Часть 4

POV EDA

Мы подъехали к ресторану и просто сидели в машине около 10 минут, даже не поднимая взгляда друг на друга. Снова чувствовалось напряжение, которое, я надеялась, ушло в небытие. — Ладно, Эда, — он решает начать, и мысленно я этому безумно радуюсь. — Пора идти, мы и так немного опоздали, — как истинный джентельмен берет меня за руку, чтоб поддержать, но я сразу показываю, что в подобных нежностях не нуждаюсь. — Инструкции, пожелания? — направляю на него свой каменный взгляд, давая понять, что хочу хоть какой-то конкретики. — Будь собой, — он на мгновенье задумывается, а потом решает продолжить, уже усмехаясь, — или самой приличной версией себя. — Неудачная шутка, — мне действительно стало обидно, но я старалась не показывать это, чтоб не выглядеть слабой. — Глупо говорить такое женщине, которая может с легкостью опозорить тебя перед всеми знакомыми, — в этот момент и на моем лице появляется удовлетворённая улыбка. — Не хотел обидеть. Прости, — он отворачивается от меня и снова смотрит в пустоту, отчего обоим в тысячный раз становится неловко. — Думал, тебе понравится эта шутка. — Никому не нравятся унизительные шутки, — констатирую я строгим голосом исключительно из собственной вредности. — Это не было моей целью. Я чувствовал напряжение между нами и хотел от него избавиться, — говорит с виноватым лицом, но свою вину до конца всё-таки не признаёт, что меня безумно умиляет. — Забудь. Просто пойдём, — уже весело произношу я, стараясь показать, что не обижаюсь. — Предупреждаю, там самый настоящий серпентарий, — Серкан указывает рукой на ресторан, когда захлопывает дверь, а я лишь продолжаю наивно улыбаться. — Знаю, — шепчу себе под нос, намеренно отворачиваясь от собеседника, который и так стоит на данный момент достаточно далеко. — На самом деле, я не это хотел сказать, — он подходит ко мне и берет меня за руку, вероятно, чтобы мы смотрелись как самая настоящая пара. — Не обращай внимания на то, что они будут говорить, спрашивать. — Хорошо, — отмечаю я, прикусывая нижнюю губу и поправляя свободной рукой причёску.

POV SERKAN

Мы шли к ресторану в абсолютной тишине, вероятно, из-за того, что я сказал перед этим что-то очень личное и очень неуместное. Корил ли я себя за это? Вопрос интересный, однозначного ответа на него у меня, по крайней мере, нет. С одной стороны, это была всего лишь шутка, которой я пытался разрядить и так напряженную обстановку, с другой — стоило подумать о девушке, чьи чувства я мог задеть. Перед входом мы, предварительно не договариваясь, остановились и посмотрели друг на друга. — Как я выгляжу? — с самоуверенной улыбкой спросила она, по-видимому, надеясь на комплимент. — Превосходно! — моя кислая мина сменяется легкой ухмылкой, когда я говорю ей абсолютную правду. От этого, непонятно по какой причине, на душе становится легче. Эда сама по себе была идеальной, а умело подобранные наряды лишь делали ее более привлекательной и интересной в глазах противоположного пола. Сегодня на ней было чёрное до невозможного короткое платье, подчеркивающее женственный силуэт. Ее длинные ноги прикрывала лишь тонкая сетка в горошек, ставшая своего рода изюминкой образа. Выглядела ли моя новая знакомая вульгарно во в меру откровенном наряде? Наверное, нет. Эда умело ходила по грани, и этим было невозможно не восхищаться. Я знал, что сегодня завидовать все будут мне, а не жениху. Селин, конечно, была красивой женщиной, но никаких усилий ей бы не хватило, чтоб стать такой же эффектной, как Эда. — Серкан, — ее низкий голос вывел меня из собственных мыслей, отчего я на мгновенье улыбнулся. — Забудь про шутку. Мне, на самом деле, плевать. Я просто хотела, чтоб ты перестал вести себя как урод, — внимательно наблюдаю за движением карих глаз и делаю вывод, что их обладательница очень нервничает. — Хорошо, — протягиваю я и крепко беру ее за руку. Мы остались незамеченными, когда вошли в огромное помещение, но это не помешало нам стать предметом всеобщих обсуждений впоследствии. Если на меня смотрели с опаской, то Эду бесстыдно пожирали взглядами все присутствующие. Она же, к моему удивлению, не нервничала и не паниковала совершенно. Мы стояли