Часть 16. Тайна Розмари

- Я дома! - она хлопнула дверью закинула красный шарф на вешалку.  О нет, ну только не это! Только хочешь забыть - и боль вновь возвращается. Что ж, посмотрим вместе этот кошмар с элементами навязчивой порнографии.  Проходя по коридору, Гермиона заметила несколько пустых бутылок огневиски в проходе и застыла. Оценив тишину по шкале 10 из 10, она осторожно двинулась вперед. На пути попадались скомканные вещи и поваленная мебель.  Ну, квест, так скажем, на любителя. На любителя генеральной уборки. Вот пусть сам и драит свои полы. Швабру в руки - и с песней.  В проходе гостиной она остановилась, глядя на Рона в застывшей позе. Он терпеливо ждал ее, сидя на кресле.  - Рон, что это все значит? - она рукой обвела царивший вокруг беспорядок.  Очень сомневаюсь, что творческий.  - Искал кое-что, - его спокойный тон обезоруживал.  - И… нашел?  - Нашел, - достал из кармана брюк кольцо с небольшим бриллиантом.  Шутки про большой-небольшой опускаем, да? Грани на секунду сверкнули в отблеске света из окна.  - Ты его не надела.  - Да, я сегодня занималась печатным станком. Не думала, что это хорошая идея, чтобы мою руку засосало под магический пресс, или чего похуже.  - Какую еще придумаешь отговорку?  - Техника безопасности. Слышал о такой? - воздух в комнате начинал накаляться.  - Нет, если дело касается руки и сердца. Ты его ни разу не надела.  - Я пока не хочу, чтобы его кто-то видел.  - Стесняешься меня?  - Не хочу спешить.  - Пять лет отношений… Как же я, черт возьми, поспешил! Ты себя слышала? Ты не ответила мне на вопрос. До сих пор. Сколько мне еще ждать?  - Я отвечу. Дай мне время. - Оно вышло. Что ты решила? Да или нет?  Гермиона застыла и вкопалась тапочками в ковер.  - Я повторю вопрос… - Нет! - она вскрикнула. О да, детка, ты всегда была смелой.  - Забавно… и долго же ты собиралась тянуть?  - Недолго.  - Сколько? Еще лет пять?  Он подошел к ней. Его зрачки были огромными. Размером с черный галлеон.  Шутку додумайте сами.  - Ты не в себе, Рон. Ты пил? Или что ты… принял?  Увы, на тот момент три пустые бутылки огневиски в прихожей мне мало о чем сказали. А жаль. Порой полезно посмотреть на себя со стороны.  Ровно как включить хоррор на DVD и удивляться, как можно пойти в самое сердце тьмы в одиночку. - Тебя это теперь не касается. Как долго мне нужно ждать тебя? Когда ты скажешь мне «да»?  - А если никогда?  - Ты не сможешь мне отказать. Я ждал этого слишком долго. - Рон, ты не в себе, - она смотрела в его глаза-блюдца и отступила назад, глядя на странную неизведанную эмоцию на его лице.  - Как никогда, я сейчас в себе. И ты не посмеешь мне отказать.  - Знаешь, Рон, это уже переходит все границы. И я ухожу, - она сделала шаг из комнаты, как вдруг сильная хватка сковала ее запястье.  - Не сегодня, малышка. Скажи: «да», - он толкнул ее к стене и сильно прижал к шершавым обоям с цветочками.  - Нет. Я говорю нет! Что тут непонятного?  - Ты же любишь меня!  - Рон, прекрати!  - Ты любишь меня? Ответь! - он сорвался на крик.  - Нет! Больше не люблю, - ее голос стал тише и дрогнул. Она правда сказала это. От сердца немного отлегло. Дышать стало чуть легче. За исключением туши в 100 килограмм, наваленной на ее грудную клетку.  Он резко взял ее за руку и поднес ее ладонь к своей груди.  - Ты чувствуешь это? Чувствуешь?! - она ощущала бешеное сердцебиение под его ребрами. Она молча покивала головой, сглатывая ком в горле. Он усилил хватку.  - Ай, Рон, мне больно! - вскрикнула она.  - А вчера, когда твой этот клерк трогал тебя, ты почему-то не жаловалась. Как он тебя лапал? Так? - он сжал две ее руки и прислонил к стене с грохотом. Его лицо обуяла злость и что-то еще… - Он просто мой подчиненный. Мне нечем дышать, - он прижимался все ближе к ней. Бедром она ощущала его пульсацию промеж ног. - Уберись с меня, хватит!  