Часть 1

      Утро началось с запаха подгоревших тостов, который тянулся из общей кухни. Ты сидела на подоконнике в холле первого этажа, поджав ноги, и пыталась дочитать конспект по истории проклятий. Строчки плыли перед глазами — сосредоточиться не получалось. Мысли возвращались к вчерашнему вечеру, когда ты случайно столкнулась с Мегуми. Он, вместо того чтобы пройти мимо, остановился и спросил, всё ли у тебя в порядке. Всего три слова, а сердце до сих пор сжималось при воспоминании.       — О, привет! — Юджи пронёсся мимо и затормозил так резко, что чуть не поскользнулся на натёртом полу. — Ты идёшь? Годжо-сенсей сказал, сегодня будем отрабатывать парные приёмы!       — Иду, — ты захлопнула тетрадь быстрее, чем хотела.       Тренировка в парах означала случайное распределение, а случайное распределение означало шанс оказаться в паре с ним. Глупо, конечно, радоваться такой мелочи. Ты тяжело вздохнула, соскочила с подоконника и вместе с Итадори направилась к выходу из корпуса. ***       Несмотря на недавно прошедший дождь, небо над тренировочным полем всё ещё было мрачным. Новые тучи собирались в очередное тёмное полотно. Воздух пропитался сыростью и липкой пеленой оседал на кожу.       Годжо огляделся, поправил очки, но лишь отмахнулся от замечаний Кугисаки о погоде.       — Погодка — сказка! Вперёд-вперёд!       Нобара лениво крутила в руках свой молоток, о чём-то перешучиваясь с Итадори. Мегуми стоял чуть дальше и смотрел куда-то в небо. Его тёмные волосы, обычно торчащие во все стороны непослушными прядями, сегодня казались особенно мягкими — от влажности, наверное. Он хмурился, глядя куда-то поверх твоего плеча, и крутил в пальцах рукоять тренировочного оружия. Даже в этом простом жесте что-то заставляло твой живот сжиматься — то, как двигались его руки, длинные пальцы и чуть выступающие костяшки…       Ты подошла и встала рядом с Кугисаки, стараясь дышать ровно. Глупое сердце колотилось где-то в горле.       — Сегодня работаем в парах! — объявил Сатору, хлопнув в ладоши. — Юджи с Нобарой, и вы двое, — он улыбнулся и ткнул пальцем в тебя и Мегуми, — вместе. Отрабатывайте уклонение и контратаку.       На секунду мир замер. Ты встретилась взглядом с Мегуми. Он коротко кивнул и отвернулся первым. Ты выдохнула, стараясь унять дрожь в пальцах.       — Начали, — скомандовал Годжо.       Час пролетел в напряжённых спаррингах. Ты старалась изо всех сил, но Мегуми был воплощением точности и скорости. Потеряв равновесие, ты поскользнулась на мокрой траве и начала падать назад. Его рука мгновенно оказалась под твоим локтем, не дав упасть на землю. Пальцы Мегуми были холодными, но это прикосновение всё равно обожгло. Даже через рукав формы.       — Осторожнее, — тихо сказал он. Ладонь Мегуми всё ещё лежала на твоём локте. Кажется, он сам не заметил, что не убрал её.       Твоё сердце пропустило удар. Ты надеялась, что никто не услышит, как сильно оно колотится.       — Сам виноват, — хмыкнула ты, пытаясь скрыть смущение. — Можно и сдерживаться.       — Я сдерживаюсь, — Мегуми наконец убрал руку и отступил на шаг. — Если бы не сдерживался, ты бы уже три раза упала.       — Спасибо за заботу, — фыркнула ты. Мегуми промолчал, но его взгляд немного расслабился. Или тебе просто хотелось так думать. На губах появилась глупая, счастливая улыбка. Ты быстро отвернулась.       Первая капля дождя упала на лоб. Затем вторая, третья. Внезапно поднявшийся ветер был холодным и сильным, заставляя щуриться. Кожа на руках сразу покрылась мурашками. Годжо, задрав голову, хмыкнул:       — Ладно, сворачиваемся!       После этих слов небо словно лопнуло. Капли начали быстро лететь вниз, агрессивно ударясь о землю. Небо загремело, начался проливной дождь. Идея бежать до входа в корпус не имела значения — вы все уже промокли до нитки.       Юджи быстро натянул свой красный капюшон на голову и побежал под крыльцо вместе с Нобарой. Мегуми шёл размеренно, хоть и быстрее, чем обычно. Его волосы совсем промокли — тёмные пряди облепили лоб и шею.       