The Lord Of Fire

      Собрание советников длилось невыносимо долго. Казалось, что они провели весь день обсуждая одно и то же по кругу: власть, деньги, условия, деньги, условия, власть.       Лорд Огня уже вовсе не улавливал, о чем шла речь, просто кивал и просил предоставить все заявления в письменном виде.       Потом разберется: сейчас хочется лишь выйти на улицу, зачерпнуть полные руки холодной воды из фонтана и окатить ей лицо, чтобы капли стекали по коже, падали на воротник и испарялись на солнечных лучах.       — Лорд Зуко, как вы считаете, уместно ли временное дополнение к действующему порядку рассмотрения, согласования и окончательного утверждения кандидатур старейшин в поселениях дальних провинций, находящихся под опосредованным контролем региональных представителей столицы? Это слишком важный вопрос, чтобы решать его без вашего участия.       Нудный голос одного из советников вырвал Лорда из прохладных чертогов его разума. Зуко понимал, что это его работа. Но почему советники не могут сначала договориться между собой? Почему Лорда дергают по таким мелочам?! Да по сути как можно повлиять на выборы старейшин в деревнях? Нарисовать бюллетени, а победителя короновать?       — Я думаю, что этот вопрос сначала нужно обсудить со стратегическим отделом, а решение предоставить в ПИСЬМЕННОМ виде в полной готовности.       Кулаки Зуко сжались, он уже просто не мог слушать эти занудные речи и вычурные формулировки.       Улица, свежий воздух, вода…       — Извините, Господин, но тогда теряется смысл собрания: мы здесь для обсуждения, а вы просите все в письменных экземплярах, это не совсем корректно-.       — Вы сомневаетесь в корректности нашего Лорда, Хейко? — другой, но такой же занудный голос перебивает оратора.       — Не то, чтобы…       — Довольно. — Зуко встает с трона, распускает туго завязанные угольные волосы, шелковые пряди падают на плечи. — Вы сами не можете договориться, что тогда требуете от меня? Объяснений, как делать вашу работу? — золотые глаза осмотрели каждого советника, огонь горел прямо в радужках, желая испепелись всех в этой комнате.       После тихой паузы гнев утих, но желание продолжать встречу — не появилось. Может они и хотят тратить свое время впустую, но у Лорда Огня есть свои дела, и он не собирается нянчиться с кучкой стариков.       — Большое спасибо, что посетили сегодняшнее собрание, я его объявляю закрытым. — мужчина выпрямился, вспоминая наставления Айро о том, как быть мудрым правителем. — Все вопросы отправьте в ПИСЬМЕННОМ виде, не стоит утруждаться и приходить лично. — Мужчина махнул рукой, очерчивая комнату. — В ближайшие четыре дня я не буду никого принимать. У меня важное… задание… с. Аватаром. — Врать Зуко не хотел, но сбежать с поста — очень. — Да, с Аватаром. Кхм. Он прибудет в ближайшее время, поэтому соизвольте меня не беспокоить. Вольно.       Советники даже не осмелились возразить, лишь собрали все бумаги, поклонились и вышли из зала. Спустя мгновение Зуко кивнул дворецкому, а сам исчез в секретном проходе, который вел прямо в сад.       Ну и что, что пришлось соврать? Теперь хоть четыре дня пройдет без идиотских вопросов и совещаний.       Стало легче, когда душные комнаты дворца остались позади, будто с плеч свалились тонны ответственности, оставляя Лорда Огня в багряных стенах. Здесь, в любимом саду своей матери, он был Зуко, тем самым парнем, который так хотел стать гордостью семьи и нации, что добровольно сдался в плен обязательствам.       Шепот воды и ветра, пение птиц и шелест листвы возвращали покой, дыхание выровнялось, мужчина убрал руки с лица и вновь открыл глаза, привыкая к яркому солнцу. Взгляд сразу же поймал знакомую фигуру, что мастерски играла с потоками воды около фонтана.       В каплях мерцал цвет, пуская ослепляющие блики, бесформенная жидкость обводила кругами руки девушки, подчинялась каждому жесту, а затем направлялась во флягу на поясе. Зуко в моменте ожил, улыбнулся, скинул с себя мантию, подбираясь к месту волшебства все ближе.       — Сколько раз я говорил, чтобы ты не проникала сюда без моего ведома? — Сильные руки обвили тонкую талию, пальцы сомкнулись на животе, а нос уткнулся в изгиб шеи. — Можно просто попросить своего парня, по совместительству, Лорда Огня, чтобы тебя пропустили, маленькая мышка.       Девушка нахмурилась, рука дернулась, и поток воды хлынул прямо в лицо наглеца, заставляя его намокнуть.       — Обязательно меня контролировать, Зуко? Я без твоего разрешения уже погулять не могу?       — Такой талантливой целительнице, которая решила помочь народу Огня после войны, все можно. Просто переживаю, чтобы стража не задавала вопросов.       