Часть 4. Метка: Занавесочная история

      Что может быть прекраснее окончания очередной учебной недели?       Только закончить её на пару часов раньше.       Медсестра не отпустила Чимина домой, хотя освобождение дала и учителей предупредила. Причина — ответственность за его самочувствие, вот убедятся оба, что Чимину лучше, так и отправится он домой, живой и относительно здоровый.       Потому Чимин лежал за шторкой на одной из коек, для подобных случаев поставленных, и отдыхал. Он не спешил домой, помня о встрече Соён с Минги. Он не волновался об упущенном времени, которое мог бы потрать на себя. Умиротворение медицинского кабинета действовало на него неотвратимо. Дело, наверное, было в медсестре Сон, сочетавшей очевидный профессионализм с неподдельной заботой об учениках. Если медсестра Сон говорила, что скоро всё пройдёт, значит, так и случится. А если она просила побыть тут, у неё на виду, значит, на то имелись причины.       Впрочем, зачем вообще сетовать, что не можешь уйти домой из медицинского кабинета, если целых два урока пройдут без риска быть спрошенным? И Мин Соён, за чьей спиной любой урок становился выносимым, в классе Чимина больше не было.       О Мин Соён Чимин не думал — в узкую щель незадёрнутой шторки виднелись стол медсестры Сон и она сама. Круглое и добродушное лицо со смешливыми глазами и улыбчивыми губами, может, и не считалось красивым, зато вызывало симпатию и расслабляло. Просто смотреть на медсестру Сон достаточно, чтобы почувствовать себя лучше. Так что Чимин и смотрел. Подсматривал.       Медсестра Сон сначала перебирала документы. Потом что-то фиксировала в огромном журнале. Потом на ноутбуке печатала, тихо напевая простенький мотив. Потом она исчезла в направлении холодильника с лекарствами — Чимин слышал, как хлопала его дверца. И наконец медсестра Сон уселась за стол, мечтательно подпёрла рукой голову и отвернулась к окну. За окном бушевал зеленью школьный сад.       — Не спится? — спросила она.       — Откуда вы знаете?       — Взгляд у тебя… м… внимательный очень. Тревожит что-то?       — Простите. — Чимин не ожидал такого ответа. Никто ему не говорил, что его взгляд так легко отследить, не смотря на него. Тэхён, который понял, что Чимин часто наблюдает за Соён, не в счёт, он его друг, он его часто видит и вообще хорошо изучил. А вот медсестра Сон занималась своими делами, да и Чимин не то чтобы прям смотрел, скорее воспользовался тем, что сквозь неплотно задёрнутую штору что-то видно. Вид медсестры Сон ободрял и утешал, вот и причина, невинная.       — Ничего страшного, — весело отозвалась медсестра Сон. — Так что? Расскажешь что-нибудь? Или, может, пожалуешься?       Чимин помотал головой. Потом сообразил, что его медсестре видно хуже, чем ему — медсестру.       — У меня всё хорошо.       — Кроме небольшой температуры?       — Кроме небольшой температуры, — улыбнулся Чимин. Забавно же получилось. Правда, причиной температуры стоило считать бессонную ночь и немножечко — переживания из-за настойчивого Минги, но кто же о таком рассказывает. Он просто переутомился, вот и заканчивал учебный день на койке в медблоке.       — Давай-ка проверим, может, уже спала? Не переживай, в любом случае на эти два урока ты мой пациент.       Она прошла за шторку и протянула градусник. Хотя руку ко лбу Чимина тоже приложила.       — Странно, что не спадает. Точно больше ничего не болит?       Чимин мотнул головой. Но прислушался к себе. Нет, горло, нос, уши были в порядке. Живот, руки-ноги-спина тоже. В груди не кололо и не горело. И сердце стучало размеренно, хотя немножечко быстрее, чем положено, но это как раз из-за температуры.       — Хорошо, подождём. Раз не спишь, воду пей. Ох, в увлажнитель долью. Сейчас-сейчас.       Она легко вспорхнула с койки Чимина и исчезла за шторой. Вскоре мягко хлопнула дверь.       