Город комфорта ли?

Нанцуя с насторожением слушала их, и повисла неловкая пауза. Резко Кин начала хихикать. Резко, но плавно, будто подплыла к ней, сложив ладони вместе у своей шеи. Кин: — Ой-й-й! Какой у тебя личико! Ну куколка! Мияма влез. Мияма: — Кин, не пугай девочку. Нахмурился, сложив руки на груди. Кин смеётся. Кин: — Ладно, ладно! А вот Нанцуя расплакалась, сев на корточки. Кин и Мияма резко подхватились и дёрнулись к ней. Кин: — Эй, эй! Милашка, ты чего?! Мияма: — Нанцуя, не плачь только. Нанцуя, рыдая, начала говорить: Нанцуя: — Мои... родители! Всхлипывает. Брат! Статуи! Плачет. Кин явно тоже погрустнела, даже Мияма немного помрачнел. Тишина, только всхлипы Нанцуи. Мияма сел напротив неё на землю (японская традиционная поза). Спокойно, но успокаивающе: Мияма: — Слушай, Нанцуя. Это мир Вето, а у вас называется мир мёртвых или загробный. Твои родители понадобились самой смерти, но ты, похоже, попала позже их сюда и отстала. Не светись. Тут всех, кто не готов нести пользу, становятся камнями в коллекции поместья смерти... Нанцуя в шоке от услышанного, пытается вытереть слёзы, но они текут снова. Кин хлопает её по спине. Мияма: — Не плачь, ты можешь их вернуть... Но это не просто. Смерть любит азарт и всегда играет. Если выиграешь у него, он отдаст твоих родителей... Но к нему попасть трудно. Встал с земли и положил руку на её волосы, проведя рукой. Кин (улыбнулась): — Но всё возможно! — Кин, мы тебя замаскируем, и ты будешь работать с нами в гостинице! Мияма добавил, сложив руки на груди: Мияма: — Не забывай, что мы друзья. Глаза у Нанцуи блеснули надеждой и даже радостью. Закончив вытирать слёзы, она твёрдо сказала: Нанцуя: — Не забуду. Кин широко улыбнулась и кивнула. Мияма кивнул и поправил волосы, хотя так незаметно улыбнулся. Тишина была не долгой. Кин: — Итак! Теперь я приведу тебя в порядок, милашка! И потянула её за собой через цветы. Мияма недовольно крикнул вслед: Мияма: — Не тяни её так, остолопная! Кин лишь посмеялась. Нанцуя плелась за Кин через гущу цветов. Вскоре перед ними предстало огромное здание, тоже разные этажи. К зданию ведёт жёлтый мост, и ещё издалека на раме написано: «Ямура приветствует вас!» Кин радостно, чуть ли не скачет, около Нанцуи. Нанцуя: — Кин, а что это? Кин: — Это место для ночлегов! Тут живёт очень много... э-э-э... обитателей? Наверное, можно так назвать... Из цветов сзади вышел Мияма, сказав: Мияма: — Духов и существ. С явной насмешкой добавил: — Даже объяснить не можешь. Кин: — Эй! Кин и Мияма начали немного ссориться, а Нанцуя смотрит на здание и вскоре сама пошла по деревянному мосту. Мияма и Кин поспешили за ней. Кин: — Не уходи далеко от нас! Мияма: — Это опасно. Нанцуя: — Вы просто ссорились, вот я и решила пойти сама. Кин и Мияма переглянулись, явно понимая, что и правда ссориться не стоило. Они молча дошли до дверей. Открыв их, перед Нанцуей предстало новое зрелище: Много людей? Нет. Кто-то слишком похож на животное, у кого-то нет ног, они прозрачные, кто-то вообще животное. Жабы, кошки, птицы, летучие мыши. Нанцуя была в ступоре от увиденного. Кин положила ей руку на плечо, немного пытаясь успокоить. Вскоре одна из жаб подбежала к Мияме, а Кин быстро спрятала Нанцую себе за спину. Жаба: — Господин Мияма! Господин Мияма! Вас зовёт Ярозу! Мияма был абсолютно спокоен. Мияма: — Уже иду. И быстрыми шагами куда-то ушёл, а жаба за ним. Кин (хмыкнула): — «Господин» — бе-бе-бе... — Пошли быстрее! Нанцуя ещё разглядывала всех вокруг. --- Звуки воды, босых ног