Семейная жизнь жнецов

— Розовая, — жница складывает руки на груди и выглядит весьма опасно. — Белая, — приподнимая бровь, парирует жнец. По возвращении Пак был намерен сделать из своей жизни полную противоположность наказанию. Поначалу осторожно, но затем весьма настойчиво он возобновил отношения с возлюбленной из одной из прошлых жизней. Жнецы из «Калейдоскопа» роняют челюсти до сих пор, когда видят эту парочку вместе. Правда, характеры не изменились… — Белую потом не отстираешь, — решительно отвергает предложение Рён. — А розовая — слишком яркая. У меня непереносимость такого количества цветов, отличающихся от чёрного и белого. Жница, как бы невзначай, поправляет розовые волосы. На ней пёстрый жакет, салатовая водолазка и рваные джинсы. — Ты — это другое, — добавляет Джун Гиль. — Может, чёрная скатерть? Это практично. — И мрачно. — Но уравновесит шторы. Гу Рён по-доброму хмыкает. Её умиляют попытки Пака опираться. — Мы женаты уже два года, а ты всё так же любишь со мной спорить. Напомнить, кто одержал победу в выборе бренда стиральной машины, дизайна обоев и цвета штор? Ничему тебя жизнь не учит. — Рано или поздно я смогу одержать победу, — поджимает губы Джун Гиль. Он не обижается и даже носит фиолетовую, персиковую и лимонную рубашки, которые ему подарила любимая супруга. Только дома, правда, чтобы не травмировать психику жнецов из «Калейдоскопа» ещё сильнее. — Может, жёлтую? Если розовая — совсем не вариант. Джун Гиль думает. Анализирует происходящее, чтобы понять, есть ли вероятность продолжения снисхождения, но Рён справляется быстрее и сама себе отказывает. Они снова возвращаются к противостоянию розового и чёрного. — Может, купим двухцветную скатерть? — наклоняет голову Джун Гиль, прощупывая почву. — У BlackPink нет такого мерча, ассортимент магазинов я выписала, — Рён кивает на экран ноутбука, — и там таких нет. — А если купить обе и сшить в одну? — не сдаётся мужчина. — Шить сам будешь, — хмыкает Гу. — Мы как раз в прошлом месяце купили швейную машинку. — Которую ты украсила наклейками с котиками, — кивает Пак. — Наше знакомство произошло… Не так удачно, как хотелось. Жнецам тяжело даются новые технологии, и если телефоном, ноутбуком и стиральной машиной они пользоваться уже научились, то швейной машинкой — нет. К чести Рён и Джун Гиля, они освоили пылесос и всю кухонную технику. А вот коварная швейная машинка в наклейках с котиками то шумела, то кусала за пальцы, то наотрез отказывалась отдавать ткань. С любимой парой носков Пак расставаться не готов, поэтому зашил обычной иголкой. С мелкими дырочками они справляются вручную, а что-то посерьёзнее выполняют специалисты. Разумеется, иголкой и ниткой создавать огромную скатерть — далеко не удовольствие и не идея для свидания. — Нам вообще точно нужна новая скатерть? — уточняет Пак Джун Гиль. — Конечно! На дворе — весна, в сердце — весна, а в квартире… Зима полнейшая. — А что плохого в зиме? — наклоняет голову жнец. — Занудство, — ухмыляется Гу Рён, явно имея в виду своего вредного, но любимого мужа. — Я всё-таки за что-то попроще, — возобновляет обсуждение Джун Гиль. — Лаконичный дизайн: главное ведь не скатерть, а еда, которая на ней. — На ней стоит не еда, а тарелки… Точно! Нам нужен новый набор посуды! Вместо слов Пак открывает огромный шкаф для посуды, который только чудом выдерживает количество тарелок, ложек, вилок, чашек и прочего. Задумчиво оценивает содержимое взглядом и закрывает. Хорошо, что Джун Гиль убрался, иначе там был бы хаос похлеще, чем в аду. — Ты не согласен? — Двадцать