1

Волк беспрестанно ходил из угла в угол, вздыхал и перекладывал разноцветные керамические баночки со специями. Словом, он пытался заняться чем-то полезным, однако мысли его были далеко, и после того, как он чуть не положил красный перец вместе с белым, он окончательно отказался от попыток сделать что-то нужное. Даже любимое занятие — инспекция продуктов в кладовке — не могло его успокоить. Поэтому Волк и метался из стороны в сторону, отвлекаясь лишь на то, чтобы проведать спящего сына. Но и тот не мог отвлечь его от тягостных мыслей. Умаявшись за день, ребенок преспокойно дрых без задних ног, знать не зная, как переживает его отец. Вирджинии уже давно следовало вернуться, но ее все не было. А вдруг что-то случилось? Может, она попала в беду или ее задержали непредвиденные обстоятельства? Но какие именно? Вирджиния на несколько дней возвратилась в Нью-Йорк, чтобы забрать кое-какие свои вещи и повидаться с бабушкой. Волк хотел отправиться с нею, но кому-то требовалось приглядеть за их только-только открывшейся таверной и шебутным и крайне активным сыном. Тот являлся лишь на четверть волком, но хлопот причинял массу. Брать же с собой в Нью-Йорк малолетнего сына, весьма отличающегося от обычных детей (взять хотя бы его хвост, привычку выть на луну и периодически меняющие цвет глаза), определенно не стоило, поэтому отпрыск остался на попечении у отца. Когда входная дверь наконец хлопнула, Волк испустил долгий вздох облегчения, более похожий на скулеж — звериная сущность иногда давала о себе знать, пусть сейчас это случалось гораздо реже. — Вирджиния! — он вылетел навстречу жене, крепко ее обнял и на секунду задержал в объятиях, вдыхая родной запах волос своей возлюбленной. — Что произошло? Что-то случилось? — Извини, на пути к порталу случайно встретилась с Кэнди, — Вирджиния, поцеловав его в щеку, немного виновато улыбнулась и поцеловала ещё раз. — Помнишь ее? Конечно, Волк помнил ту коллегу жены, которую в свое время перепугал до одури, выясняя местонахождение Вирджинии. Он неопределенно кивнул, помогая жене снять пальто и попутно забирая сумку с вещами. Та не отличалась тяжестью, но Волк всегда вел себя как истинный джентльмен и не позволял своей любимой переутруждаться. Поначалу излишняя заботливость Вирджинию злила, но потом она научилась ее ценить. — Так вот, она хотела узнать, почему я тогда так спешно сбежала, никого не предупредив. Кэнди сказала, что она очень волновалась за меня. — Ой ли? Не слишком на нее похоже, — с сомнением спросил Волк, ставя перед Вирджинией подогретый ужин и усаживаясь рядом. Себе тарелку он тоже, разумеется, достал. От дополнительной трапезы он никогда не отказывался. — Я плохо ее помню, но мне она не показалась особенно заботливой. В действительности Кэнди при их кратком взаимодействии даже не попыталась защитить подругу и выпалила ее адрес прежде, чем Волк начал ей угрожать. — Не говори про нее так, — укоризненно посмотрела на него слишком добрая Вирджиния, отдавая должное стейку и тушеным овощам. — Хотя, если честно, думаю, просто ей самой хотелось выговориться. — У нее что-то случилось? — Волк мог собою гордиться: он научился поддерживать связную беседу даже во время приема пищи. Впрочем, едва прожаренный стейк, что лежал перед ним на тарелке, волновал его гораздо больше незадачливой Кэнди. — Она развелась со своим мужем и искала того, кто выслушает все ее жалобы. — Она была замужем? — Да, только брак не продлился и полгода. Такое часто случается, особенно если бежать к алтарю сразу после знакомства, — хмыкнула Вирджиния. Затем она кратко поведала историю Кэнди. Пусть Волка ничуть не заботила эта девушка, он внимательно все слушал, периодически подливая жене чай и подкладывая свои фирменные печенья. — Так что теперь Кэнди ищет нового парня, — закончила рассказ Вирджиния и, не удержавшись, громко зевнула. — Уберешь это все? — она покосилась на посуду от позднего ужина. — Я ужасно хочу спать. Тогда завтра с утра я испеку пирог, — посулила она. — С мясом? — облизнугся