Day 2. Два признания (Метка «Признания в любви»)

      Влетев в ворота без трёх минут восемь, Джим быстро поставил борд на парковку и направился в комнату, намереваясь переодеться и тут же пойти разыскивать МакГвайр, чтобы всё-таки пригласить её на свидание.        – Я сделаю это сегодня, – тут же объявил он о своём решении сидящему за столом Теренсу. – Приглашу её. И скажу. Всё скажу.        – О-о-о! – Джерри отвлёкся от учебника и захлопал в ладоши. – Наконец-то!       Сэм, сидящий тут же за своим столом, просверлил спину соперника отчаянным взглядом и, тихо встав, вышел из комнаты, крепко сжимая кулаки.       Ещё тогда, проиграв гонку-спор, Нортон пообещал не вмешиваться в общение Джима с Эви, но каждый день каждый раз, когда они садились вместе, разговаривали, обменивались домашкой, сердце его разъедала обида и жгучая зависть. МакГвайр нравилась ему с детства, сколько он себя помнил. И ещё пятилетним мальцом он целовал её в щёчку и предлагал руку и сердце под умилительные вздохи матери и громкий хохот отца. Так почему же сейчас нужно отступить?       Разумеется, тогда всё это воспринималось как шутка, но взрослея, Сэм всё больше и больше отдавал себе отчёт в собственных чувствах. Он любил Эви и всячески пытался это показывать, но… но Хокинс всегда был на шаг впереди.       «Не позволю! – думал парень, размашистым шагом идя по коридору к общей гостиной. – Не позволю украсть её у меня!»       Завидев девушку на кушетке в компании Мелиссы, сын мэра решительно вздохнул и сократил между ними расстояние.        – Эви, у тебя есть минутка? – выпалил он, тут же краснея. – Я хотел… э-э… поговорить.        – Да, конечно, – МакГвайр явно удивилась порыву друга. – Это что-то важное?        – Ага, – парень пронзительно взглянул ей в глаза. – Очень.        – Я тогда пойду, пну мистера Теренса, – озорно улыбнулась Мелисса, вставая с кушетки. – Обещал выйти вечером, но до сих пор его нет.       Оставшись наедине с Нортоном, Эви вмиг почувствовала себя неловко: слишком уж взбудораженным и взволнованным он выглядел.        – Что-то случилось? – спросила она, замечая вдруг, что он уже сжимает её ладонь в своей. – Ты меня пугаешь.        – Да нет-нет, не волнуйся, – сын мэра тут же улыбнулся, пунцовея ещё сильнее. – Я просто… я хотел… пригласить тебя погулять… завтра! Скажи, ты свободна?        – Ну… да вроде бы, – девушка и сама начала краснеть, слишком уж неловкой выглядела ситуация. – А куда мы пойдём? Может, остальных тоже…        – Нет! – Сэм перебил её даже слишком уж резко. – Нет. Я хотел пригласить именно тебя. Хотел… показать одно место.        – Э-эм, ну ладно, во сколько? – Эви готова была уже на всё, только бы завершить этот разговор.        – Давай встретимся в пять у ворот, – Нортон, наконец, справился с волнением. – Я буду тебя ждать.        – Хорошо, я приду, – МакГвайр улыбнулась, и парень поспешил ретироваться, напоследок запечатлев на её руке неумелый поцелуй.       Проводив его взглядом, девушка критически осмотрела гостиную, с облегчением убеждаясь, что главные сплетницы коротают вечер где-то в другом месте, а затем перевела взгляд на свою руку, которую тут же вытерла о подол платья.        – И что это, блин, было?       Мелисса вернулась буквально мгновение спустя и тут же присела рядом с подругой.        – С картами он, видите ли, сидит! – шутливо возмутилась она, всплескивая руками. – А я тут жду!        – Почему бы вам вместе их не делать? – вопросила Эви, вновь признавая, что внутренне завидует подруге.        – Сосредоточиться не сможем, – хихикнула Грин, заправляя непослушную переднюю прядь за ухо. – Всё время будем целоваться. А что от тебя Нортон хотел, кстати?        – Ох, если б я сама знала, – МакГвайр тяжело вздохнула и вкратце пересказала подруге разговор с сыном мэра.        – Очевидно, что он хочет признаться тебе в любви! О, покорительница мужских сердец! – Мелисса хлопнула в ладоши, заливаясь смехом, а Эви, наоборот, помрачнела.        – Да зачем мне это надо? Сэм мне только друг и ничего больше… ой, Джим идёт! Хокинс действительно показался на пороге общей гостиной, сияющий и очень довольный. Разыскав МакГвайр взглядом, он тут же направился к ней и плюхнулся рядом на кушетку.        – Привет, не помешаю?        – Нет, конечно! – девушка тут же немного подвинулась, освобождая место. – Ты не опоздал сегодня? Я засиделась с задачами и не вышла тебя встретить…        – Нет, успел, – парень рассеянно поймал её ладонь в свою. – Скажи, а ты занята завтра? Хотел показать тебе одно место.        – И ты тоже? – Эви не сумела удержаться от удивлённого возгласа. Заметив непонимающий взгляд друга, она тут же устыдилась своего тона и пояснила: – Просто Сэм только что сказал мне то же самое.        – Нортон? – Джим тут же помрачнел и нахмурился. – Вот же ж…        – Если ты не хочешь, я с ним не пойду, – тут же заговорила МакГвайр, немного даже испугавшаяся недоброго огонька в глазах парня.        – Нет-нет, почему же, – усмехнулся Хокинс, покачав головой. – Сходи обязательно. А я подожду до воскресенья. Оно ведь у тебя не занято?        – Нет, полностью свободно, – девушка улыбнулась, ласково пожимая ему руку. – А куда мы пойдём?        – Секрет, – Джим хитро улыбнулся. – Только… только не надевай платье, а то нам довольно далеко лететь. Боюсь, что ты замёрзнешь.        – Хорошо, – МакГвайр полностью растаяла от такой заботы.        – Буду ждать в двенадцать у ворот, – парень на мгновение взглянул ей прямо в глаза. – Не проспишь?        – Ни за что! – Эви хихикнула, мило покраснев.       Джим нежно прижал её руку к губам и, развернувшись, покинул комнату, оставляя девушек наедине. МакГвайр едва сдержала счастливый писк, а Мелисса лишь присвистнула:        – Вот это популярность!