Дождавшись вашего прихода, Итадори оживился и предложил пойти смотреть фильм в общей комнате. Кугисаки неохотно, но согласилась. Делать всё равно было нечего.       — Фушигуро, ты с нами? — спросил Юджи.       — Нет, я к себе, — коротко ответил Мегуми, открыв дверь и направившись к своей комнате.       Когда Юджи спросил тебя, ты поколебалась пару секунд. Идти с ним и Нобарой было бы проще. С ними шумно и весело. С ними не нужно думать о том, как смотреть и что говорить. Но ты отказалась. Ноги сами пошли вперёд. Не специально — просто вам было по пути.       В общежитии было тихо — все либо разошлись по комнатам, либо ушли в общую гостиную. Возвращаться к себе не хотелось. Там было пусто и слишком тихо. Мысли сразу начинали крутиться вокруг его тёмных глаз, его улыбок, его голоса.       Мегуми шёл быстро, но у самой комнаты резко притормозил. Ты чуть не врезалась ему в спину и замерла.       — Ты чего застыла? — спросил он.       Он не должен был оборачиваться. Не должен был останавливаться у двери. Не должен был спрашивать.       — Итадори и Кугисаки пошли смотреть фильм, — прошептала ты, просто чтобы что-то сказать. Голос почти потерялся в шуме дождя. Мегуми кивнул.       — Знаю.       — Годжо-сенсей куда-то исчез.       — Он как всегда.       Ты замолчала, не зная, что ещё добавить. Мегуми тоже молчал. Тишина между вами была тяжёлой, влажной, пропитанной запахом дождя и чем-то ещё. Ты уже собиралась пройти мимо, направиться в свою комнату, когда он вдруг заговорил:       — Ты… — Мегуми застыл. Его пальцы сжались в кулаки, но потом разжались. Ты заметила, как он напрягся, словно обдумывая что-то. — Ты замёрзла.       Это был не вопрос. Утверждение. Ты хотела сказать «нет», но зубы предательски стукнулись.       Мегуми глубоко вздохнул.       — У меня есть сухая одежда, — наконец произнёс он. Голос прозвучал ровно. — И чай. Если хочешь… можешь зайти.       Мегуми не смотрел на тебя. В стену, в пол, куда угодно, только не на тебя. Он неловко заправил влажную прядь волос за ухо и положил ладонь на затылок.       Твоё сердце остановилось.       — К тебе? — уточнила ты. Собственный голос показался чужим.       — Если хочешь, — повторил Мегуми. Теперь в его голосе появилась какая-то осторожная, почти робкая интонация. Или тебе показалось. Снова.       — А ты не против?       — Если бы был против, не спрашивал бы.       Его пальцы снова сжались в кулаки. Он нервничал? Мегуми Фушигуро, который с каменным лицом выходил против проклятий, который никогда не показывал слабости, сейчас стоял перед тобой мокрый и смущённый и нервничал от того, что ты могла сказать «нет».       — Пойдём, Мегуми.       Щёки мгновенно покраснели. У него тоже?       Мегуми отвернулся, достал ключ от комнаты и почувствовал, как холод начал пробираться под мокрую форму. Он слышал твоё дыхание. Даже то, как ты поёжилась от холода. Что-то внутри него сжалось от этого звука.       — Заходи, — сказал он и посторонился, пропуская тебя вперёд.       Здесь было… хорошо. Заправленная кровать без единой складки, несколько книг на полке — история проклятий, тактика боя, потрёпанный том какой-то старой манги, которую принёс Юджи. В углу — пара гантелей. На столе — кружка с давно остывшим чаем. Ничего лишнего, ничего случайного. И пахло здесь им — чем-то травяным, чистым, с лёгкой горчинкой.       Ты встала у окна, обхватив себя руками и не зная, куда деться. Ливень заливал поле, превращая его в грязное месиво. Одежда прилипла к телу и ты уже начинала дрожать — то ли от холода, то ли от Мегуми.       Он тоже был мокрым. Тёмные волосы потемнели ещё больше, и Мегуми иногда откидывал их назад. Капли стекали по лицу, по острой линии скул, по шее, исчезая за воротником футболки. Ты старалась не смотреть на то, как мило покраснел кончик его носа. Вообще Мегуми весь был… красивым.       — Садись, — он кивнул на кровать. — Я принесу что-нибудь сухое.       