у одного из столов и пили шампанское, когда к нам подошли виновники торжества — жених и невеста. — Серкан, привет! — Селин с неискренней улыбкой обняла меня, не обращая никакого внимания на окружающих, в частности собственного уже почти мужа. — Привет! — вот и безмолвный Ферит протягивает мне руку, лицемерно улыбаясь, и я делаю то же самое в ответ, кивая головой, словно болванчик. — Серкан, ты не представишь нам свою спутницу? — удовлетворенно выдыхаю, когда Селин наконец задаёт вопрос, интересующий ее по-настоящему. — Это Эда, — бросаю взгляд на брюнетку и аккуратно притягиваю ее к себе за талию, что, конечно, вызывает удивление у собеседников. — Дама моего сердца. Глаза Селин в момент, когда я представил свою «спутницу», кажется, увеличились вдвое, и это не могло не рассмешить. Атакан опешила, из-за чего на протяжении нескольких минут издавала только нечленораздельные звуки. Эда же в этот момент, уже ни капли не смущаясь, положила руку на мое плечо и начала разглядывать меня поближе. — Сколько вы уже вместе? — спрашивает Селин, пытаясь скрыть собственный гнев, что, надо признать, получается очень плохо. — Сомневаюсь, что Фериту это интересно, — спокойно проговариваю я, переводя на него вопросительный взгляд. — Ему очень интересно, — категорично выпаливает она и берет жениха за руку, вероятно, для поддержки. — На самом деле, мы давно познакомились, — уверенным голосом начинает рассказывать Эда, отчего я на некоторое время замираю без движений и, кажется, даже не дышу. — Но в Стамбуле встретились три недели назад совершенно случайно, — не могу понять, как ей удаётся быть такой убедительной и правдоподобной, отчего стою с каменным лицом. — Серкан, ты не рассказывал никогда, — прожигает меня взглядом, как ревнивая жена, отчего я, конечно, получаю удовольствие. — Мне кажется, это не входило в сферу твоих интересов, когда мы встречались, — удовлетворенно улыбаюсь, делая неприятное напоминание. — Где вы познакомились, если не секрет? — когда осознаю, что госпожа Селин просто горит от злости, начинаю думать о том, как позлить ее еще больше. — Селин, — обращаюсь к своей бывшей и перевожу взгляд на ее жениха, намекая таким образом на абсурдность ситуации. — Мне кажется, Фериту неприятно. — Действительно, — выдавливает из себя одно слово после где-то минутного молчания, после чего начинает невинно улыбаться. — Эда, расскажите немного о себе. — Сомневаюсь, что моя персона очень интересная, — загадочно произносит брюнетка, после чего делает глоток из бокала. — Мы с Вами нигде раньше не встречались? — Селин после долгого рассматривания моей спутницы всё-таки находит ещё одну тему для обсуждения, что меня очень веселит. — Нет, — выпаливает неуверенным голосом Эда, сглатывая. — Прошу прощения, — бесцеремонно вторгаюсь в беседу, когда понимаю, что всё самую малость вышло из-под контроля. — Мы пойдём на улицу? — беру свою спутницу за руку и увожу в сторону, глазами прощаясь с удивленными Селин и Феритом. — До свидания! С праздником! — Эда решает тоже попрощаться с женихом и невестой, напоследок озаряя их наивной и чистой улыбкой. Мы шли очень быстро то ли из-за того, что мне хотелось поскорее поговорить с ней наедине, то ли из-за того, что ей не терпелось наконец выйти из этого серпентария, наполненного ложью и лицемерием. Я заметил небольшую деревянную беседку и сразу же потянул ее туда. Эда молчала достаточно долго после того, как мы сели на лавочку и наконец выдохнули. — Да Вы, госпожа, не так просты, — решаю вновь взять на себя ответственность и заговорить первым. Надо признать, очень боюсь снова сказать что-то не то и очень аккуратничаю. — Мог бы просто сказать, что я сука, которая испортила человеку настроение в день его же свадьбы, — расстроенно улыбается и переводит на меня взгляд, сглатывая. — На самом деле, это и было моей целью с самого начала, — в этот момент мы оба заливаемся от смеха, отпуская все проблемы куда подальше. — Спасибо. Ты сориентировалась очень быстро. Идея с давним знакомством в разы лучше того, что придумал я. — Да уж! Теперь Селин всю ночь будет думать о тебе. Это, определенно, не может не тешить мужское самолюбие, — шепчет без