по полу, разговоры. Весь день Кин не была в гостинице, а у себя в комнатке на дальнем этаже, которую ей дал Мияма. Кадр меняется на рыжий цвет, и по нему проводят расчёской, и ракурс отделяется, и видно, как Нанцуя сидит на стуле, а Кин расчёсывает красивым гребнем её уже рыжие волосы. Нанцуе немного грустно от потери длинных волос, и она сидит, склонив голову. Кин: — Ну чего ты? А куколка? Плавно кружит вокруг неё. А Нанцуе только злее от того, что у Кин очень длинные волосы, а её волосы отстригли. Нанцуя пробубнила: Нанцуя: — Не кружись, голова кругом и так. Кин похихикала. Кин: — Прости, прости! Остановилась перед ней, плавно поправив её рыжую прядь за ухо. Подвела руку к губам, задумавшись: — Чего-то не хватает... Ушла куда-то. Нанцуя подняла голову, заинтересованно начав ждать. Вскоре Кин вернулась с красивыми заколками: на одной — красная камелия, на другой — белая. Глаза у Кин блестят азартом. Нанцуя: — Красивые... Смотрит на заколки, хотела к ним потянуться, но Кин резко ринулась сама цеплять их ей на голову. Кин явно переполняла радость. Кин: — Ты погляди! Только погляди! Схватила её за руку, потянула на себя и начала кружить по комнате. Движения Кин очень плавные. Они остановились у зеркала. Кин: — Погляди, куколка! Нанцуя смотрела на себя в зеркало, на свои уже рыжие волосы, на которых красовались заколки. Улыбнулась, даже смутилась. Нанцуя: — Красиво... Спасибо. Кин провела руками по её волосам. Кин: — Гордо, ещё бы! Ведь это делала я! Лучшая сестрица Кин! Хихикает, и Нанцуя тоже начала посмеиваться. Дверь к ним резко открылась. Это Мияма. Мияма: — Нанцуя. Подошёл к ним, положив руки перед собой. — Я уговорил Ярозу, чтобы ты работала здесь. Он думает, что ты умеешь колдовать, поэтому привыкай к образу. Теперь ты помощница Кин. Перевёл взгляд на Кин, указал: — Кин, дай ей форму. Скоро начнёте работу. Мне пора. И, просто кивнув, ушёл. А Кин только начала его передразнивать, как только закрылась дверь. Но всё же пошла искать форму. Поворачивается к ней. Нанцуя: — Эм... Кин? Не отвлекаясь, Кин ответила: Кин: — Да? Слушаю тебя. Подбирает размер для Нанцуи, копаясь в ящике с формой, как у неё. Нанцуя: — А что мне нужно делать? Э-э... замешкалась. Я, конечно, понимаю, что я твоя помощница, но я так и не знаю, кем ты работаешь. Кин даже отвлеклась от поиска. Посмеялась. Кин: — Ой! Точно, я же не рассказала! Прости, прости. Нашла нужный размер и, аккуратно сложив, поднесла к Нанцуе. — Я слежу за номерами, местами трапезы и другими рабочими комнатами для гостей, помогаю мыть, убирать ненужное и следить, чтобы всё работало. Нанцуя, слушая, даже как-то удивилась: по Кин так и не скажешь, что она может что-то мыть, она же больше что-то украшать только и может. Нанцуя: — И... сложно это? Кин ехидно ответила: Кин: — Ооочень! Потом ног не будешь чувствовать! Нанцуя испугалась, сжав в руках форму, которую дала Кин. Глаза побегали по комнате. Нанцуя: — Но я тогда смогу спасти родителей? Кин заметила, что переборщила с запугиванием, и сначала замешкалась, а потом похлопала её по плечу. Кин: — Я буду с тобой, поэтому тебе ничего не страшно. Улыбнулась. — Тем более Мияма — мистер серьёзность — тоже всегда поможет. Нанцуя от прикосновений Кин всё же успокоилась, и её пальцы стали разжимать форму. Кин немного наклонилась к ней. Кин: — Ну что ж, беги, одевай форму. Я буду ждать тебя за дверью, пойдём мыть пол. С этими словами Кин ушла. А Нанцуя взглянула на свою руку и немного скривилась от осознания, что сейчас придётся