Глава пятая. Понимание.

5 глава. Понимание. Гермиона проснулась в три часа ночи от шума голосов. Она не могла разобрать слов, но было интересно, что происходит. Она накинула халат, надела тапочки, взяла трость и медленно вышла из комнаты. В коридоре царил полумрак, свет луны освещал часть длинного коридора, пробиваясь сквозь полупрозрачную штору. Двери в комнаты были закрыты, но различался какой-то оживленный разговор. Она понимала, что не имеет права разгуливать по чужому Поместью, но, если это разговаривали ребята, но навряд ли она им сильно помешает. Она медленно шла вдоль дверей и прислушивалась, чтобы понять откуда исходит шум. Через десять метров она обнаружила комнату, дверь которой была немного приоткрыта, но там было темно, а голоса не были похожи на голоса её друзей. Она заглянула внутрь. В темноте было сложно кого-то разглядеть, никакого движения не наблюдалось. — Кто здесь? – Осторожно спросила она. Голоса притихли, ответа не последовало. Гермиона шагнула в темноту комнаты, и на столе зажглась лампа. Это был рабочий кабинет. — Вы решили обыскать комнату, мисс Грейнджер? Вам не кажется, что это некрасиво, разгуливать ночью по Поместью, в которое вас пригласили явно не для этого, – произнёс строгий мужской голос. Гермиона посмотрела по сторонам, но никого не заметила. Голос был ей очень знаком, – Какие отвратительные манеры! Она даже не поздоровалась! – Причитал голос. Она подняла глаза на стену. С огромного портрета на неё смотрела Люциус Абраксас Малфой, облаченный в синюю мантию, и выглядел очень недовольным. — Мистер Малфой, извините! Я не хотела вас потревожить, меня разбудили голоса и казалось их было несколько. — Да, мы немного повздорили, мисс Грейнджер. – Ответил приятный женский голос Нарциссы. Её портрет висел чуть дальше. — Доброй ночи, миссис Малфой. Извините, я пойду. – Смутилась Гермиона и развернулась к выходу, горя от желания быстрее уйти в свою комнату. — Постойте! Почему вы с тростью? – Нетактично просил Люциус. Гермиона вздохнула и повернулась к нему лицом. — Это проклятье Долохова, которое обострилось из-за Круциатуса Беллатрисы, – смущенно ответила она и опустила глаза. — Почему вы здесь? – спросила Нарцисса. — У Драко был день Рождения. Он пригласил друзей. Я была среди их числа. — А вы его друг? – Нарцисса подняла бровь. — Не думаю. – Тихо сказала Гермиона. — Но если вы не друг, зачем тогда вы пришли? Да ещё в место, в котором вас чуть не убили? – Люциус улыбался и ждал ответ. — Я хотела побыть среди людей, потому что давно никуда не выбиралась. — Из-за этого? – Люциус кивнул на трость. — Да. – Тихо ответила Гермиона потупив взгляд. Она уже пожалела, что вошла в кабинет без спроса. — Обычно кабинет закрыт на ключ. Сюда давно никто не заходил. Даже Драко. – С грустью ответила Нарцисса. — Но, когда я вошла, дверь была приоткрыта. У меня нет ключа, и я не могу знать, кто её открыл. — Как Драко? – осторожно спросила Нарцисса. — Хорошо. Выглядит прекрасно, как всегда. Отрастил длинные волосы, теперь он очень похож на вас, мистер Малфой. – Люциус улыбнулся. — Сюда никто не заходил несколько лет. Комната была под заглушающими чарами и замком. И другие портреты были убраны из коридоров. — Не уходите, мисс Грейнджер. Присядьте в кресло. У нас есть вопросы, – приятным мягким голосом попросила Нарцисса, и ей невозможно было противиться. Гермиона села в кресло. — Красивая трость. – Заметил Люциус. – Я тоже очень любил трости. – Гермиона улыбнулась. — Только для меня это необходимость. Без неё, я, к сожалению, не смогу ходить. – грустно ответила она. — Вы хотите снять проклятие? Не так ли, мисс Грейнджер? – Серьёзно спросил Люциус. — Я даже не знаю, жив ли Долохов. Не говоря уже о том, где его искать. — Этот подлец, несомненно, жив! Такие как он собой не жертвуют, он слишком умён хитер, чтобы умирать ради того, кто растерял всю человечность. — Только, мало его найти. С чего вдруг он захочет снимать проклятие? — Он может обменять спасение героини войны на свою свободу. Он же явно в розыске. Сидит где-нибудь в России безвылазно. А