***

      Открыв глаза, Эви тут же дотянулась до телефона и, осознав, что уже довольно поздно, рывком села на постели, тут же потягиваясь и протирая глаза. Вчерашнее приглашение Нортона почти сразу же всплыло у неё в памяти, и девушка горестно вздохнула, осознавая, что сегодняшний вечер вынуждена будет провести с ним.        – Блин, и зачем я только согласилась? – тихо спросила она себя и, накинув халат, направилась умываться.       День пролетел практически незаметно: МакГвайр успела разобраться с домашкой, выпить несколько чашек чая, немного прибраться в вещах и выбрать наряд на вечер. Джерри с Мелиссой ещё с утра упорхнули в город навстречу приключениям, поэтому коротать время до свидания можно было только с Полли. Иногда Эви совершала якобы очень нужные пробежки в кухню через общую гостиную, но Джима, которого она надеялась встретить, не было ни там, ни там, поэтому девушка, вздохнув, смирилась с тем фактом, что сегодня они не увидятся.       Стрелка часов стремительно приближалась к пяти, поэтому МакГвайр быстро переоделась, чуть подправила макияж и вышла к воротам, не забыв захватить сумочку.       Сэм уже стоял около будочки привратника: чуть покрасневший и явно нервничающий, он судорожно теребил в руках телефон, а завидев девушку, вымучил улыбку и помахал ей рукой.        – Привет! Ты чудесно выглядишь! Такси вот-вот приедет!        – Спасибо, ты тоже сегодня особенно элегантен, – Эви выдала дежурный комплимент, тем не менее, отмечая, что сын мэра вырядился ради свидания в новенький костюм модного сейчас серого цвета.       Неловкая пауза повисла между ними, но ситуацию спас космолёт, плавно притормозивший около ворот. Галантно подав спутнице руку, Нортон помог ей сесть в салон, и лишь потом присел сам, тут же называя таксисту адрес.       МакГвайр тут же тихо вздохнула, узнавая название улицы: центральной аллеи квартала дорогих ресторанов. Значит, сегодня планируется трапеза…       По пути они о чём-то разговаривали, но девушка не могла изгнать из себя какую-то внутреннюю тоску. Всё было… не так, не правильно. Очевидно, что в конце этого вечера её ждёт признание, возможно, при свечах, а может, и с фейерверками. Но что толку, если ответ нет? Может, лучше было бы сразу сказать Сэму об этом?       Новый ресторан, открывшийся только на прошлой неделе, действительно оказался люксовым. Настолько люксовым, что у МакГвайр при виде цен тут же пропал аппетит. Даже несмотря на то, что они с отцом часто посещали подобные заведения, это выходило за всякие рамки.       Нортон же оставался вполне спокойным и приветливым: посоветовал подруге какие-то блюда, консультировался с официантом, заказал живую музыку… Всё это заставляло Эви чувствовать себя неловко, а оттого девушка всё время смущалась и, сама того не желая, дарила надежду сыну мэра, бывшему сейчас практически на грани отчаяния.       Не нужно было быть семи пядей во лбу, чтобы понять, кто из двоих парней нравился МакГвайр больше. Сэм осознавал свой проигрыш лучше, чем кто-либо, но всё равно из последних сил старался впечатлить избранницу, не жалея ни сил, ни денег.       Изысканные кулинарные шедевры пришлись обоим по вкусу, однако девушка всё равно вздрагивала от одной лишь мысли о счёте. За ужином завязался даже какой-то разговор, но стоило ребятам доесть, как в ожидании десерта неловкое молчание вновь поглотило обоих.        – Эви, знаешь… – Нортон, наконец, решился и начал говорить, – я хотел сказать тебе… МакГвайр мысленно задрожала и крепко стиснула под столом кулак: ну вот и началось.        – … что ты просто потрясающая… – продолжал тем временем сын мэра, пунцовеющий с каждой секундой всё больше. – Ты красивая, очень нежная, всегда ласковая и приветливая… Я восхищаюсь тобой ещё с детства.        – Ну что ты, я не заслуживаю подобных комплиментов, – девушка, смутившись, отвела глаза.        – Ты заслуживаешь гораздо большего, – Сэм взял её за руку и придвинулся ближе. – Я… э-э… ты… ты мне очень нравишься, Эви! И я готов… готов отдать тебе всё, что у меня есть!       