Ярким пламенем.

      Громкая трель звонка перебила учителя, что задавал домашнее задание. Последний урок, которого все так ждали, закончился и дети, подскочив, отправились прочь из класса. Учитель в последний раз оглядел опустевший класс и выдохнув, схватил свои папки, отправившись в учительскую. Танджиро закинул на плечо сумку сестры, что шла рядом, о чем-то тихо рассказывая. Он слушал, с ласковой, призначенной только сестре, улыбкой, шёл чуть медленнее, чтобы девушка не отставала. Коридоры быстро опустели, стоило им только подойти к шкафчикам и переобуться. Кто-то ушёл на следующие занятия, кто-то – домой. Солнце медленно, словно патока, опускалось за горизонт, её лучи подхватывали облака, что становились более желтоватыми и розовыми. Возле забора, тихо урча, растянулась кошка, повернувшись животом к небу, греясь под жаркими лучами. Заметив проходивших учеников, она мяукнула, поднялась, трусцой подбегая к ним, чтобы после начать тереться телом об ноги, оставляя на чулках и брюках светлую шерсть. — Красивая, — улыбнулась Незуко, приседая, чтобы погладить животинку. Та, громко мурлыкнув, оперлась лапками об коленки школьницы, ластясь к нежным рукам. — И правда, — согласился Камадо глядя на хвостатую, что заметив на себе взгляд парня, засеменила к нему. Поднялась на задние лапы, передними упираясь в бедро и сразу получая свою долю ласки уже от старшего. Продолжают идти домой они только минут через десять, нагладив кошку так, что та убежала обратно к забору под солнце. Подростки направились за территорию школы, идя к метро, откуда после доберутся домой. — Мама просила взять пирожные, помнишь? — протянула Незуко, когда они подошли к станции метро. Танджиро кивнул, невольно задумавшись о ближайшей пекарне. Если пойдут туда – не успеют на метро и ещё час придется ждать. Не пойдут – домой вернуться без сладкого, — Возле нас пекарня семейная открылась. — Правда? — Камадо взглянул на сестру, что привычно сдержанно кивнула и улыбнулась. — Да, мама говорила что там очень вкусные пироженки, да и владельцы пекарни очень милые люди, — протянула она, на что тихо улыбнулся, кивая и давая знак, что он понял. — Значит зайдём туда, — пробормотал он себе под нос и довольно кивнув мыслям, удобнее перехватил сумку. Подъехал поезд, зайдя в полупустой вагон, Камадо позволил сестре сесть, вставая рядом и держась рукой за поручень. Ехали недолго. Небо за окном полностью избавилось от туч и голубое полотно даже чуть слепило, стоило только поднять взгляд. Младшая Камадо шла впереди, весело вышагивая и сжимая крепкими пальцами лямку сумки. Танджиро увидел вывеску пекарни ещё издалека – деревянная, цепями подвешена к черному железному столбу. Внутри разливался аромат свежей выпечки, сладких ягод и мягкий запах шоколада коим были покрыты некоторые пирожные за прилавком. За кассой стояла миловидная девушка в светлой рубашке, коричневом фартуке на котором были изображены пара котят. Она поприветствовала вошедших, сразу обращая внимания на Незуко что захватила девушку, подходя к стенду и указывая пальцем на десерты. Рыжие волосы девушки, что были редкостью в их стране, мягко подпрыгивали при каждом шаге, карие глаза смотрели со знакомым блеском, где читалась любовь к своей работе. Руки работали ловко и бережно, аккуратно заворачивая все пирожные в коробочки, чтобы после сложить их в фирменный пакет. — Приходите ещё! — улыбнулась девушка. Танджиро только сейчас смог отвести взгляд от её лица, которое так бесстыдно разглядывал, запоминая мягкие черты. Взор упал на бейджик на фартуке. “Анзу”. Абрикос… ей идёт. — До свидания! — попрощалась Незуко, хватая брата за руку, чтобы отвести к выходу. Из бумажного пакета, с