Огненная похоть.  - Или так?! - его рука скользнула ей под футболку. Ее свободную руку Рон зажал плечом. - Может, так? - он протиснулся к ней между бедер. - Как он тебя трогает? Так мне нужно трогать тебя, чтобы ты была моей?  - Рональд, прекрати! - она уже плакала от боли и стыда. Его прикосновения были грубыми и болезненными. Ее грудь еле могла втягивать воздух. Рон начинал грязные движения пальцами у нее под брюками, пробираясь дальше к жалкому клочку ткани между ног. - Рон, я не хочу! - она силой сжимала ноги, пытаясь сдержать его насильственные порывы.  - Как он трахает тебя? - Рон наклонился к ее уху. - Жестко? Грязно? Насколько жестким мне нужно быть, чтобы ты сказала «да»? - его язык скользнул ей за ухо. Зубы сильно сжали кожу ее шеи. И два пальца резко проникли внутрь. Гермиона взвыла. Наверняка, все осталось но своих местах, но девушка не могла отделаться от мысли, что он разорвал вторую девственность, и она сейчас истекает кровью.  - Рональд, мне больно, уйди! Убери руки, - она уже орала, но он сжал ей горло довольно сильно, чтобы крик превратился в ослабленный хрип. Дыхание перекрыто. Еще немного, и она начнет терять сознание. Может, и к лучшему. Сопротивляться физически одаренному загонщику у нее не было сил. Пусть уж лучше это пройдет без участия ее сознания в этом неправильном и извращенном процессе.   - Я сделаю это здесь, но будь добра, заткнись. Ты будешь моей! - его полностью охватила эта ярость.  Из-за недостатка кислорода в глазах начало темнеть. Он повалил ее на диван, скрутил руки и ноги. В попытке высвободиться по ее голове проскользнул с глухим ударом какой-то увесистый том.  Интересно, это было новое руководство по зельям или любовный роман?  Дальше все, как в тумане. Связанные руки, ноги, теперь ее еще и тащат в ее дом, прямиком в треклятый холл, на место преступления, которое давно уже пора огородить желто-черной лентой.  Она вновь оказывается в душной крохотной комнатушке, где без конца крутят эту немую пластинку. События перемешивались, накладываясь одно на другое. Тело ощущало боль в квадрате. В кубе. Степень росла в геометрической прогрессии.  Дайте хоть поп-корна, люди добрые, а то этот сеанс хоррора в двух частях на голодный желудок я не вынесу!  А знаете, режиссер - последний ублюдок. Сделать такой бездарный фильм ужасов, еще и сюжет максимально избитый. Никакой гребанной фантазии. Минус десять из десяти.  Картинки быстро мелькали, вызывая самые разные отрицательные эмоции, которые только существуют. Казалось, эта пытка не кончится никогда.  - Открой глаза, - позвал ее голос.  Как жаль, не досмотрю этот «шедевр».  - Грейнджер, проснись!  Глаза открылись. Перед ней сидел напуганный Драко. Он дышал ртом в легкой панике, темные брови сильно нахмурились. Волосы были взъерошены после блуждания головы по простыням в попытках найти удобную позу. Склеры налиты кровью от бессонницы. И тут же он расслабился, когда она пришла в себя.  - Смотри на меня, - код-пароль от него. Девушка подчинилась и постепенно вернулась в реальный мир. Серый цвет сильно успокаивал. - Снова кошмар? - спросил Малфой, держа ее голову в руках.  - Да, та же пьеса, те же актеры, только теперь в двух актах. Жуть какая, - Гермиона обхватила себя за локти. От окна повеяло прохладой и резким запахом табака. На подоконнике в пепельнице лежала недокуренная сигарета, от которой тончайшей струйкой поднимался дым. Драко приобнял ее за плечи и накрыл одеялом, ложась рядом.  - Ты в порядке?  - Да, уже нормально, - она сделала последний форсированный вдох и склонила голову на его плечо. - Ты давно куришь?  - Я редко это делаю. Тупая школьная привычка. Затягивался в стрессе. Спустя десять лет еще не отпустила. Мне бросить? - Как хочешь. К тому же, если я увижу, как ты сделаешь затяжку, то боюсь, это будет слишком сексуально, чтобы сдерживаться.  - Ты и так не особо сдерживаешься, - Драко ухмыльнулся.  - Ты нервничаешь? Из-за допроса?  - И это тоже. Упырь этот рыжий довел меня. Мало кого так хотелось прибить в той комнате.  - А что еще?  - Если я вдруг не понравлюсь твоей семье?  Гермиона рассмеялась.  - Ты-то и не понравишься? Моя бабуля уже любит тебя больше, чем меня, судя по ее речам. - Тогда у меня все шансы. Напомни, твои родители любят рыбалку, а твоя бабуля? Не могу прийти с пустыми руками.  - У нее весьма обширный круг интересов: таро, магический кристалл, новые платья, кружевное белье, отдых каждый год на побережьях Италии, Франции, Греции с новым загорелым любовником.  - Понял, значит магический кристалл.  - Это ведь не только из-за завтра, верно?  Малфой молчал, уставясь на светлый потолок, находя его слишком занимательным. - Ты так и не рассказал, что с твоей рукой.  - Боевая травма.  - Исчерпывающе.  - Это все, что тебе нужно знать.  - Куда ты уезжаешь?  - В Эдинбург, я же говорил.  - Твоя ночная сигарета как-то с этим связана, верно?  - Ой, спи уже давай, - он резко накрыл ее с головой и спрятал в шелковых простынях.  Под одеялом раздался звонкий кудрявый смех, который быстро исчез под натиском шершавых мягких губ.  И если уж он умел уворачиваться от тем, так делал это лучше всех. И я буду задавать снова и снова свои неудобные вопросы, лишь бы ты уворачивался и впредь.  За несколько секунд она села верхом на своего фаворита в одной шелковой сорочке, потому как спать в белье с Малфоем под боком было практически невозможно. Ее не волновали сейчас прелюдии. Была только жуткая оголенная невыразимая потребность. Будто бы всю свою жизнь скучаешь по кому-то, кого еще не знаешь. А обретая, не можешь насытиться. Раскаленная до предела, она ускорялась, замедлялась, пытаясь прочувствовать его член в себе под разным углом. Извивалась, насаживалась, поддавалась, властвовала и разливалась в блаженстве. А он любовался своей герцогиней, жадно прижимая ее к себе, изучая ее родинки, ее чувствительные места, ее тело. Восхищался и упивался своим пристанищем и своей болью.  Преданная другом.  Преданная ему.  ***  - Нервничаешь?  - Ты спросил это уже пять раз за последний час. Есть предположение, что больше нервничаю тут не я. Сегодня он слишком милый.  - Резонно. И я не понимаю, почему мы не могли поехать на моей машине.  - Если бы мы поехали на «Ройсе», то все бабушкино соседство через пять минут делало бы памятные фотографии рядом с авто и показывало бы потом всем внукам в трех поколениях. А то еще и возжелали бы фото с самим хозяином. А мне к чему такая бешеная конкуренция от дамочек 60+?  - А, все из-за ревности! Так бы и сказала.  - Все из-за твоего несоразмерного огромного эго!  - И не только эго! - Ну ты и.., - Гермиона закусила губу и отвела взгляд с нервной усмешкой.  Они сидели в ее зачарованном «Мерседесе». Гермиона припудривалась перед зеркалом, а Драко поправлял бордовый галстук в цвет ее платья.  Парочка вышла из машины через минуту.  - Лучше не пей с моим отцом.  - Да мне и так завтра на рассвете геройствовать, и не собирался.  - Ты не спал нормально несколько дней.  - Бодроперцовую настойку придумал дьявол. Уснешь тут с тобой.  Она огрела его ладонью между лопаток. Драко рассмеялся.  - Люблю, когда ты так делаешь.  - Как? Бью тебя? Когда вернешься, кое-что хочу испробовать.  - Быстро возвращаться перехотелось.  