Волк. — Конечно! — вкусы своего мужа Вирджиния знала преотлично. Впрочем, несмотря на хрупкое телосложение, сама она тоже отличалась неплохим аппетитом. — Сладких снов, любимая! — пропел Волк, целуя направляющуюся в спальню Вирджинию. Когда он закончил и добрался до кровати, Вирджиния уже провалилась в сон. Волк лег рядом, привычно привлекая ее поближе и вдыхая аромат ее волос. Как же хорошо, что они никогда не разведутся, ведь волки всегда выбирают одну пару на всю жизнь. Он блаженно прикрыл глаза, намереваясь последовать в мир грез. Но тут Волка внезапно настигла ужасная мысль, напрочь перебившая весь сон: а ведь Вирджиния была человеком! И, судя по ее словам, для людей разводы являлись делом вполне обыденным. А если Вирджиния когда-нибудь его бросит? Конечно, сейчас она говорит, что любит его, но… Вдруг ее любовь пройдет, и она уйдет, забрав с собой сына? Волк был уверен, что разлуки с семьёй он точно не переживет. Нет, насколько он знал, у людей тоже случались удачные браки, но каков их процент, его никогда не интересовало. До этого времени. Взять, например, тех же родителей Вирджинии. А ведь их пути тоже разошлись, и этому не помешало и несколько вполне счастливых прожитых вместе лет. Конечно, не стоило сбрасывать со счетов помешательство матери Вирджинии, но Волк знал, что и без того у ее родителей имелось множество претензий друг к другу. Даже если бы Кристина не сбежала, долго бы они вместе не прожили. Волк бесшумно, чтобы не потревожить жену, вылез из кровати и вышел на улицу: ему всегда становилось легче на свежем воздухе. Но сегодня ночная прохлада не принесла желанного облегчения: слишком тяжёлые мысли его одолевали. Ноги Волка сами вывели его на лесную опушку, он пытался быстрым шагом снизить тревогу, но та оказалась слишком высока. Аффирмации, вычитанные им из многих книг, также не помогли. Нет, он точно должен что-то сделать! Он не сможет жить без Вирджинии! Однако проще сказать, чем сделать. Волк трижды обошел лес по периметру, и тут наконец его осенило. Не далее, чем три дня назад, ему довелось побывать на местном рынке. Волк вообще часто туда заглядывал, то разыскивая поставщиков и экзотические приправы, а то ища сладости для сына и любимой жены. В самом дальнем и неприметном углу торговых рядов притаилась крошечная магическая лавка. Великолепная память Волка никогда его не подводила, и он словно воочию увидел небрежно накорябанные на темной доске слова: «Все виды магических услуг (только разрешенных законом). Лечебные отвары, зелья удачи, любовные напитки». Любовный напиток — вот, что ему было нужно. Только бы ведьма ещё не покинула город! *** На следующий день Волк еле дождался утра, и чуть свет, отправился на рынок. Вирджинии он сказал, что хочет купить наисвежайшей говядины, да и запасы муки начали подходить к концу. Хорошо знавшая о любви своего мужа к покупке еды девушка не заподозрила ничего плохого. На торговую площадь Волк явился слишком рано, на что однозначно намекал большой железный замок, висевший на двери заветной лавки. Впрочем, время зря Волк не терял: он успел прикупить и говядины, и свежих яиц и даже невероятно ароматные розмарин и тимьян. Вирджиния, несомненно, будет в восторге. Впрочем, к полудню несчастный Волк уже начал сомневаться в том, что дождется истинной цели свои визита. Он успел уже дважды обойти всю площадь, приобрести пару леденцов для сына, ещё немного овощей и большую корзину, потому что унести в руках все покупки уже не представлялось возможным. Когда Волк почти смирился с поражением и в пятый раз подошёл к лавке, он на секунду не поверил своим глазам: она была открыта! Волк воровато оглянулся, убедился, что никто на него не смотрит, и проскользнул внутрь, крепко закрыв за собой дверь. В помещении оказалось темно, но нечеловечески зоркое зрение помогло ему разглядеть ряды баночек, пузырьков, пучки сушеных трав, хрустальный шар и связки амулетов. — Эй, здесь есть кто-нибудь? — мешанина запахов мешала Волку найти ведьму по запаху. — Чего тебе надо? — раздался