Чимин лениво моргнул. В отгороженном углу с кроватями освещение было мягким, деликатным к измученным пациентам, только там, где медсестра Сон осматривала ссадины и прочие проблемы учеников, светила яркая лампа. Тем красивее ложились солнечные лучи на подоконник, затем отражаясь в потолок. Весна, вспомнил Чимин, время пробуждения чувств. Возможно, поэтому он так расстроился из-за планов Чан Минги встречаться с Мин Соён. Чан Минги не так уж плох, если быть честным. Если Соён с ним понравится встречаться, то почему бы не порадоваться за счастливую парочку?       Шаркнула дверь, открывшись и затворившись. Чьи-то шаги прокрались до стола медсестры Сон и прекратились раньше, чем кто-то появился в видимой сквозь щель области.       Чимин молчал. Во-первых, его не спрашивали. А во-вторых, что медсестры Сон нет на месте, очевидно. А ещё она скоро вернётся.       Кто-то стоял там, где остановился. Мгновения капали, собираясь в тягучее переползание солнечного блика по потолку. И наконец медсестра Сон вернулась.       — Здравствуй, — заговорила она. — О, колено? Ах, как сильно содрано! Подробности? — деловито закончила она мини-опрос.       — Упала, просто упала, — пронеслось поспешно в ответ.       — Садись сюда, сейчас обработаем. Ох, саднит?       Чимин слушал, как обрабатывают ссадину на колене, и думал, что голос так похож на голос Мин Соён, что хоть выглядывай проверить: она это во плоти или у него галлюцинации из-за недавнего зацикливания на Соён.       — Пожалуй, тебе стоит прилечь. До конца урока осталось немного. Точно не хочешь рассказать, как так получилось?       — Всё в порядке, случайно упала.       А если это окажется Соён, то как она действительно умудрилась упасть? Вроде у неё сегодня не было физкультуры, иначе Чимин бы сидел и пялился в окно, из которого видно край спортивной площадки. С другой стороны, разве кто-то обидел бы Соён на любом другом уроке под наблюдением учителя?       Наверное, это не Соён. Просто голос так похож, так похож, что хочется увидеть её. Без Минги и не у Русалочки.       — Проходи, выбирай. Одна койка занята, но там задёрнуто.       Медсестра Сон встала, загородив ту, которую лечила, а узкая щель не позволяла увидеть больше. «Не Соён», — твёрдо решил Чимин, продолжая смотреть в щель. В конце концов другого развлечения у него не имелось, а спать не тянуло.       Если бы кто-то толкнул эту ученицу, с ней кто-то бы пришёл сюда. А ещё шума было бы больше — видано ли, что бы кто-то кого-то в открытую обижал, чтобы до травм дело дошло! Так что это не Соён, Чимин знал, что уж к ней хорошо относились одноклассники.       — Спасибо вам.       Если прикрыть глаза, то будто бы Соён за шторкой. И будто бы она благодарит его, Чимина, и за что-то прекрасное, достойное. Он так давно не слышал, как она болтает с подружками, отвечает учителю…       — Что ж, рану обработали. Теперь только покой и время. Вот, приложи, чтобы отёка не было. Гематома уже формируется, конечно.       — Да, я не сразу поняла, что поранилась.       Голоса приблизились. В щель Чимин различал халат медсестры Сон и край школьной юбки. Скрипнул матрас под девичьей тяжестью. Стукнулись об пол школьные туфли.       — Отдыхай. И если что понадобится, зови, не стесняйся.       Медсестра Сон потянула чужую шторку, задёргивая. И задела ту, за которой отдыхал Чимин.       Ткань взмыла, пристав к халату медсестры Сон. Ясные распахнутые глаза с карими крапинками поймали взгляд Чимина. На мгновенье, всего лишь на мгновенье приподнялась одна шторка, пока не и вторая не встала на место, — и этого хватило, чтобы мир сжался до знакомого лица.       Соён!       Чимин зажмурился сразу, как узнал девушку. Притворился спящим. Не успел даже на колено глянуть, насколько там серьёзно. Под веками плыло её изображение, её распахнутые глаза. Так близко. Так невообразимо близко. И это не тоже самое, что смотреть на её спину день за днём.       Сколько осталось до конца урока?