для него это смерти подобно. – Ответил Люциус. — Вы помните всё, что с Вами произошло? Извините, если это бестактный вопрос. – Смутилась Гермиона. — Магия картин действует таким образом, что в волшебные краски добавляется кровь человека, которого хотят изобразить, как бы оставляя его частичку в полотне. Это такая древняя магия творчества. Когда человек умирает, часть его сознания остаётся в полотне навсегда. Мы помним абсолютно всё, до последнего вздоха, мисс Грейнджер. – Улыбаясь ответила Нарцисса. На портрете она выглядела потрясающе. Белые волосы, нежно голубое платье и мантия. Она сидела в кресле, а сзади неё было окно в сад, из которого был виден розарий. — Я могу задать вам очень личный вопрос? – обратилась Гермиона к Нарциссе, та одобрительно кивнула, – Почему вы не попросили помощи в Азкабане? Я понимаю, что говорить об этом поздно. Но мы так хотели вас спасти, нашли все нужные доказательства и достали воспоминания. — Деточка, я просто сдалась. Азкабан не то место, которое мотивирует на жизнь. Каждодневное созерцание серого пейзажа, если его можно так назвать. Промозглый холод, пробирающий до костей, пустая еда. Это сложно назвать жизнью, а провести так пять лет… Мне показалось, что если я и выживу, то скорее потеряю разум. А зачем Драко такой балласт? Он должен быть свободен, а не опекать умалишенную мать и сидеть в Мэноре. – По щекам Гермионы побежали слёзы. — Салфетки стоят на столе. – Холодным тоном добавил Люциус и Гермиона грустно улыбнулась, прошептав «спасибо». — Почему Драко сюда не заходит? — В последний раз наш разговор был о том, что ему пора завести семью и быть счастливым. Он сказал, что отпустил Асторию, чтобы она была счастлива с тем, кого любит, и что он не допустит брака без любви. – Ответила Нарцисса и покачала головой, – Но нас уже нет. Мы хотим, чтобы он был счастлив. Но он закрылся в своей мастерской и делает стулья вместо того, чтобы знакомиться с новыми людьми и жить дальше. — Но он живёт. У него есть друзья. Хобби. — Это не жизнь, мисс Грейнджер. Это темница, в которую он сам себя посадил и сам себя ограничил и считает, что это нормально. — Я думаю, именно так он переживает вашу утрату. – Они внимательно смотрели на Гермиону, – Он потерял вас, ведь вы и были его жизнью, поддержкой, опорой. Да, он уже взрослый, но взрослым тоже нужны родители. — А ваши? – спросил Люциус. — Мои живы и здоровы, и живут свою лучшую жизнь в Австралии, растят двоих детей … – Гермиона осеклась. — Но … — продолжил Люциус, ожидая продолжения рассказа. — Но меня в их жизни нет. Я не смогла им вернуть память после «Обливиэйта». – Нарцисса закрыла губы ладонью и округлила глаза, Люциус поджал губы. — Мне очень жаль, Гермиона, – прошептала Нарцисса. – Проклятие продолжает работать? Становится хуже? – Добавила она. — К сожалению. С каждым днём симптомы всё сильнее, – голос Гермионы дрогнул, – Какой смысл пытаться вернуть родителей, если я всё равно умру. Я оставила попытки. — Тогда вы понимаете, почему я сделала тот выбор. – Сказала Нарцисса, а Гермиона кивнула. На часах было четыре утра. — Мисс Грейнджер, у меня к вам будет одна просьба. – Гермиона внимательно слушала Люциуса, – Намекните Драко о том, что мы можем владеть информацией, и он может обратиться к нам по любому вопросу. У него есть не только библиотека, но и наш жизненный опыт. — Я очень хочу увидеть сына, мисс Грейнджер! И буду очень вам благодарна. – Добавила Нарцисса. — Я постараюсь сделать всё возможное. Доброй ночи! – Гермиона встала с кресла и медленно пошла к двери. — До встречи, мисс Грейнджер! – Прошептала Нарцисса. Как только Гермиона вышла за дверь, она услышала щелчок замка. За окном стало светло, в кабинете этого не было видно, так как шторы были закрыты наглухо. Гермиона спустилась ниже в холл и вышла крыльцо Мэнора. Солнце потихоньку пробивалось сквозь белые облака. Гермиона вдохнула прохладный утренний воздух, смотря на сад и деревья, которые виднелись вдалеке. За спиной раздался скрежет двери, и на пороге появился Драко, в длинном зеленом халате и тапочках. — Ты чего