Притяжение

Сегодня чувствую в сердце неясную дрожь созвездий...

Федерико Гарсиа Лорка, «Осенняя песнь»

── ⋞M⋟ ──

      Не прошло месяца, как Мегамозг заступил на пост защитника Метрóсити, а ему снова крепко надрали задницу. И, главное ведь, не какой-нибудь объявившийся в городе безжалостный маньяк, о нет — свои же приспешники!       В огромном злодейском логове не было надежного места, куда бы он мог податься от двух взбесившихся помятых умботов, чьи настройки слетели к чертям в битве с Титаном. Не известно, где этих психопатов носило несколько дней. Мегамозг считал их безвозвратно уничтоженными и потому удивился, когда они влетели в логово и устроили ему догонялки на выживание. От продолжительного бега взад-вперед его легкие горели огнем и появилась одышка. Пути к отступлению были тотчас отрезаны. Де-Ган — утрачен в схватке. Верный друг Прислужник... Где его только носит, когда он срочно нужен!       — А ну замри на месте! — теряя терпение, приказал Мегамозг одному из умботов.       Для того, чтобы деактивировать робота, требовалось подобраться к нему ближе, но, стоило Мегамозгу сделать хотя бы шаг, умбот клацал механической пастью, точно разозленный пес. Пасть напоминала собой металлические створки капкана, которые, захватывая добычу, сжимались вокруг нее мертвой хваткой, поэтому лезть к умботу врукопашную было себе дороже. К тому же, хоть и покореженные Титаном, они все еще способны к анализу и тактическому планированию и моментально отгоняли Мегамозга от контрольной панели, откуда он мог управлять ими скопом.       Засранцы.       — Так, хорошо, умница, — стараясь быть мягким, похвалил Мегамозг застывшего в воздухе робота.       Краем зрения он наблюдал за вторым, который находился дальше и, медленно подплывая сзади, держал свои клешни наизготовку, собираясь нанести подлый удар в спину.       — Еще ближе. Иди к папочке, — подзывал Мегамозг.       Он припас для маленького негодника отменный чапалах. Когда умбот подлетит достаточно близко, у Мегамозга будет несколько секунд, чтобы поймать его за клешни, обездвижить, стиснув стеклянный корпус, и отключить, прежде чем второй приспешник ринется в атаку.       Но как бы не так! Только рука Мегамозга потянулась к клешням, в припадке ярости роботы погнали его к машине-невидимке, издавая имитирующие лай звуки.       Один умбот ускорился и полетел в обход машины, чтобы, когда Мегамозг повернет обратно к контрольной панели, заградить ему дорогу. Хищно щелкающие клешни второго, норовящие вцепиться в него, он почти ощущал спиной. Умботы были еще ужасно прыткими, вынуждая Мегамозга бежать на пределе своих возможностей. Он сделал резкий рывок и уклонился от удара сзади. Обогнул невидимку. Первый умбот выскочил прямо у него перед лицом, и Мегамозг так же резко, не прерывая бег, нырнул под летающего оппонента. Однако Мегамозга внезапно занесло в бок, и он врезался в невысокий железный стеллаж. Прошипев от боли, он мигом осмотрел его содержимое. К сожалению, здесь не было ничего, чем можно вырубить роботов, а к оружию они не подпускали. Как нарочно, и часы для связи с Прислужником Мегамозг убрал, они лежали далеко.       Тогда в ход пошел плащ. Сорвав его с себя, Мегамозг расправил ткань по ширине. Он держал его, как держит плащ тореадор, вызывая разъяренного быка на поединок, и стал ловить им умбота, одновременно уворачиваясь от второго. В этот самый момент раздался скрип двери, и в логове появилась Роксана.       — Мегамозг, привет! Я... — она осеклась, застав его за нелепым действом.       — Роксана! Скорее...       Он не успел предупредить ее об опасности. Сработал протокол обнаружения чужаков, один из умботов бросился на девушку и затараторил синтезированным голосом: «Нарушитель, нарушитель, нарушитель!». Но Роксана не растерялась. Она шмыгнула в сторону, кое-как отбившись от клешней, и резво побежала к машине.       — Что происходит?! — крикнула она.       — Отцовский... просчет!       Мегамозг прыгнул к умботу и промахнулся. Летающий оппонент взмыл ввысь, а после атаковал его, из-за чего пришлось спешно делать ноги.       