мыть пол. Она ещё с мала это ненавидела, но сейчас это было нужно. Это был хоть и маленький, но рывок к спасению родителей. Вскоре Нанцуя вышла к Кин. Выглядела она совсем по-другому: фиолетовая форма, рыжие волосы, заколки. Но что старалось прежним... глаза, полные решимости. Кин даже гордилась Нанцуей. Закинула руку ей через плечо. Кин: — Ну что ж, пора нам работать! Кадры, где Кин и Нанцуя то моют полы (Нанцуя отстаёт от Кин и часто падает, поскользнувшись, а Кин, посмеиваясь, помогает ей встать), то разносят еду (для Нанцуи запах некоторой еды ужасен, и ей становится дурно, поэтому Кин пытается ей помочь и носит воду), то провожают гостей к номерам (там, встретив Мияму, Нанцуя стала радостно ему махать, а он лишь сдержанно махнул, продолжая заниматься своими делами). Уже стемнело. Кин и Нанцуя домывают баню, и Нанцуя садится, облокотившись о стенку, вздыхает. Нанцуя: — Устала... Кин выжимает тряпку. Улыбается. Кин: — Ты умница. Хихикает. — Хоть и немного недотёпа. Но тишину прервал звук шагов по деревянному полу. Кин насторожилась, и Нанцуя привстала с пола. Нанцуя: — Ещё посетители? Кин: — Нет... в это время баня закрыта. Вскоре из-за угла вышел парень. Чёрное хаори, под ним белая кофта, широкие штаны. Руки сложены в рукава хаори. Волосы до шеи, карие с блонд-прядями, голубые глаза и улыбка на его лице... Сверкает, но сдержанная и странная. --- 3 серия (продолжение) Нанцуя встала с пола. Немного замешкалась. Нанцуя: — А... э-э... здравствуйте? Баня сейчас закрыта. Кин резко сказала. На удивление очень серьёзно — не тот весёлый тон, что раньше: Кин: — Здравствуйте, господин Линс. Сделала поклон. Линс же ещё немного шире улыбнулся. Линс: — О-о-у, Кин, ну ты чего? «Господин»? Ха-ха... Не стоит. Перевёл взгляд на Нанцую. — Все уже шепчутся, что у ненаглядной Кин появилась помощница-замухрышка. Очень резко наклонил голову, как сова, вправо, разглядывая Нанцую. — Не соврали. Сложил руки на груди. — Имя? Нанцуя ничего не понимала, а потом всё же хоть что-то смогла сказать: Нанцуя: — А.. Я? Я Нанцуя... Он сделал резкий шаг к ней, но путь резко перегородила Кин. Серьёзно: Кин: — Нам пора. Лицо Линса опять расплылось в улыбке. Нанцуя была между двух огней: Линс и Кин. Она пальцами аккуратно сжимала рукав Кин, но глаза смотрели только на Линса. Линс, в свою очередь, резко вытянул руку. Кин уже хотела схватить её, но он просто провёл рукой по волосам Нанцуи, проводя вниз, дотрагиваясь даже рукавом хаори, и незаметно расстегнув заколку, скинул в рукав хаори. Линс: — Красивые. Сложил руки назад в хаори и сделал шаг назад. Кин пристально смотрит на него. Кин: — Линс, не играй. Хватит. Нанцуя тихо спросила у Кин: Нанцуя: — Кто это? Кин (тихо ответила): — Местный шут Главы... Линс резко начал смеяться. Линс: — Ну чего ты болтаешь? Шут? Не учи новеньких плохому. Ехидно улыбнулся и плавно вытащил одну руку из рукава, а между пальцев у него была одна из заколок Нанцуи — с красной камелией. — Она мне больше пойдёт. Прицепил её себе на голову. Нанцуя резко спохватилась искать на голове заколку, но и правда осталась только одна. Разозлилась и крикнула Линсу: Нанцуя: — Эй! Воровать вообще-то плохо! Отдай назад! Мне это подарили! Кин: — Линс, отдай ей заколку. Линс лишь высунул язык и быстро скрылся туда, откуда и пришёл. Кин вздохнула. Бубнит: Кин: — Ходячая проблема. Положила руку на плечо Нанцуи. — Ну ничего, белая тебе к лицу. Нанцуя сильно расстроилась и сразу заметно помрачнела. Нанцуя: — Но это ведь подарок от тебя... ---