Часть 1

      Снаружи старый дом напоминал странную покрытую мхом скалу. Лишь квадратные дыры, которые раньше были окнами и дверьми, выдавали в нём бывшее обиталище людей. Весь город теперь, когда природа вновь вступила в свои права, превратился в увитые плющом причудливые заросли. Зелень врывалась в дома, прорастала сквозь доски и кирпичи, проникала во все щели и пробивалась на крышу, чтобы быть приласканной ярким постапокалиптическим солнцем, сквозь сиренево-зеленые облака. Да, они ещё нескоро поменяют свой цвет на прежний.       Но что рассматривать дом снаружи, когда всё самое интересное скрыто внутри? Позвякивая застёжкой на молнии, стичпанк под номером девять осторожно заглянул в дом. Его встретил шум листвы под потолком и скрип старых досок прогнившего пола. Человечек улыбнулся и сложил механические ладони рупором.       - Ау-у-у! - крикнул он протяжно и сразу же прислушался. "Ау-у-у-у..." - завывающе отозвался дом: хороший знак. Таким способом стичпанки приноровились проверять, есть ли в доме пробоины, которые просто не видно за завалом - если эхо получалось глухим, значит сюда лучше не соваться. Но эти развалины явно были ещё вполне надёжными и не планировали обрушаться на голову исследователя, так что Девятый довольно кивнул и шагнул внутрь.       На глаза поначалу мало что попадалось - так всегда бывает, когда обследуешь территорию без конкретной цели. Не знаешь, ни что ищешь, ни что в итоге найдёшь. Но Девятый такие прогулки очень любил, особенно в заросших домах: прямо сейчас, задрав голову, можно было полюбоваться, как сквозь щели в потолке солнце падает на листья плюща, превращая их в изумрудные пластинки. Свет проникает и внутрь: вот почему тут столько растительности...       Заглядевшись, Девятый вдруг споткнулся обо что-то жёсткое, неловко взмахнул руками и плюхнулся на пол, выронив верный фонарик. Тот, к счастью, не разбился.       Усевшись и отряхнувшись, стичпанк в недоумении огляделся по сторонам. Пол в этой части комнаты был оплетён древесными корнями, которые, словно застывшие тёмные щупальца, наощупь искали землю, распластавшись почти по всей комнате. Искали настолько тщательно и долго, что крепко обняли собой покосившуюся конструкцию, некогда бывшую туалетным столиком, и всё, что стояло на ней. А вот это интересно...       Подхватив с пола драгоценный фонарь и сунув его за лямку на спине, Девятый быстро вскарабкался наверх по переплетённым корням. За время жизни в Новой Пустоши - так теперь они решили звать ожившую часть того, что раньше было мрасными руинами и песками, - стичпанк научился лазать так проворно и ловко, что со стороны его наверняка можно было принять за какого-нибудь домашнего грызуна. Забавно, к слову - теперь увидеть такого вредителя в домах было настоящей редкостью. И радостью.       На столике оказалось много разных диковинок, которые вызывали странный трепет в грудной клетке. На лице сама собой возникла грустная улыбка. Когда-то эти вещи в быту были столь же необходимы, сколь сейчас бесполезны. Пузырьки с пилюлями, пудреница, расчёска, гранёный стакан и...       А вот на последнем предмете Девятый задержал взгляд подольше. И почти сразу словно завороженный подошёл ближе. На краю стола, опутанная тонкими засохшими корнями, стояла шкатулка. Ничего странного: такие пользовались спросом у дам их страны в довоенное время.       Девятый оглядел плоскую крышку с милым рисунком цветов и зачем-то провёл ладонью по гладкому дереву. Краски под лакированной поверхностью не выцвели до сих пор, хоть сам лак и дал характерные трещины. Где-то под мешковиной в груди почти ощутимо кольнуло, хоть там и было пусто уже много лет. Тут же стичпанк спешно покачал головой. Нет, нет, это не было похоже на то, что ему вспомнилось. Тут наверняка хранили украшения, может быть, ценные бумаги... Но воткнутый сбоку ржавенький ключ не оставлял места сомнениям.       Это музыкальная шкатулка.       Девятый отдёрнул руку, нервно поёжился, по спине пробежали мурашки - точнее, так это ощущалось. Последний раз такая шкатулка была... там. В доме учёного.       - Эй, ты здесь?       