Снова отпрянув от пикирующего на нее умбота, Роксана круто повернула вспять, оббегая машину, и, загнанные бешеными охотниками, они с Мегамозгом врезались друг в друга.       — Они сломались и не хотят, чтобы я их чинил! — сказал запыхавшийся Мегамозг.       — Восстание машин какое-то!       — Скорее попытки отвести злых собак к ветеринару.       Теперь умботы угрожающе нависли над ними на расстоянии двух больших шагов. Постепенно они оттесняли их к машине. Единственной и сомнительной преградой служил плащ, который Мегамозг держал, словно ловчую сеть, раскрытым.       — А где Прислужник? — Роксана повертела головой в поисках рыба.       — В городе, разгребает за Хэлом. И с ним все исправные умботы! Вызвать бы хоть одного.       — В машине есть какое-то оружие?        С присущим ей хладнокровием Роксана нащупала ручку автомобильной дверцы.       — Там есть коммуникатор, — подсказал Мегамозг, понизив голос.       Со слабой надеждой, что его бунтующие детища не разгадают их намерения, он подал Роксане мимолетный знак глазами. Она понимающе кивнула. Вжимаясь телом в кузов невидимки, она стала осторожно пятиться в сторону, чтобы открыть дверь, в то время как перед Мегамозгом стояла задача прикрывать ее и отводить удары оппонентов при помощи плаща. Надо ли говорить, что их мгновенно раскусили и вынудили обратиться в бегство?       Обогнув невидимку, они добежали до капота. Роксана вскрикнула и, едва не попав в капкан металлических челюстей, неуклюже увернулась.       Мегамозг пытался орудовать плащем, но тщетно: от него не было никакой пользы против быстро и искусно маневрирующих противников. Вскоре он лишился плаща так же, как Де-Гана, а плечо обжег укус. Порвав перчатку, огромные зубья умбота слегка задели по коже.       Прозвенел голос Роксаны:       — Бежим быстрее!       По дурацкой прихоти умботов они описали еще круг. Пригибаясь к машине, плечом к плечу, они затаились у багажника, ожидая следующий удар, и тут заметили, что эти кусачие психопаты сделали то же самое. За капотом, прячась, умботы опустились к полу и подозрительно дружно проквакали, словно сговариваясь между собой. Что об этом думать, Мегамозг понятия не имел. Роботы чудили, творили и вытворяли все что им вздумается. А вот Роксана, похоже, уловила некую закономерность: сначала она выпрямилась — и умботы поднялись в подражание ей, затем резко согнулась, и они тоже шустро нырнули за капот. Она проделала так еще пару раз, вынуждая их повторять за собой, а потом засмеялась:       — Они... не пытаются нас прибить. Они играют!       — Быть того не может! — поразился ее открытию Мегамозг. — Они только что бросались на нас, как свирепые звери.       — Иногда питомцы чересчур увлекаются игрой. У нас была кошка, добрая и игривая, но мы ходили расцарапанными.       Вот класс! Его помощники, у которых и так с дисциплиной не очень, и периодически они кусались, из-за поломки превратились в без удержу играющих щенков.       — Надо их отвлечь и отключить, иначе они загоняют нас досмерти.       С этими словами Мегамозг огляделся, и к нему пришла проверенная идея с гаечным ключом. Тот находился на стеллаже. Раз уж умботы соскучились по играм, да будет так! Пока они будут драться за ключ, как за кость, Мегамозг застанет их врасплох и обезвредит.       Сказав об этом Роксане, он медленно шагнул в сторону стеллажа. Тогда один робот, восприняв это как вызов на новый забег, вынудил Мегамозга вернуться на место. Все опять замерли.       — Да, патовое положение, — заключил Мегамозг.       — Подожди, разделимся, — предложила Роксана. — Возьми их на себя, а я заберу ключ.       — Идет. Но если что-то пойдет не так, — заговорщицки, усмехаясь, произнес он, — помни: главное правило игры с умботами такое же, как у игры «Догони меня кирпич».       Роксана прыснула смешком:       — Какое?       — Стартуешь, как спринтер, финишируешь, как марафонец.       — «Догони меня кирпич». Так вот как развлекаются злодеи? — подначила она.       