Они уже подошли к садовой изгороди, за которой виднелся небольшой уютный дом бабули Розмари. Светлый, двухэтажный, с качелями во дворе, маленьким садом и крошечным фонтанчиком с рыбкой, который в детстве обожала Гермиона. В особенности, бросать туда монетки в надежде, что на следующее лето она вернется. И вернулась вновь.  Гермиона робко постучала в дверь.  - Еще не поздно слиться, Малфой.  - Ни за что!  Дверь открыла Розмари, с милыми короткими русыми кудряшками. На загорелом морщинистом лице красовалось застывшее блаженство. Розовые губы изогнулись в улыбке.  - Ну привет, внучки!  - Ба! - Гермиона бросилась на Розмари и чуть не повалила старушку с ног. - Я скучала. С Днем рождения! - Я тоже, детка, я тоже, - Розмари расплывалась в удовольствии, ностальгии и теплоте рук внучки.  Гермиона обернулась на Драко. В его глазах читалось недопонимание. Ужас? Страх?  - И тебе, привет, Драко. Давно не виделись, милый.  - Я Вас знаю, - только и успел сказать он, потянув охапку белоснежных лилий.  - Конечно знаешь, Драко. Но пока до кульминации банкета сделай вид, что ты видишь меня впервые. - С днем рождения, Розмаринд Хейл, - он сказал это с улыбкой, наконец оттаяв от оцепенения. - Спасибо, милый!  - Теперь я ничего не понимаю… Фамилия бабушки - Томпсон. Не Хейл.  - Теперь, милая, да. Но Драко знает меня с другой фамилией. Я расскажу обо всем позже. Проходите, дорогие, - она позвала их жестом. - Все готово.  - Это Вам, - Драко протянул бордовый пакет.  - Так ты принес мой шар… - Откуда Вы… - Я знала, что ты придешь сегодня еще 27 лет назад.  - Вопрос закрыт, - он развел руками.  - Ты так и остался таким же сорванцом? - бабуля потрепала морщинистой рукой его щеку, отчего Драко засмущался, но улыбнулся.  - Вам виднее.  Розмари похохотала и пошла вместе с гостями в дом. Глаза Гермионы все еще не зашли обратно в орбиты.  - Что это все значит? - девушка со злостью шепнула ему по пути на кухню.  - Я тебе потом все…  - Гермиона, милая! - мама накинулась на нее. Отец встал и похлопал дочь по плечу. Она набиралась сил, не торопясь разрывать любые объятия этим вечером.  - Мам, пап! - Ты хорошо выглядишь! Волосы больше не выглядят как орлиное…  - Мам!  - Хорошо-хорошо, солнышко. Ооо я полагаю, твой бойфренд?  - Драко Малфой, здравствуйте, - он протянул руку. На секунду Моника Грейнджер замерла, но ответила.  - Здравствуй, Драко.  - Добрый вечер, мистер Грейнджер, - Малфой слегка склонил голову и подал руку отцу семейства.  Тот пожал ее, коротко ответив:  - Венделл. Садитесь за стол.  За круглым деревянным столом под крупной люстрой, обшитой красной материей, наподобие китайского фонарика, расположились еще тетя и дядя, а также кузина Гермионы с грудным племянником на руках. - Ну, раз все в сборе, я предлагаю начать, - улыбнулась миссис Грейнджер.  Со всех концов стола принялись сыпаться поздравления, пожелания долгой жизни, мудрости и счастья, что у бабули Розмари и так было в избытке. Именинница, сидя с бокалом шампанского, только и делала, что кивала и парировала в ответ колкими комментариями.  На удивление, Малфой быстро вписался в максимально домашнюю обстановку с жареной индейкой и яблочным пирогом.  - А Вы, мистер Малфой, чем занимаетесь? - начала мама Гермионы. - Мы с Гермионой вместе учились в школе и … - Оууу я, кажется, поняла.  - Он полицейский, - вставила гриффиндорка и ущипнула его за коленку. - Как захватывающе! - подхватила кузина Эмма.  - А по жизни, чем вообще живешь? - спросил отец Гермионы, наливая виски в бокал.  - По выходным играю в футбол. А так читаю. Пишу.  - О Боже! Настоящий писатель! Издатель и автор - это просто судьба, не иначе! Что пишешь? - Моника с интересом подалась вперед.  Нога Гермионы пнула его под столом.  - Стихи. О вечном. О любви. Знаю я это твое вечное!   - Настоящий романтик! Гермиона, я как раз вспомнила твои рассказы про светленького мальчика со школы, - она рассмеялась. - Это ведь был Драко? От ненависти до любви…  - Не он! Другой мальчик. Там был совсем другой мальчик! - она быстро зажестикулировала руками и наконец утопила свой пыл в апельсиновом соке залпом.  Возможно, не такой уж и другой. Но откровенной задницей был точно!    Драко похихикал в кулак.  - Футбол? Хм… как-нибудь сходим на матч или погоняем мяч во дворе, что скажешь, сынок? - продолжил Венделл. - Почту за честь.  Прямо представляется Малфой, который слезает с метлы и начинает пинать футбольный мячик. Прости, снитч, ты в пролете.  - Рыбалку любишь?  - Никогда не пробовал, - Драко почесал затылок.  - И это тоже исправим.  - Кстати об этом, думаю это окажется полезным, - Драко через стол потянулся к Венделлу и отдал связку из двух ключей, которую секунду назад достал из кармана пиджака.  - Это что? - Венделл уставился на них, как баран на новые ворота.  - Ключи от яхты «Санта-Мария». Она стоит у пристани. Теперь выбираться на рыбалку вам будет гораздо проще.  Венделл смотрел на ключи, как на слиток золота.  - Ты - нефтяной магнат, сынок?  - Нет, я просто, так скажем, в деньгах не нуждаюсь.  - Оно и видно, яхтой больше-яхтой меньше. По столу разнесся долгий смешок.  - Ты реально подарил родителям яхту? - раздраженно шикнула Гермиона, нагнувшись к Драко под стол.  - А почему нет? Отличный подарок, - он нырнул к ней за скатерть.  - Такое надо согласовывать со мной, прежде чем дарить!  - Ну и скажи на милость, что я сделал не так? - его волосы выбились из идеального ансамбля под давлением скатерти. - Это явный перебор! Они не примут такой дорогой подарок!    Драко по-шпионски вынырнул из-под стола и засек довольные физиономии папы и мамы Гермионы, которые шумно смеялись и перебирали по очереди связку ключей и обсуждали предстоящий выход в открытое море.  - Что-то незаметно, что они горят желанием отказаться, - полушепотом.  - Мерлин, этого я точно никак не ждала! - удивленная Гермиона высунулась из своего убежища.  - Я попал в десятку, признай. Признай, что я прав! - Никогда! Завали…  - Эй, голубки! Вы чем там заняты под столом? Спальня этажом выше, - сказала Розмари, и все расхохотались вновь.  Над клетчатой скатертью показались две макушки.  - Мы ничего не… - Ой, да ладно вам! Помня свои двадцать семь, игры под столом были самой невинной забавой из того, что я творила.  - Мам! - возмутилась Моника.  - Впрочем, я как раз хотела устроить мистеру Малфою маленькую экскурсию по моим грядкам на подоконнике и личному кабинету. Гермиона, присоединишься к нам? - Розмари улыбнулась.  - Прекрасная мысль, наконец-то! - Гермиона встала и с шумом отодвинула стул. Драко не уставал беззвучно хихикать и, словив бесящийся взгляд девушки, продолжил делать это еще сильнее.  Ухмыляется еще, что знает больше, чем я. Хорошо смеется тот, кто смеется последним, Малфой.  Харизматичная парочка проникла в полутемное пространство за манящей синей дверью. Розмари шла впереди. После стольких лет она похудела и выглядела не на свои 80. Ее проходка была приземленной, но в то же время легкой. Черты лица будто бы стали моложе. Розовое платье на ней в редких блестках осветилось и стало мерцать как диско-шар под лампой над круглым столом, которая включилась по щелчку пальцев бабули.  - Ба, ты…  - Предугадывая твои мысли, да. Я именно то, о чем ты подумала.  Комната была в классическом убранстве гадалок и ясновидящих: фиолетовые стены, стол с бархатной скатертью, стулья и полутьма, освященная редкими светильниками и многочисленными толстыми свечами, обрамленными растекшимся воском. Ковры, книги, этажерки и стеллажи с книгами и разной магической атрибутикой: пентаграммы, карты, статуэтки, настольные зеркала в золоте, вазы, сосуды разной величины и формы, а также засушенные растения, вывешенные на веревочке вдоль стены.  - Дорогой, спасибо тебе за него, - Розмари уверенным движением водрузила хрустальный шар на середину стола и расположилась за ним. - Я не видела свой кристалл уже двадцать лет. Теперь он вернулся. Присаживайтесь.  Драко занял свое место. Серые глаза буравили Гермиону.  - Ну, чего встала, принцесса? Садись давай, - Розмари ткнула ногтем и своим властным тоном в направлении ее стула. - С чего бы начать… У тебя, наверное, много вопросов.  - Слишком! Начнем с того, почему и откуда Драко знает тебя.  - Я была личной провидицей семьи Малфоев, а до этого - Блэков. И это мой кристалл, кстати. Долго же он валялся в Мэноре, верно?  Гермиона приоткрыла рот на мгновение и захлопнула со стуком зубов друг о друга.  - Ты волшебница?  - Да, детка. И в тебе течет кровь волшебников и ведьм Салема, милая.  Глаза Драко тут же округлились.  - Да, да, молодой человек, это камень в твой огород. Нечего было обижать мою девочку.  - Откуда Вы?.. - От верблюда. Я знала, чем ты занимался и будешь заниматься, дорогой. Я опасный человек.  - Кажется, я влип, Грейнджер. С твоей семьей шутки плохи. - Я все еще не могу поверить, - Гермиона обмахивала себя руками.  - А придется. - Почему ты никогда не говорила мне?  - Зачем, чтобы ты и дальше донимала меня своими вопросами? Мне и так твоих познаний по таро хватает. Сто причин спросить в минуту.  - Да, это она умеет, Гермиона-Хочу-Все-Знать-Грейнджер, - серые глаза сверкнули, и она обиженно сложила руки на груди.  - Я хотела как можно дольше оберегать тебя от этого жестокого магического мира. Моя история длинная. И, похоже, настало время рассказать ее, но только вкратце. Уж пощадите мои годы. Я была Хейл еще до брака. Потом вышла замуж за магла - и родилась твоя мать. Без магических способностей. Тогда я сильно выдохнула. Но потом появилась ты, и моих седых волос сильно поприбавилось.  - Почему, ты разве не любишь волшебников?  - Что ты! Я тебя очень люблю, даже его, - она указала на Драко. - Он мне был как внук на протяжении восьми лет. Я проводила в Мэноре достаточно времени под фамилией Хейл. Потом это стало творческим псевдонимом. Я знаю Драко с пеленок, Гермиона.  - А сейчас не как внук? - он ехидно скривил губы. - Малфой младший, твоих шуточек тут не хватало! - А детские колдографии Драко есть? - Гермиона рассмеялась.  - А то ты там что-то не видела, - буркнул он.  - Это сложно не заметить, - ответила гриффиндорка, окрашиваясь румянцем. Между ними вновь и вновь вспыхивали искры, разгораясь от легкого трения слов и прикосновений.  - Кхмм, - Розмари обратила свое внимание. - Я пропущу что-то мимо ушей и продолжу. Магглы отличаются от волшебников тем, что всегда имеют право выбора. Глядя на твою семью, Драко, мне всегда хотелось дать тебе больше свободы. Ты был заложником своей родовой системы. - Да, у меня почти никогда не было права голоса и выбора, - он опустил серые глаза в пол. Рука Гермионы осторожно легла на его колено.  - Все верно. Этим грешат чистокровные. У маглов он есть всегда. А мы со своей магией часто полагаемся на случай, на систему, на кровь, на палочку, но редко на свою природную силу, которая и вовсе не относится к волшебству. И я, встретив Бернардо, отказалась от магической жизни и укатила в Палермо, чтобы наслаждаться. И ни минуты еще не пожалела! Есть килограммами пасту, пить Пино гриджио на плетеных стульях у берега моря, жарко спорить на итальянском и любить.  - Звучит как отличный план, - Гермиона улыбнулась.  - Ты, мой мальчик, был вынужден заслуживать любовь послушанием и покорностью своему роду.  - Но мне понадобилось слишком много времени. Понять, что бывает по-другому, - он сжал руку Гермионы.  - Тебе просто нужна была хорошенькая кудрявая встряска с прочными магловскими корнями.  - Душу из меня скоро вытрясет.  - Так! - ее рука замахнулась на него, но опустилась в присутствии бабушки.  Раздался стук в дверь.  - Мам, фото? Все уже готовы. - Фото, конечно, золотая. Мы сейчас спустимся. - Розмари, дадите совет? - спросил Малфой, резко встав со стула.  - Сомневаюсь, что тебе он нужен. Ты же писатель, Драко, поставь точку. Это будет концом. И будет началом.  - Можно помедленнее, пожалуйста, это как-то относится к таро? Я уже что-то подобное слышала от тебя по телефону, - Гермиона загружала какую-то невиданную ранее программу в системный блок своей головы. - Лишь совет по старой дружбе. Не напрягай свою хорошенькую голову, родная, - Розмари пригладила шевелюру Гермионы.  - Розмари, - сказал Драко. - Да? - Вилла в Сицилии теперь Ваша, я отдам распоряжение. Розмари закопошилась в темноте. - Да? Мальчик мой, спасибо, какая неожиданность! А у меня как раз завалялся собранный чемодан, - по полу прокатились колесики. Они втроем рассмеялись. Внизу Эмма с малышом в слинге и фотоаппаратом уже плясала перед желающими сделать снимки с юбиляром. - Я не очень люблю.., - начал он. - Одно фото, Драко, прошу, - Гермиона взмолилась, и он обнял ее за талию, притянул к себе и застыл, утопая в медовой бездне ее глаз. Как мокрая земля после дождя. Земная, яркая, живая.  Щелчок фотоаппарата. Он поцеловал ее. Еще щелчок. Она смеется. Щелчок. Он кружит ее за руку, будто в медленном танце. Щелчок. Она поправляет ему волосы. Щелчок. Краем глаза он увидел серебристую вспышку в окне кухни, которая приняла форму оленя за пару мгновений.  - Поттер, - вздохнул он. - Мне нужно идти, Грейнджер. Пора. Я скоро вернусь, - теплый поцелуй в макушку. Она уже слишком привыкла к этому чуткому жесту своего бывшего врага.  - Хорошо, - ответила она и отпустила руку.  - Справишься без меня? - он обернулся в проеме. Она кивнула. Раньше я справлялась. Справлюсь и сейчас. Драко исчез за дверью и быстро аппарировал, пока никто не смотрел в окно. Никто, кроме нее. Она в последний раз словила его взгляд. И вот, он снова уходит… - Он вернется, детка, - Розмари подошла и вновь погладила кудрявые волосы внучки.  - Ты столько лет хранила эту тайну…  - Я ни о чем не жалею. И ты тоже, родная. Не жалей.  Гермиона всхлипнула, утирая слезинки. В груди растеклась давящая субстанция. Она все еще смотрела на выступ выстриженного газона у дороги, где исчез Драко.  Я уже не пожалела ни секунды.  Буду ждать, пока прибьешься к своей тихой гавани, Драко. Буду ждать тебя. ***  Ее новый дом встретил Гермиону тишиной и пустотой. Она сняла туфли и поднялась по лестнице. Взгляд задержался на двери в кабинет.  Всегда меня манит этот портал в иной мир. Окно было открыто. Но несмотря на это, в воздухе было слишком много ментола. От книг. От дивана. От всего. Она подошла к столу и поправила разноцветные папки, которые покосились от тяжести преступлений и наказаний. Он же любит, чтобы все было идеально.  Рукой пройдясь по фактуре красного дерева, она впитывала его последнее присутствие здесь, пока ее пальцы не задели что-то шершавое. Дезиллюминационные чары пали. В глаза бросился заголовок газеты огромными буквами:  «Армия волков Фенрира Сивого залечивает раны в Эдинбурге. Успеют ли авроры подавить восстание до полнолуния?» - Малфой!! - она заорала, скинув стихийным всплеском магии папки со стола.  Листы еще долго парили в воздухе, отплясывая свой бумажный танец.  Я тебя ненавижу!  Только попробуй покалечиться! Я сама соберу тебя по кусочкам, а потом прикончу!