Часть 1

После событий с Узником Азкабана прошло несколько дней. Гарри успешно сдавал экзамены и наслаждался теплыми июньскими деньками на улице с друзьями.   Но по ночам все было иначе. Гарри снова и снова снились странные сны.   Он видел мальчика примерно своего возраста. Присмотревшись к нему, Гарри понял, они были похожи как две капли воды-будто отражение в треснувшем зеркале. Гарри наблюдал жизнь этого мальчика в волшебной стране, которую тот называл Нарнией.   Гарри видел ошибки и предательства. Наблюдал войну. Узрел великого льва Аслана, чьё присутствие ощущалось даже сквозь сон-как тепло и приговор одновременно. Потом были короли и королевы: четверо детей-два брата и две сестры, ставшие правителями этой удивительной страны.   Прошли годы, и однажды они вернулись в свой мир…снова детьми. Такими же, какими пришли в свое время в Нарнию.   Гарри видел их тоску. Глухую, тихую, почти болезненную. Тоску по земле, которая стала для них настоящим домом.   Потом пришел следующий сон.   Прошел всего год в их мире- но в Нарнии минуло тысячелетие. Правители вернулись, но вот Нарния изменилась до неузнаваемости.   Магия словно покинула эту страну. Звери перестали говорить. Деревья застыли, будто забыли, что когда-то свободно передвигались. Люди заполонили земли, где раньше звучали древние имена.   И началась новая война. Было много жертв как среди нарнийцев, так и среди тельмаринов.   Нарния победила. Зло было повержено. На трон взошел новый король.   Тогда великий Лев открыл королям и королевам портал в их мир. Но ушли не все. Эдмунд Справедливый решил остаться, как бы его не уговаривали вернуться брат и сестры. Он остался.   Его сердце принадлежало Нарнии.   Эти сны приходили к Гарри каждую ночь, один продолжал другой, никогда не повторяясь. Все сильнее мальчик понимал: это не просто сны.   Гарри решил записывать эти сны. Он завел дневник и каждый раз, как сон заканчивался, тут же брал дневник и записывал, пока помнил все подробно.   Эти сны не давали Гарри покоя, и чем больше он их записывал, тем сильнее становилось чувство, что за ними скрывается нечто реальное. Что это не просто игра подсознания-а память о чем-то, чего он не должен был знать.   Гарри решил наведаться в библиотеку. Но там не было ничего связанного с Нарнией. Ни одного упоминания в учебниках по истории магии, ни в сборниках легенд, куда обычно попадало всё-от Атлантиды до забытых островов.   Гарри уже начал верить, что того мира не существовало вовсе.   Гарри просидел в библиотеке большую часть дня, листая одну книгу за другой, пока голова не начала болеть. Он уже хотел уходить, как глаз случайно зацепился за тонкую, потрепанную книгу без названия на корешке. Страницы были старые, с желтыми пятнами, а текст местами расплывался.   На одной из страниц Гарри нашел редкое упоминание. Старая легенда о мире за гранью привычной магии, о земле, которая «ни принадлежит ни одному времени», и о детях, что однажды стали ее правителями и ушли, оставив после себя лишь тишину и запрет на их имена. И лишь на последней странице было написано «Нарния не угаснет».   Гарри замер. А потом посмотрел на автора книги. «Эдмунд Певенси, он же Салазар Слизерин». Гарри почувствовал, как внутри все захолодело. Потому что этого крошечного упоминания было достаточно, чтобы понять: это не выдумка.   -Эдмунд-это Салазар Слизерин? Это невозможно. Черт. Король Нарнии- основатель Хогварста? Странно, что этот дневник стоит в библиотеке. А не в секретном кабинете Слизерина.   Гарри решил забрать дневник с собой. Так как его не было в реестре библиотеки, значит, его и искать не будут. А ему он может пригодиться.   