не спишь в такую рань? – Длинные растрепанные волосы лежали на плечах. Он был сонным и встревоженным. – Сработали охранные чары. — Извини, я не знала, что могу кого-то потревожить. Решила выйти подышать свежим воздухом. В Париже всё иначе. А здесь такая тишина, пение птиц. Здесь очень красиво, Драко. — Ты сможешь всё посмотреть, но сначала тебе нужно выспаться, чтобы на это были силы. Пойдём, – Драко протянул ей руку, и она взяла его ладонь. – Держись. – Он поднял её на руки и взял трость, закрыв двери ногой. — Ты планируешь меня постоянно носить на руках, Драко? – ухмыльнулась она. — Если понадобится, то да. – Усмехнулся он. Гермиона скрестила пальцы на его шее. — Я могу и привыкнуть, – прошептала она, смутившись. — И прекрасно, – с улыбкой ответил он. Он доставил Гермиону в комнату и посадил на кровать. — Спасибо, – прошептала она. Он снял с неё халат и скинул тапочки на пол. — Не за что. Это было не сложно. – Ответил Драко и положил халат на стул. Трость висела рядом на спинке стула. Гермиона укуталась в одеяло, – Спи! Если захочешь посмотреть территорию Мэнора, я всё тебе покажу. – Он закрыл дверь её комнаты и ушел прочь. Гермиона уснула крепким сном впервые за долгое время. Без тревожных снов, без выматывающих судорог, без плохих мыслей. Драко вернулся в свою комнату и ощутил новое незнакомое чувство где-то в груди. Ему было приятно заботиться о ней. Словно он хорошо её знал, хотя это было совсем не так. Он не гнал от себя эти мысли, они согревали его изнутри: словно кто-то зажег свечу в сыром и темном подвале его души. Драко быстро уснул, с легкой улыбкой на лице. Лёд тронулся. *** Утром в Мэнор прибыла доставка из Мунго. В больнице можно было заказать инвалидное кресло. Ещё вчера Драко попросил Грега узнать есть ли в продаже кресла, и утром кресло уже доставили. Драко понимал, что Поместье и его территория слишком большие, чтобы Гермиона могла ходить с тростью на такие расстояния. Когда Гермиона проснулась кресло уже стояло около кровати. На стуле лежал спортивный легкий костюм, майка и кроссовки её размера. Вообще она не собиралась надолго задерживаться, ведь квартира уже была выставлена на продажу, и надо было искать домик для себя и собирать вещи. Но ей так хотелось немного отвлечься. Она добралась до ванной комнаты. Там, где был душ, стоял специальный стул со спинкой, чтобы ей было удобнее и безопаснее. Она улыбнулась, стянула с себя ночную рубашку и шагнула под струи воды, а после села на стул. Новая мочалка висела на крючке, а на полке стоял шампунь для кудрявых волос и кокосовый гель для душа. Это было весьма приятно. О ней давно так никто не заботился кроме неё самой. Отношения с мужчинами у неё не складывались. Она искала чего-то большего, чем походы в ресторан и совместные вечеринки. Ей не хватало глубины, не хватало тактильности, близости душ. Никакая страсть не сравниться с близостью двух любящих людей. Она могла точно сказать, что ей не было известно, что такое любовь. После первой близости с мужчиной она ничего не почувствовала, кроме непрошенного вторжения в её личное пространство. Не смотря на симпатии, поцелуи и прелюдии, это был не тот опыт, который она хотела бы повторить. Разочарование – это было первое чувство после. «Неужели так будет всегда», – подумала она, – «Секс явно переоценен». Больше с этим человеком она не встречалась, решив, что второго раза она не переживет. Сложно было сказать, то ли это было отсутствие опыта у неё, то ли полная неумелость партнёра. Ей на тот момент было 22 года. После она пыталась построить отношения ещё с несколькими мужчинами, но всё довольно быстро закачивалось. И она решила полностью посвятить себя работе и книгам. Это было лучшее решение на тот момент, а после недуг начал захватывать её тело, и стало совершенно не до любви. Гермиона вышла из душа, надела спортивный костюм и позвала эльфа, чтобы он высушил её волосы. К волшебной палочке она почти не прикасалась. Дюк сообщил Драко, что Гермиона готова. Стук в двери. Драко вошел в её комнату. — Доброе утро, – сказала Гермиона, улыбаясь. — Доброе! Вижу