грубый низкий голос откуда-то из-под прилавка. На отполированное дерево легли широченные ладони, а вслед за ними показался их владелец — необычайно высокий мужчина на редкость неприветливой и малопривлекательной наружности. На хрупкую старушку-ведьму, нарисованную буйным воображением Волка, он не походил ни капли. Он и в целом на человека тянул с трудом. — Могу я поговорить с хозяйкой этого места? — учтиво поинтересовался Волк. С магами и их подручными он предпочитал не ссориться. — Ну, я это… — человек, больше похожий на недалёкого тролля, громко почесал в затылке. — Чего надо? Волк замялся: дело, как-никак, деликатное, и обсуждать его абы с кем явно не следовало. Причину замешательства посетителя мужчина за прилавком разгадал верно: — Да колдун я, колдун, — сварливо сказал он. — Просто с предками не повезло. Спуталась прабабка с троллем, вот и приходится каждый раз доказывать, что я умею колдовать. — Да? — сомнений в лице Волка не убавилось. Он не спешил доверяться не похожему на мага незнакомцу. — Ну, хочешь, в жабу превращу? — молниеносным движением колдун вытащил из кармана волшебную палочку и направил ее в сторону Волка. — А, нет-нет, не нужно, я вам верю, — поспешно ответил Волк, чувствуя, как его хвост непроизвольно поджимается. Похоже, собеседник не врал. Чувствовалось, что волшебная палочка нужна ему явно не для красоты. Хвост никогда не ошибался в опасных делах и не раз спасал своего обладателя. — Так что надо-то? — со скукой спросил колдун. — Зелье, — выпалил Волк в ответ и на вопросительно приподнятую бровь собеседника торопливо пояснил. — Любовное. — Девушку, значит, приворожить… — колдун заметно расслабился. По нервозности собеседника он успел предположить, что тому требуется нечто запрещенное. А любовный напиток — право, мелочь. Пусть и приносящая стабильный доход. — На одну ночь или как? — повернувшись спиной, колдун принялся неторопливо копаться на полке в поисках подходящего бутылька. — Мне нужна вечная любовь! — торжественно провозгласил Волк. На миг его глаза блеснули зеленью. Колдун нахмурился; продажа подобных средств не поощрялась законом. Конечно, полного запрета не имелось, но… — Есть у меня нечто подобное… — медленно произнес он. — Но это недешевое удовольствие. А ещё вы должны поклясться, что никому не скажете, где это получили. — Хорошо, — кивнул Волк и смахнул упавшую на лицо темную прядь волос. — Деньги-то есть? Повторю, стоит дорого. — Сколько? Нахмурив лоб, колдун пошевелил губами, подсчитывая, а затем назвал немаленькую сумму. — Хорошо, — не стал пытаться сбить цену Волк. Стоил напиток и вправду много, но, по мнению Волка, Вирджиния была достойна только самого лучшего. Пусть даже и в такой странной ситуации. Дрожащими руками Волк отсчитал требуемую сумму и передал ее колдуну. — Добавишь в зелье каплю своей крови и дашь ей выпить. А после желательно, кхе-кхе, закрепить эффект. Впрочем, учитывая скорость действия зелья, с этим проблем не будет. — Закрепить? — Волк непонимающе перевел взгляд с драгоценной пробирки на колдуна. — Ну, в горизонтальном положении, — пояснил тот и, нисколько не смущаясь, проделал несколько весьма недвусмысленных движений тазом взад и вперёд. — А… О… Я понял, — Волк тщательно замотал пробирку в тряпочку и положил в карман. Затем подхватил корзину и, пятясь, вышел наружу. Там он с шумом выдохнул и помчался домой: он и так уже неприлично задерживался. *** Вирджинию немного настораживало странное поведение Волка. Она то и дело ловила на себе его взгляды. Когда ей вконец надоела эта неопределенность, она отловила Волка на выходе из кухни и в буквальном смысле прижала к стене: — Что с тобой творится такое? — Вирджиния не стала ходить вокруг да около. — Ты что-то задумал? По мнению Волка, он ничем себя не выдавал, но, видимо, жена знала его гораздо лучше, поэтому пришлось сознаться. Ну… Так, частично. — Я… хотел сделать тебе сюрприз, — в целом он не соврал, но имелся небольшой нюанс. — И какой же? — Какой же это сюрприз, если я расскажу? — попытался