1

Город целует, а солнце лучами Заливает дождями два силуэта... К небу руками и в счастье кричали: Бесконечное лето, бесконечное лето ***Я хожу между партами, пока группа сосредоточенно пишет эссе. Заглядываю в их тетрадки, украдкой улыбаюсь и двигаюсь дальше. В классе ровно двадцать студентов: девятнадцать девочек-филологов и один мальчик. Мой любимец — Семён. Подхожу к нему очень близко и едва сдерживаю желание потрепать по голове. Он такой хорошенький в своём сером свитере и синих джинсах. Длинная чёлка падает на лоб, и он перманентно её смахивает. Прикусив кончик языка, Семён быстро водит ручкой по бумаге, оставляя ряды неровных, словно кардиограмма, слов. Я всегда с трудом понимала его почерк — но это лишний повод встретиться с ним после занятий… Всё начиналось как игра, но переросло во что-то большее… Я не тороплю события, позволяя Сёме действовать самостоятельно. И он неплохо справляется. Не знаю, почему я выделила его среди остальных. Он не единственный парень на курсе, да и к студентам меня никогда не тянуло. Наверное, всё дело в том, как он пишет. Как умело складывает слова, которые трогают меня до глубины души. У него талант, и я изо всех сил помогаю Семёну развить его. Внезапно он перестаёт писать и смотрит на меня. Его губы расплываются в улыбке. Я прикусываю губу, чтобы не улыбнуться в ответ. Сёма смеряет меня тёплым взглядом, буквально ощупывая мою фигуру. Я уже не та худышка, какой была десять лет назад. У меня широкие бёдра и пышная грудь. Мне нравится моё тело, пусть я больше не пользуюсь былой популярностью у мужчин. Но в его взгляде я чувствую желание. Он видит во мне женщину, а не склонную к полноте преподавательницу средних лет. Кажется, его не пугает даже десятилетняя разница в возрасте. Ему девятнадцать, мне двадцать девять, но цифры — ничто, когда речь идёт о любви. Я содрогаюсь, чувствуя тепло внизу живота. Его взгляд обволакивает меня уютным коконом и заставляет ноги подкашиваться. Я вспоминаю, как он подарил мне коробку конфет и букетик цветов на День святого Валентина. Как поцеловал мою руку на Восьмое марта и вручил серебряную подвеску с первой буквой моего имени. Как признался в чувствах на мой день рождения и оставил невесомый поцелуй на щеке. Как случайно встретил у супермаркета и помог донести сумки. Как выручил меня, когда я опаздывала на лекцию, уговорив студентов не уходить из аудитории… А что я? Я растаяла, словно неопытная студентка. Поцелуй в щёку так и остался единственным. Нам нельзя спешить. Семён это понимает и готов ждать столько, сколько потребуется. Пусть меня не пугает разница в возрасте и я не сомневаюсь в своих чувствах, но профессиональную этику никто не отменял. Он — студент. Я — преподавательница. У нас обоих будут неприятности, если кто-то узнает о нашем романе. Мы скрываемся, мы не афишируем. Настоящая любовь стоит того, чтобы ждать. И ждать осталось недолго. Скоро конец учебного года, экзамены, лето… И тогда мы сможем… Впрочем, боюсь думать об этом сейчас. Не хочу сглазить. Глупо быть суеверной в двадцать первом веке, но так уж меня бабушка научила — никому не рассказывать о своих планах. Отворачиваюсь, чувствуя его взгляд на своей попке. Как сложно сдерживать себя в считанных метрах от объекта вожделения. Легко могу представить, как он ставит меня раком, задирает юбку и берёт прямо здесь, в этой аудитории. Боюсь, на мои крики сбежится весь факультет. То-то они удивились бы: тихая и спокойная с виду, я занимаюсь развратом со студентом… Звонок извещает о перерыве. Я прошу сдать работы и возвращаюсь за преподавательский стол. Аудитория постепенно пустеет, а передо мной растёт стопка тетрадок. Семён подходит последним. Сдав работу, он закрывает дверь и возвращается ко мне. Утыкается головой мне в шею и нежно обнимает за плечи. Из моего горла вырывается тихий стон. Как же мне приятны его прикосновения. Я скучала по сильным мужским рукам. Я закрываю глаза, наслаждаясь приятным теплом. Беру его ладонь и прижимаю к щеке. Мы застываем, словно глиняные статуи, но магия момента рушится, когда раздаётся робкий стук в дверь. Сердце сжимается от тоски, когда Семён отстраняется от меня и делает несколько шагов назад. В комнату входит староста — она некстати забыла пенал. Стараюсь смотреть на неё без ненависти. Она не виновата в том, что я влюбилась в студента. Что жажду его тепла. Его ласки. Хочу чувствовать его губы на моих губах. Семён прощается и уходит. Как же я хочу его вернуть… Вместо этого собираю тетради и журнал. Дожидаюсь, пока староста выйдет, и закрываю дверь. В каком-то тумане захожу в преподавательскую, отвечаю коллегам на автомате. Надеваю пиджак, бреду к лифту, сдаю