Волнение, с которым парень говорил эти слова, под конец поглотило его, и Нортон просто прижался к дрожащей руке подруги губами, молчаливо ожидая ответа, который и так уже был ему известен.        – Сэм… – МакГвайр всхлипнула, чувствуя себя разрушительницей чужого счастья, – Сэм, прости… Я ненавижу отказывать, но… но я не могу иначе. Ты для меня очень хороший друг, но… но не больше. Прости… пожалуйста.       Выдернув ладонь из его пожатия, Эви чуть отстранилась, тут же прикрывая лицо руками. Она ожидала какой-то реакции, но когда через несколько секунд ничего не произошло, девушка осторожно взглянула на одногруппника и вновь заговорила:        – Я должна была сказать тебе это с самого начала… Прости, что я…        – Нет, ничего, – Нортон перебил её, горько улыбаясь и разводя руками. – Я знал. Знал, что так будет. Но я должен был попытаться.       МакГвайр промолчала, осмысливая услышанное, а сын мэра вдруг легко тронул её за локоть и продолжил:        – Только я не понимаю. Почему? Почему он? Почему, Эви?        – Я не знаю, – девушка не смогла сдержать слёз, прекрасно понимая, о ком идёт речь. – Я не знаю, Сэм! Просто… просто люблю я его! Прости!       Ухватив со стола салфетку, МакГвайр поспешно принялась утирать слёзы, а Нортон просто сидел рядом, уставившись в одну точку и, видимо, очень тяжело принимая свой проигрыш.       Эви, заметив его состояние, тут же решила покинуть свидание, чтобы не бередить свежую рану, но парень, разгадав намерения, ухватил её за руку, качая головой.        – Нет-нет, я тебя пригласил, значит, я тебя и назад привезу! – он всё же выдавил более-менее весёлую улыбку. – К тому же я знаю, как сильно ты любишь десерты! Их вот-вот принесут!       Оставшуюся часть вечера они провели чуть более оживлённо, будто бы избавившись от тяжести невысказанного признания и взаимной неловкости, но, тем не менее, придя в спальню, Эви просто повалилась на кровать от усталости, не столько физической, сколько психологической.        – Ну что, как прошло? – Мелисса, сидящая за столом, встала, чтобы поприветствовать подругу. – Ты что-то кислая.        – Ужасно, – отмахнулась МакГвайр, тут же вставая, чтобы переодеться в домашнее. – Я себя так глупо и неловко давно не чувствовала. И какой мне ещё после такого быть?        – Что, прям совсем? – Грин сочувствующе наклонила голову, а Эви осознала, что всё-таки перегибает палку.        – Да нет, на самом деле, – она вздохнула и вновь уселась на кровать. – Ресторан шикарный, еда очень вкусная, да и Сэм очень галантный, вот только… я вынуждена была ему отказать, а это неприятно.        – Зато теперь ты с чистой совестью отправляешься в завтрашний день! – хохотнула Грин, падая на свою кровать. – Интересно, куда второй претендент захочет тебя сводить!        – О, мне всё равно куда, главное, что с ним! – МакГвайр покружилась по комнате в обнимку с платьем, а затем поспешно направилась в душ, чтобы побыстрее лечь и ни в коем случае не проспать.       Сэм же, вернувшись в комнату, просто упал на кровать лицом в подушку. Сердце его болело от обиды и разочарования в самом себе, но слёзы почему-то не шли, и легче не становилось. Да, сердцу Эви не прикажешь, но одна лишь мысль, что Хокинс назовёт её своей девушкой уже завтра, сводила с ума.       Джим, кстати, обнаружился тут же, на своей кровати, с немного ехидной ухмылкой на лице. Весь его вид выражал скрытое торжество, и Нортон осознал, что вся его борьба, вся та драма, что сейчас закипала у него в душе, не имеет ровно никакого значения. Ещё тогда, с первого дня Академии, да даже с банкета, сердце МакГвайр принадлежало именно этому наглецу, портовому оборванцу, нищему…        – Она твоя, – бросил он, чувствуя, наконец, как слёзы потихоньку скапливаются в уголках глаз. – Она тебя любит.       Хокинс лишь счастливо улыбнулся, оставив реплику без ответа. Завернувшись в одеяло, он вскоре уснул, оставив сына мэра наедине с горечью и обидой.