увильнуть от ответа Волк. — Волк, — Вирджиния так на него посмотрела, что он лишь покаянно опустил голову. — Небольшая вылазка в лес. Только ты и я. — И еда, — улыбнулась Вирджиния. — Это разумеется! — Волк с возмущением уставился на жену: он бы никогда не забыл о пище! — С Тони я уже договорился. Он давно хотел пообщаться с внуком и изъявил желание забрать его на выходные в замок Венделла. А в это время ты и я могли бы отлично провести время. Вирджиния в красках представила этот день: уютная поляна в отдалении от общих троп, много вкусной еды и любимый Волк под боком. А если забраться ещё дальше, то можно даже поиграть в их обожаемую игру, где Вирджиния изображала из себя пастушку, что убегала от страшного Волка, а тот настигал ее в лесу, сбивал с ног, а затем… Густо покраснев от одной только мысли о продолжении игры, Вирджиния коротко чмокнула Волка в губы: — Не могу дождаться! *** За неделю Волк успел окончательно извести себя так, что даже прекрасный день в обществе любимой его не радовал. Несчастного Волка мучили сразу несколько вещей: сомнения в мастерстве колдуна (а вдруг зелье не подействует), реакция Вирджинии (что будет, если она узнает правду), и, больше всего, конечно, совесть. Последняя грызла несчастного совершенно нещадно, заставляя ворочаться ночами без сна, сотни раз мысленно взвешивать «за» и «против» и по десятку раз искать ответы в излюбленных книгах по психологии (тщетно, ведь в мире Вирджинии любовные зелья не водились, поэтому нигде не обсуждалась этичность приворотов). К счастью, по дороге к месту назначения довольная Вирджиния не обращала внимания на непривычную молчаливость мужа и радостно делилась новыми идеями об изменениях в меню. — Ещё непременно стоит добавить пироги с вишней! Или это будет слишком обычно? — Можно добавить к вишне орехи, — не задумываясь, предложил Волк. О еде он мог говорить в любом состоянии, даже не приходя в сознание. — Точно! — просияла Вирджиния. — Добавим туда грецких орехов, я заметила, что их много на рынке. Не знаю, правда, все ли они так хороши, как меня уверяли торговцы. Но ты ведь всегда сможешь определить, не врут ли они, — она поцеловала Волка в щеку и снова улыбнулась. «Вирджиния так верит в меня, а я собираюсь ее обмануть!» — только сейчас Волк понял, что никогда бы не смог применить купленное зелье по назначению, как бы он ни пытался себя убедить в обратном. Когда-то Вирджиния призналась ему, что почти никому не может довериться, поскольку слишком многие ее бросили. А Волк уже однажды чуть не предал ее. Там, правда, был особый случай и ему пришлось притвориться, чтобы их всех не убили. Но он и тогда весь измучился, думая о том, сколько боли принес любимой. Он помнил потрясенный и полный разочарования взгляд Вирджинии, когда он сообщил, что все это время служил королеве. Волк принял решение, и словно огромный камень свалился у него с души. Оставалось за малым — незаметно вылить зелье, чтобы покончить с глупой затеей раз и навсегда. Сразу после прибытия на место пара воздала должное необыкновенно вкусным блюдам, приготовленным Волком, благо, переживания не сказывались на его кулинарном таланте. — Давай сейчас все это уберем, в потом… — Вирджиния смущённо не закончила предложение. — Я сам все уберу, не беспокойся, — Волк решил воспользоваться моментом и мягко выпроводить супругу. — А ты пока переоденься. Специально для таких случаев и игр у Вирджинии имелась парочка платьев, очень похожих на те, что носили пастушки. Убедившись, что жена отошла, Волк молниеносно сложил все остатки пикника в корзину, а затем достал из кармана флакон. — Давно следовало избавиться от этой мерзости! — Волк, более не колеблясь, открыл склянку с зельем и решительно вылил содержимое на землю. — О чем я вообще думал, когда покупал это! Как я мог только помыслить о том, чтобы дать это Вирджинии! — И что же там было? Волк вздрогнул и медленно повернулся к Вирджинии, которой удалось бесшумно подкрасться к нему незамеченной. — Скажи мне, — Вирджиния положила руку ему на