Часть 1

Джеймс После пар ты обычно выходила первой. Но в тот вечер тебя всё не было. Джеймс стоял у забора, вжимаясь в ржавые прутья, и сканировал лица выходящих студентов. Потом начал писать: «Ты где?». Через минуту — «Т/И, ответь». Ещё через пять — позвонил. Сброс. Он никогда не заходил внутрь. Ненавидел запах казённых коридоров и тусклый свет. Но в тот день Джеймс влетел в двери главного корпуса, обежал три аудитории, заглянул в буфет, чуть не сбил преподавателя. Сердце колотилось где-то в горле. Паника накатывала волнами — он представлял уже самое страшное: обиделась и ушла. Хотя ты никогда не была таким человеком. К счастью, ты нашлась в читальной зоне на втором этаже. Сидела в наушниках, готовила доклад и просто не слышала звонков. Джеймс выдохнул так шумно, что ты услышала и обернулась. А потом он просто обнял тебя. Крепко, до хруста. Одной рукой прижал к груди, другой гладил по макушке, перебирая мягкие волосы. - Я так испугался, — сказал он тихо и уткнулся носом тебе в висок. Ты была в замешательстве, ничего не смогла ответила. Тебе было слишком приятно — и от этих объятий, и от того, что он так волновался. Джухун Все в компании знали: вы нравитесь друг другу. Все, кроме вас самих. Ты замечала, как Джухун случайно оказывается рядом, как поправляет край скатерти перед тобой, как протягивает салфетку раньше, чем ты успеваешь посмотреть по сторонам. Но говорить прямо не получалось из раза в раз. В день рождения общего друга всех разбили на пары для конкурса: нужно было нарисовать портрет именинника красками. Тебе и Джухуну достались кисти и жидкая акварель. Ты слишком увлеклась, не заметила, как испачкала пальцы в синем и красном. Волосы то и дело падали на лицо, мешали. Ты отчаянно сдувала их, но пряди упрямо возвращались. Джухун смотрел на это несколько минут, даже успел заснять на видео. Потом бесшумно пододвинул стул, присел сзади. Ты замерла, когда ощутила его дыхание рядом с шеей. Он осторожно собрал твои волосы в ладони — прохладные пальцы скользнули по шее — и начал заплетать косичку. Неторопливо, будто делал это сотню раз. Ты не дышала, только смотрела прямо перед собой, но перестала видеть холст. Впервые за вечер тебе не хотелось, чтобы кто-то заметил, как сильно ты краснеешь. Мартин Фейерверк обещали ровно в полночь. К морю вы добрались за пятнадцать минут до начала. Ночь была тихой, волны накатывали медленно, будто боялись спугнуть этот вечер. Ты подставила лицо ветру и закрыла глаза. А когда открыла — почувствовала ладони на своих плечах. Мартин обнял тебя со спины, осторожно, почти робко. Его подбородок лёг тебе на макушку. Ты ощутила его тепло, его дыхание и то странное чувство безопасности, когда высокий человек нависает сверху — будто накрывает куполом. - Уютно, — прошептала ты и сама не узнала свой голос. Ты поняла, что решилась. Медленно развернулась в его руках, чтобы посмотреть в глаза. Но едва ваши взгляды встретились, Мартин резко сжался, прижал локти к бокам и выпалил: — Только не щекотка! Можно просто поцеловать. Ты рассмеялась. Он смотрел на тебя испуганно и влюблённо одновременно. И в этот момент за спиной рванули огни. Но ни один из вас уже не обернулся. Сонхён Раньше всё было просто. Вы встречались после учебы, болтали, спорили об играх. Но в какой-то момент Сонхён словно переключил режим. Ты сначала не придала значения: ну, забрал сумку — и ладно. - Я сам понесу, — сказал он так серьёзно, будто речь шла не о лёгкой холщовой сумке, а о мешке с камнями. Потом ты заметила остальное. Стоит чуть притормозить на улице, задумавшись, куда свернуть, — его ладонь тут же оказывается у тебя на спине. Тихое, успокаивающее поглаживание и взгляд: «Куда мы сейчас? Что-то нужно?». Словно ты была королевой, а он — преданным рыцарем. Но главное случилось на скамейке в парке. Сонхён молча взял тебя за руку. Переплёл пальцы, сжал чуть сильнее обычного. И не отпустил. Ни когда вставали с лавки, ни когда шли за кофе, ни когда ты пыталась освободиться, чтобы поправить волосы. - Не надо, я сам, — мягко сказал он и помог тебе. Ты чувствовала, как бьётся его пульс. И вдруг поняла: он не играет в джентльмена. Он просто не знает, как ещё сказать то, что у него внутри. Конхо Он вечно был рядом. Слишком рядом. Ты замечала это давно: в кафе Конхо садился напротив, но смотрел куда-то мимо. В кинотеатре клал локоть на подлокотник так близко к твоей руке, что касался. А когда ты оборачивалась, он тут же отводил взгляд с невинным видом. Хороший друг. Очень хороший. Который следит за каждым твоим шагом и делает вид, что ему всё равно. В тот день вы ели мороженое. Конхо проглотил свой рожок за тридцать секунд, даже не поморщившись от холода. Ты же наоборот наслаждалась: облизывала края, жмурилась от удовольствия, тянула время. И вдруг — резкое движение. Конхо подскочил, отодвинул свой стул, схватил твой и переставил ближе к окну. Потом сел напротив, буквально в полуметре, упёрся локтями в стол и уставился тебе прямо в глаза. Ты замерла с мороженым у губ. - Можешь просто не двигаться, — выдохнул он и выхватил телефон. — Я хочу сфотографировать красивый закат. Ты уже хотела немного обидеться, отодвинуться, чтобы не мешать кадру. Но Конхо тут же вытянул руку, останавливая тебя: - Вернись. Ты — главная на этом фото. Когда солнце садилось за его плечом, но он смотрел только на тебя, вдруг поняла, что мороженое больше не важно.