вещи подошли. Прекрасно. – Драко положил подушку на кресло, и посадил в него Гермиону. — Вообще-то я могла сесть сама, – рассмеялась она. Кудрявые волосы рассыпались по плечам. На веснушчатых щеках выступил румянец, глаза загорелись. Драко внимательно рассматривал её, боясь хоть что-то упустить. «Она такая красивая» – подумал он про себя. — Позволь мне поухаживать за тобой, мисс Грейнджер. Которая столько раз надирала мне задницу, получая высший балл, чем меня огорчала и злила. – С ухмылкой говорил Драко. — Мистер Малфой, я не виновата, что книги мне нравились больше всего на свете. И это было единственной отдушиной. – Смущенно сказала она. — А сейчас? – спросил Драко, прищурив глаза. — А сейчас… Мне по-прежнему нравятся книги, и возможно это единственное, что я в этой жизни могу понять. – Грустно добавила она, он серьёзно на неё посмотрел. — А как же любовь? – с интересом просил он — Я могу рассказать значение этого слова, – громко рассмеялась она. Драко вывез коляску из комнаты, и они направились в столовую, где их уже ожидали Тео, Пэнси и Блейз. Гарри, Невилл и Луна, ушли с самого утра в Министерство Магии. Когда коляска въехала в столовую, Тео бросил взволнованный взгляд на Гермиону. Он заметил её сияющее лицо, и уголок его губ пополз вверх. Гермиона выглядела расслабленной и отдохнувшей. «Подумать только, она смогла выспаться в месте, в котором её пытали и чуть не убили. Интересно, что об этом говорит Колдопсихология?» – мысли пронеслись в голове Тео. — Привет! – Громко сказала она и ребята поздоровались в ответ. Драко сел рядом с Гермионой. Завтрак проходил в тишине. Ребята многозначительно переглядывались, Драко щурил глаза, на немой вопрос от друзей «Что тут происходит?» — Я хочу показать Гермионе территорию Поместья. – Сказал обыденным голосом Драко. — Да, ибо в прошлый раз такой возможности не представилось, – Гермиона ухмыльнулась, а ребята громко рассмеялись. — Это было слишком черно, – сказал громко Блейз, захлебываясь от смеха. Пэнси чуть не подавилась соком, а Тео недовольно качал головой, но не мог сдержать улыбки. Драко не знал, как реагировать на эту шутку, но улыбка с лица не сходила. — Ребята, вы можете остаться на выходные, если у вас нет срочных дел. Мэнор в вашем распоряжении. — Мне кажется или прежний жизнерадостный Драко возвращается? – Пэнси подняла бровь и хитро ухмыльнулась. — Тебе кажется, – недовольно буркнул Драко, выкатывая коляску из-за стола, – Увидимся позже! – прошипел он и скрылся с Гермионой из виду. В Мэноре были удобные широкие дорожки, и даже пандус, который был построен изначально для детских колясок. Драко вез инвалидное кресло, пока Гермиона осматривала территорию. Летом сад Мэнора превращался в произведение искусства: он утопал в зелени, буйстве красок и пении птиц. Драко сохранил розарий Нарциссы. Эльфы ухаживали за цветами, пока Драко был в Азкабане, удалось сохранить абсолютно каждый куст роз. Нарцисса коллекционировала сорта роз со всего мира, и выхаживала каждый цветок. Драко продолжал покупать новые сорта, и эльфы с помощью своей магии высаживали новые розы. Гермиона чувствовала себя в безопасности. Наверное, убрать следы темной магии были правильным решением, словно ничего и не происходило. — Мама очень любила этот сад. Отец никогда не препятствовал её порывам и во всём её поддерживал. Когда стало известно, что Волдеморт вернулся, он хотел выслать нас во Францию, там есть ещё одно Поместье поменьше. Но мама отказалась покидать отца, а потом всё так быстро закрутилось, что бежать было бесполезно. Они бы нас нашли на краю света. Волдеморт не брезговал угрожать убийством детей Пожирателей, за то, что его последователи 14 лет ничего не делали. Я знаю, что каждый из них пожертвовал был собой ради своего ребенка. Отец Пэнси хотел её уберечь и выслать куда-нибудь подальше, я подслушал разговор отца с мистером Паркинсоном. Отец Нотта был фанатиком, но даже он понимал, что сын не готов будет жить в новом мире Волдеморта. Это был бал лицемерия. Каждый лебезил перед Лордом, чтобы не потерять