плечо. — Зелье. — Зелье? — Вирджиния удивлённо приподняла брови. — Если ты не хочешь ещё детей, мог бы просто мне сказать об этом, а не подливать невесть что исподтишка. Она выглядела немного задетой и обиженной. Ей казалось, что их взгляды в вопросах детей и их количества полностью сходятся. Волк обхватил ее лицо ладонями. — Нет, нет! Это совсем не то, что ты подумала! Да я ни о чем больше не мечтаю, чем о ещё одном или нескольких волчатах в нашем доме! — Тогда что это было за зелье? — теперь Вирджиния уже ничего не понимала. — Любовное, — выдохнул Волк, пристыженно отводя глаза, на секунду блеснувшие золотом. — Подожди, ты собирался подлить мне любовное зелье? Но зачем?! Я ведь и так тебя люблю! — Это пока, — Волк смотрел с такой тоской, что Вирджиния даже не могла на него как следует разозлиться. — С чего ты это взял? — возмущённо требовала ответа Вирджиния. — А, подожди-ка… Это из-за Кэнди? — девушка успела хорошо изучить своего мужа. — Да, — Волк лишь кивнул головой, обессиленно опускаясь прямо на землю и подтягивая колени к груди. — Ты сказала, что для обычных людей, это нормально — расставаться и разводиться. И я подумал, что если ты уйдешь от меня, я этого не переживу-у-у, — на секунду его голос сорвался на вой. — Вот и решил… Подстраховаться. Вирджиния испустила глубокий вздох. Ее Волк был замечательным во всех отношениях, но иногда он думал слишком много и накручивал себя из-за ерунды. Вирджиния даже сердиться на него не могла: таким печальным и уязвимым он сейчас выглядел. Она понимала, что и самые прочувствованные уверения в ее вечной любви не помогут, Волк все равно будет сомневаться и искать признаки охладевания ее чувств и принимать обычное плохое настроение за растущую неприязнь. Его страхам следовало положить конец и сделать это немедленно. Неожиданная идея пришла ей в голову почти сразу. Вирджиния бы никогда не воспользовалась подобным методом, но сейчас был особый случай. — Скажи мне, почему ты меня любишь? На секунду Волк словно растерялся, такого вопроса он никак не ожидал. Ответ казался ему очевидным. — Потому что ты самая замечательная, умная, храбрая и необычайно прекрасная девушка! Красивее всех во всех десяти королевствах! Быстрая и смелая как волчица! А ещё ты… — Достаточно, — Вирджиния слегка покраснела. Она не привыкла к комплиментам и так и не научилась их спокойно принимать. Хотя сейчас относилась к ним гораздо спокойнее, ведь Волк никогда на них не скупился. — По-твоему, я самая обычная? — Конечно, нет! — Волк с негодованием посмотрел на нее, на секунду позабыв о своих печалях. — Как ты вообще могла такое подумать? Ты совершенно необыкновенная! Лучше тебя никого нет! И я не могу представить, как мне жить без тебя, — он снова поник, погружаясь в тяжелые размышления. Вирджиния перешла ко второй части своего весьма несложного плана. — Так если я такая необыкновенная, то почему ты считаешь, что я поступлю, как «обычные люди», а? Скажи мне! Волк наконец поднял голову и встретился с нею взглядом. На его губах проступила неуверенная улыбка. Он понял. — Я так не считаю. — Вот и прекрасно. А сейчас… У нас мало времени. Так что начнёшь ты уже считать до ста или нет? — Вирджиния кокетливо улыбнулась и провела ладонью по его щеке. Затем она встала, увлекая за собой не верящего своему счастью Волка. — Один, два, три, — послушно затараторил Волк. Рука Вирджинии прикоснулась к его хвосту и, почти не касаясь, провела ладонью против шерсти. — Оу! — негодующе рыкнул он: эта часть тела Волка отличалась большой чувствительностью. — Четыре, пять, шесть… Вирджиния ехидно хихикнула и погладила снова — уже по направлению роста шерсти. — А-ах, — Волк на секунду сбился со счета, сосредоточившись на ее ласковых прикосновениях. — Чет-тырнадцать, пя-а-атнадцать, — последнее число он проскулил от огорчения, когда девушка неожиданно убрала руку. — Попробуй, догони! — Вирджиния усмехнулась и опрометью ринулась в лесную чащу. Она ни на секунду не сомневалась, что Волк ее скоро догонит. Он всегда ее найдет.