изображением кота и названием пекарни, доносился сладкий аромат свежей, ещё теплой и хрустящей выпечки. Танджиро всё ещё задумчиво глядел в землю, идя вслед за сестрой, что быстро заметила его состояние. — Всё хорошо? — задала вопрос взглянув на брата. Тот встрепенулся. — А? Да! Да… всё хорошо, — пробормотал он, ускоряя шаг и обгоняя сестру. Незуко удивлённо моргнула и, тихо выдохнув, поспешила за ним. · · • • • ✤ • • • · · Следующая неделя прошла для Камадо как в тумане. Каждый раз, идя в школу или из неё он обязательно заходил в пекарню хотя бы раз в день. Как минимум, потому что увидеть рыжеволосую работницу, а судя по внешности и его ровесницу, как максимум – попробовать ту невероятно вкусную выпечку. Пусть первая причина и куда больше имела на него влияние. Незуко заметила изменения в брате ещё в самом начале, а потому заходила в пекарню с ним, болтая с Анзу и узнавая о ней больше. Сама девушка, быстро привыкнув к постоянным клиентам, сразу знала что им положить – брали они одно и тоже каждый раз. Как и сейчас. — Здравствуйте, — привычно поздоровалась Анзу, мягко улыбаясь. Её отец, хозяин пекарни, месил тесто неподалёку, с улыбкой напевая тихую мелодию, — Вам как обычно? — Да, пожалуйста, — доброжелательно улыбнулся Танджиро, что сегодня пришел без своей сестры. Он неловко переминался с ноги на ногу, пока Анзу собирала привычный пакет. — Что-то ещё? — ставя пакет перед парнем, улыбнулась она . — Ваш номер? — невольно вырвалось с Камадо. Девушка вскинула брови, а после тихо хихикнула, прикрывая рот ладонью. К щекам парня прилил жар, да такой сильный, что даже шея покраснела, не то что лицо. — Я подумаю об этом в следующий раз, — улыбается Анзу и кивает на прилавок, — А что-то из выпечки? — Ничего больше, спасибо! — Лепечет смущённо, оставляет купюру, едва не вдвое больше и, забрав пакет, убегает прочь. Рыжеволосая удивленно провожает его взглядом, а после тихонько хихикает. — Милашка, — бормочет себе под нос. — Я смотрю, он не тормоз, — добродушно протягивает мужчина за её спиной, легко и мягко трепля за плево, — Да и ты тоже. — Пап! — уже смущённо бормочет она обернувшись на отца. Тот в ответ только смеётся. · · • • • ✤ • • • · · Прошло две недели, аромат пекарни кажется скоро въестся ему в волосы. Выпечка уже ярко отпечаталась на светлой рубашке, благоухание крема уже въелось в стены и самих работников пекарни, одна из которых сейчас стояла за кассой, глядя на Камадо. — Здравствуй, — Танджиро снова в пекарне, смущённо глядя на девушку за кассой, — Ты… свободна после закрытия пекарни? — М… — она задумчиво отводит взгляд, словно действительно задумавшись, а после, нагнав напряжения, добавляет, — Да, более чем, а что? — Не хотела бы… прогуляться? — с тихой надеждой в глазах спрашивает Камадо. Вспоминает как перед приходом сюда заучивал слова так, чтобы от зубов отскакивали. Но они, слова, как назло, вылетели все из головы, заставив придумывать на ходу. — Почему бы и нет, только спрошу у папы, — улыбнулась девушка и добавила, — подождёшь минуту? — О, да, конечно! — кивнул парень, крепче сжимая лямку сумки – он только со школы, а Незуко сразу ушла домой. Анзу скрылась в подсобке. О чём они говорили Танджиро, к сожалению, не слышал, но довольная улыбка пришедшей девушки и сияющие глаза всё сказали прежде чем она открыла рот. — Он сказал – можно, — улыбнулась девушка, подходя ближе. Смущённо сжав губы, Анзу перекатилась с пятки на носок, — Я заканчиваю работу в семь… — Я зайду за тобой в восемь, хорошо? — воодушевленно произносит Камадо и, получив в ответ согласие, смущённо краснеет и вскоре уходит. Анзу улыбается, щеки становятся пунцовыми, а бабулька, стоящая за юношей только