голову. А Лорд наслаждался их страхом, и понимал, что они предадут его при первой возможности. То ли дело оборотни и разные волшебные твари. Даже Долохов был верен только самому себе. Беллатриса была абсолютна безумна, в прямом смысле этого слова, но даже она его боялась, как огня. — А твой отец хорошо знал Долохова? – Осторожно просила Гермиона и взгляд Драко загорелся, словно он осознал что-то важное. — Да. Не могу сказать, что они были друзьями, но хорошими товарищами как минимум, насколько это было возможно среди Пожирателей. Долохов очень своеобразный, но в целом не самый ужасный человек, которого я знал. – Они остановились у небольшого озера. Погода благоволила на принятие солнечных ванн и Драко сел рядом на траву. — Здесь так умиротворяюще, – прошептала Гермиона. Драко улыбнулся. — Пришлось вызывать специалистов и чистить Мэнор от следов темной магии. Это было не просто, но они справились. У отца была коллекция темных артефактов, я её отдал Министерству на хранение. У меня тоже осталось очень много плохих воспоминаний, но это мой дом. И это всё, что у меня осталось от моей семьи. Я не мог его продать. И мамин розарий... Мне жаль, что всё так случилось. Когда на 5 курсе, отца забрали в Азкабан, я очень на вас злился. А на 6 курсе даже побил Поттера. И только когда Лорд занял Мэнор до меня дошло. Отец сам его боялся. Они хотели получить пророчество, сражались с детьми, сами были крайне неосторожны, но я всё равно винил вас. Когда я понял, что нас всех ждёт, я решил действовать иначе. Поэтому я и не признал Поттера, я понимал, что если его убьют, то этому миру конец. Мои друзья меня очень поддерживали, а мне надо было гордо носить маску. И я её носил. До тех пор, пока вы с Поттером не спасли нас в выручай – комнате. После этого мой мир пошатнулся ещё сильнее. Мы потеряли Крэбба в адском пламени, и я вообще провалился в уныние. Хотя я не был хорошим другом ни для Винсента, ни для Грега. — Меня всегда радует то, что человек способен вырасти. – Драко посмотрел в глаза Гермионы, а на её лице застыла снисходительная улыбка. – Надо признать, что мы из разных миров. И мы не могли понимать друг друга. Поэтому все обстоятельства складывались таким образом, чтобы мы пришли к общему знаменателю. Миры соединились, когда стало понятно, что каждый из нас может потерять всё. Я очень благодарна Гарри, несмотря на всё дерьмо, которое ему пришлось пережить, он не растерял человечность. Он верил в каждого из нас. А в тебя он верил больше всего, Драко. Смерть Нарциссы его тоже очень подкосила. Я помню, как мы с ним напились в его квартире, а Рон потом нас отпаивал зельями и готовил еду. Гарри не знал Нарциссу, но он скорбел вместе с тобой. Это было нашим личным упущением. Мы так гнались за результатами, что даже не поинтересовались о её самочувствии. Конечно, такая утонченная и нежная женщина, не должна была попасть в это проклятое место, которое её и сломало. Гарри разбил тогда гору посуды, долго кричал и винил себя в её смерти. А я поняла, что мы все остались без родительской любви. И теперь миссис Уизли будет для всех нас мамой, а её любви хватило бы на целую планету. После похорон Нарциссы, мы не разговаривали с Гарри пару недель, он закрылся в себе. — После похорон, он приходил ко мне через день. Кингсли подписал разрешение на посещение Азкабана в любое время. Гарри приносил еду, пытался меня отвлекать, ему можно было заходить в камеру. Мы могли вообще не разговаривать. Он просил меня держаться и пообещал, что сделает всё, чтобы меня вытащить. На тот момент я практически сдался. Я помню, как он сказал: «Драко, впереди целая жизнь. Умоляю, дай себе шанс. Проживи эту жизнь не только ради себя, но и ради своих родителей. Они бы не хотели, чтобы ты сдавался. Ты же, мать его, Драко Люциус Малфой! Заносчивый, самовлюбленный, богатый ублюдок, ты не можешь сдаться, потому что таких засранцев как ты больше не будет. Ты должен жить и делать мою жизнь невыносимой!» Тогда я впервые рассмеялся, его слова так сильно засели в моей памяти, что я прокручивал их каждый день в своей