил мяч в аут. — КАКОЙ ЖЕ ОН, — кричала Аннета, схватившись за голову.       На скамейке «Золотых Лисов» Оливер Рейн присвистнул. — Этот вратарь сегодня вытаскивает всё.       Георг Рассул кивнул, не отрывая взгляда: — Им нужен только один момент. И они вырвут победу.       14-я минута второго овертайма. На табло 2:2. Судья показал, что добавит две минуты к овертайму — замена и остановки.       «Ястребы» получили право на угловой удар.       Джеймс Смит подошёл к угловому флажку с мячом. Люк Вайн стоял рядом, дожидаясь, когда партнёры расставятся в штрафной. — Слушай, — тихо сказал Джеймс, прикрывая рот рукой. — С такими темпами мы им не забьём. Этот вратарь тащит всё. — И что ты предлагаешь? — спросил Вайн, не глядя на него. — Когда я подам — ты влетаешь в него. Грубо. Но чтобы похоже было на борьбу. Попробуем выбить его из игры. Вайн усмехнулся. — А если заметят? — Не заметят. Это финал, судья нам позволяет играть жёстко.       Вайн кивнул и неторопливо пошёл в штрафную, выбирая позицию.       Мэтью Стоун, капитан «Ястребов», стоял чуть в стороне и с подозрением смотрел на перешёптывание. Он заметил, как Вайн направился прямо к вратарю, а не на свою позицию. — Вайн, — крикнул он. — Ты куда? Вайн не ответил. Стоун напрягся. Судья дал свисток.       Джеймс разбежался. Подача — высокая, кручёная, прямо на линию вратарской.       Марк Лайер шагнул вперёд, чтобы забрать мяч в руки. Он видел его траекторию, уже поднял руки, приготовился ловить.       В этот момент Люк Вайн, набрав скорость, врезался в него. Не просто корпусом — головой прямо в грудь Марка. Удар был жёстким, намеренным, под таким углом, будто он боролся за мяч.       Марк охнул, сложился и глухо рухнул на газон. Голова мотнулась, перчатки разжались. Он не двигался.       Вайн упал рядом, быстро вскочил и поднял руки, изображая невиновность. Судья замер, не понимая, что произошло.

Стоп. Пауза. Реакция

      Алисия сидела на трибуне, вцепившись в поручень. Она видела всё. Она видела, как Вайн специально влетел в Марка, как тот упал, как не встаёт. — Нет, — прошептала она. — Нет, пожалуйста, вставай. Но Марк не поднимался.       Судья подбежал к нему, наклонился. — Вратарь не поднимается, — сказал он кому-то в рацию. — Медиков сюда!       Элизабет Лайер вскочила с места. Она побелела как мел. — Марк! — закричала она. — МАРК!       Дэвид попытался удержать её, но она вырвалась и бросилась вниз по лестнице, к ограждению, отделяющему трибуны от поля. — Элизабет, стой! — крикнул Дэвид, но она не слышала. Она смотрела только на брата, который лежал неподвижно на газоне, а вокруг уже бегали врачи.       На поле началась суета. Медики выбежали на газон, открыли чемоданчик. Игроки «Гризли» окружили место происшествия — Артур, Рафаэль, Леон. У всех на лицах был ужас. — Отойдите, дайте воздух! — скомандовал врач.       Артур отступил на шаг, но не ушёл. Он стоял и смотрел на своего вратаря, сжимая кулаки. — Ты должен встать, Лайер, — прошептал он. — Ты не имеешь права.       На трибуне сектора «Гризли» воцарилась тишина. Директриса замерла с шарфом в руке. Агнесс Барс закрыла лицо ладонями. Солвейг и Мирана переглянулись.       Сьюзен, стоявшая на бровке, уронила блокнот. Соуза хотел побежать на поле, но боковой судья его остановил.