вздыхает бормоча что-то об влюбленной молодежи. Вздрогнув, она тут же начала работать, отмахиваясь от парня в своей голове. Вечер наступил быстро. Даже слишком. Анзу стояла перед зеркалом, разглядывая собственное отражение – свободные синие джинсы, лёгкие кроссовки, светло-коричневый свитер, за спиной были аккуратно собраны в мальвину яркие локоны волос. Взглянув в свои глаза, рыжеволосая хлопнула себя по щекам. — Соберись, ты Кохару или кто? — сжав губы, девушка ещё раз взглянула на себя, а после, улыбнувшись, выходит из комнаты. В прихожей её уже ждала заранее приготовленная коричневая сумка, что тут же была накинута на плечо. Схватив шарф, Анзу повязала его на шею – вечера у них были прохладными. Сзади послышался тихий скрип половиц, отец выглянул в коридор, прислонившись плечом к дверному косяку. — Постараюсь прийти домой не поздно! — улыбнулась она, подошла к папе и, оставив поцелуй на колючей щеке, убежала на улицу. Мужчина тихо выдохнул, закрыл за ней дверь и вернулся в свою комнату, где сидела жена. Она шла быстро, лавируя между людей с кошачьей грацией, волнистые рыжие волосы, в цвет закатного солнца, подпрыгивали при каждом её шаге. Взглядом она сразу уловила Танджиро, что стоял у двери в пекарню, глядя на асфальт под ногами. — Танджиро! — окликнула его она и юноша, вскинув голову, улыбнулся, направившись навстречу. — Привет! Выглядишь… очень красиво, — с восхищенным вздохом протянул он заставив девушку смущенно опустить взгляд. — Спасибо… — пробормотала она и добавила, — Ты тоже выглядишь отлично… Последующая прогулка проходила хорошо до самого конца. Они много смеялись, говорили и покраснели, отводя взгляд. Потом была вторая прогулка, третья, четвертая, десятая. А потом прогулки вдруг стали слишком открытыми, романтичными и больше похожими на свидание… Например, встреча заката у водной глади, на берегу или поход в парк где между деревьев растянута гирлянда с фонариками. И самая последняя…. Вечер вступил в свои права – луна медленно поднималась, а звезды всё ярче светились на небе. Анзу шла вперед, за ней Камадо, держа свои ладони на её глазах. На губах девушки держалась улыбка, от детского восторга и предвкушения. — Ну что там? — нетерпеливо протянула она, удерживая пальцы на запястьях парня. — Вот-вот подойдем… Ещё немного, — улыбнулся парень – это Анзу поняла и не глядя, — Иии…. та-дам! Он убрал руки, а рыжеволосая удивленно моргнула. На небольшом пустом холме стоял небольшой стол со скатертью, на нем лежали макаруны. Куча макаронов. Там же стояли и канделябры с горящими свечами. Пара стульев, а на небольших кольях была обвязана гирлянда, создающая собой некое подобие дороги. — Красиво… — Анзу подошла ближе, медленно, оглядывая всё. Танджиро шел за ней, затаив дыхание. Подойдя к столу, рыжеволосая замерла, хлопая ресницами. «Я тебя люблю» Слова, созданные с помощью розовых, клубничных макаронов. Анзу обернулась на Камадо, что с ожиданием и лёгкой улыбкой глядел на девушку. — Ты… поэтому ты тогда заказал так много макарун? — выдохнула Кохару, снова взглянула на стол и ощутила как её щёки предательски краснеют. Ярко, да так, что, кажется, поднялась температура, — Дурак! — А? — Темноволосый моргнул и взглянул на Анзу, что, подойдя ближе, схватила его за лицо двумя ладонями, притягивая к себе и целуя в губы. Коротко, почти рвано, смущённо. — Это взаимно! — смущённо пролепетала девушка и спрятала лицо в плече Камадо, вцепившись пальцами в ткань рубашки на спине. Она ещё что-то возмущённо и смущённо бухтела, до момента пока Танджиро не поцеловал её в макушку. — Я рад, — улыбнулся Камадо, обнимая рыжеволосую девушку. Та тихо выдохнула и прижавшись ближе ответила: — Я тоже…