Гарри уже собирался уходить, как увидел книгу «История великих магов». Он снял ее с полки без особой надежды и пролистал. В середине книги Гарри вдруг остановился. Палец застыл на странице. Портрет Салазара Слизерина. Но не таким, каким его всегда изображали в учебниках- не древним старцем с холодным взглядом и усталой тенью власти в чертах лица. На него смотрел портрет молодого мужчины, почти юноши не более двадцати пяти лет. Темные волосы, спокойный, внимательный взгляд. Лицо, в котором не было ни старости, ни легендарной жестокости- только ясность и уверенность во взгляде. Гарри замер. Это действительно был Эдмунд Певенси, Эдмунд Справедливый- король Нарнии из его снов.   Мысль ударила в голову, как вспышка: «Не может быть…это правда…не сон.»   Гарри откинулся на спинку стула и посмотрел в окно и поймал свое отражение. И на мгновение мир будто сдвинулся. Гарри посмотрел на портрет в книге, а потом снова на свое отражение. Один и тот же овал лица, те же зеленые глаза, та же линия скул.   Гарри резко отвел взгляд, будто обжжегся.   «Нет…это просто совпадение. Глупость. Старый портрет. Ошибка художника. Все что угодно…»   Он снова посмотрел на страницу, уже почти зло, будто пытался заставить реальность остановиться.   «Ну какой я наследник Слизерина?»   Но где-то внутри уже не было такой уверенности. Только вопрос. И он начинал звучать слишком громко.   Гарри попытался отогнать от себя мысли о сходстве и вернулся к книге. Он внимательно прочитал биографию Салазара Слизерина до конца- и чем дальше он листал страницы, тем сильнее внутри росло странное раздражение.   Слишком аккуратно все было написано, слишком «правильно», слишком удобно.   В тексте Слизерин был холодным, однозначным: амбициозный, опасный, одержимый идеей чистоты крови. Великий маг, но будто вырезанный из живого человека и превращенный в символ темных искусств. Символ зла.   Но Гарри почему-то видел другое. Не злодея. Не легенду. А того самого Эдмунда из своих снов- человека, который смотрел на Нарнию так, будто она была единственным местом, где он мог быть самим собой.   И это не складывалось. Вообще.   Гарри нахмурился, снова пробежал глазами по строкам и неожиданно поймал себя на мысли, которая прозвучала почти дерзко даже в собственной голове:   «Это…чушь.»   Он замер. Как будто сам испугался этой мысли. Потому что не должен был так думать. Не о Слизерине. Не о человеке, которого история Хогвартса называла почти воплощением раскола.   Но ощущение не исчезло. Оно наоборот-крепло.   Словно кто-то взял живую историю и переписал ее так, чтобы она стала удобной. Безопасной.   Гарри покачал головой и решил закончить на этом. Он аккуратно убрал книги на место, но перед этим сделал быстрое движение палочкой-почти на автомате.   Мгновение- и портрет Салазара Слизерина будто отпечатался в его дневнике идеальной копией. Гарри резко закрыл дневник и убрал его в сумку к дневнику Эдмунда. Потом убрал все книги и покинул библиотеку. Ему было еще о чем подумать.   Гарри пошел в гостиную Гриффиндора. Но, дойдя до лестниц, остановился. И вместо привычного пути наверх свернул в коридоры второго этажа, не задумываясь.   Ноги сами вели его вперед.   Коридоры становились тише, темнее, будто замок постепенно забывал о его присутствии. Каменные стены сменялись заброшенными классами, где время давно остановилось, а пыль лежала плотным, почти живым слоем.   Гарри вдруг понял, где находится. Он уже был здесь на первом курсе. Заброшенное помещение, и в углу стояло оно- Зеркало Еиналеж.   Гарри подошел к нему. Сердце почему-то билось быстрее обычного, хотя он был уверен, что увидит. Родители.   Гарри посмотрел в зеркало и замер. Там не было родителей. Только его отражение. Ничего не происходило. Гарри моргнул, не веря.   И в этот момент отражение дрогнуло. И рядом с ним появился Эдмунд. Спокойный, реальный до боли. Он положил руку на плечо Гарри и слегка улыбнулся- так, будто это было самым естественным жестом в мире.   Гарри в шоке медленно поднял руку и коснулся стекла. Вдруг ладонь прошла сквозь поверхность, будто ее стекла там никогда и не было.   Секунда, и мир дрогнул.   Гарри оказался по другую сторону зеркала.