голове, как только на меня накатывало уныние. А после я ему пообещал не сдаваться. – Гермиона смахнула слезу, а Драко облегченно выдохнул, – Поттер сдержал обещание. Он словно сделал меня своим проектом. Проект по спасению заносчивой задницы Драко Малфоя, – они вместе рассмеялись. – И вот Поттер уже 8 лет имеет собственную комнату в моём доме. И я очень ему благодарен. — Ты покажешь мне свою мастерскую? – спросила Гермиона с горящими глазами, –Мне очень интересно. — Если ты хочешь, я всё тебе покажу. Она находится в отдалении от Мэнора. Можем пойти прямо сейчас. – Гермиона радостно кивнула. Драко поднялся с травы, отряхнул брюки и взял кресло за ручки. Через 10 минут они были на пороге одноэтажного здания, выложенного камнем, с большими зелеными резными дверями. Он отворил двери и перед Гермионой возникло просторное помещение, в котором находились станки, заготовки дерева и готовые изделия. В помещении было много окон и света. — Не знаю откуда во мне проснулась любовь к мебели, но после того, что происходило в Мэноре: запачканные кровью кресла, сломанные кровати, разбитые стулья, я сжёг половину вещей, а потом решил, что смогу сам сотворить что-то новое. У меня был такой творческий подъём, что я стал изучать это ремесло и довольно скоро втянулся. Я сделал столы и кресла для одного небольшого ресторанчика в магическом Лондоне. И много мебели для Мэнора. Конечно, без магии не обошлось, я доработал некоторые заклинания и теперь всё можно делать довольно быстро. – Гермиона восхищенно смотрела на Драко, у которого горели глаза, когда он всё это рассказывал, – Сложнее всего было с тканями, я заключил договор с маглами, они делают для меня разные мебельные ткани с повышенной прочностью к истиранию. И некоторые сорта древесины тоже беру у них. А вот фурнитуру мне делают на заказ. Гермиона встала с кресла, чтобы подойти ближе к столу, который стоял посреди комнаты. Это был стол-бюро из дуба, гладко отполированный и пахнущий деревом. Она провела кончиками пальцев по столешнице, открыла каждый ящик и дверцу и заглянула внутрь. — Это восхитительно, Драко! Это необыкновенная мебель. – улыбалась она. – У тебя, несомненно, большой талант. – Драко заметил, что она почти не хромает, хотя идёт медленно и осторожно, обходя вокруг стол, пару ярких бархатных кресел и кресло-качалку, – Я умею только писать книги. Творческая жилка в искусстве ручной работы у меня отсутствует. Я часто вспоминаю урок прорицания на третьем курсе, когда Трелони наговорила мне такой ерунды, что я психанула и вышла из кабинета. — Сердце ваше не способно на любовь. Душа сухая, как страницы учебников, к которым вы привязаны навсегда… – Процитировал Сивиллу Драко. — Надо же, – рассмеялась Гермиона, – Ты это запомнил? — Это было очень бестактно. В тебе всегда было столько жизни, что я могу с уверенностью сказать, что Трелони не права. Она вообще очень некомпетентная преподавательница. — А может, как раз, она и права. Вокруг меня всегда были только книги. С любовью было всегда сложнее. То ли я её не понимаю, то ли она меня игнорирует. – Гермиона снова рассмеялась, – Я могу присесть? – Она указала на кресло-качалку, Драко кивнул. Она села на мягкую подушку и откинулась на спинку кресла, – Боже, это самое удобное кресло в моей жизни! – Воскликнула она, оттолкнувшись ногой от пола. Кресло начало плавно качаться, а Гермиона расплылась в довольной улыбке. Драко оперся о стол и крестил руки на груди, внимательно наблюдая, как меняются эмоции на её лице. В Гермионе всегда было столько жизни, тепла и энергии. Лицо сияло, а глаза блестели на июньском солнце, лучи которого падали сквозь большие окна прямо на неё. Её невысокая фигура казалась такой мелкой в этом огромном кресле. Она удобно раскинулась на зеленой подушке, всё сильнее раскачиваясь и испытывая явный восторг. — Что? – спросила она, – Почему ты так на меня смотришь? — Тебе идёт зеленый цвет, – тихо сказал Драко, а Гермиона фыркнула. Драко словил себя на мысли, что он обязан сделать необычную трость для Гермионы, из какой-нибудь редкой породы дерева, с