Командный дух захватил их моментально, всецело, как это было еще с Бернардом, поэтому Мегамозг с Роксаной не мешкая принялись за исполнение своего плана. Но обломали их в первые же секунды: едва Роксана преодолела половину расстояния до стеллажа, как умботы, которые летели за Мегамозгом, резко развернулись к ней, почуяв неладное, и она оказалась втянута в сумасшедшую гонку по кругу.       — Беги, Форрест, беги! — хохотала Роксана, пробив Мегамозга на ответный смех.       От того, что их неустанно преследовали, Мегамозгу с Роксаной приходилось то и дело изощряться и маневрировать. Они бежали то влево, то вправо, то их бравая команда разбивалась по одному, и каждый старался переманить роботов на себя, дав напарнику шанс достать гаечный ключ. В душе бурлил океан эмоций. Мегамозг не помнил, чтобы в их битвах с Мачоменом погони, даже самые легендарные, когда-либо пробуждали в нем столько волнения, щедро приправленного восторгом.       — Сюда! Сюда! — Роксана потащила его к себе, и они оба притаились за невидимкой с ребяческими улыбками на лицах.       Умботы подкрадывались, выставив перед собой клешни.       — Я уже жалею, что создал их такими умными, — отдувался Мегамозг. Пусть их оппоненты только играли, требуя к себе внимания, он загораживал Роксану, чтобы они не задели ее.       — А мне нравится! — забавлялась она. — Как будто в детство вернулась. Когда еще так повеселишься?       — Да? Ну тогда отлично! Если захочется разблокировать детские воспоминания, обращайся ко мне. За мной не заржавеет.       — Как только, так сразу.       Они потихоньку отступали к багажнику, путь сзади открылся, и Роксана — в этом была вся Роксана! — наудалую устремилась за ключем. Побежав прямиком на умботов, что, кажется, обескуражило их, Мегамозг выиграл для нее время.       — Ай! — на бегу вскрикнула она. Противник пытался отнять у нее схваченный с полки ключ.       — Бросай мне! — стукнув по капоту, сказал Мегамозг.       Ключ загремел по неровной поверхности капота, и он мигом поймал его до того, как умботы среагировали и вильнули к нему.       — Ко мне, психопаты! — Мегамозг затряс ключем, который точно загипнотизировал приспешников. На мгновение они замерли в воздухе, следя за любимой игрушкой, как завороженные собаки, и, когда Мегамозг швырнул ключ, пулей понеслись за ним, исчезнув где-то в недрах логова. — Ловите!       Мегамозг резво крутанулся назад, так как решил немедленно выключить роботов с помощью контрольной панели. Но в этот момент он столкнулся с бежавшей на полном ходу Роксаной, которую, вероятно, посетила та же светлая мысль, и они чуть не потеряли равновесие.       Руки Мегамозга рефлекторно обхватили талию Роксаны, удержав ее от падения, она же вцепилась в его воротник и, рвано дыша, рассыпала хриплый смех. Он был изумителен. И Роксана была просто очаровательна с этой обезоруживающе милой улыбкой губ, на которых жадно замер взгляд Мегамозга. Ему вдруг представилось, как он сминает их поцелуем. Соблазнительный образ так раздразнил Мегамозга, что у него снова занялось дыхание, и он сделал несколько коротких вздохов, чтобы успокоиться.       Потом, будто очнувшись от игры, Роксана начала с неловкостью отодвигаться. Но Мегамозг был не в силах отпустить ее. Он цепенел при мысли, что если позволит ей отойти, то момента благоприятнее может не представиться. Когда он еще решится сблизиться с Роксаной? Пока он мнется, злодейское прошлое будет вставать между ними, как назойливый призрак, оставляя непреодолимые парсеки недомолвок и сомнений.       Роксана поправила челку и выжидательно посмотрела на застывшего Мегамозга. Он вздрогнул. Поняв, что упускает последний шанс, он стремительно обхватил ее шею, потянул Роксану к себе и поцеловал — не с жаром, как хотел, а скорее с испугом.       На миг Мегамозг почувствовал, как страх ударил его под дых. Перед ним предстала чудовищность совершенной им ошибки, а затем тот злополучный вечер в ресторане и ссора. Мегамозг виновато отстранился от лица Роксаны, до того как она успела что-либо осознать. Он слишком напирал на нее, он не имел права, теперь все точно разрушено и едва ли... Черт! Черт бы его побрал. Почти с ужасом он вытолкнул из себя:       — Я... Прости! Я не должен был... Я не хотел давить... В смысле хотел, но не давить, нет! Не в том смысле!       