Угроза.Страх.

Полина стояла у окна, рассеянно поглаживая округлившийся живот. За окном кружились первые осенние листья — жёлтые, красные, багряные. До рождения дочки оставалось всего пару месяцев, и Полина с Димой с трепетом готовились к этому событию. Они обустроили детскую, купили крошечные пинетки и распашонки, а Дима даже научился пеленать — тренировался на подушке. Их жизнь наконец-то стала спокойной. После всех испытаний они нашли друг друга, научились доверять и любить по‑настоящему. Полина улыбнулась, почувствовав лёгкий толчок внутри — дочка будто напоминала: «Я здесь, мама». В дверь резко постучали — не звонок, а именно стук, грубый и требовательный. Полина вздрогнула. Дима был в магазине, обещал вернуться через десять минут. Она подошла к двери и спросила: — Кто там? — Открывай, Полина, — раздался знакомый голос. — Это я, Андрей. Кровь отхлынула от лица. Андрей. Тот самый Андрей, который когда‑то угрожал ей, из‑за которого она боялась выходить на улицу. Он должен был сидеть ещё год… Но вот он здесь. Полина помедлила, но всё же открыла. Андрей стоял на пороге — осунувшийся, с тёмными кругами под глазами, но с тем же наглым взглядом. — Ну здравствуй, — ухмыльнулся он. — Вижу, жизнь наладилась? И жених, и ребёнок… Неплохо устроилась. — Что тебе нужно? — тихо спросила Полина, инстинктивно прикрывая живот рукой. — А то ты не понимаешь, — Андрей шагнул вперёд, вторгаясь в её личное пространство. — Ты мне должна. И пора отдавать долги. — Уходи, — Полина попыталась закрыть дверь, но Андрей резко схватил её за руку. — Не так быстро, — прошипел он и замахнулся. В этот момент в замке повернулся ключ — вернулся Дима. Он вошёл, увидел сцену у двери и мгновенно оценил ситуацию. Бросив пакеты на пол, он рванулся вперёд и оттолкнул Андрея от Полины. — Ещё раз тронешь её — пожалеешь, — холодно произнёс Дима, загораживая собой Полину. Андрей, явно не ожидавший сопротивления, на мгновение растерялся. Но гордость не позволяла отступить: он бросился на Диму. Завязалась драка — удары, глухие звуки, тяжёлое дыхание. Полина в ужасе прижалась к стене, чувствуя, как внизу живота нарастает тянущая боль. — Дима… — прошептала она. Дима услышал её голос и одним точным движением отшвырнул Андрея к стене. Тот, выругавшись, отступил и, бросив напоследок: «Это ещё не конец!», выскользнул за дверь. Дима тут же обернулся к Полине. Её лицо было бледным, на глазах выступили слёзы, а на светлых брюках проступило тёмное пятно. — Полина! — он подхватил её на руки и отнёс на диван. — Что болит? — Живот… и… кровь, — прошептала она, дрожащими руками показывая на брюки. Дима действовал быстро и чётко: вызвал скорую, позвонил в больницу, предупредил врача, с которым они заранее договорились. Пока ждали медиков, он держал Полину за руку, гладил по волосам и шептал: — Всё будет хорошо. Слышишь? Мы справимся. Я с тобой. Врачи приехали через пятнадцать минут. Осмотрев Полину, они приняли решение госпитализировать её — была угроза выкидыша. В больнице её сразу положили на сохранение, сделали УЗИ. Дима сидел в коридоре, сжимая в руках телефон. Минуты тянулись бесконечно. Наконец вышел врач. — Ваша жена и ребёнок в порядке, — сказал он. — Угрозу удалось купировать. Но ей нужен полный покой, минимум стресса. Дима выдохнул — впервые за последние часы. Он зашёл в палату. Полина лежала бледная, но с облегчением улыбнулась ему. — Она шевелится, — прошептала Полина, положив руку на живот. — Всё хорошо, правда? Дима сел рядом, осторожно взял её руку и поцеловал пальцы. — Всё хорошо, — повторил он. — И будет ещё лучше. Я позабочусь об этом. Он знал: теперь он сделает всё, чтобы защитить их — Полину и их маленькую дочку. Никто больше не посмеет их обидеть.