интересной ручкой. Он стоял с улыбкой на лице и смотрел на довольную Гермиону, которая качалась в кресле. — У моих родителей в гостиной стояло старенькое кресло-качалка. Оно досталось нашей семье от дедушки, а ему от его отца. Оно было крепкое и очень удобное. В детстве по вечерам, папа садился в кресло, сажал меня на колени и читал мне сказки, пока я не засыпала на его руках. Детство закончилось, а воспоминания остались. Наверное, сейчас брат и сестра так же любят это кресло, как я когда-то. Интересно, кто-то из них будет волшебником? Возможно, мои родители снова встретятся с миром магии. И снова будут очень гордиться тем, что в семье появилась волшебница или волшебник. – Грустно сказала она, – А меня они больше не вспомнят, и я даже не смогу с ними поговорить. — Ты действительно для себя всё решила? — Да. Я не вижу смысла вмешиваться в их счастливую жизнь со своими проблемами. Это эгоистично и неправильно. Я очень по ним скучаю, но осознаю свою ответственность. Я виновата. Я не должна была так поступать. А теперь это выглядит как нытьё с моей стороны. Я сама приняла решение, и у меня больше нет права портить их жизнь. – Драко вздохнул и протянул ей ладонь. — Пойдём. Здесь много красивых мест, которые я хочу тебе показать. – Драко остановил кресло, Гермиона взяла его за руку и в момент, когда она хотела встать на ноги, они подкосились и она рухнула на пол, потянув за собой Драко, который не успел среагировать. Он упал на колени рядом с ней. — Ты как? Что случилось? – взволнованно спросил он. – Ты не чувствуешь ног? — Все нормально. Такое бывает. Мне надо сделать укол и выпить таблетки. – Драко встал и поднял Гермиону на руки. Она вздохнула и прижалась к нему. – Всегда думаю о том, что я смогу привыкнуть. Мне кажется, что я смирилась, но когда это происходит, я цепенею от ужаса и осознания, что наступить день, когда я больше не смогу встать с постели. – Она уткнулась носом в его шею. – Разумом можно всё понимать, но осознание придет только тогда, когда это случится. И к этому никак нельзя подготовиться. — Давай я отвезу тебя в Мэнор. Мы сделаем все нужные манипуляции, и ты немного отдохнешь. А потом я накормлю тебя обедом. — Хорошо, – грустно ответила Гермиона и сильнее сцепила руки на его шее. Волнение внутри Драко нарастало, он словно чувствовал, что действовать надо незамедлительно. И чем быстрее они найдут все ингредиенты, тем быстрее можно будет поставить её на ноги. По мощенной дорожке он повёз Гермиону в Мэнор. Министерство Магии. Гарри сидел в своем кабинете и смотрел на себя в зеркало. Судя по внешнему виду, вечеринка удалась, несмотря на антипохмельное зелье и утренний душ. В Мэноре в его комнате всегда были свежие вещи для подобных случаев. В двери постучали и на пороге появился довольный Рон с двумя стаканами кофе и выпечкой. — Привет! Выглядишь помятым, – улыбался Рон, ставя угощения на стол. Рон был одет в министерскую аврорскую форму: черные брюки, черная водолазка, облегающая каждую мышцу его торса, кожаный ремень и портупея-кобура для волшебной палочки. Густая копна ярко-рыжих блестящих волос, крепкие руки с полосками выступающих вен и длинные пальцы. Рон не был конвенциальным красавчиком, он представлял истинную грубую мужскую красоту. Он больше не был долговязым и худым мальчишкой с длинным носом, он стал крепким мускулистым мужчиной, который являлся главным аврорским тренером. Он уже привык к всеобщему женскому вниманию, но сам был настолько фанатичен в своей работе, что на свидания не хватало времени. — Садись уже! И закрой двери. – замок щелкнул, и Рон плюхнулся в кресло. — Я хотел сказать тебе «спасибо», – смущенно произнёс Рон. — Да вы настолько меня оба задолбали, что я решил взять инициативу в свои руки. – Воскликнул Гарри. – Двое взрослых людей не могут решиться и сходить на свидание. Вам же не по 13 лет. — Кто бы говорил! 10 лет вы с Пэнси морозились как идиоты. Да она вчера от тебя не отлипала. До чего ты довел девушку своей нерешительностью, – громко сказал Рон. — Ладно. 