Черт, провалиться бы ему на этом месте.       Только сейчас Мегамозгу бросилось в глаза, что он до сих пор крепко сжимал плечи Роксаны: он непроизвольно схватил их, когда разрывал поцелуй. И, хотя хватка нисколько не напугала ее, он немедленно убрал руки.       — Точно, — подхватила Роксана тоном, в котором Мегамозг из-за наплыва паники не сразу распознал веселую иронию, — ты не должен был.       — Извини, я... я забылся и позволил себе лишнее.       — Я бы даже сказала, потерял голову.       — Верно, это было глупо. Прошло еще мало времени после... после моего обмана, и я... И тебе нужно...       — Да, это совершенно никуда не годится, — согласилась она.       — Мне очень жаль! — выпалил Мегамозг, чувствуя, как смерзались внутренности. — Этот поцелуй...       Роксана нахально заломила угол рта.       — Был самым непредсказуемым и бесподобным злодеянием, которое ты когда-либо совершал.       — Да, то есть...       — Зря остановился.       Он опешил:       — Что?!       — Что? — невинно улыбаясь, переспросила она.       — Роксана, ты... — Растерянный Мегамозг стал подозревать неладное, он немного расслабился, но речью не вполне овладел. В его голове смешались десятки языков, выученных по книгам. Супермозг работал быстрее речевого аппарата, и из-за этого Мегамозг путался в произношении слов. Заговорив, он ляпнет на эмоциях какую-нибудь косноязычную кашу, поэтому счел лучшим промолчать.       — Поздравляю, магистр всего злодейства, вы совершенствуетесь, — продолжала Роксана в своей искрометной ироничной манере. — Я правда испугалась, что ты упадешь в обморок, и мне придется тебя откачивать.       — Что происходит?       — Маленькая шоковая терапия.       — Шоковая... Ясно. Ты раззадорила меня, да? — Мегамозг издал то ли смешок, то ли облегченный вздох. — Очень ловко, мисс Ричи!       И все-таки Роксана — невероятное чудо. Она понимала его лучше, чем он сам мог познать себя. Ее способность ударить по уязвимым точкам, чтобы привести его в форму, впечатляла. Страх сняло в одно мгновение. Однако с той же блестящей изощренностью Роксана заставила сердце Мегамозга подпереть собой горло, так как она подалась ближе, обхватив ладонями его лицо, и он оказался увлечен в умелый и восхитительный поцелуй.       Очень... хитроумно, мисс Ричи, но, чтобы переиграть суперзлодея в отставке, этого мало.       Прижавшись к Роксане, Мегамозг углубил поцелуй. Его руки скользнули вниз по ее стройному стану, свободно обхваченному кофтой, и томительный жар, соизмеримый с солнечным, расплавил все его существо. На время Мегамозг снова забыл дышать. В объятиях Роксаны будто отпала нужда в воздухе, утратило смысл все, кроме нее. Рядом с ней годы напряжения и недавний разрыв перерождались в нечто поистине значимое и прекрасное подобно тому, как звездные печи Вселенной производят из одних атомов другие. С каждой секундой новая материя их отношений становилась более осязаемой, будоражащей, горячей, столь же мучительной, сколь и желанной. Мегамозгу хотелось раствориться в ней до полного изнеможения и без остатка.       Роксана чуть отстранилась от него. Волна ее теплого дыхания обдала щеку, одной рукой она по-прежнему держала лицо Мегамозга, а второй провела по его груди, и его душа, еще недавно стремившаяся к бегству, согревалась ласковым прикосновением.       — Как удачно мы с тобой столкнулись, — шепнула Роксана, с нежностью очертив пальцем под его выступающей острой скулой. — Напомни потом сказать твоим умботам “спасибо”.       — Это все потому, — заигрывал Мегамозг, — что ты не можешь устоять перед силой моего тяготения.       Не отпуская талию Роксаны, он поцеловал ее коротко, но жадно.       — Это какой-то новый закон природы?       — Самый важный, — отрывисто выдохнул Мегамозг, прерванный ее настойчивыми, усмехающимися губами. — И тебе придется смириться с ним.       