Голос снизу заставил стичпанка быстро вернуться в реальность (чему сейчас он был очень рад). В центр комнаты легко и чуть подпрыгивая на каждом шагу вышла серая кукла с копьём наперевес. Чёрные ленты её пояса развивались от сквозняка за спиной, и Девятый тихо усмехнулся - он не перестанет отмечать про себя и вслух, что в новом облике с этой тонкой лентой она похожа на воина-ниндзя даже больше, чем в старом птичьем шлеме.       - Нашёл что-нибудь? - махнув ему рукой спросила Седьмая и, не дожидаясь ответа, в пару ловких прыжков оказалась на столике. Да, Девятый может хвалить себя за скорость, но до настоящего мастера ему далеко. И не только в этом.       - Да вроде нет, - мягко усмехнулся человечек, скрипнув пальцами в задумчивом жесте, - Хотя...       Он обернулся на шкатулку, обведя её рукой. Седьмая оценивающе оглядела находку, обойдя её вокруг, пару раз наклонившись, чтобы рассмотреть узоры по бокам.       - Симпатичная. Можем забрать, если понравилась, - наконец с ухмылкой вынесла свой вердикт воительница и ткнула сьичпанка локтем в бок. Девятый отвлечённо кивнул, впившись взглядом в находку. Мысли были не здесь.       Седьмая перестала улыбаться и чуть нахмурила вышитые брови. А спустя мгновение её прохладная ладонь мягко легла на заштопанное красной ниткой плечо.       - Всё хорошо? - тихо спросила она, заглядывая в окуляры с пустым взглядом. Девятый чуть повёл головой, закрыл глаза и вздохнул.       - Очень уж... похожа на ту, которую я нам оставил, - на лице учёного возникла слабая улыбка и он всё же перевёл фокус окуляров на супругу. Та сперва непонимающе сузила глаза, а потом вытянулась лицом.       - О. Вот оно что, - Её рука немедленно обняла плечи стичпанка, чуть прижимая боком к себе, и Девятый сговорчиво шагнул поближе, сразу же приобнимая её в ответ. Объятия теперь ощущались совсем не так, как тогда - когда они были людьми. Но они быстро привыкли, это всё ещё согревало, пусть и не буквально, но в их положении очень ощутимо.              - Я знаю-знаю, в этом нет ничего страшного, - с тихим смехом сказал Девятый, словно заучив наизусть, - Мы не властны над прошлым и строим настоящее, а в настоящим мы те, кто мы есть, да-да.       Седьмая с грустной улыбкой покачала головой, привалившись к его плечу. Да, сколько раз они говорили об этом, повторяли как мантру, убеждали друг друга и себя в принятии - а что ещё остаётся? Никто не воскреснет от того, что они будут грызть себя до конца вечности. А кто знает, может быть именно столько им уготовано жить на этой планете? Так пусть это хотя бы будет жизнью, а не существованием.       Ей тоже было за что себя винить. Каждому из них было. И каждому, кто оказался бы на их месте, тоже бы нашлось за что себя закопать. Они так устроены. Такими мы созданы.       Но по-настоящему важно не это, а то что они будут рядом. Даже если так и не смогут убедить себя в том, что прошлое осталось позади, даже если кто-то из них так и продолжит искренне считать себя монстром, никто не пройдёт через это один. Тонкие металлические пальцы чуть крепче сжали плечо из грубой ткани. Эту вечность они проживут вместе. А они вдвоём лично так и вовсе разделят её пополам - как собирались разделить своё "светлое будущее" когда-то там, в прошлом.       Помолчав немного, воительница обошла стичпанка, чтобы суметь заглянуть ему в глаза - боковое зрение в окулярах подводило нещадно.       - А знаешь, - она чуть приподнялась на носках, с улыбкой щуря глаза, - Мне не обидно за прошлое. Не за всё уж точно.       Девятый несколько раз удивлённо моргнул, а потом забавно склонил голову на бок, молча переспрашивая. Это заставило её хихикнуть почти по-девчачьи. Почти как очень, очень много лет тому назад.       - Один хороший человек давным-давно пообещал мне быть рядом, - Её улыбка стала нежной, что случалось не так часто, - И что только смерть разлучит нас.       Эта фраза всколыхнула что-то так глубоко в памяти, что дыхание перехватило. Девятый почти невольно улыбнулся. А потом робко, боясь нарушить момент, поднёс металлические пальцы к её лицу, к месту между ртом и окулярами. Когда-то это считалось щекой, теперь одно название. Но эмоции от этого касания остались те же самые, и хотя в груди не было сердца, на его месте вновь стало тепло. Мгновение тишины.       - Я помню, - наконец вздохнул стичпанк и опустил глаза, не в силах вынести взгляда напротив. Его голос стал не громче шёпота: - Но разве он остался хорошим человеком?..       