первого марта прошлого года мы купили весенний набор посуды. Почему бы не использовать его? — Хорошо, — Гу Рён пожимает плечами, — но скатерть нужно новую. — По поводу белой согласен, быстро испачкается. Но чёрную скатерть я всё ещё считаю замечательной идеей. — Зануда. Как ты себе это представляешь: салатовые шторы, кофемашина в наклейках со смайликами, бежевые шкафы с фигурным дизайном, весенний набор посуды, разная еда — и чёрная скатерть? Это ложка дёгтя в бочке мёда, дорогой муженёк. Свой кабинет Гу Рён обустроила ярко и хаотично, но при этом она всегда знает, где что и с каких пор лежит. Пак Джун Гиль своё рабочее место в доме тоже создал по собственным критериям. Единственной яркой вещью там является статуэтка феникса — подарок любимой супруги. Но когда дело доходит до общих комнат… Не зря Рён Гу на свадьбе пожелал жнецам терпения. С ванной комнатой они более-менее разобрались: взяли нейтральную цветовую гамму, предложенную работниками, большую ванну хотели оба. Со спальней тоже таких долгоиграющих проблем не возникло: в конце концов, постельное бельё время от времени нужно менять, а значит — чередовать. А вот вопросы по поводу кухни они решали уже долго, медленно и тяжело. Джун Гиль без возражений может прикрутить что-то, прибить не только какого-то противника, но и полку, умеет обращаться с электрикой и сантехникой. Долгое время он жил один, поэтому имеет много развитых навыков. Например, если они с Гу Рён едят дома, то готовят либо вместе, либо по очереди: в один день — Пак, в другой — его супруга. Получается невероятно вкусно. — Розовая, как нежность и яркость, как весенние цветы и наивная влюблённость, — выдвигает «кандидатуру» Рён. — К тому же, я прочитала, что яркие цвета улучшают настроение. — Чёрная, как сдержанность, стабильность и спокойствие, что помогает сконцентрировать внимание, — парирует Джун Гиль. Они никогда не опускаются до манипуляций по типу «Если ты меня любишь, то купи именно это». Жнецы считают это идиотизмом. Супружеская пара предпочитает аргументы как оружие (хотя тарелки тоже иногда таким бывают). — Розовая. Это мило и гармонично. — Чёрная. Это просто и красиво. В глазах обоих жнецов пылает огонь азарта. Им любопытно, чьё мнение в итоге победит. Цвет скатерти — мелочь, расставаться из-за такого они точно не станут, но это достаточно важная деталь совместного быта. — Ладно, — одновременно говорят они. — Если ты так хочешь, купим розовую, в цвет твоих волос, — кивает Пак Джун Гиль. — Если ты так против, купим чёрную, я переживу, — кивает Гу Рён. Некоторое время тишину размышлений нарушают только звук настенных часов и пение птиц за окном. А затем Гу Рён берёт супруга за руку и ведёт в парк. На них опускаются лепестки цветущих деревьев, и Джун Гиль, строгий и сдержанный лидер команды Сопровождения, выглядит особенно мило. — Ты не хочешь скатерть? — уточняет Пак. — Я передумала. Посмотрела на нашу — и поняла, что для весны она тоже подходит. Не грязная, не дырявая. — Как скажешь, — кивает Джун Гиль. Гу Рён горящими глазами смотрит на качели, и обычно сдержанный супруг ведёт её туда. Вначале он раскачивает радостно улыбающуюся любимую, а затем садится рядом. — Давай теперь ты? — жница почти толкает его на качели, пусть и нежно, и раскачивает. — Рён~а, — Джун Гиль сгорает со стыда, хотя ему нравится. — Да, муженёк? — прищуривается она. — Ты милая. — Знаю. Ты тоже. А затем они бегут под дождём из лепестков, держась за руки и ощущая безграничное счастье. Главное — это любовь, уважение и компромисс, а не цвет новой скатерти.