Роксана вскинула на него хитрые глаза, в которых вспыхнуло желание:       — Даже так?       — Ты против притяжения?       — Ничуть. Притягивай, звездный странник, — заманивал ее грудной голос, а с губ хлынул огнем такой страстный, тягучий и дурманящий разум поцелуй, что процесс снятия с Мегамозга воротника, за который вдруг взялась Роксана, становился частью бессознательного. Мегамозг перехватил ее руки, пытавшиеся нащупать застежку, и помог стянуть с себя мешавший воротник.       Если минутами ранее казалось, что они торопили события, то теперь разогнали их до второй космической скорости. В каком-то гипнотическом забвении Мегамозг стал покрывать шею Роксаны поцелуями; от ее объятий, ее тихих стонов наслаждения и от ее абсолютного доверия его моментально обуял хмель, и Мегамозг уже был в полной его власти, когда на краю зрения мелькнул отполированный до зеркального блеска капот невидимки. Да, невероятный Хадсон Хорнет — он напомнил о себе как нельзя вовремя! В его плавных аэродинамических формах отраженный свет множества ламп делал черный кузов похожим на звездное небо. Даже в покое машина завораживала и выглядела стремительной. И злодейская половина Мегамозга — та, что была ею прежде, ликовала, представляя Роксану, лежащей на этой маленькой элегантной вселенной.       Мегамозг притеснил Роксану к машине и без труда усадил на нее.       Роксана поерзала задом, удобнее размещаясь в углублении рельефной панели. Высокий мощный капот доходил Мегамозгу до груди, Роксана налегла на нее всем весом и позволила удерживать себя, чтобы не соскользнуть с гладкой поверхности металла. Уже от одного давления ее тела можно было натурально сойти с ума. Мегамозг почувствовал, как его захлестывает нервозное, но вместе с тем приятное, щекочущее напряжение и скапливается внизу живота. После чего он раздвинул пышные бедра Роксаны, плотно обхватившие его торс, и зафиксировал их в этом положении. В ту же секунду на капот была откинута стянутая с Роксаны кофта, и Мегамозг вновь припал к разгоряченной коже. От плеча и двигаясь ниже, к упругой, часто вздымающейся груди, он целовал взасос, почти иступленно и неотвратимо наступая на Роксану, которая обвивала его шею и целиком подчинилась его ласкам. Ее отзывчивое тело сладко вздрагивало при каждом касании.       — Перчатки... — простонала Роксана.       — Что?..       Сквозь тяжелый дурман чувств Мегамозгу послышалось, будто она жаловалась на боль, и его пронзила мысль, что он сжал Роксану слишком сильно. Он остановился и расслабил хватку. Как в тумане, перед ним проступила невидимка, а потом он рассеянно поглядел на Роксану и с мукой, не желая отпускать ее, уткнулся лицом ей в шею.       — Надо снять перчатки, — сказала Роксана, — я хочу ощущать тебя, а не латекс.       Перчатки обтягивали Мегамозга второй кожей, он был защищен ими от людей, как неприступной броней с острыми шипами. И это стало так естественно для него, что он напрочь забыл про них.       — Снимай. — В знак согласия Мегамозг сорвал с сочных губ Роксаны еще один поцелуй. — Твоя очередь раздевать меня.       Она начала с его травмированной, но почти зажившей руки, бережно стащив с нее перчатку. А ему подумалось, что, кроме того дня в больнице, после суда, сегодня был первый случай, когда он при ней без перчаток. Под завороженным взглядом Мегамозга ее изящная белая рука легла в его синюю ладонь, крепкую и огрубевшую от драк и оружия. Он дотрагивался до нее невесомо, опасаясь навредить, и Роксана, конечно же, знала, почему. При мнимой уязвимости выносливое тело Мегамозга превосходило земное настолько, что были моменты, как этот, когда ему приходилось сдерживать свою силу. Нежным он быть не умел — это было поразительно ново для него. Но, когда в твоих объятиях любимая девушка, стремящаяся подпереть собой весь мир, ради нее возможным становится все: и мир на твоих плечах, и нежность.       Или практически все...       