особого интереса брюнетка, что меня будто задевает. — Ты правда так думаешь? — возмущённо спрашиваю я, пытаясь скрыть тот факт, что глубоко в душе с ней соглашаюсь. — Если ты о ночи, то я уверена. Селин ещё несколько дней не будет покидать мысль о том, что ты ей изменял. Она будет ходить и думать об этом, а потом, может, даже придёт и спросит у тебя напрямую. Представь, насколько это ужасно, лежать с мужем и думать о том, как твой бывший целует какую-то девку, — Эда говорит настолько серьезно, с таким огнём в глазах, что становится страшновато. Меня спасает только одно — в конце она начинает улыбаться и даже испускает короткий смешок. — Вообще-то, я спрашивал о мужском самолюбии, — поднимаю указательный палец вверх, чем привлекаю внимание очаровательной брюнетки, которая в этот момент легко бьет меня в грудь, протягивая мое имя. — Только не говори, что тебе все равно, — Эда забрасывает ногу на ногу и садится поудобнее, выпрямляя спину и поворачиваясь ко мне. — Во-первых, ты встречался с ней достаточно долго, а это значит, что она тебе нравилась. Во-вторых, ты пришёл сюда вместе со мной, чтоб вызвать ее ревность. Это о многом говорит. Селин для тебя важна, и этот факт отрицать глупо, — слова брюнетки смешиваются в голове, когда я смотрю на неё, и это немного ужасает, потому что концентрация внимания должна быть превыше всего. — Где ты работаешь? — решаю перевести тему, когда осознаю, что она далеко не глупа, и мое первое впечатление было ошибочным. — Неважно, — бросает в мою сторону единственное слово и отворачивается, что меня, конечно, злит. — Я ведь ничего о тебе не знаю. Разве это честно? — аккуратно трогаю ее за плечо, пытаясь вернутся к тому этапу нашего общения, когда все было хорошо. — Иногда лучше ничего не знать о человеке, с которым общаешься, — она усмехается, а после подвигается ближе, игриво улыбаясь. — Не согласен, — я бы мог спорить ещё долго и даже привёл бы парочку аргументов, но загадочная брюнетка решила меня поцеловать. — Ты, кажется, приглашал меня к себе пару недель назад? — она отстраняется буквально на пару секунд, чтоб задать вопрос, а потом вновь накрывает мои губы своими, не давая возможности ответить. — Мое приглашение ещё в силе, — шепчу я, когда мы останавливаемся.

POV EDA

Я была уверена в своих действиях на сто процентов и ни о чем не жалела. Мне хотелось наконец совершить какой-то идиотский поступок, за который будет стыдно всю жизнь, и не думать при этом о последствиях и проблемах. Серкан где-то в мыслях, наверное, ликовал. При нашей первой встрече он был прав, и я действительно оказалась очень простой во всех отношениях девушкой. Беспокоило ли меня то, что обо мне подумают? Нет, определенно. Я больше волновалась из-за того, что впоследствии мы с Болатом могли бы встретиться и испытывать не самые приятные ощущения. — О чем ты думаешь? — решаю заговорить с ним хоть о чём-то, чтоб не терзать себя абсолютно неуместными размышлениями. — Ни о чем, — отвечает он, немного задумавшись, после чего надевает на лицо, как мне кажется, совершенно неискреннюю улыбку. — Врешь, — протягиваю я, пока подхожу к нему ближе. — Ни капельки, — шепчет уже мне на ухо, параллельно кладя руку на плечо. — Хочешь выпить? — Пожалуй, да, — протягиваю я и аккуратно беру в руки его галстук. — Вино. Белое. Сухое. — Сколько тебе лет? — заинтересованно спрашивает Серкан, пока достаёт из бара прозрачную бутылку и бокал. — Мне есть восемнадцать, не переживай, — решаю отшутиться, так как по-прежнему не очень-то хочу говорить о себе. — Я догадался, — он, усмехаясь, протягивает мне красивый бокал на длинной ножке и присаживается рядом. — Меня больше интересует точная цифра. — Это разве имеет какое-то значение? — делаю огромный глоток, прикрывая глаза, пока думаю, как дальше оставаться загадочной. — Вообще-то, да. Я ведь о тебе ничего не знаю, — появляется ощущение, что он расстроился, и из-за этого я начинаю испытывать чувство вины. — Ну ладно, — выдыхаю и вскакиваю с места, начиная своё мини-повествование. — Мне 26, я выросла в Стамбуле, но достаточно давно здесь не была. — Где же ты жила? — он наконец тоже делает глоток из своего стакана, отчего мне