Часть 14

Спустя год

      Солнце спряталось за облачками, а день уже начинал клониться к закату.       Хоуп сидела в кресле-качалке, подогнув под себя одну ногу и с любовью в глазах смотря на Баки, держащего на руках их маленькое чудо.       Вот как несколько дней назад они прилетели к родителям Хоуп с визитом. Девушка чувствовала себя прекрасно и была приятно удивлена, поняв, что послеродовая депрессия благополучно обошла её стороной.       Баки был потрясающим отцом: возился с их доченькой, поднимался ночами, чтобы убаюкать её, готовил и помогал Хоуп во всём.       Сидя в кресле на веранде родительского дома, Хоуп смотрит на Баки, убаюкивающего ребёнка на своих руках, и мысли её постепенно возвращаются к тем самым девяти месяцам беременности...       ... Вот в воспоминаниях Хоуп всплывает момент, когда УЗИ показало ей и Баки пол их будущего ребёнка.       - Это девочка, - с улыбкой на лице произнесла приятная женщина-доктор средних лет.       Хоуп тут же метнула взгляд на Баки и почувствовала, как его ладонь крепче сжимает её. Мужчина улыбался, не отрывая глаз от экранчика, на котором виднелась маленькая крошка. Его дочь.       - Стиви? - с улыбкой спросила у него Хоуп.       - Стиви, - ответил Баки со слезами на глазах, целуя пальцы своей жены.       Доктор недоумённо посмотрела на них двоих, не понимая, что они имеют в виду.       ... Следующая мысль перекинула Хоуп во времена шестого месяца беременности.       Вот она стоит с поднятой кверху футболкой, а рука Баки лежит на её животе.       - Почувствовал? - спрашивает Хоуп с горящими от радости глазами.       - Такое сложно не почувствовать. Она, кажется, та ещё драчунья, - с улыбкой отвечает Барнс, поглядывая то на Хоуп, то на её животик.       - Целый день пинается, - уточняет Хоуп, смеясь.       Баки задорно хмурит брови и серьёзно обращается к животу:       - Стиви, мама тебе не боксёрская груша. Вот родишься, вырастешь, и папа научит тебя первоклассным приёмам, если ты этого захочешь, а пока просто отдыхай у мамы в животике.       В ту же минуту Хоуп вновь чувствует изнутри живота лёгкий пинок и, улыбаясь, говорит:       - Кажется, она проигнорировала отцовскую просьбу.       Прищурив глаза, Баки с хитринкой шепчет животу:       - Маленькая драчунья.       ... Следующая мысль Хоуп заключает в себе сразу много вещей: это и сильная физическая боль, и поддержка любимого человека, и радость рождения нового человечка, и бешеная усталость вкупе с измождённостью.       Хоуп помнит, как у неё отошли вОды, как Баки сразу же отвёз её в ближайшую больницу, как поддерживал и каждую минуту находился рядом с ней. Он уже давно принял решение, что будет присутствовать на родах.       - Я с тобой, Хоуп, я рядом! - постоянно повторял Баки, мысленно молясь о том, чтобы всё прошло хорошо.       - Давайте, тужьтесь! Осталось совсем немного! - вторит её мужу врач-акушер.       Глаза Хоуп застилает странная дымка, и она, собрав всю волю в кулак, цепляется за руку Баки и, что есть мочи, кричит:       - Аааа!       В ту же минуту на всю палату раздаётся оглушительный крик младенца.       - Поздравляем с рождением девочки! - слышит Хоуп голос врача и быстро кидает взгляд в сторону Баки.       Тот, не скрывая слёз, открыто плачет, беря на руки свою маленькую дочурку.       ... Воспоминание трёхмесячной давности, которое каждый раз заставляет сердце Хоуп ощущать трепетное тепло.       Она только что приняла ванну и зашла в комнату, наблюдая, как Баки склонился у кроватки сладко спящей Стиви.       Подойдя к мужу, Хоуп погладила его слегка отросшие пряди волос и тихо произнесла:       - Пойдём спать, милый.       - Я ещё немножко посижу, - также тихо отвечает Баки, не сводя глаз с ребёнка.       - Я же вижу, что ты тоже устал, пойдём. Я не засну без тебя, - говорит Хоуп, склоняясь и целуя Барнса в висок.       Тот поднимает голову, улыбается и тихо спрашивает, не выпуская руки Хоуп из своей:       - Скажи мне, как психолог, это же правильно, что я не могу наглядеться на собственного ребёнка и благодарен за каждое мгновение своей семейной жизни?       