Резкий поток воды ударивший прямо в лицо совсем не смутил Зуко, хотя, кто как не его возлюбленная, может облить самого Лорда Огня? Мужчина смахнул капли воды с кожи и еще сильнее прижал девушку к себе, прикусил нежную кожу, а затем там же оставил легкий поцелуй.       Не описать, как сильно хотелось цепляться за ее тонкий силуэт, пускать пальцы сквозь пшеничные волосы, распутывая узлы, что оставил ветер, целовать бледную кожу, чтобы на ней расцветали ожоги любви, такие же красные как ее любимые цветы, с которых она собирала росу по утрам.       В её глазах отражался блеск воды и ветер свободы, будто все самое прекрасное, что существует в этом мире сошлось в одном человеке и манит его, дополняет строгость и замкнутость, дарит свободу и спокойствие. Рядом с ней не существует строгих правил, законов и субординации, ведь ей нужен именно он, глупый нелепый Зуко, а не правитель Народа Огня.       — Тяжелый день?       Блондинка перестала наигранно злиться, пропустила пальцы сквозь шелк угольных прядей и отвела голову в сторону, открывая еще больше возможностей для губ мужчины, которые не упустили ни одной, чтобы оставить как можно больше влажных следов. Сердце трепетало: как она вообще может хмуриться рядом с тем, кто заставлял ее воду нагреваться до предела? Кипеть.       Очевидно, она не выдержала, что губы мужчины уделяли внимание лишь шее, повернулась всем корпусом, притянула его ближе за плечи. Пришлось встать на носочки, чтобы коснуться свои кончиком носа его щеки. Такой высокий Зуко.       — Очень… содержательное совещание. — Зуко закатил глаза, вновь вспоминая потуги советников тянуть время.       Мужчина шумно выдохнул, прикрыл веки, губами нашел такие знакомые черты лица девушки, опустился, оставляя поцелуй. Сильные руки прошлись по спине, вызывая за собой полосы мурашек, что вспыхивали как новогодние фейерверки: ярко и неожиданно. Он целовал ее медленно и нежно, вдумчиво, запоминая каждый момент, каждое маленькое прикосновение языка, то, как зубы цеплялись за кожу, дыхание, что смешалось воедино.       Раньше Зуко думал, что не любит сладкое, но оказалось, что данго можно было заменить ее губами, и тогда вкус сахара станет самым любимым десертом до конца дней.       — Все еще не верю, что нелепый Зуко с инструктажа оказался Лордом Огня. Я думала, что ты не сможешь даже чашу с водой ровно держать. — Прерывая поцелуй, девушка усмехнулась, словила на себе взгляд янтарных глаз, пальцами проникла под одежду мужчины, царапая ноготками выступившие вены на крепких мышцах плеч.       — Представляешь лица моей охраны, когда ты ударила меня по рукам и обозвала бездарем? Они уже хотели отправить тебя обратно.       — Кто бы мог подумать, что Лорд Огня влюбится в свою обидчицу?! Я ведь совершенно обычная-.       — Это неправда. И прекрати так думать, Лорд Огня совсем не заносчивый тип. Спроси у Аанга. — очевидно, что Зуко задели ее слова, он нахмурился.       Тонкие холодные пальцы коснулись его лица, подушечки прошлись по шраму, но он даже не вздрогнул, ведь его сердце наполнено доверием той, с кем он проводил яркие дни и тихие ночи.       — Я не отсюда, Зуко. это все. не мое…       Словно кинжал слова прошлись по его сердцу. Задело.       Кожа Зуко заметно нагрелась — тепло пошло от шеи вниз по плечам, будто вспыхнуло изнутри. Он глубоко вдохнул, перехватывая остатки раздражения, и одним лёгким, почти привычным движением закинул девушку на плечо, не давая ей ни шанса вырваться.       — Сейчас станет твоим.       Он уже шёл к потайному входу, не сбавляя шага. Камень под ногами глухо отзывался, узкий коридор глотал звук, но её возмущённые возгласы всё равно цеплялись за стены и возвращались эхом.       — Запрёшь меня в своих покоях, пока не помоешь рот с мылом?       В какой-то момент она перестала сопротивляться — только сложила руки на его спине, устроилась удобнее и уткнулась подбородком в ладони, как будто это была самая естественная вещь в мире.       Зуко усмехнулся. Провёл ладонью по её спине — коротко, будто проверяя, здесь ли она — и, не задумываясь, скользнул ниже, цепляя ткань голубого платья, приподнимая край.       Впереди показалась тяжёлая дверь.       Он толкнул её плечом.       Тронный зал встретил их пустотой и гулкой тишиной. Несколько шагов — вверх по ступеням, быстрых, решительных. И только у самого трона он наконец опустил её.       Теперь она сидела там, где должен был сидеть он.       На троне Лорда Огня.       Шёлк цвета пламени мягко лёг под её пальцами, золото по краям холодило кожу, было удобно, но совсем некомфортно видеть Зуко не на своем законном месте, а чуть ниже: там, где обычно стоят подданные.       — Что ты-.       Ответа не последовало, Лорд лишь опустился на колени в поклоне, лбом коснулся ладоней, пытаясь остыть в ее руках.       — Встань немедленно!       — Только села на мой трон и сразу командуешь?       Он усмехнулся, в янтарных радужках вспыхнул огонь, охватил со всех сторон её отражение, будто касаясь, обволакивая.       От вида Зуко, стоящего на коленях, смотрящего на неё так преданно, почти умоляюще — и при этом сжигающего взглядом, во рту пересохло.       Он был ниже. И всё равно — сильнее.       Может, он и не мог вызывать молнии из магии огня, но сейчас это было и не нужно: он абсолютно точно пустил разряд по её телу. Ток скользнул по позвоночнику, сорвался где-то внизу живота, заставил прикусить губу и сжать колени — слишком резко, слишком заметно.       Зуко это увидел. Всегда замечал, знал каждую реакцию наперед.       Колени почти сразу были разведены в стороны аккуратным, точным движением. Пальцы на мгновение задержались, горячие даже сквозь ткань, и этого оказалось достаточно, чтобы дыхание сбилось окончательно. Его лицо оказалось между бедер, нос уткнулся в низ живота. Щеки девушки вспыхнули алым пламенем. Она невольно пискнула, словно мышка, а затем закрыла рот рукой, вспоминая, в каком месте находится. но кажется, что ее возлюбленного это не останавливало. Пальцы уже тянули резинку белья вниз, обнажая ту часть, которая требовала внимания больше всего. Она чувствовала, как возбуждение разлилось между бедер, как влажную кожу обдает его горячее дыхание. Словно огонь кипятил воду.       Зуко убрал подол юбки с затылка, наигранно облизал губы.       — Если ты не снимешь это прекраааасное платье — не сможешь лицезреть, как сильно Лорд Огня заботится о своей Леди Огня.       Сердце пропустило удар, но руки послушно потянулись к одежде, чтобы откинуть все ненужное в сторону. Разум настолько затуманен, что девушка даже не поняла, КАК он только что ЕЁ назвал. Зубы зажали пухлые губы, ей приходилось невольно ерзать, чувствуя усмешку Зуко там, где хотелось чувствовать прикосновения и ласку.       Мужские руки скользнули под её бёдра, подтянули к краю трона, а затем обхватили их, сжимая — мягко, но так, что вовсе лишили возможности двигаться. Первое касание кончиком языка сопровождается мягким женским стоном, она выгибается в его руках, сжимает голову коленями, вновь пытается ерзать. Нежность сменяется царапающим прикосновение зубов, за которым последуют губы в тандеме с языком. Женская ладонь ложится на затылок, пальцы цепляются за волосы, она оттягивает их прямо около корней и держится за своего мужчину так, будто он последняя опора в этом мире, и если отпустит — упадет в бездну.       Зуко поднимает взгляд, проводит языком по нижней губе, пробуя на вкус каплю ее возбуждения. Его дыхание сбилось, волосы растрепанны, щеки влажные и розовые.       — Каждый раз, когда я сижу на этих долбанных заседаниях, я хочу думать только о том как ты красива, когда я довожу тебя своим языком.       Она и правда была невероятна: пшеничные волосы рассыпались по плечам, прикрывая грудь, вздымающуюся от каждого прикосновения Зуко. Тонкие пальцы вцепились в край трона до побелевших костяшек. Дыхание сбилось, стало прерывистым, слишком громким в тишине зала. Она пыталась взять себя в руки, но тело уже не слушалось — отзывалось на каждое движение, на каждое касание, предательски выдавая её. А он и рад был стараться: менял темп, проникал языком внутрь, разбавляя шум ее дыхания постыдными хлюпающими звуками поцелуев. Вскоре его пальцы присоединились к языку и губам, проникли внутрь, по памяти задевая точку, что вызвала стон, срывающийся на крик.       Спина девушки выгнулась сама собой, будто навстречу его теплу, ближе, ещё ближе, стирая последние остатки расстояния. Щёки горели, и этот жар никак не был связан с огнём — он рождался где-то глубже, растекался по коже, заставляя вздрагивать от малейшего прикосновения. В очередной раз его пальцы совершили магию. Заставили искры рассыпаться по телу, перехватили последнюю возможность дышать и взорвали все чувства. Вспышка накрыла с головой, на момент она умерла и ожила заново, пытаясь вернуть ясность взгляда.       Зуко отстранился, и в момент, когда ее глаза сфокусировались на возлюбленном, он облизывал подушечки своих пальцев, убеждаясь, что девушка ловит каждое его движение.       — Зуко, я.-       — Тише.       Он приподнялся, поцеловал ее в щеку, а затем в губы, погладил по плечам, шумно выдыхая.       — Мне стоит тебя… отблагодарить?       — Я думаю, что сам себя отблагодарил, когда увидел тебя хныкающую на моем троне. Но если ты хочешь, чтобы я продолжил, то я предлагаю закрыться в покоях.       Девушка кивнула. Было очевидно с самого начала, что оргазмом на троне этот день не закончится. И следующие четыре тоже…