становится немного проще. — В США, — отвечаю без эмоций, потому что ненавижу говорить с незнакомыми людьми о себе. — Что ты там делала? — Мы много разговариваем, — отворачиваюсь от него к окну и произношу эту, на первый взгляд, неуместную фразу. — Не находишь? — О тебе же не пишут в газетах, — усмехаюсь, когда осознаю, что его попытка уколоть меня не увенчалась успехом. — Возможно, — констатирую почти шепотом, так как не могу вырваться из плена собственных мыслей. — Только вот сомневаюсь, что ты задаёшь все эти вопросы не из приличия, — резко поворачиваюсь и почти сразу упираюсь в его грудь. — Вообще-то, — он проводит рукой по моему лицу, а после продолжает, — мне правда интересно. Ты оказалась очень даже непростой. — Вообще-то, — его рука опускается на плечо и продолжает плавно перемещаться вниз. — Это не лучший комплимент, — мы оба начинаем невольно улыбаться, и от этого на душе становится легко-легко. — Думаю, ты уже поняла, что я плохо делаю комплименты, — он недолго прожигает меня взглядом, а после вовлекает в поцелуй, нежный и в какой-то мере даже робкий. — Ты прав, я даже успела к этому привыкнуть, — когда мы отстраняемся друг от друга, чтоб набрать воздух, решаю сказать хоть что-то. — Это хорошо, — Серкан аккуратно усаживает меня на подоконник, после чего мы снова начинаем целоваться, только уже более страстно, по-настоящему что ли. Спустя несколько минут я стягиваю с него пиджак, который, если говорить честно, ему стоило снять ещё тогда, когда мы пришли. Затем перехожу к рубашке и нервничаю из-за того, что не все пуговицы получается расстегнуть с первого раза. Он же пока лишь изучает руками мое тело, параллельно пытаясь найти молнию на платье. — Слева, — притягиваю его к себе ближе, обвивая торс ногами. — Не спеши, — шепчет мне прямо в губы, а после начинает целовать шею, ключицы, плечи. Опираюсь на холодное окно, отчего вздрагиваю, но все равно продолжаю испытывать удовольствие от происходящего. Прихожу в себя, когда умелыми руками с меня пытаются снять платье. Через мгновенье оказываюсь наполовину обнаженной, отчего испытываю дискомфорт и поскорее срываю с Серкана рубашку. Он осматривает меня оценивающим взглядом ещё раз, а после подхватывает под ягодицы и несёт на второй этаж. Я совершенно не сопротивляюсь, поэтому чувствую себя безвольной куклой, не способной на проявление эмоций. Не замечаю, как оказываюсь на кровати. Есть ощущение, что все происходит не со мной, и только по этой причине я остаюсь спокойной. Я в какой-то момент, все ещё не осознавая, что нахожусь в реальности, тянусь к его брюкам. Параллельно осматриваю комнату, пытаясь понять хоть что-то. Замечаю на полке только одну фотографию. На ней, определенно, изображены счастливые Серкан и Селин. Им было хорошо вдвоём, они подходили друг другу. Что тогда произошло? Все эти мысли выводят наконец меня из состояния прострации. Я начинаю думать о себе, о собственной жизни, перевожу взгляд на фотографию ещё раз, внимательно смотрю на Болата и в какой-то момент осознаю, что начинается паника, что я больше не контролирую себя, что все происходящее — неправильно, нечестно. Что самое ужасное в сложившейся ситуации? Я не хочу останавливаться, мне хорошо, и мои руки, живущие отдельно от моего мозга, — прямое тому доказательство. С трудом пересиливаю себя, прикрываю глаза, взвешиваю все «за» и «против» ещё раз и наконец делаю то, что должна. — Стой! — на выдохе произношу я и ловлю на себе недоуменный взгляд почти голого Серкана. — Что? — под этим вопросом он имеет в виду многое, но я, к сожалению, не способна дать ответы. Жадно целую его в губы напоследок, после чего резко вскакиваю с кровати. — Это шутка такая? — Прости, — берусь за голову и начинаю плакать. — Я просто не могу. Так нельзя, — пытаюсь найти платье, но ничего не получается, и от этого мое состояние ухудшается. — Оно внизу, — раздраженно выдыхает и ложится на спину, забрасывая руки за голову и прикрывая глаза. — Захлопни дверь, когда будешь уходить, — осознаю, что он обижается абсолютно обоснованно, и из-за этого снова чувствую себя ужасно. — Прости, Серкан, — протягиваю напоследок и сбегаю, желая поскорее избавиться от позора.