Хоуп садится рядом с Баки, обхватывает его торс руками и тихо шепчет:       - Это идеальный вариант. Многих отцов пугают младенцы и семейная жизнь. Даже если эти младенцы их собственные, а браки были заключены по их инициативе и согласию.       Баки целует Хоуп в скулу и, приобнимая одной рукой, произносит:       - Я смотрю на Стиви и не могу поверить, что эта крошка моя дочь. Что я отец. Что у меня есть семья. Это такое безграничное ощущение счастья... Я не могу объяснить это словами. Это даже больше, чем то, о чём я мог мечтать.       Хоуп видит маленькие слезинки, застывшие в глазах мужа. Она сильнее прижимается к нему, переводит взгляд на Стиви и тихо произносит:       - Она твоя маленькая копия.       И ведь даже не приукрасила: у их дочурки и впрямь отцовские выразительные голубые глаза. Хоть бы унаследовала от матери рыжеватые локоны, но нет. Волосики и те тёмные, как у папы.       - Именно ты подарила этому миру нового человечка, - шепчет на ухо Хоуп Баки. Мужчина медленно опускает ладонь с талии на бедро Хоуп и теснее прижимает её к себе, нежно целуя за ушком и произнося:       - Я до невозможности тебя люблю, Хоуп.       - А я тебя, милый, - отвечает она, кладя ладони на шею Баки и целуя его в ответ.       ... - Ты чего так смотришь? - прерывает поток воспоминаний Хоуп улыбающийся Баки, заметив, как неотрывно и нежно смотрит на него жена.       Девушка лишь улыбается уголком рта и произносит:       - Я уже говорила тебе это, но не устану повторять: ты потрясающий отец, Баки.       Взгляд мужчины теплеет, и он вкрадчиво произносит:       - А ты не менее прекрасная мама, Хоуп.       Девушка улыбается, смущённая, и спрашивает, кивая на дочку:       - Заснула?       - Да, - отвечает Баки, смотря на дочь, уютно устроившуюся на его руках.       - Давай её мне, отнесу в кроватку, - аккуратно встаёт с кресла Хоуп и протягивает руки к Баки.       Мужчина предельно осторожно передаёт Стиви и быстро чмокает Хоуп в губы.       Зайдя в большой и уютный родительский дом, Хоуп направляется к комнате, которую выделили для их маленькой семьи на время приезда.       По пути к комнате ей навстречу выходит мама и с улыбкой на лице тихо спрашивает:       - Снова наше солнышко на руках у Баки заснула?       - О да, - также улыбаясь, отвечает Хоуп.       - Не забалуйте, - говорит мама и направляется в сторону кухни, из которой тянется тонкий аромат пирога с домашними ягодами.       Зайдя в комнату, Хоуп осторожно кладёт спящую Стиви в кроватку.       Невольно залюбовавшись дочкой, заслушавшись её сопением, Хоуп не слышит, как в комнату тихо заходит Баки.       Мужчина осторожно обхватывает Хоуп за талию и тесно прижимает к себе.       Слегка вздрогнув от неожиданности, Хоуп с улыбкой произносит:       - Умеешь же ты подкрадываться.       Баки тихо смеётся Хоуп в шею, покрывая её дорожкой поцелуев, и тихо говорит:       - Как ты смотришь на то, чтобы заглянуть в гараж твоего отца, пока он занят в огороде, твоя мама готовит изумительнейший пирог, а Стиви посапывает в кроватке?       Хоуп тихонько смеётся и, поворачиваясь к Баки лицом, говорит:       - Ты же понимаешь, что мы ведём себя, как пубертатные подростки? Задний двор, отцовский пикап, чердак, теперь ещё и гараж?       Баки игриво смотрит на жену и произносит:       - Кровать было бы слишком просто, не считаешь? Особенно, когда твои родители в доме.       Хоуп кивает и, обхватывая Барнса за шею, говорит:       - Да, ты прав, застукать нас, занимающимися сексом в комнате, шанс гораздо выше, чем на каком-нибудь чердаке.       Баки задорно улыбается, кивает и, заправляя прядь волос Хоуп за ухо, произносит:       - Потому я и включаю фантазию, милая.       Хоуп игриво щурится и спрашивает:       - Но признай, тебе это всё даже нравится?       Баки впивается в губы жены, коротко и страстно целуя её, а затем произносит:       - Рядом с тобой мне словно семнадцать лет.       - Когда такое говорит столетний дедушка, это даже приятно, - тихо смеётся в ответ Хоуп, стараясь не разбудить дочку.       Баки, смеясь, закатывает глаза, берёт Хоуп за руку и нетерпеливо тянет из комнаты в сторону гаража.