Ты осторожно села на край кровати. Пружины тихо скрипнули. Между вами было расстояние в полметра, но ты чувствовала Мегуми каждой клеточкой — его дыхание, его тепло, его взгляд, который он то и дело бросал на тебя и тут же отводил.       Он вышел и вернулся через минуту с двумя кружками и стопкой одежды — простая серая футболка и спортивные штаны, явно великоватые для тебя.       — Спасибо, — пробормотала ты, прижимая вещи к груди.       — Можешь переодеться в ванной, — Мегуми кивнул на дверь в углу комнаты. — Я сделаю чай.       Ты скрылась в крошечной ванной, прислонилась спиной к двери и выдохнула. Сердце билось так, что уже начинало болеть. Его футболка пахла им — тем самым травяным запахом. Ты на мгновение уткнулась в неё носом. Щёки снова вспыхнули.       Когда ты вернулась, Мегуми сидел на стуле с двумя дымящимися кружками в руках. Он тоже успел переодеться — теперь на нём была чёрная свободная футболка и спортивные штаны. Волосы, всё ещё влажные и не торчащие во все стороны, были небрежно откинуты назад. Взгляд Мегуми на секунду задержался на тебе в его одежде. Кончики его ушей слегка порозовели. Он прокашлялся и протянул тебе кружку.       — Чай. Травяной. Мне Сёко дала.       — Спасибо, Мегуми.       Ты опустила взгляд и сделала глоток чая — горьковатый, с мятой и ромашкой. Мегуми сидел, чуть ссутулившись, обхватив кружку обеими руками, и хлопая своими длинными ресницами. Красивый. От Мегуми веяло спокойствием, от которого перехватывало дыхание. Он, кажется, совершенно этого не осознавал.       Ты не знала, сколько вы просидели в тишине. Дождь то стихал, то снова набирал силу, барабаня по крыше. Мегуми допил чай и поставил кружку на стол. Потом, поколебавшись, поднялся и сел на кровать. Пружины тихо скрипнули под его весом. Между вами осталось расстояние — меньшее, чем раньше, но всё ещё ощутимое. Ты замерла, боясь пошевелиться.       — У тебя волосы всё ещё мокрые, — заметил он, глядя на твои пряди, прилипшие к вискам.       — У тебя тоже, — ты тяжело сглотнула.       — Но мне не холодно.       — Мне тоже.       — Врёшь, у тебя пальцы красные, — Мегуми кивнул на твои руки, всё ещё обхватывавшие кружку.       — И что? Я не мёрзну.       — Упрямая.       — Сам такой.       Мегуми тихо хмыкнул и провёл рукой по волосам. Несколько непослушных прядей тут же упали обратно на лоб, и ты засмотрелась. Он перехватил твой взгляд и замер. Его щёки начали медленно розоветь.       — Что?       — Ничего. Просто… ты красивый, когда не хмуришься.       Слова вырвались сами по себе, и ты тут же пожалела о них. Зачем ты это сказала? Теперь он подумает, что ты… Мегуми замер. Его взгляд заметался по комнате, не зная, куда деться. Ты заметила, как он сглотнул.       — Не говори глупостей, — выдавил он наконец.       — Это не глупость. Правда.       Ты протянула руку, сама не зная зачем. Просто потянулась к его лицу, чтобы убрать эту дурацкую прядь, которая всё время падала ему на глаза. Кончики пальцев коснулись его виска — кожа была прохладной. Мегуми вздрогнул, как от удара током, но не отстранился. Его глаза расширились, а дыхание сбилось. Ты замерла.       — Извини, — ты тут же отдёрнула руку. — Я не… Просто…       — Не извиняйся. Мне… — Мегуми запнулся. — Мне не было неприятно.       Тишина стала звенящей. Было слышно только дождь за окном и ваше сбитое дыхание. Ты боялась поднять глаза, увидеть в его лице что-то, что разрушит этот хрупкий момент. Но Мегуми решил всё сам.       — Посмотри на меня.       Его голос был тихим. Ты подняла взгляд. Мегуми слегка наклонился вперёд, сократив расстояние между вами до минимума. Его лицо было так близко, что ты видела каждую ресницу. Его щёки горели алым — невероятное зрелище. Мегуми Фушигуро краснел. Из-за тебя.       — Я… — он остановился. Его пальцы вцепились в край одеяла.       — Что? — твой голос дрогнул.       — Я не знаю, как это правильно делать, — выдохнул Мегуми, глядя тебе в глаза.       — О чём ты?       Взгляд Мегуми метался по твоему лицу — с твоих глаз на губы и обратно.       — Вот это всё. Я не умею.       У тебя сжалось сердце. Мегуми был таким уязвимым в этот момент, что хотелось просто обнять его и никогда не отпускать. Он очень медленно сократил последние сантиметры. Ты чувствовала его дыхание на своих губах — тёплое, с лёгким привкусом мяты от чая. Сердце колотилось так громко, что, казалось, его могли услышать Итадори с Кугисаки.       — Можно? — выдохнул он.       — А ты как думаешь?       — Я спрашиваю.       — Можно, — ты кивнула.       Его губы коснулись твоих. Первое прикосновение было лёгким, почти невесомым. Мегуми едва прикоснулся и тут же замер, будто спрашивая разрешения продолжить. Его губы были мягкими, чуть прохладными. От них пахло мятой и чем-то едва уловимым — его собственным, тёплым, живым. Ты прикрыла глаза, чувствуя, как мир остановился. Как и всё остальное: дождь за окном, тусклый свет лампы, тишина комнаты — всё это отступило куда-то далеко, оставляя только вас двоих.       Мегуми отстранился и неловко посмотрел вниз. Ты заметила, как задрожали его губы — от волнения, от неуверенности. Эта дрожь была такой искренней, что у тебя защипало в глазах. Ты чуть подалась вперёд, сократив оставшееся расстояние, и тогда Мегуми выдохнул — коротко, прерывисто, прямо в поцелуй.       Он целовался медленно, изучающе, будто пробовал на вкус каждое мгновение. Его пальцы нашли твои и переплелись с ними — сначала неуклюже, неловко, потом сжались крепче. Ты чувствовала, какими мягкими, но чуть мозолистыми от тренировок они были. От этого простого прикосновения по телу разлилось тепло, поднимаясь от кончиков пальцев к груди и щекам.       Поцелуй углубился сам собой — без спешки, с той бережной осторожностью, которая была так свойственна Мегуми во всём, что он делал. Его губы двигались мягко, почти робко. И этой робости было столько невысказанной нежности, что у тебя перехватило дыхание. Ты чувствовала его вкус — травяной чай, мята, что-то едва уловимое, похожее на лес после дождя. Его дыхание смешивалось с твоим, становилось чаще, глубже. Каждый выдох отдавался теплом где-то в солнечном сплетении.       Его свободная рука поднялась и замерла в воздухе у твоего лица — он не решался прикоснуться. Ты почувствовала это, и, не открывая глаз, сама чуть наклонила голову, прижимаясь щекой к его ладони. Мегуми вздрогнул, а потом аккуратно положил ладонь на твою скулу, будто ты была чем-то хрупким. Большой палец провёл по линии скулы, и от этого движения по твоей спине побежали мурашки.       Ты чуть отстранилась, чтобы глотнуть воздуха, и посмотрела на его лицо — с прикрытыми глазами, с приоткрытыми губами, с румянцем, который разлился от щёк до самых ушей. Его ресницы подрагивали, дыхание было частым и неровным.       Ты снова притянула Мегуми к себе, на этот раз сама — ладонь легла на его затылок, пальцы запутались в мягких, всё ещё слегка влажных волосах. Он тихо выдохнул тебе в губы и ответил на поцелуй — уже увереннее, но всё с той же нежностью. Его пальцы на твоей щеке чуть сжались, притягивая ближе. Ты почувствовала, как сердце Мегуми заколотилось где-то совсем рядом. Быстро, взволнованно, в унисон с твоим.       Время перестало существовать. Был только Мегуми, его дыхание, его вкус, его тепло и его дрожащие пальцы в твоих волосах. Ты растворялась в этом моменте, забыв обо всём на свете.       Вы отстранились одновременно — нехотя, медленно, будто разрывать контакт было физически больно. Твои губы горели, в груди всё дрожало. Мегуми смотрел на тебя широко раскрытыми глазами, в которых читалось столько всего сразу — удивление, растерянность, влюблённость.       Ты приподнялась. Мегуми вопросительно приподнял брови. Его губы приоткрылись, чтобы что-то спросить, но ты не дала ему это сделать. Затем ты шагнула вперёд и опустилась к нему на колени.       Мегуми вздрогнул. Его руки инстинктивно поднялись и замерли в воздухе по бокам от тебя, не решаясь коснуться. Глаза расширились, в них промелькнула паника.       — Что ты… — хрипло выдохнул Мегуми.       Ты обхватила его лицо ладонями и поцеловала снова — на этот раз глубже, увереннее, без той осторожной нежности, что была минуту назад. Ты вложила в этот поцелуй всё, что не могла сказать словами.       Мегуми издал сдавленный звук — что-то среднее между стоном и удивлённым вздохом. Его руки наконец опустились на твою талию. Сначала неуверенно, едва касаясь, будто он всё ещё не верил, что это происходит на самом деле. Но когда ты чуть подалась вперёд, прижимаясь к нему теснее, его пальцы сжались крепче и впились в ткань собственной футболки.       Вы оторвались друг от друга на несколько секунд, чтобы глотнуть воздуха. Его пылающее, с припухшими губами лицо было так близко… Мегуми смотрел на тебя так, будто видел впервые. И он не мог насмотреться.       В этот самый момент дверь с грохотом распахнулась.       — Мегумиии! — жизнерадостный голос Сатору разорвал тишину, как сирена воздушной тревоги. — Ты не представляешь, что я раздобыл! Новый вкус моти! Черника со сливками. Они только сегодня поступили в ту кондитерскую у станции. Промок, правда, как…       Он тряхнул сырой головой и, заметив вас двоих, замер на пороге. В руках Сатору держал маленькую коробочку, перевязанную фиолетовой лентой. Его взгляд медленно скользнул по комнате: смятое одеяло, две пустые кружки из-под чая, ты на коленях Мегуми и ладонью на его затылке, его руки на твоей талии. И оба красные, как спелые помидоры.       Ты резко соскочила с Мегуми, отсела на безопасное расстояние и неловко посмотрела в пол.       Повисла тишина.       Годжо снял солнцезащитные очки и потер стеклышко краем кофты. Улыбка на его лице стала ещё шире, если такое вообще было возможно.       — Таак, — эта интонация не предвещала ничего хорошего. — А я-то думаю, куда вы вдвоём пропали. Итадори с Нобарой, значит, фильм смотрят, а вы…       Мегуми зажмурился так сильно, что на переносице залегла глубокая складка. Его щёки стали почти бордовыми.       — Годжо, — начал он, — ты знаешь, что такое стучать?       — Зачем мне стучать к любимому ученику? — Сатору бесцеремонно облокотился на стену и ухмыльнулся. — Тем более, я тебе моти принёс!       Он поднял голову, посмотрел на тебя с Мегуми, а затем перевёл взгляд на пустые кружки.       — Вы присоединяйтесь. Чаю ещё сделаем. Или у вас тут… свои планы? — его улыбка стала откровенно ехидной. — Я могу уйти, конечно…       Лицо Мегуми выражало смесь паники, стыда и желания провалиться сквозь землю.       — Мы просто… — Мегуми остановился, потому что врать он не умел совершенно.       — Просто что? — Годжо склонил голову набок и скрестил руки. — Просто целовались под звуки дождя? Романтично, молодёжь… Я-то в ваши годы…       — Годжо! — перебил Мегуми с отчаянием в голосе.       Ты не выдержала и засмеялась. Ситуация была настолько нелепой, что смущение понемногу отступало, уступая место веселью. Мегуми бросил на тебя серьёзный взгляд.       — Всё, всё, ухожу! — Годжо положил коробочку на столик, прежде чем шагнуть в коридор. — Про моти не забудьте!       Дверь закрылась с мягким щелчком. В наступившей тишине было слышно, как Годжо насвистывает какую-то до отвращения весёлую мелодию. Мегуми медленно опустил лицо в ладони и замер.       В комнате снова стало тихо.       — Я прибью его когда-нибудь, — глухо произнёс он.       Ты снова рассмеялась и начала поглядывать на коробочку с моти.       Мегуми присел поближе к тебе. Не вплотную, но достаточно близко, чтобы ты чувствовала тепло его плеча. Он заметил, куда ты смотришь, и ухмыльнулся.       — Принести? — спросил он.       — Давай.       Мегуми встал, взял коробочку, вернулся и сел ещё ближе. Он начал распутывать ленту, и ты заметила, как его пальцы всё ещё чуть-чуть подрагивали от волнения. О того, что момент был прерван, но не закончен.       — Мегуми, — тихо позвала ты.       Он посмотрел на тебя.       — Я рада, что ты меня пригласил.       — Я тоже, — ответил Мегуми, протягивая тебе черничное моти.