Как же бесконечно счастлив он был в то мгновение, когда они оба тогда ответили "да", и как теперь это горько вспоминать, зная, во что он её втянул. Но если бы не это, всё могло обернуться ещё хуже - кто знает? Они могли разлучиться куда раньше. Нет, лучше об этом не думать...       Неожиданно обвившие его талию руки и прижавшаяся к груди голова мгновенно избавили разум от дурных мыслей. Девятый замер, неловко разведя руки. Неприступная воительница прильнула к нему так легко и просто, словно они не беседовали о чём-то гнетущем.       - Раз даже смерть не разлучила, - глухо произнесла она, чуть крепче сжав руки, - Как ты можешь быть плохим?       Вот так просто. Девятый шумно вздохнул и быстро обнял её в ответ. Странно, что одно осталось в их объятиях неизменным - его ладонь так правильно ложилась на её затылок, а подбородок так удобно вставал на плечо. Словно они два пазла или, скорее, две детали, идеально дополняющие друг друга.       - Спасибо, милая.       Ласковое обращение, которое он достал из памяти вместе с воспоминанием о свадьбе. Этому нежному слову место в реальности. Ей... всегда это нравилось.       Минуту они стояли так, слушая листья наверху, шум ветра за стенами и тихое дыхание.       - Ну, это, - Седьмая мягко отстранилась, усмехаясь и кашляя в кулак. Её взгляд забавно бегал по полу, и Девятый понимающе улыбнулся: даже без румянца её очаровательное смущение читалось также ясно, как буквы на бумаге. Но вот она снова воин, маленький, но опасный, постапокалиптическая валькирия.       - Шкатулку-то будем смотреть? - она шутя хлопнула его по плечу и сама направилась к вещи. Девятый потёр плечо и бодро пошёл следом.       - Удивительно, если внутри она цела, - он положил руки на крышку сбоку, - Помоги-ка.       Вместе они поддели крышку и она со скрипом поднялась, открывая содержимое.       Внутри оказалась... керамическая балерина. Механизм наклонял фигурку, когда шкатулка была закрыта, и поднимал, когда её закрывали. Но куда больше человечков удивило, что балерина вдруг звонко скрипнула и медленно закружилась, а из недр шкатулки донеслись чарующие звуки, которые сливались в знакомую мелодию.       - Вальс.       Заветное слово было сказано хором и стичпанки переглянулись. Да, они оба вспомнили - в их людское время это был один из самых известных мотивов. Классика, без которой не обходился ни один праздник - Весенний Вальс. Море воспоминаний...       Девятый сделал маленький шаг назад и вдруг поклонился, протягивая Седьмой руку. Воительница на миг растерялась, но почти сразу расплылась в улыбке и поклонилась в ответ, кокетливо приподняв одну ленту как подол платья. А затем вложила свою руку в его.       Его ладонь на талии, её на плече - неизменная комбинация. Раз, два, три... И они закружившись в вальсе.       Железные ступни шагали синхронно, звонко дополняя мелодию постукиванием втакт. Они танцевали так легко, словно последний их вальс прозвучал вчера, а не десяток лет назад. Седьмая засмеялась, когда стичпанк поднял их руки, давая ей покружиться вокруг себя. Небольшой стол казался настоящей сценой, падающий на них луч солнца - прожектором. И вот уже на переферии воспоминаний и яви: она - в том самом нежно-голубом платье, и он - в строгом костюме с забавным галстуком.       В жизни теперь на месте галстука звенел бегунок молнии, а вместо платья сзади развивались две ленты. Но вальс... он не изменился. И в этом музыка так родственна душе.       Увлёкшись, стичпанки не заметили, как какое-то время кружатся в тишине. Завод закончился и балерина снова замерла в своей идеальной первой позиции. Девятый нехотя обернулся на шкатулку, а потом вернул взгляд к их рукам, которые они соединили. Так они и стояли, в тишине, взявшись за руки, ещё несколько долгих мгновений. После чего робко наклонились друг к другу. Это ощущалось... совсем как раньше, но по-новому.       Голос откуда-то из-за стены прозвучал неожиданно:       - Седьмая? Девятый? Вы там?       Стичпанки обернулись, так и стоя приобнявшись. И одновременно тихо рассмеялись, прижавшись лбами друг к другу.       - Пойдём, нас уже днём с огнём ищут, - хихикнула Седьмая. Но вместо ответа её вдруг ловко подхватили за талию и закружили в воздухе.       - Девятый!!       Но стичпанк лишь залился звонким смехом вместе с ней.