ключи на вахте. Весной погода изменчива. Утром светило солнце, а сейчас с неба накрапывает противный дождь. Поправляю на плече сумку, прячу руки в карманы пиджака и быстрым шагом направляюсь к остановке. Но не успеваю я одолеть и половины пути, как кто-то накрывает меня зонтом. Поворачиваюсь и тону в голубовато-зелёных глазах Семёна. Его ладонь ласкает мою щёку. Больше нет сил сдерживаться. Я прижимаюсь к Семёну так крепко, как могу. Он дрожит, словно лист на ветру. Я собираюсь отдать ему всё тепло, что у меня есть. Я отчаянно желаю быть с ним. Эти глаза, цвета морской волны, сводят меня с ума. Наши лбы соприкасаются. Мы ведём безмолвный диалог, на который способны только влюблённые. Физический контакт, которого я так жаждала, пробуждает во мне женщину. Я отчаянно нуждаюсь в большем. Сжимаю его талию руками и не могу сдержать слёз. Мне хорошо. Мне очень хорошо рядом с ним. Я беру его за руку и веду в ближайшее кафе. Заказываю нам чай. Пока официантка несёт заказ, никого не стесняясь, беру его за руку и переплетаю наши пальцы. Мои щёки горят от жара. Связь между нами — это то, о чём я всегда мечтала. Слежу за Семёном, пока он пьёт чай. Болтаем о литературе, о курсовой, которую он должен сдать в конце семестра, о погоде и прочих мелочах. Крошечная капля чая остаётся на его верхней губе, и он слизывает её кончиком языка, а хотела бы слизать я… Он ставит чашку на стол и смотрит на меня с выражением глубокой привязанности. Его глаза говорят мне больше, чем любые слова. Кладу его ладонь себе на грудь, и огонь, кипящий под моей кожей, вспыхивает от этого прикосновения. Я резко выдыхаю, а он пытается убрать руку, шокированный моей реакцией, но я удерживаю её на месте. Я объясняю ему, что ахнула не от страха, а от неописуемого, всепоглощающего желания, пульсирующего в моём теле. Я прижимаю его ладонь к своей груди ещё крепче. Гляжу ему в глаза и вижу в них отражение каждого из моих чувств. Я счастливо улыбаюсь. Я думаю о крепкой руке, прижатой к моей груди. Желание овладеть им прямо сейчас концентрируется внизу живота и грозится вырваться наружу. Со мной никогда не было подобного… Именно поэтому я убираю его руку, подзываю официантку и прошу принести счёт.  Семён провожает меня до подъезда и обнимает на прощание. Не знаю, сколько времени проходит, потому что рядом с моим мальчиком оно течёт иначе. Расстаюсь с ним, даже не пытаясь скрыть сожаления. Он уходит, не переставая поглядывать на меня через плечо. Посылаю ему воздушный поцелуй и захожу в подъезд… Через пару часов, лежа в постели, я понимаю, что так просто не усну… Я приняла душ, выпила стакан молока и не читала соцсети. Только пожелала Сёмушке спокойной ночи и послала милую картинку с кошечкой. Я снимаю футболку и стягиваю трусики. Моё тело тут же отзывается новой вспышкой жара. Медленно раздвигаю ноги и принимаюсь доставлять себе удовольствие, раз уж не могу сейчас быть рядом с ним. Не сдерживаю стоны. Мастурбация — просто способ хоть немного охладить невыносимый жар. Разрядка наступает быстрее, чем я ожидала, но мне не становится легче. Иду в душ, и второй раунд происходит уже там. Выкручиваю напор на максимум и представляю себе безумно горячие картины. Кончаю очень быстро, но и этого мало. Вставляю один пальчик в кисоньку, а второй медленно засовываю в попку. Принимаюсь ласкать себя с удвоенной силой.  Шепчу его имя, пока оргазм охватывает меня в третий раз. Я медленно сползаю на пол и с облегчением выдыхаю. Возвращаюсь в постель и засыпаю, едва моя голова касается подушки… Семён успешно сдаёт экзамены и переводится на следующий курс. Мы празднуем это событие знакомством с его родителями. Он первым завёл об этом разговор, привёл кучу аргументов в пользу того, что это хорошая идея, и я согласилась. Его предложение — отличное доказательство того, что происходящее между нами не просто интрижка. Тем более что мы до сих пор не перешли черту, хотя делать это с каждым днём всё труднее. Встреча проходит успешно. Кажется, я понравилась и маме, и папе Семёна. Они удивили меня прямо с порога — вместо сухого приветствия заключили в объятия. Было много улыбок, шуток и ожидаемых вопросов, но мы справились неплохо. Сёмушка держал меня за руку, поддерживал и активно участвовал в разговоре. Я сильно нервничала поначалу, но к концу вечера полностью расслабилась. Неловко было выслушивать похвалы в свой адрес: мол, я благотворно влияю на Сёму, делаю его счастливым и мотивирую развиваться. Забавно, но я могла бы сказать о нём то же самое. С ним я становлюсь лучше. Прощание было не менее тёплым, чем знакомство. Меня снова обняли и звали приходить в гости ещё раз. Я заверила родителей Семёна, что