Часть 1

Сколько лет уже прошло?.. Сколько времени я хожу по этой пустыне? Сколько времени я здесь один? Я помню, что раньше было не так. Когда-то давно со мной бок о бок шли мои два верных спутника. Мы пытались найти в этой пустыне цветы. Мы считали что при должном старании их можно вырастить везде. Я помню Фёдора. Он всегда находил цветы, вызывающие много смеха у нас. С ним мы смеялись громче, чем когда либо. Были ли это его цветы или смех? Может ли смех быть таким заразительным и распространяться как вирус - по воздуху? Я помню Дона… он всегда находил самые прекрасные цветы. Или это было его видение этих цветов? Ведь найдя красоту в чем-то, ты можешь заставить и других увидеть её. Первым ушел Федор. Я не помню, как это было. Он просто.. ушел. Внезапно. Дон долго горевал по этому поводу. Он до сих пор не оправился от этой травмы. Но я уже… А может, первым всё же ушёл я. Я родился, как и мы все, без каких-либо идей. Обычный маленький человек в обычном маленьком мире. Как и мы все, я искал радости в детстве, и находил её во всем, что видел: в бескрайнем песке, что нас окружал, в других таких же детях. В сокровенном порно, найденном в тайниках родителей. В страшных фильмах и играх, которые нам нельзя было вообще-то смотреть. Когда я стал не как все…? В юношестве я стал пробовать то, что пробовало большинство подростков. Я пытался… но я был не таким, как они. Они меня отвергали. Пока я не встретил их… Тех, с кем я чувствовал себя своим больше, чем с кем-либо ещё. Но всё равно я был не таким, как они. Они были близнецами, единым целым. А я.. был не таким. Третий лишний, пятое колесо телеге. Но они принимали меня. Федор всегда смеялся над моей строгостью. Алан всегда находил во мне что-то прекрасное. В этой пустыне… Мы всегда находили радость и веселье, красоту и мудрость. Родители обеспечивали нас питательной влагой, насколько могли. Её было мало, очень мало. Но мы шли дальше и дальше… вместе. Федор больше не шел со мной рядом… Я ранил его каждым словом, вместо поддержки, в которой он нуждался больше всего. Его звонкий и задористый смех, от которого сводит скулы и болят ребра, больше не раздавался рядом со мной. Я был молод… наивен… глуп... Верил, что если повторять одно и тоже, то в это поверят все, даже ты сам. Не поверил.. Фёдор не поверил. Другой голос оказался громче и напористей. Дон был рядом чуть больше, но совсем чуть-чуть. Они были духовными близнецами - иначе это явление не назовешь. И Дон был рядом с Федором всегда. Нежным и любящим альтом он пытался заглушить тот другой голос, говорящий ужасные вещи. А я пошел по другому пути. Собирать цветы, полные влаги, сочащиеся ею - вот то, чем я занимался. Искал их всё больше и больше, чтобы насытить себя, и иметь возможность насытить их. Чтобы мы и дальше могли собирать красивые и веселые цветы. Чтобы мы могли принести их другим, и изменить их жизнь. Или же… моим мотивом был чистый эгоизм? Купить их время и силы. Радовать их, чтобы они радовали меня. Всё в конечном итоге вызвано нашим эгоизмом. Сейчас я это понимаю. Когда я обрел нужные навыки, они оказались слишком далеко от меня. Ушел ли это я от них, или они отдалились от меня? Расстояние между нами росло и росло. Меня окружали другие. Такие же, которые стремятся собирать самые сочные цветы. Цветы, с которых стекает ручьем живительная влага. Те, которые видят лишь две крайности этого мира: сухость и влагу. И я стал таким же… таким серым и сухим, вечно ищущим влагу в этой пустыне. Песок больше не разъедает мне глаза. Но мне не видно ни одного красивого цветка. Ветер больше не трескает мои губы. Но они уже никогда не заболят от смеха. Это так ты хотел?...