1:1. Это справедливо. – Гарри сделал глоток кофе. — И что ты планируешь делать дальше с Пэнси? – с хитрой ухмылкой добавил Рон. — Планирую, как минимум, сделать ей своей девушкой. А там как пойдёт. В конечном итоге, ей тоже надо принимать решения. *** Дафна Гринграсс уже 8 лет работала в отделе, занимающимся магическими существами. Родители были очень недовольны тем, что она разорвала помолвку с Эдрианом Пьюси и решила уйти на вольные хлеба. Они лишили её наследства в отместку за непослушание, но ей было плевать. Мистер Гринграсс не имел отношения к Пожирателям Смерти и его репутация была чиста, но это не помогло породниться с родом Пьюси и Малфой. Драко отменил помолвку с Асторией, так как она была влюблена в другого, тоже чистокровного волшебника и мистер Гринграсс воспринял это очень негативно, поэтому Дафне досталось вдвойне. Дафна была полностью самостоятельной девушкой. Она сама себя обеспечивала, сумела купить жилье и была авторитетным и ценным сотрудником, не боящимся сложностей. Высокая худощавая блондинка с ярко голубыми глазами и сильным характером. Она давно обратила внимание на Рона, который тоже ей симпатизировал, но абсолютно не знал, как к ней подойти. Её воспитание не позволяло ей самой напрашиваться на ухаживания, и она смиренно ждала, пока этот рыжий здоровяк наконец-то решиться что-то предпринять. Сегодня она была благодарна Поттеру за вчерашний перфоманс, и целый день ходила с улыбкой. Они договорились пойти на свидание в субботу в один милый ресторанчик в магической части Лондона. Она уже предвкушала хороший вечер в компании мужчины, по которому она вздыхала несколько лет. Рон не был робким, но именно с ней он терял голову и не мог вымолвить слово. Теперь проблема была решена. Слава Салазару! Пергамент, который передал Драко Дафне содержал всего один ингредиент, который она должна была достать: кровь Фестрала 5 унций. *** Невилл и Луна числились как вне министерские работники. Они часто были разъездах, ища и восстанавливая утраченные и редкие растения. Они являлись незаменимыми профессионалами в этом деле и справлялись со своей работой на 100%. Сегодня они пополнили банк редких растений на 30 новых единиц. А за 8 лет работы смогли восстановить более пятисот утраченных представителей флоры. Они исколесили практически весь земной шар. Так же Британское Министерство Магии смогло поделиться растениями с другими государствами. Луна обожала свою работу и всегда очень ответственно к ней подходила, а Невилл имел суперспособность сохранять жизнь растениям, чтобы они доехали до пункта назначения в сохранности. Пергамент, который передал Драко был немногословен: венерин башмачок 5 единиц, коралловые красные водоросли 10 унций, ковыль 7 унций. Это было то, что нужно было найти для зелья. Луна и Невилл уже знали, где будут это искать. *** Задача Симуса Финигана состояла в том, чтобы найти утраченные и возможно запрещенные рецепты и обряды, которые способны продлить жизнь или вылечить от опасных недугов. Задача Грегори Гойла состояла в том, чтобы узнать о реальных возможностях медицины в больнице Святого Мунго. Узнать про альтернативные подходы и решения, а также посетить Архив и узнать о Долохове. Гарри Поттер должен был так же поискать информацию о местонахождении Долохова, а после помочь достать неотслеживаемый портключ. Рон Уизли выступал в качестве помощника всем, кому будет нужна физическая помощь. Например, помочь Дафне достать кровь Фестрала. Прикрыть кого-либо или воспользоваться своим положением в Министерстве. Троица Тео, Пэнси и Блейз выступали в качестве бессменной группы поддержки и людьми со связями в других странах. Джинни отвечала за связь со Слизнортом, который был жив и здоров, и по-прежнему работал в Хогвартсе. Каждый уже прочел свой пергамент и был согласен на всё, что там было написано. Сам же Драко отвечал за встречу с Долоховым и должен был найти с ним договоренность о помощи Гермионе. Всё, что задумал Драко было нелегко. И в одиночку это сделать невозможно. Поэтому он решился на отчаянный шаг, который в конечном итоге был нужен абсолютно всем членам этой группы.