обязательно воспользуюсь приглашением. Надеюсь, встреча с моей роднёй пройдёт в столь же дружественной и комфортной атмосфере. Наступает вечер, когда мы наконец-то остаёмся вдвоём. Мы в моей квартире. Всё идеально, как я и хотела: ужин при свечах, романтическая музыка и отсутствие спешки. На мне лучшее платье и кружевное нижнее бельё. На нём брюки и рубашка, которую я подарила ему в честь окончания второго курса. Разговор течёт размеренно. Семён рассказывает о своих планах написать статью о творчестве Эрнста Юнгера, делится идеей нового рассказа и нахваливает приготовленные мной блюда — от комплимента мои щеки моментально покрываются румянцем. Или это от вина? Я не знаю, но вечер просто потрясающий. Словно сказка, о которой мечтает каждая девушка. Внезапно Семён поднимается со стула, протягивает мне руку и просит с ним потанцевать. Я не слишком хороша в танцах, но почему нет? Принимаю его руку и встаю. Признаться, я чувствую себя неуклюже и неуверенно, Сёмушка осторожно кладёт руки мне на талию, и принимается кружить в такт музыке. Он очарователен в своей юношеской застенчивости. Я не могу сдержать улыбки и мягко касаюсь губами его щеки. Сёмушка ведёт меня в танце, тихонько подпевая вокалисту, а его руки нежно поглаживают мою спину. Прижимаюсь ещё ближе и кладу голову на тёплое любимое плечо. Закрыв глаза, я растворяюсь в блаженстве и трепете. В его объятиях я чувствую себя любимой и желанной. Стройное тело Семёна, находящееся так близко ко мне, заставляет сердце стучать в бешеном ритме. Момент настолько эмоциональный, что я не сдерживаю чувств. Я говорю Семёну, что он тот человек, от которого я не могу оторваться. Что хочу встречаться только с ним, целоваться и любить, пока мы не станем старыми и седыми. Хочу получать поддержку и отдавать её в той же мере. Хочу доверять, любить в горе и радости. Он вторит мне, сообщая, что желает того же. Что не ожидал встретить человека, подобного мне. Что хочет большего, чем просто секс. Называет меня скромной, доброй, красивой и талантливой… И это становится последней каплей. Наши губы соприкасаются с нежной жадностью. Я таю в этом поцелуе и руками обхватываю его лицо. Язык Сёмушки скользит меж моих губ, словно просит разрешения войти. Я позволяю, желая удовлетворить любое его желание… Наши губы и языки двигаются всё быстрее. Мы оба стонем в предвкушении того, что будет дальше. Поцелуй невероятный. Возможно, один из лучших в моей жизни. Жгучее тепло разгорается меж моих ног, и уж теперь-то я в силах его удовлетворить. Я отдам себя всю. И дам ему всё, что он захочет. Семён начинает раздевать меня, и моя кожа моментально покрывается мурашками. Его пальцы слегка дрожали, и это растрогало меня до слёз — в этой дрожи было не только обожания, но и страх причинить мне дискомфорт… Когда я оказываюсь перед ним абсолютно голой, он на несколько секунд замирает, ошеломлённый. В приглушённом свете я вижу, как расширились его зрачки. Сёмушка медленно проводит ладонями по моей пышной груди, спускается к животу и останавливается на широких бёдрах. Его прикосновения будоражат — они живые, требовательные, настоящие. Семён говорит, что я самая красивая девушка на свете. В этих словах столько искренности, что мой внутренний критик, годами твердивший о «лишних килограммах», окончательно замолкает. Я помогаю ему избавиться от рубашки, брюк и нижнего белья. Тут уже я забываю о том, как дышать. Мой солнечный мальчик. Он такой красивый… Зачём нужны звёзды, если я могу любоваться Семёном? Мы ложимся на кровать. Простыни кажутся мне ледяными на контрасте с жаром наших возбуждённых тел. Мы изучаем друг друга с трепетно нежностью. Ни один сантиметр кожи не остаётся без внимания наших губ, пальцев и языков. Когда он наконец входит в меня, мир вокруг перестаёт существовать. Остаётся только тяжёлый ритм его дыхания, тяжесть тела и всепоглощающее чувство единства наших душ. Медленно, он проникает всё глубже, не прекращая ласкать меня всеми возможными способами. Удовольствие опьяняет. Мы двигаемся в едином ритме, и каждое движение приближает нас к развязке. Я прошу Семёна ускориться, и он внемлет моей просьбе, удваивая усилия. Мой мальчик буквально впечатывает меня в матрас, принося мне целую бурю ощущений. Когда волна оргазма накрывает Сёмушку, я кончаю вслед за ним, смутно сознавая, что мы оба кричим в пароксизме довольства. Сёма просто потрясающий. Я никогда не думала, что смогу испытывать такие эмоции от занятия любовью. Мы обнимаемся, не желая выпускать друг друга из рук, и обмениваемся жадными поцелуями. Мы стали двумя сердцами, объединёнными любовью. Я хочу всегда быть рядом с ним. Его Славяной. Его Славей. Его Славюшкой.