В Мегамозге плавилось неуемное желание взять Роксану сиюминутно. И, наверное, ему повезло, что та часть его тела, которая была ниже пояса, упиралась в холодный металл машины. Хотя это слабо помогало унять необузданные фантазии о Роксане на капоте и обезумевший раскаленный шар на месте сердца, грозивший выжечь Мегамозга дотла. Чтобы не сорваться, он пробовал отвлечься на сторонние вещи, как то: разрушенный Метрóсити, суд, куда улетели неисправные умботы, гравитация черных дыр и на то, как они возникают из взрыва сверхновых звезд. Но в голову все равно лезло непотребство о Роксане. Ему казалось, что с минуты на минуту он сам взорвется подробно сверхновой.       А между тем Роксана игриво сдернула вторую перчатку. И, силы небесные, как же это напоминало Мегамозгу крутые виражи, что они закладывали в своих отношениях все эти недели. Он отгораживался личиной Бернарда — Роксана сорвала ее. Прятался под маской злодея — так она избавила его и от нее. Наконец эта умопомрачительная дерзкая журналистка, которая закатывала глаза на угрозы Мегамозга, добралась до его одежды. Пока что Роксана одерживала верх, но зато он с лихвой отыграется, когда снимет с нее лифчик.       Но, разумеется, когда в его планах что-то шло как по маслу? Застежка лифчика не поддалась Мегамозгу.       — Давай я сама, — сказала Роксана, заметив его заминку.       — Мисс Ричи, — парировал он с фирменной дьявольской ухмылкой, — я собираю и разбираю оружие с закрытыми глазами. Ваш лифчик — технически менее сложное устройство.       — А фактически оно одолело магистра злодейства, — ласково поддразнивала Роксана.       — Механизмы бывают капризными.       Роксана наклонилась еще ближе, их губы соприкоснулись, и в коротких промежутках между поцелуями она начала покусывать его с нетерпением собственницы, какого Мегамозг не ожидал от нее. От восторга захватывало дух. Но затем, когда Роксана разорвала поцелуй и прикусила его кожу, следуя от губ к самым чувствительным точкам на шее, Мегамозг уже был начинен изощренными фантазиями о ней, будто взрывчаткой, и с трудом проглотил воздух.       — Кто из нас еще злодей, искусительница, — горячо произнес он.       — Точнее будет сказать “доминантка”, — властно поправила Роксана.       — Злодей и доминантка, у которых заело лифчик, — расплылся Мегамозг в широкой улыбке. — Да мы сногшибательны!       — А будет еще сногшибательнее... — Она приникла к его уху, куснув мочку уха, и зашептала ему о таких бесподобных диких вещах, которым подвергнет его в сексе, что хоть ты умри. Она читала его мысли. Нереальная девушка!       Все, терпение Мегамозга вытерпелось. Он сломал застежку лифчика.       — Порвал? — только и удивилась Роксана, оглянувшись.       — Ну его в глубины космоса, надоел!       Мегамозг снял с нее этот проклятый кусок ткани и сдавил в кулаке, которым уперся в капот. Другой, поврежденной, рукой он мягко взял Роксану за раскрасневшееся лицо, обратив к себе, и сказал глубоким бархатистым голосом:       — Не отвлекайтесь, мисс Ричи. Итак, ваше сопротивление бесполезно. Вы обнажены и обворожительно прекрасны. И у вас есть право доминировать, получать неземное удовольствие, а также определять степень и характер моего праведного возмездия. Любите пожестче или помягче?       — Я опробую весь спектр ваших талантов! — деловито воскликнула она.       Мегамозг аккуратно опрокинул Роксану на звездную россыпь капота. Ее прелестная грудь колыхалась в такт возбужденному дыханию и его почти хищным движениям. Видеть, как Роксана не колеблясь вверяла Мегамозгу всю себя, было ни с чем несравнимым блаженством, накрывшим все его естество. Ее голубые глаза под полуопущенными ресницами в экстазе следили за тем, как, довольно усмехаясь, он стянул с нее джинсы вместе с бельем до половины бедра, как отстегнул от себя пустую кобуру. И как, поставив ногу на шип, встроенный в диск переднего колеса невидимки, он для большей устойчивости разместил ее ногу в кроссовке на своем бедре. Тем временем желание рухнуть в жаждущие объятия Роксаны не покидало Мегамозга ни на минуту — и он рухнул. Он взял ее за грудь и, лаская, осыпал ее жгучими поцелуями; нежность граничила в нем с натиском, Роксана вздрагивала всем телом, а из ее горла вырывались глухие стоны, которые эхом бились в кристальной тишине логова.       — Ты можешь сильнее, — молила Роксана с мечтательно прикрытыми глазами.       Но одновременно с тем, как Мегамозг, вняв просьбе, впивался в нее яростнее, перемещаясь к животу, он почувствовал, как Роксана понемногу сползала с капота. Полулежа на нем стало ужасно неудобно. Откинув руку за голову, Роксана пыталась хвататься за машину, а ее свободная нога, которая не стояла на Мегамозге, вихляла в поисках опоры.       — Так дело не пойдет, ты падаешь, — не выдержал Мегамозг, обхватив Роксану за бедро и подсаживая ее обратно. — Давай продолжим в другом месте?       Она привстала на локтях, запыхавшаяся и растрепанная, и согласилась:       — Знаешь, да. Хадсон Хорнет, конечно, хорош, но на нем особо не расслабишься. А у этой модели, кажется, раскладываются сидения... Что думаешь?       — Думаю, что самое время подкрепить твои ценные сведения о Хадсон Хорнет реальной практикой.       Поднятая Мегамозгом, Роксана положила руки на его плечи, снова нависая сверху из-за высоты капота, на котором сидела. Но перед тем как слезть и дать увести себя в салон невидимки, она привела Мегамозга в ступор новой просьбой:       — Подожди. Я бы хотела... Как тебя зовут? — Роксана сощурила глаза с трогающей неловкостью. — Я имею в виду не земное имя, а твое. Настоящее. Если помнишь его.       Мегамозг мгновенно скрылся за показной веселостью.       — Мы собирались заняться любовью в машине — и мое имя... Как ты это увязала?       Он ждал ровно три секунды — сколько мог долго. Потом рукой скользнул в низ ее живота, и, как только стал поглаживать между ног, это вызвало у Роксаны просто божественную реакцию: громко ахнув, она выгнулась в спине и вцепилась в него изо всех сил.       — Блин! — засмеялась она пьяным смехом. — Можно вопросы попроще? Ты не даешь думать ни о чем другом. Ну правда, я хочу знать имя человека, с которым сплю.       — Атлаи́м. Меня зовут Атлаим, — выдал Мегамозг на одном дыхании.       Сверкнув взглядом, он цепко прошелся им по лицу Роксаны, с затаенной тревогой. Он отмечал малейшие изменения в ее чертах. Его окатила такая волна жара, что в какой-то момент родное имя, которое он скрывал от всех и от которого сам отвык за много лет, показалось неуместным, чужеродным и режущим слух.       — На моей планете Атлаим был утренней звездой, самой яркой и самой упрямой, — добавил Мегамозг. — Он не покидал небо, пока не встретит рассвет.       — Атлаим, — проникновенно повторила Роксана, едва касаясь его губ своими. Она словно примеряла к нему это новое-старое имя, придавая ему неповторимое нежное звучание. — Поэтично. И что происходило потом? Ему удавалось встретить рассвет?       — Он уже встретил. Твое имя означает “рассвет”.       Роксана посмотрела на него в изумлении, так как допустить, что экс-злодея могли интересовать такие возвышенные детали, было, наверное, трудно.       — Я случайно узнал, когда наводил о тебе справки. — Мегамозг улыбнулся давним воспоминаниям — и Роксане. — Твое имя — одна из причин, почему я решил похищать тебя. Подумал, это знак.       — Чудесный знак. Приятно познакомиться. Атлаим.       Как яркая безграничная вспышка и полное невыразимого кайфа скручивание — когда Роксана, придвинувшись, вновь налегла на Мегамозга, а ее руки порывисто забрались под его одежду, блуждая по спине, все его мысли и чувства — весь он и мир вокруг будто бы сжались до плотной мельчайшей точки. Казалось, что поцелуй, с которым Роксана прильнула к Мегамозгу, и то, как он стянул ее с капота, заняло значительно меньше секунды. Они спешили. Мегамозг стаскивал с Роксаны джинсы. Она ловко расстегнула его пояс. Открылась дверца невидимки. Было ощущение, что он падал в Роксану под влиянием ее непреодолимой гравитации, и ее затягивал в Мегамозга такой же бурный поток. Притяжение друг к другу стало настолько сильно, что им уже не представлялось возможным и нужным когда-либо вырваться из ловушки судьбы.       Ведь утренняя звезда неизбежно стремится к рассвету.